Мир Подлунный

      Мерный движения рук продвигали Рони все ближе к берегу. Тело перестало дрожать в воде и мышцы будто стали сильнее. Чужая одежда давала возможность свободно двигаться и совсем не тянула вниз. Мышцы беспрерывно работали. А ярко-зеленые глаза впивались в деревянные дома на острове, одновременно с этим силясь рассмотреть в небе черные точки. И если дома с каждым взмахом рук приближались все ближе и ближе, то ни одной темной стрелы в небе увидеть не удалось. Разве что одна слишком нахальная чайка опустилась к воде и старательно дергала пряди волос Рони, сопровождая свои действия истошными воплями.       Тяжело дыша и отплевываясь Рони вылезла на берег и постаралась отряхнуться, что правда удалось ей с весьма сомнительным успехом. Только лишь черный кожаные ленты, стягивающие голубую кофту из мягкой ткани, затянулись еще крепче и Рони с трудом удалось их ослабить. Она стянула с меховых и немного великоватых сапог одну кожаную завязь и убрала волосы с шишку на затылке, правда некоторые пряди все равно выбились, но до того ли сейчас?!       Преодолев начавшийся мандраж, Рони быстрым шагом двинулась к деревне. Прокручивая в голове, как мантру: «Хоть бы не кома, хоть бы не кома…»

***

      — Эй, ты! — Рони вздрогнула и быстро отскочила от топора торчащего из стены одного из домов, который еще секунду назад так страстно желала рассмотреть. — Да, ты. Ты откуда взялась такая? С чужих островов? — викинг наседавший на нее был неопрятен и груб. Черные волосы во все стороны торчали из-под рогатого шлема, а в руках крутился дротик. — Я… Нет, я из, — тут Рони явно замялась и огляделась кругом. Викинг все теснил и теснил ее к ближайшему дому. Рони отчаянно желала перевести разговор на другую, более нейтральную тему, но в голову лезло только одно, — А где все драконы? И всадники? Отправились на задание? Викинг на секунду даже опешил, — Какие всадники, малявка? Ты что сказок старушечьих перечитала, что голову потеряла? Драконов ручных захотелось, рыбья косточка? … — тут взгляд викинга на мгновение расфокусировался, будто он неожиданно вспомнил что-то ускользающее и давно забытое. Но через пару мгновений наваждение будто спало и он хотел вновь начать допрос, на ему на голову тут же приземлилась ручка топора, и викинг, закатив глаза упал на булыжник.       А Рони, воспользовавшаяся временным замешательством викинга, вырвала из стены топор и ударила противника по макушке. Переведя дух, она поудобнее перехватила рукоять и озираясь двинулась дальше. Но в голове билась одна мысль: «Почему викинг так отреагировал на ее слова о наездниках?»       Рони аккуратно шла по деревне, отчаянно силясь смещаться с толпой. Впрочем, викинги как оказалось народ не так чтобы очень внимательный. Никто и внимания не обратил на девочку с топором. Сперва ей казалось что идти по улице с топором чревато последствиями. Но… Но как оказалось, все вокруг вели себя совершенно обыкновенно, ругались, кричали, торговались, пили темный эль из деревянных и грубо отесанных кружек, передавая последние сплетни. Дети бегали по все закоулкам и непрерывно вели уличные сражения, матери качали детей и одновременно с этим рубили рыбу, или лупили незадачливого ребятенка, которому случилось заехать локтем по бочке и рассыпать рыбу. Между домами с блеяниями сновали овцы, за которыми в свою очередь бегал какой-то викинг и силясь что-то прокричать, открывал рот в беззвучном крике. Здоровенный детина с ведром на голове укачивал курицу, и все… Все без исключения имели при себе оружие. — Мэм, — Рони обратилась к как ей показалось довольно спокойной женщине с корзиной моркови, — Вы бы не могли мне подсказать как пройти к до… — с языка чуть не слетело «дому вождя», — я хотела сказать к новой статуе Одина. Кажется ее установили около дома вождя, но не будучи уверенной, я имела смелость обратиться к вам с этой незатейливой прось… — Что за говорок у тебя, такой странный? — Я съела слишком много рыбы сегодня за завтраком. Соль все горло сожгла и засушила язык. — А чево уж распинаешься, будто я особа какой знатного рода. Коли вопрос у дитятко так пуже говорит яки на душе есть, а коли нету пущай уходит с дроги, дел по самый верний поврот. Ну довай, дитка, говорь! — Рони, отчаянно учившая старонорвежский язык всю свою жизнь имела яркий немного мелодичный акцент, что долго старалась искоренить, но так и не получилось. Но слова это женщины привели ее в совершеннейшее удивление. — Я прошу прощения? — Говорь, говорю! — Я хотела спросить дорогу к статуе новой… — То чтоу дома вождьнево? Слыхивали, слыхивали. За горкой она каменной, увидишь, коли зрением не обижена, дитка. — Покажите направление пожалуйста. — Тамо… — женщина махнула рукой куда-то влево и подцепив корзина рукой, удалилась под недовольное бормотание на своем не совсем понятном Рони, говоре.

***

      Рони петляла между домами, пока не вышла к небольшому возвышению, на котором, будто бы важно раскинув плечи, величественно стоял дом вождя. Ко входу вела лестница, но Рони, помятуя о некоторых особенностях этого дома и основываясь не недавнем опыте, обошла дом по широкой дуге и нырнула в заднюю, потайную дверь (замки у викингов не ходу, видимо), как раз в тот момент, когда в деревне началась паника: сбежала пленница, вчера найденная на берегу…