Моя громкая любовь

      Элиас сидел дома на своей кровати и занимался. Всё свободное время, когда рядом не было Дэнни, юноша посвящал подготовке к SAT, ведь дни летели очень быстро и через пару недель уже необходимо было регистрироваться на экзамен. Вдруг раздался стук на первом этаже, и мальчик поспешил вниз по лестнице, но, спустившись, на секунду остановился.       «Дэнни не мог вернуться с работы так рано…»: подумал Элиас, но всё же направился к двери.       На пороге, как всегда, опираясь на трость, стояла его мама. — Мамуля! — воскликнул он и бросился обниматься. — Привет, родной, — обняла она сына, прижав к себе. — Проходи, мамуль. Только… — Элиас оглянулся, а затем, зайдя внутрь, повел маму за собой. — У нас тут не очень уютно… Мы с Дэнни затеяли ремонт. И то, мы решились на это, потому что здесь невозможно нормально жить — ужасные условия. Мне так стыдно тебя сюда приглашать… — Элиас, всё в порядке, — подмигнула женщина. — Неужели ты думаешь, что после двенадцатилетней разлуки я буду уделять большое внимание интерьеру дома, вместо того, чтобы уделять его тебе? Мальчик улыбнулся, и вежливо предложил присесть на диван. — Между прочим, — начала Джулия Перес, — с завтрашнего дня ты уже официально мой сын.       Элиас молчал, но радостно и широко улыбался, как ребёнок, а затем, снова обняв её, положил голову женщине на колени. Та легким касанием дотронулась до его мягких темных волос и ласково провела по ним рукой. — Сыночек мой любимый, — приговаривала она, продолжая поглаживать Солареса по голове, а затем на секунду замерла. — Элиас, родной, я оставила свои вещи дома у родителей Дэнни. Вот я и думаю, что не мешало бы их забрать. — Да, конечно, — кивнул юноша. — Вечером заберем, а то сейчас они на работе. — Хорошо, сынок, — улыбнулась Джулия Перес, продолжая нежно гладить его по голове. …       Когда наступил вечер, Дэнни вернулся домой, и они все вместе отправились к Браунам. — Проходите, пожалуйста, — пригласила их войти мама Дэнни.       Посреди гостиной к ужину уже был накрыт стол. Ребята вместе с Джулией Перес сели на свои места. — Должна сказать, Элиас, ты очень похож на свою маму, — подметила Элизабет Браун, взглянув на них. — Спасибо, — застенчиво улыбнулся он. — Мы успели немного познакомиться, пока вы были в университете. Миссис Перес — очень милая женщина, — добавила она. — Мне тоже было приятно с Вами познакомиться, миссис Браун, — улыбнулась мама Элиаса. — Надолго Вы к нам? — поинтересовался Джереми Браун, наливая в её бокал немного красного вина. — На пару дней, — ответила она и остановила его жестом. — Вот, послезавтра возвращаюсь. — А где Вы живете? — спросил мужчина. — Я уже много лет живу в Санта-Фе, в штате Нью-Мексико. Там родился Элиас и ещё двое моих дочерей, — рассказывала Джулия Перес. — Мы можем завтра провести Вам экскурсию по окрестностям и достопримечательностям нашего города, если, конечно, Вы не против и у Вас есть время, — предложила Элизабет Браун. — Дело в том, что я родом отсюда, — улыбнулась женщина. — Я родилась и выросла в Роаноке. Поэтому Севе и приехал сюда, зная, что здесь есть дом, принадлежавший моему дяде. Он, естественно, сразу купил его и поселился в нем вместе с Элиасом. — Я не знал, что ты из Роанока. Ничего себе! — удивился юноша. — Да, сынок, мир очень тесен, — ответила она, а затем перевела взгляд на маму Дэнни. — А Вы случайно не знали мою маму или отца? Они жили раньше в этом доме напротив. — Нет, — пожала плечами женщина. — Мы с Джереми жили в разных районах, а только потом, когда поженились, купили этот дом и переехали, но напротив уже никто не жил, дом был заброшен… — Ясно, — кивнула Джулия Перес. — Но сам факт того, что мы из одного города уже достаточно поразителен, правда? — Действительно. И наши дети познакомились именно здесь, — добавила Элизабет Браун. — Очень интересно судьба закрутила. — Ну, что ж? За судьбу! — провозгласил тост Джереми Браун, и все присутствующие с удовольствием присоединились к нему, звеня бокалами. …       За окном пели птицы, солнце заглядывало в комнату, наблюдая за спящими парнями и согревало их апрельским теплом. Элиас проснулся этим утром раньше обычного и взглянул на часы на экране телефона, было пол седьмого, а чуть ниже на экране красовалась дата — шестое апреля. Мальчик, осторожно убрав с себя руки любимого, повернулся набок и взглянул на него. Тот лишь немного поморщился во сне. Младший улыбнулся и нежно погладил его по щеке, а затем, придвинувшись ближе, почти невесомо коснулся губ спящего парня и потерся носом о его нос. — Просыпайся, Котик, уже пора вставать, — улыбаясь, прошептал Элиас. Браун перевернулся и уткнулся лицом в подушку. — Ну, Дэнни… Ну, вставай, — погладил юноша его по спине и плечам, усыпанным мириадами крохотных веснушек. Тот повернулся обратно к Элиасу и открыл один глаз, часто заморгав спросонья. — Ты очень милый, когда сонный, — усмехнулся Соларес. — Ага, представляю себе… — немного сипло сказал Дэнни и потер глаза. — Нам нужно собираться в университет, вставай. — Пять минуток, пожалуйста… — потягивался Браун.       Элиас ничего не ответил, а лишь залез под одеяло с головой, и вот, уже через пару секунд Дэнни почувствовал, как с него стянули белье и дотронулись к члену, такому же «сонному», как и его хозяин. Он попытался приподнять одеяло, но Соларес не позволил — оставалось воспринимать всё вслепую. Прикосновения рук возлюбленного были очень нежными, а затем ощущения сменились другими, ещё более приятными, влажными. Дэнни чувствовал легкую шероховатость языка, который так искусно проходился по головке и под ней, касаясь уздечки, ощущал мягкость губ и гладкость внутренней стороны щеки мальчика. Член уже стал довольно твердым и лишь ждал указаний от хозяина. — Хватит, хватит, Элиас… — отбросил светловолосый одеяло в сторону.       Он приблизился к возлюбленному и, сливаясь в поцелуе, прижал к кровати. Нависнув над мальчиком, Дэнни положил его ноги себе на плечи и, не отделяя от белья, стянул с него пижамные штаны. Смочив слюной свой член и маленькую дырочку юноши, вошел. Тот застонал и притянул любимого к себе. — Тебе не больно? — взглянул на него Браун. — Мне? Не очень, — слегка поморщившись, ответил Элиас. — Ты… Ты такой заботливый. — Стараюсь, — улыбнулся Дэнни и начал немного покачивать бедрами.       Уже через пару минут, он двигался так, что старая кровать ходила ходуном, а ветхие половицы под ней скрипели. Элиас стонал громко, не сдерживая себя, ведь они дома одни. Он хватался за постель, за любимого и сжимал пальцами и зубами подушку. Мальчик просил ещё и ещё, страстно целуя Дэнни. Тот, тяжело дыша, усаживал его на свои бедра и продолжал, блуждая длинными пальцами по телу младшего. Элиас то выгибался, то крепко обнимал его и дрожащими руками ласкал лицо парня, рвано дыша ему в шею и легонько прикусывая мочку уха. Оба уже были близки к кульминации, а движения бедер становились всё страстнее.       И вот, влюблённые уже лежат рядом друг с другом, отдыхая после приятных физических нагрузок. — Ты знаешь… — устало улыбнулся Дэнни. — Я готов так просыпаться каждое утро. Почему ты редко будешь меня таким способом? — Мы просто встаем обычно позже, — махнул рукой Соларес. — А почему тогда сегодня так рано поднялись? — спросил тот. — Дэнни… — всё ещё тяжело дыша, водит пальцами по влажному животу юноша. — Ты помнишь, что сегодня регистрация на SAT? — Точно! — подхватился на ноги Браун. — Надо регистрироваться. А потом поедем в университет. Он протянул Элиасу салфетки и, вытершись сам, оделся и сел за свой ноутбук. Младший так же вытерся и оделся, а затем присоединился к любимому. Тот перешел на сайт регистрации. — Тут пиши имя, фамилию, пол, дату рождения, — показал на экране Дэнни. — Ниже — электронную почту. Темноволосый послушно записывал всё, что показывал и говорил ему парень. — Так, вот здесь пиши месяц и год окончания школы. Пиши: «Май, 2018». Почтовый индекс на бумажке, — протянул старший её Соларесу. Тот быстро набрал индекс и взглянул на любимого, в ожидании следующих указаний. — Дальше: информацию об этнической принадлежности, данные об образовании родителей, а также об их годовом доходе, языках, которыми вы владеете, среднем балле в школе. Пиши, значит… — Браун задумался, а затем начал диктовать. — Этническая принадлежность: американец мексиканского происхождения. Данные об образовании родителей и годовом доходе пока что пропусти, потом спросишь. Языки: английский, испанский. Средний балл в школе есть у тебя в документах. — Готово, — сообщил мальчик, как только всё записал. — Теперь нужно фото загрузить. Где ты сохранял мои фотографии? — Какие? — не понимая, сдвинул брови Дэнни. — Те, для поступления. Мы ходили фотографироваться на днях, помнишь? — взглянул на него юноша. — А, сейчас! В папке «Элиас SAT», на диске D, — объяснил он.       Найдя и загрузив свои фотографии, а после, выбрав дату и место экзамена, Соларес позвонил маме, чтобы узнать о её образовании и доходах. Получив необходимую информацию, он вбил её в соответствующие поля, а затем перешел к последнему этапу регистрации — оплате. — Ну-ка, посторонись, — придвинулся ближе Дэнни и ввел реквизиты своей карты. — А экзамен что, платный? — удивился мальчик, наблюдая за действиями старшего. — Да, но не то, чтобы очень дорогой. Всего лишь около сорока семи долларов, это не проблема, — ответил Браун и нажал «Ок». — Ну, что, Енотик, теперь поехали в универ?       Тот кивнул, после чего ребята взяли вещи, вышли из дома и, наконец получив подтверждение регистрации на электронную почту, со спокойной душой отправились на учебу.