Дыхание Дьявола

      Зима отчаянно пыталась не сдаваться, но с каждым днем неумолимо теряла свои позиции в неравной схватке с весенним солнцем. Из оттаявшей земли начинала пробиваться новая жизнь. Отовсюду все отчетливей слышалось журчание проснувшихся после зимней спячки лесных ручьев. Служебные собаки с наслаждением водили мокрыми носами. В воздухе пахло весной.       Засунув руки в карманы рабочего халата, Шерлок быстрым шагом пересекал лабораторию. Сегодня он проснулся с навязчивым желанием выйти на свежий воздух, что совершенно противоречило его естеству. Оно все больше заполняло мысли, мешало сосредоточиться. Вот бы все заботы растаяли вместе с чернеющими сугробами. Но нет, нельзя поддаваться минутным слабостям. Необходимо взять себя в руки и попытаться максимально абстрагироваться от поселившегося где-то глубоко внутри чувства гнетущей тревоги за судьбу инспектора. — Вчера вы четко сказали, что рабочий день начинается в восемь, — с нескрываемым раздражением бросил он Ванессе Степлтон вместо приветствия, оглядывая наполовину заполненную сотрудниками лабораторию. — И вам доброго утра, Генри, — отозвалась Степлтон, не отрываясь от работы и проигнорировав его тон, чем ещё больше взбесила Шерлока. — Некоторые фазы экспериментов необходимо контролировать круглосуточно. Особенно если они находятся на финальной стадии. Дайте мне полчаса, и я вами займусь.       Шерлок с трудом заставил себя промолчать и не отпустить какую-нибудь колкость. Он облокотился на стол, скрестил руки на груди и стал наблюдать, как в лабораторию подтягиваются остальные сотрудники. Люди радостно приветствовали друг друга, похлопывали по спине, пожимали руки. Но были и те, кто сразу же угрюмо начинал возиться с пробирками и реактивами.       Тщательно записав результаты в протокольный лист, Ванесса закрыла лабораторный журнал и, повернувшись к Шерлоку, успела заметить неприкрытое отвращение, возникшее на его лице при виде приветственного жеста в виде коротких дружеских объятий. — С вами все в порядке? — спросила она с нарочитым беспокойством. — У вас лицо перекосилось. Попробуйте поднять обе руки. Надо исключить вероятность инсульта. — Я смотрю, вам доставляет удовольствие аффилировать чувствами окружающих вас людей, умело маскируя это дружеским покровительством, хотя на самом деле вам абсолютно все равно, с кем и как вы взаимодействуете. Естественно, за исключением тех, кто необходим вам для достижения очередной цели.       Произнося последние слова, Шерлок мысленно отругал себя за чрезмерную импульсивность, из-за которой до сих пор выслушивал от старшего брата нравоучения о необходимости главенства разума над чувствами. Трудно добывать необходимую информацию у людей, которые считают тебя заносчивым хамом. А значит: усилить контроль над собой и сосредоточиться над созданием образа обаятельного и всецело располагающего к себе молодого человека.       Доктор Степлтон тем временем хмыкнула и поманила его за собой. Лаборантская находилась на пару этажей ниже. Пока они ехали в лифте Шерлок извинился перед ней, посетовав на бессонницу, которой он якобы всегда страдает, если спит на новом месте, чем, собственно говоря, и можно было объяснить его совершенно беспричинное хамское поведение. Слова прозвучали довольно искренне. В ответ она заверила, что ничего такого не заметила, но тем не менее извинения приняла. — Это твое основное рабочее место, — открыв дверь в комнату, Ванесса пропустила Шерлока вперёд. — В конце рабочего дня забираешь посуду только у меня и только ту, что стоит на столе слева. Больше на нем ничего не трогаешь и не передвигаешь. Замечу, что что-то не на своём месте — доложу Бобу, а уж он-то, поверь, умеет доходчиво объяснять. Наутро, кстати, невымытым ничего оставлять нельзя. — А что, Боб Френкленд заведует всем центром? — Он курирует нашу группу, но не удивлюсь, если он присматривает и за всем Баскервилем. — И никогда не интересовались? — А зачем? Мне достаточно знать, к кому можно обратиться при возникновении проблем, а в остальном…       Ванесса пожала плечами и прошла в конец комнаты, открыв неприметную дверцу. — Здесь мойка и все моющие и чистящие принадлежности. Если что заканчивается, говори мне. — Неужели вам не было интересно узнать чуть больше о своем начальстве? — Шерлок сделал ещё одну попытку выяснить, насколько широко распространяется влияние доктора Френкленда. — Здесь не принято спрашивать о том, что не входит в зону вашей ответственности, Генри, — снисходительно вздохнула Ванесса и поправила упавшую на глаза чёлку. — Поэтому настоятельно советую придерживаться данного правила. — В противном случае вы обо всем доложите Бобу? — улыбнулся Шерлок. Доктор же осталась серьёзной. — С вечера я буду оставлять список реактивов и посуды, которые будут мне необходимы на следующий день. Он будет лежать в левом верхнем ящике стола. Всё необходимое приносишь и оставляешь там, откуда забрал накануне. Иногда на приготовление реактива тебе понадобится пара-тройка дней. Подобные запросы я обозначу специальными пометками. — Задача со звёздочкой. Как в школе, — Шерлок скорчил задумчивое лицо и театрально обхватил двумя пальцами подбородок, но шутку никто не оценил. — Насколько я поняла, у тебя весьма хорошие знания, поэтому разрешаю наблюдать за ходом моих экспериментов. Это хорошая возможность быстро перейти на ставку младшего сотрудника. Предупреждаю сразу, что каждый свой шаг комментировать не буду, но в общих чертах обо всем буду рассказывать. Учти, я не каждому делаю подобные предложения, поэтому советую воспользоваться шансом. Если не захочешь, то попрошу не мешаться под ногами. И еще: в течение дня ты должен быть всегда доступен, чтобы я в любой момент могла с тобой связаться по внутренней связи. Обед строго с часа до двух. Все понятно? — Более чем, — кивнул Шерлок, обводя взглядом многочисленные стеллажи и шкафчики. Он уже увидел с десяток реактивов, которые захотел перетащить на Бейкер-Стрит, но о том, как это сделать, он подумает позже. — В туалет-то можно отходить? — Да, предварительно поставив меня в известность. — Сегодня я бы, наверное, осмотрелся здесь, а с завтрашнего дня с удовольствием приму ваше предложение.       Удовлетворительно кивнув, доктор Степлтон поспешила на свое рабочее место, оставив Шерлока в одиночестве.       Из-за преобладания грязных желтовато-серых тонов лаборантская казалась совсем крохотной. Желтизна принадлежала стенам, вернее, тем их участкам, что можно разглядеть за серыми канцелярскими шкафами и за серыми же казенными стеллажами, на которых выстроились толстенные папки: иные завалились навзничь, другие оперлись на товарищей по полке, некоторые пока стоят ровно. Призрачность надписей на корешках — результат ежедневной обработки электросветом. Тут же стопки скоросшивателей, кое-как распиханные по стеллажам, а некоторые засунуты вертикально между стойками, одна папка поверх другой; самые верхние нависли косым карнизом, грозя обрушиться от одного неловкого движения.       Что касается столов и стульев, то они были сделаны из того же прочного серого металла, что и стеллажи, а возможно, и реквизированы по списанию из другого отдела Баскервиля. На этих стульях не предашься размышлениям, откинувшись на спинку и уставившись в никуда.       Вся обстановка сообщала, что работа, которой тут занимаются, не настолько важна, чтобы заботиться о комфорте людей, ее выполняющих. От них требуется просто сидеть и заниматься своим делом, не отвлекаясь по возможности ни на что иное. А в конце рабочего дня — покинуть этаж через черный ход, не привлекая внимания ни уборщиков, ни вечно замотанных и оттого немного рассеянных ученых.       Шерлок взял наугад одну из папок — протоколы испытаний были датированы 30-ми годами прошлого века. Быстро ее пролистав, он вытащил ещё несколько папок и также бегло просмотрел. Общий смысл, содержащейся в них информации, был ему понятен — разработка новых формул и усовершенствование старых, но на доскональную расшифровку всех данных могут уйти недели, если не месяцы.       Внезапно из папки выпала самая простая школьная тетрадка. Шерлок поднял её и повертел в руках: ни одного опознавательного знака, включая имени ее владельца. Почти все страницы были исписаны мелким убористым почерком, но среди сплошного текста, то на полях, то внезапно прерывая предложение, скромно притаились формулы химических реакций. Присев на холодный металл ближайшего стула, Шерлок открыл наугад страницу и углубился в чтение. Записи представляли из себя некое подобие дневника. Ничего интересного. Коря себя за впустую потраченное время, Шерлок вложил тетрадку обратно в папку, из которой она выпала, и убрал на место.       За осмотром помещения время летело незаметно, и вскоре глухо прозвеневший звонок оповестил о начале обеденного перерыва. Поднявшись вместе со всеми на первый этаж, Шерлок выбрал себе на обед кусок жареной красной рыбы, микс из салатных листьев и огляделся, решая, куда бы присесть.       За одним из столиков он увидел одиноко сидящего молодого парня, который все утро, словно электровеник, носился по лаборатории, притаскивая на стол ученому с вечно красным лицом бесконечные ряды пробирок. Поравнявшись с парнем, Шерлок натянул на лицо самую доброжелательную улыбку и добавил в нее малую толику стеснения. — Привет! Здесь свободно?       Парень бросил взгляд на Шерлока, неопределенно пожал плечами и вновь уткнулся в свою тарелку. Приняв этот жест за согласие, Шерлок сел напротив и начал копаться в рыбе. Отколупнув малюсенький кусочек, он отправил его в рот и стал тщательно пережевывать. Потом отрезал такой же маленький кусочек салатного листа и отправил его в рот вслед за рыбой.       Парень украдкой наблюдал за ним, но когда Шерлок поймал его взгляд, то вздрогнул и отвел глаза. — Просто отвратительно, — Шерлок положил приборы и отодвинул тарелку. — Рыба пересушена, салат «уставший», горчит. Может взять мясо?       Шерлок специально постарался спросить так, чтобы было непонятно: обращается он к собеседнику или разговаривает сам с собой. И эта хитрость возымела желаемый успех. — Не стоит, — прочавкал парень с набитым ртом и чуть заметно качнул головой в сторону кухни. — Здесь всегда плохо готовили. — А есть где оставить обратную связь? На прошлой работе мы всем коллективом пожаловались на постоянно пересоленую и вечно сырую пищу, и бригаду сменили. Правда, не сразу, а только после того, как директора госпитализировали с сальмонеллезом, но все же сработало.       Парень в ответ захихикал и, кажется, немного расслабился. — Без толку. Уже три повара сменилось, а все равно невкусно. С другой стороны, это не удивительно. В этих местах любой деликатес будет казаться отравой, ведь центр… — парень запнулся на полуслове и испуганно заозирался. — Ведь центр построен на месте старинного кладбища, — закончил за него Шерлок. — Том… Ты же Том, да? Я видел тебя в лаборатории. Меня Генри зовут. Я с сегодняшнего дня работаю лаборантом у доктора Степлтон. А ты давно здесь? — Года два, — парень протянул полностью расслабленную руку, совершенно не позаботясь о том, чтобы хоть немного пожать руку Шерлока. На подушечке большого пальца у него был заметен свежий след от ожога, скорее всего, кислотой. — Ну и как, нравится?       Том снова неопределенно пожал плечами. — Не знаешь, из-за чего уволился мой предшественник? — как бы между делом спросил Шерлок, на что парень лишь отрицательно помотал головой. — Вы же с ним работали бок о бок, наверняка часто пересекались, и что, даже не разговаривали?       Шерлок изо всех сил старался, чтобы его голос оставался максимально доброжелательным. В нежелании общаться этот Том как две капли воды был похож на него самого, а значит, необходимо затратить безумное количество усилий, чтобы его разговорить. Понять бы еще, стоит ли оно того. — Ну скажи хоть, долго он здесь проработал или нет? — Не знаю, — буркнул Том, пристально рассматривая компот на свет. Вытащив рандомно несколько сухофруктов, он залпом его выпил и вытер рот рукавом халата, отчего Шерлока всего перекосило от отвращения. Но он быстро взял себя в руки. — Я здесь надолго не задержусь, — Шерлок откинулся на спинку стула, принимая непринужденную и расслабленную позу. — Года полтора оттарабаню, наработаю стаж и свалю куда-нибудь. По секрету скажу: доктор Степлтон пообещала меня поднатаскать. — Отсюда просто так не увольняются, — ехидно хмыкнул Том и с небольшим изумлением посмотрел на Шерлока. — Ты что, действительно не понимаешь, куда устроился? — Ну, почему не понимаю. Обычный научно-исследовательский центр. — То есть военные и усиленные меры охраны тебе ни о чем не говорят?       На этот раз Шерлок пожал плечами и улыбнулся. — Понятно, — протянул Том. — Ну ты и дебил! — Эй, выбирай выражения! — Шерлок притворился, что обиделся. — Подумаешь, охрана. Центр вообще-то посреди леса находится. Мало ли кто в нем водится. — Да лес тут вообще ни при чем. Все разработки здесь ведутся не для мирного применения, — Том замялся и продолжил шепотом. — И соглашение о неразглашении, которое ты должен был подписывать при трудоустройстве и которое ты явно не читал, не просто так бумажка.       Столовая начала стремительно пустеть, и ее работники начали активно убирать столы в зале. Том быстро собрал грязную посуду на поднос и, не попрощавшись, выскочил из-за стола. Шерлок не стал доедать свой обед и вернулся в лаборантскую.       За оставшееся до конца рабочего дня время он расставил реактивы, посуду и прочую утварь в привычной для себя логике, просмотрел оставшиеся папки и, главное, подготовил укромный уголок, в котором планировал работать для определения скрытого ингредиента наркотика.       Когда Шерлок поднялся в лабораторию, доктора Степлтон на месте уже не было, а рядом с грязной посудой лежала папка с пометкой «Сдать в архив». Перемывая пробирки, Шерлок постоянно вспоминал странную тетрадку. Зачем надо было ее так прятать? В том, что папка с протоколами исследований, проводимых полстолетия назад, стала для кого-то импровизированным тайником, он не сомневался. Поэтому перед тем, как закрыть лаборантскую, он достал тетрадку, спрятал ее себе за пазуху и направился к лифту.       В архиве, расположенном на самом нижнем этаже, он сдал документы под роспись, нажал на кнопку вызова лифта и привалился к стене, ожидая кабину. Внезапно в стене напротив появилась щель, которая стала быстро расширяться, и из образовавшегося пространства в коридор шагнул Боб Френкленд. — Генри, мой мальчик, — удивленно воскликнул Боб, увидев ошарашенного Шерлока. — Не ожидал вас здесь увидеть так быстро. Ванесса решила в первый же день погонять вас по всем отделам?       Двери скрытой лифтовой шахты плотно закрылись, и позади Боба вновь была просто белая стена. Строители центра постарались на славу: если не знать про секретный лифт, в жизни его не заметить. Шерлок невольно задумался: сколько же еще потайных ходов и комнат скрывает Баскервиль.       Убрав прямоугольную черную карточку в карман халата, Боб потянулся к кнопке главного лифта. — Вы бы хоть посторонились, молодой человек, — с напускным возмущением произнес он, невольно прижимаясь всем телом к Шерлоку и вдавливая его в стену. — Я… Конечно. Просто вы так неожиданно появились, что я немного растерялся, — Шерлок очнулся от своих мыслей и сделал шаг в сторону, но Боб расплылся в хищной улыбке и не позволил ему отойти, продолжая упорно нажимать на кнопку вызова, хотя включенная на ней подсветка и тихий гул работающего подъемного механизма оповещали, что лифт вызван и находится в движении. — Такой поздний час, а вы все еще работаете, мой дорогой Генри. Я всегда говорю коллегам, что переработки крайне вредны для здоровья, особенно, когда непосредственно имеешь дело с химией. Надышавшись парами, с непривычки иногда видишь такое… Знавал я, знаете ли, сотрудников, которым даже потребовалась помощь психиатра. Благо, наш достопочтенный доктор Бенджамен Фокс всегда готов протянуть руку помощи. — Совершенно с вами согласен, — медленно произнес Шерлок, глядя Бобу Френкленду прямо в глаза. — Я уже собирался было отправиться спать, как случайно встретил вас в коридоре по пути в свою комнату. Согласитесь, было бы невежливо с моей стороны не пожелать вам спокойной ночи.       Засмеявшись, Боб похлопал Шерлока по плечу и отстранился. Лифт, наконец-то, призывно распахнул свои двери, доктор Френкленд, не медля ни секунды, зашел внутрь и нажал на кнопку первого этажа. О том, что Шерлок поедет вместе с ним, не было и речи. Когда двери закрылись, Шерлок подошел к стене с потайной шахтой и несколько раз провел ладонью по холодному бетону.       Из-за умышленно неровно нанесенной краски щелка между дверьми даже на ощупь оставалась незаметной. Не чувствовалось и дуновения воздуха. Видимо, вентиляция была настроена таким образом, что включалась только когда лифт приходил в движение.       Коридор наполнили звуки симфонии «Идиллия-Зигфрида». Десять часов вечера — согласно внутреннему трудовому распорядку дня, сотрудникам было рекомендовано укладываться спать. Добредя до своей комнаты, Шерлок понял, что смертельно устал за день.       За окном начался дождь, мерно барабаня по стеклам и образуя на них дождевые дорожки. Временами ветер доносил с улицы приглушенные голоса охранников, вышедших на вечерний обход территории.       Переодевшись в пижаму и проверив тайник, Шерлок забрался на кровать, оставив из освещения лишь настольную лампу, завернулся в одеяло и открыл дневник. Постоянное напряжение, в котором он находился последние сутки, и бессонная ночь давали о себе знать: безумно хотелось спать. Но записи в тетради не давали ему покоя, поэтому он раз за разом перечитывал абзацы, до конца не понимая, что хочет в них найти. Дневник же рассказывал о личной жизни и любовных похождениях его автора.       По мере прочтения Шерлок заметил, что все вписанные между строк текста химические реакции написаны без ошибок и верно уравновешены. Но как они были связаны с текстом? Потянувшись к прикроватной тумбочке, он достал блокнот с карандашом и начал делать в нем пометки. Лишь когда тяжелые облака посветлели от лучей встающего солнца, его сморил сон.

***

      Утреннее солнце прокралось в кабинет Майкрофта Холмса, вытесняя ночной морок, и разноцветным фейерверком взорвалось в хрустальном графине с водой, примостившемся в опасной близости от края стола.       Уронив голову и спрятав лицо в ладонях, Майкрофт сидел в винтажном кресле спиной к окну и мысленно вспоминал своего младшего брата самыми «ласковыми» словами. Шерлок опять влез туда, куда его не просили. Подобные вмешательства всегда влекли за собой катастрофические последствия и обычно затрагивали не только личные сферы жизни старшего брата, но и крупные дела государства в целом. Вспомнить хотя бы проект «Бонд Эйр», на подготовку которого были угроханы уйма времени и сил. Чего только стоили переговоры с городскими моргами для оперативного сбора «пассажиров» на рейс мертвецов.

«Бонд Эйр» полетит.

      Самолет должен был взорваться в воздухе. План террористов осуществлен: сотни трупов, но никто не погибнет. Красиво. Но самолет не взлетел. Проект пришлось отменить. И во всем был виноват Шерлок, которому приспичило покрасоваться и в который раз доказать, что все вокруг него дураки. Поэтому сейчас было главным все спокойно обдумать и выработать тактику на случай, если все опять полетит в тартарары.       Майкрофт закрыл глаза и направился в чертоги разума. Когда-то давно он обучил младшего брата этой технике и в последнее время все чаще начинал об этом сожалеть, хотя, положа руку на сердце, понимал, что только благодаря этому Шерлок не угодил в психушку со своей патологической тягой к новым знаниям и социопатическими наклонностями.       Старший Холмс по-хозяйски шагнул на крыльцо родового поместья Масгрейв, где всегда был мед к чаю и где Шерлок играл среди странных надгробий.

Я где-то был потерян,

Иди меня искать.

И яму раскопай,

Где старый бук растет.

      Они были ненастоящими, эти надгробья, с неверными датами. Архитектурная шутка, завораживающая Шерлока. Майкрофт почувствовал, что сердце привычно сжалось от тоски по беззаботным дням, проведенным в величественных стенах, пока их сестра Эвр не спалила его дотла. На второй этаж вела устланная ковром лестница.

А дверь мою ищи

Ты в тени под ивой.

Но внутрь не входи…

      Нет, наверх он сегодня не пойдет. Если сразу повернуть налево и пройти через просторную гостиную, то можно выйти на задний двор. Погода на улице каждый раз соответствовала настроению Майкрофта, и сегодня во дворике гулял сильный холодный ветер, характерный для поздней осени.

Задул восточный ветер,

Мне хочет помогать.

      Майкрофт прошел мимо обнаживших свои кроны деревьев; под ногами чавкало от покрывающих землю толстым слоем мокрых листьев, которые налипали на подошвы дорогих кожаных ботинок. Вдали стали возникать надгробья семейного кладбища, между которыми резвился маленький Шерлок.       Майкрофт прикрикнул на брата, чтобы тот не хулиганил, но Шерлок лишь звонко рассмеялся в ответ и начал убегать вглубь кладбища. Чуть дальше находился крутой обрыв. Майкрофт рванул было за Шерлоком, подспудно понимая, что брат никак не сможет покинуть территорию поместья, но внезапно резко остановился. Что-то было не так.

Ты ветру доверяй —

Он к цели приведет.

      Слева, около старого высохшего бука, кладбище было иным — на нем Майкрофт «хоронил» тех, кто мешал его карьере. Надгробных плит было уже несколько десятков, и с каждым годом их количество только увеличивалось.       Новые могилы появлялись сразу с памятниками с выбитыми на них именами и датами. Но сегодня в земле зияли глубокие свежевырытые ямы. То, что это не его рук дело, Майкрофт знал наверняка. Он с опаской подкрался поближе — так и есть: черный мрамор был девственно чист. Так для кого же предназначались эти могилы? А главное, кто их мог выкопать?

Задул восточный ветер,

Иди меня искать.

И яму раскопай…

      Похолодев, Майкрофт рванул к Масгрейв-холлу.

Там смерть твоя, брат мой!

— Сэр, я говорю, может мне зайти позже?       Вздрогнув, Майкрофт вернулся в реальность. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Тяжело дыша, он сцепил руки, пытаясь унять дрожь. В дверях стояла его верная помощница Антея, как всегда уткнувшись в экран смартфона. — Нет, — Майкрофт прочистил горло, чтобы голос звучал, как обычно, властно и уверенно. — Рассказывай. — Согласно геолокации мобильного телефона, ваш брат находится дома, — Антея сделала пару шагов вперед, не переставая стучать по экрану изящными наманикюренными пальчиками. — Наши агенты также это подтверждают. Вот уже несколько дней он не покидал Бейкер-стрит. — Обновите статус наблюдения до категории «Ультра». Странно, что мой брат в подобных обстоятельствах заделался отшельником. Это на него не похоже. — Может, послать кого-нибудь внутрь дома? — Думаю, пока не стоит. Но если до конца недели ничего не изменится, срочно оповестите меня. — Хорошо, — кивнула девушка и на несколько секунд оторвалась от экрана, посмотрев на начальника. — Что-нибудь еще?       Майкрофт задумчиво сложил руки домиком и пожевал щеку. — Присвой тот же статус Молли Хупер. Что-то мне все это не нравится. — Готово, — отозвалась Антея, в пару кликов набрав необходимый пароль на смартфоне.       Солнце сменило свое положение на небосклоне и теперь светило прямо в левый глаз Майкрофта, заставляя того непроизвольно жмуриться. — Антея, есть у тебя планы на вечер? — Простите? — она промахнулась мимо буквы на виртуальной клавиатуре и на всякий случай поправила узкую юбку.       Взяв несколько листков бумаги из папки, которую он листал весь день, просматривая и анализируя полицейские протоколы и отчеты, Майкрофт обогнул свой стол, присел на краешек и протянул их Антее. — Я тут подумал, что в последнее время чересчур нагружаю тебя работой, и решил, что тебе необходимо развеяться. Возьми кого-нибудь, сходите сегодня в паб, повеселитесь. Вот здесь, например, судя по отзывам, неплохое обслуживание, а соцсети пестрят селфи на фоне его розовой стены.       Быстро пробежав глазами текст, Антея удовлетворенно кивнула. Когда за девушкой закрылась дверь, Майкрофт отправил короткое смс с текстом «Необходимо немедленно встретиться» и, убрав все документы со стола в сейф, вышел на улицу.

***

      «Сегодня решил провести день с Изольдой. Температура на улице опустилась до трех-пяти градусов, поэтому особо долго не гуляли и приняли решение уединиться в моей комнате, но по дороге встретили Виталия. Оказалось, что во вчерашней посылке его друзья прислали ему лимоны и парочку бутылок импортного алкоголя. Он предложил нам заценить гостинцы вместе, т.к. проводя дегустацию в одиночку, боялся уйти в запой. В итоге пятница прошла весело. Особенно мне понравился фиолетовый коктейль, в который Виталий добавил щепотку соли. Взял рецепт и обязательно повторю, но сначала надо завершить начатую работу. Чувствую, что мое упорство замечают и, возможно, вскоре переведут на более сложный участок.»       Шерлок раз за разом прокручивал эти строчки у себя в голове. Он чувствовал, что это явно был шифр, таящий в себе некую важную информацию. Но с какой стороны подойти к его интерпретации? До этого момента с расшифровкой записей особых проблем не возникало — автор дневника пользовался простейшими шифрами Атбаша и Плейфера, и Шерлок быстро понял, что его предшественник пытался выделить основной компонент, который использовала в своих экспериментах доктор Степлтон. Судя по тому, что данная запись была последней, то добиться результата ему не удалось. Интересно, бросил сам или ему помешали?       Подготовить набор буферных растворов, указанных в списке доктором Степлтон, для Шерлока не составило никакого труда. Составив их на маленький столик на колесиках, добавив очищенные горелки и прочие мелочи, он покатил его в лабораторию. — Судя по вашей ослепительной улыбке, наметились положительные сдвиги в работе.       Разместив все на столе у Ванессы, Шерлок как бы между делом заглянул ей через плечо, пытаясь разобрать пометки в блокноте. Она не стала их скрывать, а, наоборот, чуть подвинулась, чтобы Шерлок смог подойти поближе. — На данный момент мы занимаемся разработкой белковой молекулы, которую в дальнейшем можно будет использовать, как субстанцию для инновационного препарата. Главная задача: как можно быстрее добиться устойчивости белка, выделенного из капли крови, к денатурации в нетипичном органическом растворителе. — А кровь откуда? Извлекаете из грызунов или более крупных животных? — Шерлок изобразил крайнюю степень заинтересованности. — Нет, на территории центра нет вивария. — Используете заменители, — кивнул Шерлок, углубившись в ее записи и пытаясь запомнить максимальное количество информации. — Но ни один из них не может дать результат, позволяющий перейти к клиническим испытаниям на людях. — В «Баскервиля» не используются кровезаменители, Генри. — А тогда… — начал было Шерлок, но Ванесса выхватила из его рук свой блокнот. — Мне нравится работать в «Баскервиля». И знаете, Генри, что меня здесь устраивает? — она с вывозом посмотрела на него. — Отсутствие опытов на животных. А также то, что никто не ограничивает меня, как ученого, в реализации моих исследований. Остальное меня не волнует. Настоятельно советую и вам придерживаться данной тактики. — А если — нет? Вам вновь понадобиться новый лаборант?       Ванесса развернулась к нему лицом и скрестила на груди руки. — Если вам что-то не нравится, то все свои претензии вы всегда можете высказать Бобу Френкленду.       Пообещав доктору Степлтон всенепременно воспользоваться ее советом, Шерлок промчался мимо вжавшегося в стенку Тома, по дороге одарив его взглядом, от которого тот пожалел, что не может слиться со светло-бежевой краской, и выскочил на улицу. Прохладный ветер на миг запутался в его коротких темных кудрях и, разбросав их в разные стороны, полетел дальше — искать остатки сухих листьев, песок и другой мелкий мусор, который можно закрутить и поднять в воздух. Очень захотелось закурить. Шерлок с досадой подумал, что оставить дома никотиновые пластыри было фатальной ошибкой. Может и правда поговорить с Бобом; в центре ведь полно разной химии, наверняка, и аналог пластырей можно подобрать.       Слева послышались голоса, которые быстро приближались. Повинуясь внезапному порыву, Шерлок спрятался за угол. Осторожно выглянув, он увидел, что со стороны главного входа несколько человек в окружении пятерых охранников катили каталку, накрытую серебристым противошоковым одеялом. Они подвезли ее к одному из входов в бункер. Дверь тут же открылась, вся странная компания исчезла внутри и только лишь один мужчина, одетый во все черное, в накинутом на голову капюшоне, задержался на мгновение. Словно почувствовав взгляд Шерлока он оглянулся, но тут же бросился за остальными внутрь.       Словно гончая, почуявшая запах добычи, Шерлок рванул к бункеру. Остановившись перед бронированной дверью, он лихорадочно начал искать куда приложить карточку. — Представьтесь и назовите цель визита, — послышался сверху искаженный переговорным устройством металлический голос. — Генри Найт. У меня поручение от доктора Степлтон, — Шерлок лихорадочно соображал, какое поручение придумать, чтобы его пропустили. — Вам запрещен доступ на эту территорию. — У меня приоритет «Ультра». — Вам запрещен доступ на эту территорию, — не сдавались на том конце. — Это высший уровень доступа, открывайте! — Сэр, я прошу вас отойти от двери, иначе мне придется вызвать охрану. — Назовите ваше имя и должность, чтобы я мог отчитаться из-за кого не выполнил распоряжение, — в отчаянии вырвалось у Шерлока. — Последнее предупреждение, сэр.       Проклиная пропускную систему последними словами, Шерлок вернулся в лаборантскую, но и там его ждала неудача. Несмотря на широкое разнообразие химических реактивов, практически не ограничивающих своего обладателя в выборе методов анализа для определения скрытого компонента наркотика, оно не смогло принести ни одного положительного результата. Шерлок в сердцах разбил одну из пробирок, и отправил Молли сообщение, что сегодня вечером им необходимо созвониться.

***

      Такси плавно затормозило около паба на Греческой улице, и из него выпорхнули уже изрядно пьяные две молодые девушки. Смеясь и кривляясь, они сделали фотографии на фоне розовой стены и ввалились в питейное заведение, явно намереваясь продолжить бар-хоппинг. Громко переговариваясь, они устроились около барной стойки и заказали набор шотов.       Чем ближе время приближалось к полуночи, тем сильнее начинала грохотать музыка. Заказав два коктейля, одна из девушек подсела к одинокому мужчине и предложила ему выпивку. Тот смерил ее оценивающим взглядом, и между ними завязалась непринужденная беседа. Не прошло и пяти минут, как мужчина что-то шепнул брюнетке на ухо, и она, согласно кивнув, соскользнула со стула. Взявшись за руку, они стали протискиваться к выходу. Временами мужчина притягивал к себе хрупкую девушку за талию и жадно впивался в ее губы. Она громко хихикала и ловко выскальзывала из объятий. На улице мужчина прижал ее к стене, и его рука по-хозяйски начала забираться под коротенькую юбку случайной знакомой. — Ну все, хватит, — твердым, совершенно трезвым голосом заявила девушка и оттолкнула его от себя.       Мужчина пошатнулся, оступаясь с края бордюр, и приземляясь в салон моментально подъехавшего к ним черного лимузина. Брюнетка нырнула за ним в салон и захлопнула дверь. — К тебе или ко мне? — еле-еле выговорил заплетающимся языком мужчина и вновь потянулся в попытке поцеловать девушку. — Мистер Кайл Лоусон, прошу вас успокоиться и соблюдать приличия. С вами хотят поговорить. — Ни хуя себе! И кому это я понадобился? — Кайл икнул и пьяно оскалился. Ему никто не ответил, и он вновь подал голос. — Крошка, скажи хоть, как тебя зовут. — А-Антея, — бросила девушка, увлеченно печатая что-то на своем смартфоне.

***

— Шерлок, ты уверен, что тебе не показалось?       Молли Хупер перевела телефон на громкий режим и начала насыпать в турку кофе. Как назло, на работе ей пришлось задержаться, и она едва успела добежать до дома, чтобы схватить трубку разрывающегося от звонка телефона. Прямо перед ее уходом в Бартс спустили очередной труп, и необходимо было его зарегистрировать и проследить за флегматичными санитарами, чтобы они не перепутали холодильник. — Все-таки расстояние было приличное. Может, у того человека просто бледная кожа. К тому же сейчас народ любит заматываться шарфами по самые уши (да и я люблю, — добавила она про себя). А из-за постоянных мыслей о Греге воображение сыграло с тобой злую шутку. — Нет, я уверен — это был он, — через сильные помехи пробился измененный до неузнаваемости голос Шерлока. — Передай Брайану, что, когда вернусь, я собственными руками сверну ему шею. Чертов хакер! Из-за его так называемого высшего уровня допуска я вновь упустил этого психа Ватсона.       Молли тяжело вздохнула и открыла холодильник. Прямо перед глазами, на самом видном месте, стоял кусочек шоколадного торта. Время было уже позднее, и правильнее было бы взять к кофе пару ломтиков сыра. — Не горячись. Ты же помнишь, что представляет из себя «Баскервиль». Согласись, что совершенно неограниченный доступ у простого лаборанта вызвал бы серьезные подозрения не только у службы безопасности центра. К тому же, подумай: ну прошел бы ты за ними. И что дальше? Если это был действительно Ватсон, то, значит, кто-то сделал так, что он может беспрепятственно проходить на территорию. Тебе надо быть очень осторожным и вести себя тихо, чтобы не вызывать лишних подозрений на свой счет. Ты же, как обычно, не думая о последствиях, рванул в самый центр осиного гнезда. Я даже представить боюсь, что бы они с тобой сделали.       Тарелка с шоколадным тортом с тихим звоном переместилась на журнальный столик в уютной гостиной. Молли с ногами забралась на диван, щелкнула пультом от телевизора и остановила свой выбор на очередной мелодраме, временно убавив звук до минимума. — И все равно этот недоайтишник мог бы предупредить о возможных ограничениях, — по-детски обиженным тоном буркнул Шерлок, привыкший, что последнее слово всегда остается за ним. — Господи, ты неисправим, — то ли засмеялась, то ли простонала Молли. — Кстати, что за бред ты мне прислал? — О, это реальная зацепка, — даже на расстоянии можно было ясно представить, как Шерлок привычным движением взъерошил свои кудри. — Этот, на первый взгляд, обычный дневник представляет собой целое расследование. Лаборант, который работал на Ванессу Степлтон, похоже, тоже догадался, что многие (и я не удивлюсь, если не все) разработки центра имеют за собой криминальный след. — И ты хочешь сказать, что в своих записях он зашифровал попытки выяснить формулу какого-то вещества? Шерлок, тебе не кажется, что это уже слишком? Ты заигрался в детектива и даже в обычных вещах видишь преступление века. — Я так же, как и ты, вначале подумал, что в дневнике нет ничего полезного, но мне не давало покоя: зачем в таком случае надо было его прятать. И когда я решил выписать на отдельный лист все встречающиеся в нем формулы химических реакций, то понял, что они взаимосвязаны между собой. И более того, в результате этих реакций получаются соединения, которые ты обнаружила в составе наркотика.       Молли ошарашенно замерла, не донеся чашку с кофе до рта. — Я выслал тебе все расшифровки, но вот последняя запись… Я никак не могу понять, что в ней скрыто. Не верю, что мой предшественник решил увековечить, как и с кем он провел свой день. Может, расшифровав ее, мы, наконец, поймем последний, и он же главный, компонент наркотика.       Молли молча кивнула, забыв, что Шерлок ее не видит. Поставив дрожащей рукой чашку на столик, она направилась к окну и распахнула его настежь, впуская прохладный ночной воздух. На кухне тут же стукнула рама закрывшегося от сквозняк окна, но она не обратила на нее внимания. Пристально вглядываясь в темноту улицы, она медленно проговорила в трубку. — А где сейчас тот лаборант? — Говорят, что он уволился, но я поговорил еще с одним лаборантом из той же лаборатории, и он бросил фразу, что из центра не увольняют по собственному желанию. И я начинаю думать, что он прав. — Шерлок, ты понимаешь, что если это окажется правдой, то ты в смертельной опасности, пока находишься в «Баскервиля»? — в голосе Молли явственно прозвучала паника. — Прошу тебя, уходи оттуда. Хочешь, я попрошу помочь Майкрофта? Он поможет выбра… — Только попробуй! — зарычал Шерлок. — Если ты хотя бы слово скажешь моему брату, то я… То ты больше никогда меня не увидишь!       Он услышал, как Молли начала тихо всхлипывать. И его сердце сжалось от пронзившей его острой боли. Ему так захотелось обнять хрупкую девушку, прижать к себе, успокоить. Но все, что он мог сейчас сделать, это начать говорить тем вкрадчивым и тихим голосом, от которого Молли Хупер смотрела на него таким теплым, материнским взглядом. Голосом, которым Шерлок практически никогда с ней не говорил, понимая, что на самом деле — это был взгляд бесконечно влюбленного человека. — Мне нужно еще совсем немного времени. Баскервиль, словно кроличья нора, пронизан потайными ходами. И, похоже, я знаю, какой нужен именно мне. Главное, следовать за белым кроликом.