Запал. Фитиль. Порох

      Мама стояла возле калитки, глядя пустыми глазами вдаль. Перед ней быстро, как кинолента, проносилась жизнь Дружка. Роддом… первое слово… первые шаги…       Дружку три года. Он находит футбольный мяч и, играя с ним, разбивает несколько стёкол. Вернувшись с работы, мама обнаруживает кучу осколков и счастливого Дружка, который радостно смотрит на неё и подбрасывает мяч…       Дружку пять лет. Во дворе он встречается с Тимофеем. Между парнями завязывается ссора, перешедшая в драку. Вмешивается отец Тимофея и разнимает обоих. После потасовки парни какое-то время дуются друг на друга, но потом потихоньку сближаются, завязывается дружеский разговор, и вот пятиминутные враги уже, хохоча, обнимаются…       Дружку восемь. Его отношения с Розой начинают накалятся. До открытой ссоры пока не доходит, но видно, что это пока что цветочки…       Дружку тринадцать. Он начинает всерьёз увлекаться футболом и уже не пропускает ни одного матча. Его учёба, которая и раньше хромала, теперь рушится окончательно.       Дружку пятнадцать. Кое-как, с грехом пополам он сдаёт экзамены за десятый класс и переходит в военное училище. Почему он сделал такой выбор — непонятно до сих пор.       Дружку восемнадцать. Едва достигнув совершеннолетия, парень собирается и уходит на фронт… зачем?! Зачем он бросил семью?!       Женщину вырвал из размышлений почтальон, подошедший к калитке.       — Барбоскина Га…       — Да.       — Вам письмо… от сына.       — Что?! — мама не поверила ушам. — Вы… вы шутите…       — Вовсе нет! — почтальон извлёк бумажку, сложенную треугольником и протянул её маме. Та развернула письмо, ни на что не надеясь.       «Привет, мам!       Прости, что так долго не писал. Думаю, ты понимаешь — конец войны, время жаркое даже для резервов. Ладно, столицу мы заняли, идут переговоры о мире, так что, может быть, через недели три буду дома!       Передай привет всем!       Скоро увидимся!       Дружок».       Мама сложила листок бумаги, посмотрела в небо и тихо сказала:«Спасибо».       …Мухтар ходил по комнате взад-вперёд, курил и тихо матерился. Он только что получил донесение от Карины, в котором разведчица сообщала, что слежка за ней ужесточилась, из чего можно сделать вывод, что вскоре начнётся разбирательство. В комнате столбом стоял сизый дым, который не успевал улетучиться через открытую форточку.       Сыщик внезапно остановился, подошёл к окну, притушил окурок. Несколько секунд он так постоял, затем вытащил из кобуры револьвер, снял его с предохранителя, взвёл курок, поднёс к виску и выстрелил. Громыхнуло. К сизому дыму добавилась ещё солидная порция. Запахло жжёным волосом.       Мухтар спокойно убрал пистолет от виска. Он давно уже заряжал оружие холостыми, чтобы в случае чего можно было «застрелиться» и остаться живым. Это неплохо помогало сыщику сосредоточиться и снять стресс.       — Итак, слежка, — негромко сказал он, опускаясь в кресло. — Надеюсь, она успеет хоть что-то разузнать, пока её не накроют… Теперь можно не сомневаться, что арест Кар — лишь вопрос времени. Наши враги медлить не любят… Как же быть?       В комнату заглянула секретарша Мухтара.       — Простите, я слышала выстрел. Что-то произошло?       — Нет-нет, всё в порядке.       — Но…       — Принеси кофе, — оборвал секретаршу сыщик.       Девушка удалилась. Детектив откинулся на спинку кресла. Итак, он потерял лучшего агента… точнее, потеряет в ближайшие два-три дня. Карину можно снять со счетов… она уже вряд ли сможет ему чем-то помочь. Значит, надо найти замену… но кого? Учитывая, что его знает вся шайка Шефа, то вряд ли кто-то захочет работать на сыщика. И дело тут не в том, что он жесток с подчинёнными, или что-то ещё, вовсе нет! Дело в том, что его не любят. Мухтар был единственным за всю историю шайки, кому достало отваги перечить Шефу и нарушать его приказы. Остальные ему мучительно завидовали, но пойти по его стопам не могли.       Из размышлений сыщика вырвала секретарша, принёсшая кофе.       — Мерси. Свободны.       Мухтар отпил обжигающий напиток из чашки. Итак, найти замену невозможно… Сила? Он должен был уже прийти в себя, но сыщик не хотел эксплуатировать своего друга, ещё не оправившегося от травм, полученных на войне. Да и просто парня жалко… что же делать?       Несколько секунд сыщик сидел в кресле, затем встал, подошёл к телефону и принялся набирать какой-то номер.       …Ещё стоял предрассветный туман, ещё только заводили свою вечную песню первые петухи, а мама уже караулила у калитки почтальона. Она верила, что пришедшее письмо — не последнее. С того момента, как женщина обрела надежду, прошло три дня.       Почтальон не показывался. Мама уже собиралась уйти в дом, когда вдруг разглядела в тумане высокую фигуру… нет, даже две! Одной из них явно был Силантий, а вот второй… второй… Нет, этого просто не может быть!       Мама всхлипнула. Её ноги подогнулись, и женщина бы наверняка упала, не подхвати её чьи-то могучие, но очень нежные руки. Краем застланного слезами глаза Галина увидела столь родное лицо с пятном под правым глазом.       — Я вернулся.       Этот голос ни с чем нельзя было спутать. Мама уткнулась лицом в грудь сыну и зарыдала. Дружок поддерживал её, не давая упасть, и тихо ронял слёзы. А вот Сила повёл себя непредсказуемо: он отошёл чуть в сторону и стал с мрачным видом посасывать сигарету.       — Сила… — Дружок обернулся к нему. — Ты чего?       — Да вот думаю, как твою смерть инсценировали.       Лапы Дружка разжались помимо воли.       — ЧТО?!       — Да вот… — мама пошарила в кармане и достала похоронку.       Солдат пробежал её глазами, которые тут же вспыхнули гневом. Порвав серую бумажку, он обернулся к дороге и крикнул так, что мама вздрогнула:       — Я найду вас, сволота! Так и знайте! Отольются вам слёзы моей семьи! За каждую втридорога заплатите!       — Дружочек, успокойся, — взмолилась мама.       — Хорошо, ма… но до тех, кто это подстроил, я всё равно доберусь!       — Ты будешь не один, — Сила положил брату руку на плечо.       — Спасибо.       Несколько секунд все трое стояли молча.       — Ой, — спохватилась мама, — да вы же наверняка голодные оба! Пойду займусь завтраком.       — Тебе помочь, ма?       — Нет-нет, что ты! — Галина улыбнулась и поспешила на кухню.       — Дружище, — Сила моментально понизил голос, — есть идея, как добраться до тех, кто мог нам с тобой жизнь поломать.       — Как?       — Сейчас объясню, — Сила взял палочку и принялся чертить на мокрой земле.       Мама сняла с плиты кастрюлю с кашей, когда на кухне показалась заспанная Роза в ночной рубашке.       — Мам? Что-то произошло?       — Дружок вернулся!       — Что?! Как?! Его же убили!       — Видимо, нет!       Роза выскочила на двор и — надо же такому случиться! — споткнулась о порог. Девочка едва не упала, но её кто-то поймал. Она подняла голову и, увидев Силу, покраснела. Спустя секунду их губы встретились…