Поступки прошлого

      Коляска радовала взор свежим слоем лака и парой смешных подушечек на сидениях. Против обыкновения, Ирм сам их притащил из Фиалковой гостиной, не став доверять этот приказ никому из прислуги. С них могло статься засунуть внутрь иглу. Не убьёт, но настроение испортит определённо.       А настроение у Ирма было великолепным. Он давно не чувствовал себя так хорошо, и даже раздражение экономки не вызывало в нём ничего, кроме, пожалуй, лёгкого удивления.       Прекрасный день, четвёрка гнедых, корзина с приготовленными Нанирой бутербродами, вот ещё и подушечки весёлые, с фиолетовыми птицами, а Эвирия ворчит о бесполезности всей затеи.       Стоило Ирму усадить Курёнка и забраться самому, как дверцу коляски помешал закрыть волкодав. Лиска, давно крутившаяся вокруг, встала на задние лапы, просунув лобастую башку внутрь коляски.       — Застрянешь, — предупредил Ирм.       Собака скосила на него взгляд и вздохнула, бессловесно рассказывая о том, что хозяин её не ценит, не уважает, и до сих пор не принёс личных извинений за раскуроченную будку и лживые обвинения.       Родичи бы взбеленились. Зверь должен был знать своё место.       Повернув голову, Лиска ткнулась носом в обувь низшей, и вздохнула ещё горестней. Курёнок же наклонилась и кончиками пальцем погладила волкодава по лбу.       — Ладно, если так хочешь, то можешь отправиться с нами, — сдался Ирм, не уверенный, что собака его поймёт.       Конечно, эта порода была умной, но долгих задушевных бесед с ними у Ирма не было.       Собачья башка убралась из коляски, и Лиска, напоследок вильнув хвостом, важно потрусила к воротам.       Кучер, уже тщательно проинструктированный о цели поездки, цокнул языком, и лошади (тоже, между прочим, умные создания) безо всякого кнута перешли на рысь.       Ворота распахнули, и стоило коляске проехать, как Лиска устроилась в хвосте, легко взяв лошадиный темп.       По прикидкам Ирма, ехать нужно было не больше двух часов.       Если бы он знал о том, что низшие живут так близко, то наведался бы гораздо раньше.       Хотя бы из любопытства.       Но сейчас у него имелась вполне определённая цель.       Курёнок сидела между двумя подушечками, напряжённая и съёжившаяся, и на Ирма не смотрела. И вообще была ещё более тихой, чем обычно, хотя это уже было трудно представить.       После вечера, когда она подала голос и назвала своё имя, больше из неё и звука не удалось вытянуть. И за завтраком она молчала, и за обедом, и весь следующий день тоже. Правда, и вид у неё был совсем замученный и усталый, и Ирм не настаивал.       Миа.       Одна согласная, две гласных. Если предположить, что имя не заимствовано из других языков, то речь у низших выходила достаточно плавной. Впрочем, как и у почти всех крылатых — не понимая смысла, со стороны казалось, что низшие поют, а не болтают.       Ирм пальцем чуть ослабил узел шейного платка. Сегодняшний костюм он подбирал тщательнее обычного, остановив свой выбор на светлых оттенках брюк и жилете. Для пиджака уже было слишком жарко. И по сравнению с ним самим, почему-то похожим на цаплю, одежды низшей были гораздо ярче. Хоть и гармонировали.       Длинный голубой жилет, небесного оттенка пояс, штаны, настолько широкие и обладающие таким количеством складочек, что их легко можно было перепутать с юбкой — цвета морской волны. И обувь, похожая на домашние тапочки, на тонкой подошве и с всё той же незаметной вышивкой серебристой нитью — в цвет пояса. А рубашка тонкая, то ли белоснежная, то ли голубая, с длинными рукавами, и на кружевных манжетах — уже знакомый Ирму узор из пёрышек.       Фруктовые сады сменились полями, а те — узкой заросшей бурьяном полосой земли. Чуть в стороне от дороги высился потемневший двор, обнесённый забором. Возле распахнутых ворот сидела одна из поджарых гончих псин, поднявшая голову при приближении лошадей.       Коляска качнулась, и низшая вскинула голову, уцепившись взглядом за дом во дворе. Задеревенела, а лицо стало ещё белее. Под короткой накидкой шевельнулся обрубок крыла.       И Ирм вдруг ясно увидел, что ещё секунда — и выскочит крылатая из коляски, перекатится по земле, ломая тонкие косточки, и попытается убежать подальше что от дома, что от двора этого, что принадлежали Охотникам.       В этом можно было не сомневаться.       А ещё в том, что если приземление будет неудачным, то Курёнок сломает себе шею.       И Ирм, подобравшись, спросил первое, что пришло в голову, просто чтобы отвлечь, заставить отвести взгляд от старого особняка.       — Ты бутерброд будешь?       Курёнок, видимо, уже позабывшая, что сидит в коляске не одна, вздрогнула и повернула голову. Заморгала, рассматривая лицо Ирма, словно увидела его впервые. А потом, вспомнив, отвела взгляд, втянув голову в плечи.       — Бутерброд будешь? — Повторил Ирм и, открыв корзину, что покоилась по правую руку от него, вытащил первый попавшийся бутерброд, аккуратно завёрнутый в салфетку. Понюхал. — Этот с ветчиной и сыром… Кажется. Но он точно вкусный, Нанира делала.       Не дожидаясь кивка или подтверждения, он протянул бутерброд низшей, буквально впихнув его ей в руки.       — С… Спасибо. — Миа больше не смотрела на чужую усадьбу, к слову, весьма обветшалую и запущенную, сконцентрировав всё своё внимание на двух кусках хлеба, между которыми виднелся краешек сыра. — Вы… Не к ним ехали?       — А зачем мне ехать к Охотникам? — Миролюбиво спросил Ирм, боясь спугнуть чужой голос.       — Не… Не знаю. — Вздохнув и немного успокоившись, крылатая куснула бутерброд. — Они… Не мне, но я с-слышала. Говорили. Хвастались. Что могут повредить с-связки. Один раз уже… С-сделали.       Миа откусила ещё кусочек, тщательно прожевала, собираясь с силами, и добавила шёпотом.       — Это очень больно.       — Не переживай, к Охотникам я тебя не повезу. — Успокаивающе произнёс Ирм, испытывая неразумное желание прокатиться ночью мимо потемневшего двора и старой усадьбы, и «случайно» бросить им на крышу уголёк.       Или просто разнести там всё по брёвнышку. Он манеер, он может себе позволить такую шалость.       К слову, манееру позволено гораздо больше, чем кому-бы то ни было. Охотники, конечно, могут кичиться чем угодно, но истинной властью они обделены.       И правильно.       — А… А куда Вы тогда? — Доев бутерброд, вновь подала голос низшая.       Ирм засунул руку в корзину и вытащил следующий. Кажется, этот был с варёным яйцом и кусочками курицы, и розовым соусом.       — Конюх сказал, что недалеко от моей усадьбы было поселение низ… Крылатых. Я хотел бы с ними… Скажем так, наладить сотрудничество. Взаимовыгодное. Я могу предоставить покровительство, защиту, обеспечить безопасность.