Does your journey still continue?

Флоки вернулся с Земли Богов во второй раз. Мужчины и женщины, которых он повел за собой, были неправильными. Их вера была слишком слабой. Но он не мог вернуться в Каттегат, так как эти недальновидные предатели вернулись обратно, бежали к Лагерте. Поэтому Флоки решил навестить своего старого друга — конунга Харальда. Он и его брат всегда разделяли веру Флоки и относились к нему с уважением. Конунг Харальд был не против, чтобы некоторые его люди отправились за ним в новый мир. И если Хальфдан уже вернулся из Средиземного моря, то он, возможно, тоже хотел бы присоединиться. Флоки узнал корабли Ивара сразу. В конце концов, он ведь построил их. Итак, Ивар вернулся. И, как и предполагал Уббе, это было началом войны, если она еще не началась. ** Ивар и Харальд встретили Флоки с восторгом. Конунг был особенно счастлив видеть его, потому что Флоки мог контролировать необходимый кораблям ремонт, прежде чем те снова отправятся в бой. Они только вернулись с первой атаки. Лагерта была подготовлена, но все равно понесла большие потери. Как и они. Флоки был опечален тем, что сыновья Рагнара воевали друг с другом. Ему не нравилось, что они не ладили с Лагертой. Но все же это была битва. И так он чтил Богов. ** Флоки кривит рот в отвращении. Он видит символ Бога христиан, такого он точно никогда не ожидал увидеть в деревне. Не награбленное добро, валяющееся в чьем-то доме, нет, он висит на шее, поверх одежды, чтобы все могли видеть. Бесстыдный жест, на который не решался даже священник Ательстан. Флоки смотрел на коротко стриженного мужчину, который ходил среди людей так, словно был одним из них, свободный, вооруженный. - Кто это? - спросил он телохранителя Ивара. - Это христианский питомец Ивара, - ответил Беловолосый. ** Ивар пришел к нему так быстро, как мог человек, который использовал костыль и металлические скобы для поддержки ног. - Я должен тебе кое-что показать, - сказал он Флоки, широко улыбаясь, гордый, взволнованный. И Флоки последовал за ним, думая, что его помощь может понадобиться в постройке боевых башен или в разработке плана нападения. Они пришли на небольшую тренировочную арену, вокруг которой, несмотря на дождь, толпились мужчины и женщины. Они смотрели в центр арены, где, находясь в грязи по щиколотки, трое мужчин сражались против одного. Несмотря на дождь, их одежды были покрыты грязью. Одинокий боец широко размахивал своим тупым мечом по кругу, делая непринужденные шаги в боевой грации. Лезвие рассекало дождь, отбрасывая оппонентов обратно в грязь. Небольшая улыбка украсила лицо человека, показывая его настоящую радость, которую он прятал за маской жесткой концентрации. Он перехватил меч, стряхнул с лица воду, и затем отбил очередную атаку, звук от столкновениz двух мечей ощущался словно удары молота Тора. Флоки не нужны были пояснения, не нужно было объяснение Ивара, чтобы понять, кем был этот человек. Человек, чей крест подлетал от каждого его движения, поворота и взмаха мечом. Ивар, который следил за каждым движением христианина с болезненным вниманием, повернулся к Флоки, его глаза блестели от возбуждения. - Разве он не хорош? - выражение его лица требовало только согласия, словно он даже не думал, что может быть какая-то иная реакция, - Я нашел его. Перед внутренним взором Флоки увидел другую пару голубых глаз, смотрящих на другого христианина много лет назад. Христианский священник только что обезвредил двух своих противников, и теперь скрестил меч с оставшимся. Глаза христианина нашли Ивара в толпе так быстро, словно мужчина знал, где он был, хотя до этого ни разу не отвернулся от своих противников во время боя. Их взгляды сцепляются, останавливаются друг на друге, на губах — одинаковые удовлетворительные улыбки. Уважение с обеих сторон. ** Они собрались для ужина в большом чертоге еще до начала трапезы. После того, как Харальд выступил с речью, люди начали собираться вокруг него, другие же тихо разошлись по своим комнатам. Это произошло после того, как христианский священник — епископ, так называл его Ивар — перекрестился перед столом и начал читать молитву, благодаря своего бога за пищу. Без сомнения, своим христианским благословением он осквернял еду, если не все запасы продовольствия. Флоки, в противовес ему, тут же принялся чертить в воздухе некоторые руны. Харальд смотрел на это с любопытством. Ивара же все, казалось, только позабавило. Таким взглядом он раньше смотрел только на Флоки или Аслауг. Он кивал в такт словам священника, словно слышал их дюжину раз. Ивар усмехнулся, и стащил с тарелки священника кусок мяса, встретив взгляд мужчины, он одной рукой повторил знак молитвы и запихнул кусок в рот. ** - Как ты можешь позволять ему выставлять напоказ свою веру, конунг Харальд? - спросил Флоки позже, - Это неправильно. Это позорно. Харальд в ответ лишь пожал плечами: - Он хороший воин. И оказал нам большую услугу на поле боя, ты должен был видеть его. Ивар позволил ему сохранить свою веру и я не возражаю. Он любопытен, интересен. Мы должны уважать его Бога, ибо он защитил его в бою и принесет ему еще много славных убийств. Ты не хочешь иметь во врагах такого Бога, Флоки. Я знаю это, - Харальд поднял палец в предупреждающем жесте, - Не убивай его. Мне нужны корабли Ивара. ** - Флоки. Флоки, - Ивар обхватил рукой плечи корабельщика, - Почему ты такой хмурый? - он улыбнулся ему, и Флоки почувствовал желание улыбнуться в ответ, как он всегда делал с Рагнаром. - Я понимаю, ты не терпишь веры христиан, я тоже. И ты знаешь это. Но он не угроза для нас, ты не должен воспринимать это так...лично. Я поклоняюсь нашим Богам так же, как и ты. И я всегда понимал их больше, чем мой отец, независимо от того, насколько боги были благосклонны к нему. - Да, Ивар, я знаю это, - согласился Флоки. - Скажи, Флоки, - Ивар сел на чурбак, сложив руки на коленях, - Неужели Боги действительно приказали тебе убить отцовского священника? - в глазах Ивара было любопытство. Флоки скорчил гримасу, наклонив голову. Но он должен был сказать Ивару, он знал это. Ивар не осудил бы его. И Боги уже все знали. - Когда-то я думал, что так и было. Но теперь я не уверен. Ивар пожал плечами в добродушном жесте. - Какая теперь разница? Он мертв. Я не знал его, - Ивар сделал паузу, - Но мой брат, Бьорн, я думаю, любил его. - Как и Лагерта. - Почему они все так любили его, я не понимаю, - Ивар снова дернул плечами, - Он был слаб. - Он сражался вместе в нами в Уэссексе. Был переводчиком, когда мы были в Англии. Ательстан был полезным, - это раздражало Флоки. Даже после всех этих лет его тяготило признание, что священник оказался полезным, - Но Рагнар любил его не за то, что он делал для него. Он любил его за то, кем он был. - Христианином?! - Ивар резко рассмеялся. - Нет, - Флоки покачал головой и легко улыбнулся, вновь вспоминая, как молод был Ивар и как мало он знал о мире. Но то, каким был этот мир, в котором Рагнар был мертв, а Ролло нашел счастье с христианской принцессой, отказавшись от своей веры. Флоки опасался этого и предсказал такой исход, еще когда Ролло вынужденно принял крещение в реке. Это был тот мир, в котором Рагнар последовал за своим священником в загробный мир, а его сын привел к ним еще одного. И Флоки почти мог видеть стоящего за всем этим Локи, там, на опушке у деревьев, он смеялся и забавлялся от своего ловко сыгранного трюка. И, может быть, Флоки заслужил это за то, что недостаточно почитал Богов. Они показали ему свою землю и вновь отправили сюда, чтобы Флоки увидел, как христианский Бог загрязнил его дом еще раз. Но это был не добрый и прощающий Бог, о котором говорил Ательстан. Тот, кто позволил врагам убить своего священника. Это был один из тех Богов, что Рагнар показывал в одной старой книге. Бог этого священника был мстительным, мощным. Флоки, который поклонялся своим Богам столько, сколько знал себя, видел истинную веру священника — жизненный путь, который Бог даровал ему. Он видел этого человека, этого епископа, и когда он смотрел в его глаза, то видел пламя, горящее там, и признал священника столь же могущественным, каким был он сам. Его вера была столь же сильна, сколь был его Бог. И в глубине души, совсем немного, Флоки боялся его. Флоки встряхнул головой, рисуя руны в воздухе. Он совершенно забыл про Ивара и теперь стоял к нему спиной, когда молодой викинг смотрел на него выжидающе и с любопытством. Словно он мог видеть то, что видел Флоки. - Нет, - повторил он, - Он любил его по той же причине, по которой он любил Лагерту. Он любил его, потому что он любил. Он видел в нем что-то… - Это правда, что мой отец крестился во Франкии? - Да. Это было условие, по которому мы попали в город Париж, - но это было куда больше простого условия. Рагнар пошел на это, потому что даже в смерти он не мог отпустить своего священника, он вновь предпочел Ательстана Флоки, всей своей семье. Флоки думал, что, если бы Ательстан прожил чуть дольше, то Рагнар отрекся бы от своей веры и принял христианского Бога. При этом было совершенно немного вещей, что бы Рагнар сделал ради него. Флоки был так зол. Он был зол на Рагнара много-много лет. Но после смерти священника, спустя несколько лет Флоки понял, что он забрал у Рагнара гораздо больше. Рагнар не был прежним после его смерти. Никогда больше. - ...Сработало? - голос Ивара вырвал Флоки из его мыслей. - Что? - Думаешь, это сработало? Можно ли снова смыть его, это крещение? - Ивар рассмеялся. - Я спрошу у Хеамунда. Интересно, что он ответит на это, - Ивар вновь засмеялся, - И как отец мог допустить это? Мой христианин отправится со мной в Вальхаллу, - сказал он, словно это была самая очевидная вещь в мире. ** - Вашей Вальхаллы не существует, - язвительно ответил Хеамунд, - Ты будешь вечно страдать в аду, как и все другие язычники, которые отвергли слово Господне, что он пытался донести до них. На секунду Флоки опешил. - Я убил одного из вас, - сказал он наконец, указывая пальцем на епископа. Епископ проигнорировал жест Флоки, выдержал его взгляд. - Теперь он на небесах, вместе со своим создателем. - Я не думаю, что это так. Видишь ли, он убивал христиан, - хмыкнул Флоки. Хеамунд заметно побледнел. - Это страшный грех. Но безгрешный первым бросит камень. Если он раскаялся и просил прощения у Бога, то, я уверен, он получил его. Ибо любой грех, что он совершил, был виной вашего народа. - О, священник, ты понятия не имеешь, не так ли? Этельвульф разве не рассказал о священнике своего отца, Короля Эгберта — ты помнишь его, тот, которого Ивар убил и бросил в бочку, - который решил вернуться с Рагнаром Лодброком? Но не волнуйся. Я расскажу тебе. Он выбрал Рагнара, предпочтя его своему народу, - Флоки приблизился к лицу Хеамунда очень близко, - Посмотри на свою веру, священник, береги ее. ** Спустя несколько дней, Хеамунд вытащил Ивара живым из битвы с армией Лагерты. Флоки еще сражался, когда увидел, как священник пробирается сквозь воинов и через круп его коня был перекинут Ивар. Священника покрывала кровь, его меч расчищал ему путь. И Флоки был ему благодарен за жизнь Ивара, он видел, как тот слез с коня и исчез среди массы сражающихся. Но все-таки Флоки был зол. И позже, после того, как они вернули в лагерь, он увидел, как другие проходят мимо Хеамунда, похлопывая его по спине, проявляя похвалу и уважение за его заслуги в бою. Флоки подумал, что нет, это человек не был похож на Ательстана. И если бы Ательстан был таким, как он, то Рагнар никогда бы его так не любил. Но так как это был Ивар, то Флоки знал, что он будет любить священника так же, как Рагнар любил Ательстана. ** Флоки лежал рядом со своим кораблем, смотрел в чистое ночное небо, которое прояснилось от туч. - Ах, Рагнар, - сказал он, - Ты ведь смеешься надо мной, не так ли? И вы все будете смеяться надо мной, когда я буду сидеть в Вальхалле, а ты со своим христианином на своих небесах, повторяешь молитвы и крестишься перед ангелами и Иисусом, как будто он что-то значит для тебя. О, я буду таким одиноким тогда, Рагнар. Я и сейчас одинок. Боги наказали меня за мое высокомерие? Или они настолько любят тебя, что продолжают наказывать меня за его убийство? - Флоки вздохнул, - Ивар твой истинный сын, больше, чем все остальные. Может быть поэтому я всегда любил его сильнее.