Правосудие и справедливость

После бурной ночи она не сбежала, хотя в какой-то момент я все же вырубился. Я проснулся от запаха кофе и выпечки. Дверь в ванную была открыта, оттуда доносился шум воды и голос Мариан напевающий что-то. Проклятье, чем я вчера думал, а главное, о чем? Пока я сражался с внутренними демонами она, закутанная в халат вернулась в спальню и села в изножье.  — Доброе утро, прости если разбудила.  — Я уже проснулся.  — Сегодня вечером вы улетаете. Под любым предлогом я должна поехать с вами. — Она посмотрела мне в глаза — По всем статьям я провалила задание. Я влюбилась в тебя, рассказала тебе кто я и почему я здесь. Теперь моя жизнь зависит от того ошиблась я в тебе или нет. Если да, то пожалеть об этом времени у меня не будет.  — И ты даже не пообещаешь меня убить? — она криво улыбнулась — А если нет? — Хорошая парочка из нас получается — агент под прикрытием и влюбленная в агента киллер, по совместительству хакер.  — А если нет, то вместо полиции и людей Линдела из твоего номера я вернусь в свою квартиру, соберу вещи и вечером полечу с вами. Встав, она налила себе кофе и сев в кресло принялась разрезать булочку.  — Кстати, тебе пришло сообщение, пока мы были заняты друг другом. — Она уловила мой не самый добрый взгляд. — Расслабься, я не трогала твой телефон и не смотрела что там написано. Просто заметила сигнал, когда оно пришло. Еще раз одарив ее подозрительным взглядом, я потянулся и взял телефон. Сообщение было коротким и ясным, во всяком случае мне. Девушку необходимо было завербовать, а если это невозможно — устранить.  — Продолжим наше знакомство?  — Зачем ты в это ввязалась? Ты ведь понимаешь, что это самоубийство. Она посмотрела на меня, как на маленького ребенка, который спросил зачем человек дышит, но вместо ответа откусила булочку. Я несколько раз вдохнул-выдохнул, ухмыльнулся качая головой и мысленно вопрошая сам себя «Что, черт возьми я делаю?». Она терпеливо ждала, поглощая завтрак как ни в чем не бывало.  — Том Хиддлстон, МИ-6, третий отдел.  — Рада знакомству.  — Это ненадолго. Ты полетишь с нами, при одном условии.  — Каком? — Теперь передо мной сидела не певичка, а профессионал и отнюдь не в вокальном плане.  — Работаем в команде. Никакой самостоятельности, никакой лжи друг другу.  — Исключено. У нас разные цели. — Глядя на нее сейчас я буквально видел, как она взвешивает все за и против условий подобного сотрудничества.  — Ты пришла сама. Либо соглашаешься, либо остаешься здесь.  — Хорошо. Согласна, ты прав. — Она скрипнула зубами.  — И еще кое-что, я должен знать все о твоих навыках.  — Того, что ты узнал вчера тебе мало? — теперь настала моя очередь смотреть на неё как на несмышленого ребенка, подумав минуту она согласилась. — Рассказ будет коротким, хвастать мне особо нечем.  — Дай мне минуту. — Я быстро сбегал в душ, ополоснулся смывая остатки сна и вернувшись в комнату принялся за завтрак. Она же начала рассказывать будто читая с листа досье.  — Свободно владею английским, немецким, французским и русским. Чуть менее свободно — испанским, японским и латынью. О моих хакерских способностях тебе должно быть известно, если нет, то поинтересуйся у Глории, кажется, так зовут главу 7 отдела? — Не поперхнулся я исключительно чудом. — По сути я прошла начальную военную подготовку сравнимую с вашей разведшколой. Прилично стреляю из пистолета, сносно — из автомата и снайперской винтовки. Халиф Аль Джази два года назад — моя работа, если тебе что-то говорит это имя. Я только и мог, что в очередной раз после знакомства с ней присвистнуть.  — Дистанция была около тысячи четырехсот метров если я не ошибаюсь?  — Тысяча четыреста восемьдесят, если быть точной. Стреляла ночью, в дождь, с сильным боковым ветром. Я снова присвистнул.  — И это ты называешь сносно?  — Смотря с кем сравнивать. — Равнодушно заметила она. И равнодушие не было показным, она действительно считала такой уровень исключительно сносным, потому что ей было с чем сравнивать.  — Это все? — сомнение в моем голосе било через край. Она отпила кофе.  — Вожу почти все что движется — начиная со скутера заканчивая самолетом. Курс подготовки, конечно, урезанный.  — Взлет-посадка?  — Вроде того. Читаю по губам. Играю на гитаре, фортепиано, скрипке. Пою, танцую, рисую акварелью, взламываю замки и сейфы — Форт Нокс мне без подготовки не по зубам, но гостиничные щелкаю, как орешки. Имею сертификат массажиста и базовые навыки оказания медицинской помощи — зашивать раны, обрабатывать ожоги, в том числе и химического происхождения, умею. Владею рукопашным боем и знаю основы боя на ножах. Дружу с химией в принципе и ядами, в частности. Зубочисткой убивать не умею, но подручными предметами в бою пользоваться меня научили. Прошла тренировки улучшения внимания, зрительной памяти, запоминания информации. Естественно, актерское мастерство — куда же без него.  — Как обстоят дела с работой в команде?  — Никак. Опыт спецопераций есть, но единичный. Засады, скрытое наблюдение, тоже не мой конек. — Она подняла глаза от чашки и посмотрела мне в глаза. — Теперь все, я же сказала, что рассказ будет коротким. Я с уважением посмотрел на девушку. Чиста и невинна, ну да, как же! Если все, что она говорит правда, а сомнения у меня таяли на глазах. То ее опыт лишь немного уступает моему, а в частных случаях даже превосходит.  — Зачем ты понадобилась Линделу?  — Я ходячий ключ к сейфу и системе запуска ракетных установок, которые попали к Линделу после смерти Рашида.  — Как он об этом узнал, как вообще так получилось?  — Тебе никогда не говорили, что чем меньше знаешь, тем крепче спишь?  — Крепкий сон с моим образом жизни мне не светит. Она хмыкнула и взяла еще одну булочку.  — Это было сделано специально. Рашид перед смертью успел сделать мне, скажем так, подарок.  — Значит Линлел был твоей целью уже тогда?  — Верно, на самом деле, в организацию не поступало запросов на устранения Линдела. Это моя личная месть, можешь называть это так.  — За что же ты на него ополчилась?  — А разве не за что? За то, что с его легкой руки наркотики продают детям едва ли не прямо в школах. За то, что он спонсирует продажу оружия и химикатов, прикрытую реализацией сельхозтехники и удобрений. За то, что он торгует людьми. Сотни юных и наивных девушек, привлеченные его именем и связями, рвутся стать звездой его компании, пусть даже не Звездой, а всего лишь Звездной пылью — красивой игрушкой, вещью, которой поиграют и выбросят. Красивый аксессуар для очередного богатенького папика. Ты никогда не задумывался сколько девушек пропадают бесследно в его компании? Они заключают супервыгодный контракт и исчезают без следа. Многие из них не удостаиваются даже могилы. Она замолчала и глубоко вдохнув и уже другим тоном продолжила.  — Прости, мне не следовало тебе это говорить.  — И как мы уговорим Линдела взять тебя с собой? — Вообще-то этот вопрос стоило задать сразу, но спросонья я соображаю туго.  — Это как раз не сложно. Линдел ждет, что я проболтаюсь. По данным, которые нарыли его спецы после смерти Самвела я получила глубокую ретроградную амнезию. То есть я не помнила ни кто я, нигде я, ни что произошло. Но врачи в один голос сказали, что это не навсегда и примерно через полгода-год память начнет возвращаться. Ты скажешь Артуру, что я говорила, точнее кричала, во сне и назовешь ему код. Он клюнет.  — Что за код? — я насторожился.  — Код активации системы позиционирования боеголовок, кстати, одна из них ядерная. Да, чуть не забыла — в следующий раз блефуй осторожнее. — Видя мое непонимание она пояснила. — Арабелла Блад родилась и жила в Корнуолле, так что твои слова про «не существовало» не соответствуют истине.  — Тогда почему ты…  — Если представиться возможность передай Глории, что отсутствие результата тоже есть результат. Особенно когда дело касается информации и ее чистки.  — Хочешь сказать они прокололись?  — Хочу сказать, что мне пора собираться, а тебе доесть наконец завтрак. — Сказав это она принялась одеваться, и я понял, что, если я продолжу за ней наблюдать она никуда не уйдет — я ее просто не отпущу. И откуда во мне такие собственнические мысли? Вопрос остался без ответа.