Моя громкая любовь

      Следующим утром Дэнни проснулся с легкой тревогой на сердце в предвкушении похода в университет вместе с Элиасом. Парень помылся, оделся и, позавтракав, направился к дому Соларесов. Подойдя, он написал Элиасу.

Доброе утро, Енотик) Я уже у тебя под домом Твой отец ушел?

уже да) пару минут назад заходи, там открыто)) я не закрывал сейчас спущусь

Пересланное сообщение: я не закрывал Ахаха, ждал меня?

ты даже не представляешь, как <3 реально))       Положив телефон в карман куртки, Дэнни зашел в дом. По ступенькам на первый этаж быстро спустился Элиас. Он был в белой рубашке, под воротничком которой красовалась черная бабочка, таких же черных штанах и пиджаке — тот же костюм, в котором мальчик ходил на представление в университетский театр. Это было точкой невозврата. После театра всё и началось. Точнее, усилилось. Усилились чувства обоих. А именно случилось это в момент попытки Дэнни поцеловать младшего, когда тот, к удивлению Брауна, абсолютно не сопротивлялся. — Боже, какой ты красивый! — завороженно глядя на юношу, сказал Дэнни. — Ты чего это так вырядился прям? Хочешь свести меня с ума?       Парень подошел к нему и поцеловал, притянув за талию. — Считай, что тебе удалось, — отстраняясь, с улыбкой произнес старший.       Мальчик смущенно опустил карие глазки, и его щечки покрылись румянцем. — Чего ты такой стеснительный? Я буду чаще говорить тебе комплименты, чтобы ты перестал краснеть каждый раз. Хотя, мне очень нравится твои розовые щечки. Ты такой милый…       Дэнни снова чмокнул его. Через несколько минут они вышли и сели в автобус, который повез ребят к университету.       Сегодня было достаточно холодно, а на дорогах — гололед. В некоторых дворах, куда заворачивал автобус, дороги были недостаточно расчищены, так как ночью был сильный снегопад, поэтому ехали они медленно.       Наконец, добравшись, ребята вышли и направились в корпус, где у Дэнни должна была быть первая пара. Войдя в аудиторию, они сели в третьем ряду, а старший принялся доставать из рюкзака свои вещи. Из группы социологов ещё никто не пришел, поэтому пара пока что сидела лишь в компании друг друга.       Вскоре дверь распахнулась, и сюда с громким смехом ввалились три парня. Это были некогда друзья Дэнни, с которыми он уже давно не разговаривал: Кевин, Дерек и Майкл. Их смех притих, и все трое посмотрели на единственных людей, которые сидели здесь до них. Майкл первым поднялся по ступенькам, и оказался рядом с Элиасом. — Привет, а ты кто? — спросил парень. — Может аудиторией ошибся, — предположил Дерек, подходя к другу. — Чего вы пристали? Он со мной пришел, — вмешался Дэнни, подсаживаясь ближе к мальчику. — Ты новенький? Или просто посидеть пришел? — игнорируя Дэнни, продолжил Майкл. — Я сказал уже, что он со мной. Не донимай его, — приподнялся светловолосый и, встав перед мальчиком, заслонил его. — Хм, Браун, ты уже водишь своих пидорков в универ? — блеснул зелеными глазами Майкл. — Ах ты…! — резко дернулся Дэнни, но сзади его схватил Кевин. — Зовут тебя как? — снова обернулся к Элиасу Майкл.       Мальчик испуганно смотрел на него и, достав из кармана телефон начал набирать что-то. — Ты борзый такой, тупой или глухонемой? — наклонился к нему Майкл.       Дэнни вырвался и схватил парня за шиворот. — Если ты приблизишься к нему хоть на миллиметр, я тебе голову оторву. Не трогай его.       Заведи себе парня и трогай, сколько влезет. А к моему не лезь. — Что ты сказал? — оскалил белые зубы Майкл. — Ты слышал, что я сказал. Отвали от него, — сжимал Дэнни крепко его толстовку. — Дэн, Майкл, хватит! — подлетел к ним Дерек. — Кев! Кевин, забери Дэна. Он его разорвет сейчас.       Темнокожий парень пытался вырвать Майкла из рук Дэнни, но тот держал крепко. Кевин в два шага оказался рядом и принялся буквально отдирать Дэнни от своего друга. Оттащив парней в разные стороны, Дерек и Кевин начали их успокаивать. Элиаса словно сковало. Он наблюдал за происходящим, боясь шелохнуться. — Всё, я спокоен, — выдрал Дэнни руку из хватки Кевина.       Майкл стоял, поправляя шнурки на худи, и заново завязывая маленький пучок блондинистых волос, почти налысо выстриженной по бокам головы. — Моя ориентация, мои отношения и всё остальное — это моё дело, — отрезал Дэнни. — Насколько я знаю, мы не общаемся больше. Тогда чего вас вообще это колышет? Мы не в Иране или какой-либо другой стране, где запрещено быть геем. Америка — свободная страна. Я захотел — привел парня на занятия, не захотел — не привел. — На гейский парад его води, а не в универ, — перебил Майкл. — Хватит, Майкл. Ты перегибаешь. Отстань от них, — остановил его Дерек. — Какая тебе разница? Будь толерантен. Если не ради Дэна, то хотя бы чтобы самому не опуститься ниже плинтуса.       Блондин дернул рюкзак на плече и, смерив взглядом темнокожего парня, развернулся и пошел занять место. Кевин — молчавший всё это время парень с черными, как ночь волосами и пирсингом в брови, направился следом. Дэнни подсел к Элиасу и обнял его. Прошло несколько минут, и аудитория начала заполняться студентами. Через ещё минут десять пришел мистер Хендерсон и начал пару.       Элиас сидел рядом с Дэнни и наблюдал за всем происходящим. Это было для него в диковинку: преподаватель, рассказывающий материал и целая аудитория, заполненная парнями и девушками. Раньше юноша видел такое только в фильмах, сам был одним единственным учеником, а преподавателем всех предметов был для него лишь его отец. Элиас оглядывался по сторонам. Почти все записывали конспект под диктовку мистера Хендерсона, но некоторые всё же болтали или лазили в телефонах. Тогда мальчик решил взять с них пример и достал из кармана телефон.       «Дай, пожалуйста листочек бумаги»: попросил он у Дэнни.       Тот вырвал из тетрадки двойной листок и положил перед юношей, придавив сверху ручкой. Он тоже принялся записывать.       По окончанию пары, Элиас сложил пополам листочек с записями и засунул в карман штанов. То же самое он делал и на двух следующих парах. Когда и третья подошла к концу, Дэнни сложил свои вещи и вышел на проход, чтобы подождать мальчика. — Идем, узнаем насчет твоего поступления, — улыбнулся Браун, приободряюще взяв его за плечо.       Они поднялись по лестнице и прошли по коридору к двери с табличкой «деканат». Дэнни постучал и, нажав на ручку двери, зашел, ведя за собой уже дрожащего от страха Элиаса. — Здравствуйте! — поздоровалась улыбчивая девушка за письменным столом. — Здравствуйте, нам нужен декан или хотя бы заместитель, — сказал старший. — Хорошо, я сейчас передам, — кивнула она. — Пока что присядьте.       Закончив набирать что-то на компьютере, девушка снова взглянула на парней, которые к тому времени уже устроились на мягком бежевом диванчике. Нажав кнопку на селекторе, секретарь сообщила заместителю декана, что в приемной ожидают два студента. И вот, через пару минут, дверь замдекана открылась и оттуда вышла приятная женщина, лет пятидесяти на вид. — Вы ко мне? — спросила она, взглянув на ребят. — Да. Нам нужно с Вами поговорить, — сказал Браун, и приподнялся.       Сразу за ним встал Элиас, и они последовали за женщиной в её кабинет. Он был небольшой и поэтому здесь было значительно теплее, чем в коридорах и аудиториях. Ребята присели на стулья за длинным столом. Заместитель декана прошла к своему рабочему месту и села в кресло. — Слушаю вас, молодые люди, — вопросительно посмотрела она на парней. — Миссис Кларк, — начал Дэнни, — Мой… Мой друг хочет поступить в университет на следующий год. Но проблема в том, что он немой. Хотели бы узнать, есть ли такая возможность? — Конечно же есть. Мы можем определить Вас, — взглянув на Элиаса, сказала она, — в группу студентов с ограниченными возможностями. А именно — в группу не- и слабослышащих. Там у нас и те, кто не слышит, но говорит, и те, кто слышит, но не говорит. И те, кто и не слышит, и не говорит. И так далее. Язык-то у всех один и тот же — язык жестов. — Нет, понимаете, дело в том, что он не знает языка жестов. Он может писать на бумаге или в телефоне, если хочет что-нибудь сказать, а языка жестов не знает, — объяснил светловолосый. — Так… Ну, ладно, — сказала женщина, задумавшись, а затем снова обратилась к мальчику. — Если Вы можете изъясняться на бумаге, то это не проблема. Наши преподаватели поймут. Что ж, сдавайте экзамены, приносите документы из вашей школы и поступайте к нам на следующий учебный год. — Миссис Кларк. Тут такое дело… — замялся Дэнни. — Элиас учился на дому, поэтому у него нет документов из школы. — Даже так… Хмм… — задумалась женщина. — Ну, тут я Вам ничем помочь не могу. Разве что могу посоветовать пойти в какую-нибудь вечернюю школу и отучиться там год, сдать экзамены и прийти уже через год. — Но это же так долго! — Извините, но мы ведь не можем принять в университет человека, грубо говоря, с улицы. Прошу прощения, Элиас! Но без документов мы не можем. Увы. Приходите через год. Вот увидите, он незаметно пролетит.       Запала тишина на несколько секунд. — Спасибо большое, что уделили нам время. Мы пойдем, — встал Браун.       Выведя из кабинета Элиаса, они вышли и за двери приемной. Затем, спустившись на первый этаж, ребята оделись, и направились на улицу. Сев в автобус Университета Холлинс, пара примостилась в последнем ряду. Элиас выбрал место около окна, а Дэнни, соответственно, рядышком.       Они ехали молча, думая обо всей этой ситуации.       «Видишь, я никому не нужен. Нигде. Я же говорил»: показал экран телефона мальчик.       Он повернул голову к Дэнни. Старший взглянул на возлюбленного и увидел, как карие глаза наполняются слезами. Они потекли по щекам, и юноша всхлипнул. — Эй, эй, тише, — тут же обнял он юношу. — Ничего ещё не потеряно. Ну, ты чего раскис?       Мальчик дрожал в его руках так сильно, словно стоял голый на морозе. Он не мог перестать плакать. Он всхлипывал в плечо Дэнни и не мог успокоиться. Вдруг юноша начал хватать ртом воздух и задыхаться. Дрожащими руками, он полез в карман куртки и достал оттуда пачку таблеток. — Так, стоп. Не пей их. Я верю, ты сможешь успокоиться без них, — схватил Браун младшего за кисть и почувствовал, как сильно трясет его руки.       Мальчик начал бледнеть и его глаза стали закатываться. — Нет-нет-нет, стой. Не теряй сознание, — тормошил Дэнни. — Малыш, прошу.       Он взглянул на таблетки в руке младшего, а затем резко выхватив их, положил ему в рот. Достав из своего рюкзака бутылку воды, приставил к губам побледневшего, ослабшего и дрожащего у него на руках паренька. По горлу Элиаса потекла холодная после улицы вода, а уже через минуту вздрагивания прекратились. Ещё через пару минут лицо начало приобретать свой естественный здоровый цвет прекрасной смуглой кожи. Браун прижал мальчика к себе. Он просто держал возлюбленного крепко аж до самой их остановки и размышлял о том, как всё-таки помочь своему Енотику. Сдаваться Дэнни не будет.