Моя громкая любовь

      Среда, четверг и пятница прошли спокойно. Дэнни до конца недели был весь в учебе и не виделся с Элиасом из-за нехватки времени. Но он компенсировал это общением в интернете. Ребята переписывались каждый день по нескольку часов. В основном это происходило ночью. Начиналось общение в двенадцать, а заканчивалось в три. В субботу Брауны занимались домашними делами, и Дэнни выкроил минутку чтобы увидеться с Элиасом. Впервые за три дня увидевшись, они обнялись. — Завтра я буду ждать тебя в пол шестого на нашей улице. В автобусе с эмблемой Университета Холлинс, — тихо сказал Дэнни, отстраняясь. Элиас кивнул и снова улыбнулся. …       Как они и договорились, на следующий день, в воскресенье, в пол шестого должен был приехать автобус. Элиас начал собираться заранее. Сложив костюм и туфли к нему в пакет, а затем в рюкзак, он надел свою темно-зеленую кофту и джинсы. Обул кроссовки и набросил куртку, а затем вышел из дому. Он подошел к автобусу, который уже стоял напротив их домов. Когда мальчик зашел, Дэнни уже сидел внутри. — Привет, ну что? Как ты? — улыбнулся парень. Элиас показал большой палец и сел рядом.       Автобус тронулся, и они поехали. По дороге подобрали всех остальных студентов, которые шли на спектакль. В основном, они были первокурсниками, которые шли посмотреть, как играют их одногруппники. Объехав все адреса, указанные водителю заранее, транспорт прибыл на территорию университета, прямо под здание театра. Пассажиры вышли и направились туда. — Туалет — наверх по лестнице и направо. Переоденься там, а я пока сдам наши куртки и подожду тебя здесь, — сказал Браун, протягивая руку, чтобы взять куртку Элиаса. Мальчик снял её и отдал, а затем пошел в том направлении, которое ему указал Дэнни. Он зашел в туалет. Там было на удивление мало народу. И поэтому юноша сразу увидел пустую кабинку. Он зашел внутрь и начал переодеваться.       Дэнни сдал куртки и стоял теперь в холле, разглядывая высокие колонны, картины на стенах, мраморные ступеньки. Только в прошлом году здесь сделали ремонт и до сих пор поддерживалось в идеальном состоянии. Браун достал из кармана телефон и взглянул на время. Совсем скоро должно было начаться представление. Положив телефон обратно, парень поднял голову.       По ступенькам к нему спускался Элиас. На нем были темные брюки и такой же темный пиджак, из-под которого виднелась белая рубашка. На шее красовалась черная бабочка.       «Господи, как же он прекрасен…»: завороженно глядел светловолосый. Элиас спустился и подошел к парню. Тот поправил свой прямой черный галстук и одернул пиджак. Дэнни нервничал, сердце его билось так, как никогда. Но изо всех сил он собирался и пытался не показать, как дрожит внутри. Дрожит не от страха. От волнения. От счастья быть рядом с человеком, дорогим для него.       Ребята прошли в зал. Через пару минут начался спектакль. Занавес поднялся и наступила темнота. Дэнни заметил, как Соларес растерянно обернулся. Тогда он на секунду положил ладонь на колено мальчику, как будто убеждая его и подтверждая свое присутствие рядом. Как только света стало чуть больше, Браун убрал руку. Во время спектакля младший пару раз указывал на кого-то из артистов и записывал карандашом на бумажке вопрос. Дэнни наклонялся к его уху и тихо, шепотом объяснял. Ох, каким же соблазнительным был этот шепот для мальчика. Теплое дыхание во время пояснений касалось нежной едва-едва смуглой кожи на шее юноши. Все слова Брауна превращались в невесомое облако, которое окутывало Элиаса, и смысл их оставался потерянным, растворяясь в воздухе. Когда же старший возвращался на место, юноша понимал, что сейчас абсолютно всё прослушал. Но переспрашивать было крайне неудобно, поэтому пытался ответить на свой вопрос самостоятельно.       Дэнни же на протяжении буквально всего представления поглядывал на мальчика. Как он реагирует на шутки. Насколько погружается в атмосферу сказки. Он смотрел, как паренек улыбается. Наслаждался его улыбкой. Это было счастьем — видеть, как человек, которого он любит, радостно улыбается.       Когда спектакль подошел к концу и артисты вышли на поклоны, ребята встали и аплодировали уже стоя. Затем, как только занавес опустился, все зрители двинулись на выход. Дэнни направился за куртками в гардероб, а Элиас — переодеться в уборной. В кабинке он достал из рюкзака джинсы и кофту, надел их, а затем вытащил кроссовки и обулся. После этого мальчик вышел и закрыл дверь. — Э! Слышь! Ты кто? С какого курса, желторотик? — услышал он голос какого-то парня и обернулся.       Браун стоял в холле и ждал. Он держал в руках две куртки и ждал. Сердце парня почуяло что-то неладное и он направился на поиски своего пропавшего Енотика. Подойдя к двери уборной, Браун прислушался. — Ты че, язык проглотил? Ты не из Холлинса. Ты — проходимец. Наш универ — не место для бездомных! Че ты молчишь? Онемел?       Дэнни дернул ручку двери и вбежал. Съездив задире кулаком по лицу, Дэнни оттолкнул его от мальчика. Взяв Элиаса за руку, он выбежал на улицу. Ребята сели в автобус последними и уехали.       Спустя некоторое время, развезя всех, они оказались на своей улице. Парни вышли и направились к дому Соларесов. — Кто это был? — спросил Дэнни, когда они подошли к двери. Элиас пожал плечами и опустил голову. — Элиас, — обратился старший. Он взял юношу за обе руки и тот поднял глаза на него. — Я никому и никогда в жизни не позволю обидеть тебя, — произнес Дэнни.       Элиас смотрел в его зеленые глаза, абсолютно забыв обо всем. Светловолосый смотрел на него и чувствовал, как биение сердца начинает ускоряться, а дышать становится всё тяжелее. Он еле-еле, незаметно подался вперед. — Фу! Мерзость! Развели тут Содом и Гоморра! Ни стыда, ни совести! Тьфу ты! — раздалось неподалеку. Это был голос старухи, которая шла по улице. — Эмм… Ну, я рад, что тебе понравилось представление… И тебе идет этот костюм. Элиас, благодаря за комплимент, кивнул. — Я подумал, может нам сходить ещё куда-нибудь вместе?       Сердце младшего дрогнуло в груди и будто упало в пятки. Это было неожиданно для него. Но невероятно приятно. — Нет, ну, просто друзья же ходят вместе гулять и всё такое… А мы же друзья с тобой, правда? — улыбнулся Браун. Темноволосый закивал и улыбнулся в ответ. — Ты завтра свободен? — спросил Дэнни, ковыряясь носком туфли в земле. Элиас закатил глаза. — А, точно. У тебя же нет учебы… Тогда можно увидеться.       Соларес снова кивнул. Глаза парня привлекали его. Что делать с этим притяжением он не знал. Дэнни был невероятно красивый в этом свете ночных фонарей. Вдруг на нос Брауна упала снежинка. Ребята подняли головы и увидели, что наконец-то пошел снег. Мягкий, невесомый, пушистый снежок. Завтра всё уже будет заснеженное. Рождество через две недели. Только сейчас парни начали осознавать приход зимы. Наконец опустив головы, они встретились взглядом. Элиас осторожно и медленно подошел к старшему и обнял его двумя руками. Тот обнял юношу в ответ, прижав к себе. Руки опустились с плеч немного ниже, и мальчик почувствовал, словно щекотку в животе. Он тут же отстранился от Брауна, и ребята распрощались, договорившись о следующей встрече в интернете.