Что наша жизнь? Игра?

      «Ушёл…»       Кага отошла от окна и тихонько вздохнула. Словно гора упала с плеч. Как же всё быстро произошло… Девушка, конечно, понимала, в каком положении находилась, и даже прочла несколько книг, доставленных специально для неё, но даже так оказалась абсолютно не готова к произошедшему. С того самого момента, когда она, неспешно прогуливаясь по базе, вдруг охнула, почувствовав, что по ноге льётся что-то тёплое, и сползла на ближайшую скамейку, события вдруг понеслись вскачь.       Погрузившись в собственные ощущения, она так и не поняла, откуда вокруг вдруг взялось столько людей. И откуда появилась машина скорой помощи? Кага просто не видела, как перед «скорой» по улицам строящегося города неслась ещё и патрульная машина, сердито взрыкивая сиреной на медленно, по мнению экипажа, уступающих дорогу редких автомобилистов. И, конечно, она не знала о поднятых по тревоге двух отделениях морпехов в «полной боевой», сидящих в тот момент внутри прогретых и готовых мгновенно сорваться с места БТРов. Паранойя? Скажи это кто Никитину, тот лишь пожал бы плечами — «Да, она самая. И что?» Разумеется, он понимал, что вероятность нападения на будущую мамочку на территории, плотно контролируемой им же самим, не то что близка к нулю, а и вовсе стремится к отрицательным величинам, но… Словом — на откуп случаю Андреич не оставлял ничего. Разумеется, саму больницу, куда и привезли Кагу, охраняли не простые ВОХровцы. Да и доктора в родильном отделении работали не простые. Ничего этого отчаянно трусящая будущая мамочка не знала, да и зачем ей знать такие «мелочи»?       Девушка воспринимала происходящее словно во сне: вот она на скамейке, вот уже возле неё тормозит машина скорой помощи, вот она уже в салоне, а рядом что-то успокаивающе бормочет женщина в белом халате… Кага даже не понимала, что ей говорят, но сам тон медика успокаивал и вселял уверенность, что всё будет хорошо. Девушка не была глупой и понимала, что с ней происходит, но! Одно дело читать о чём-то подобном в книгах, и совсем другое, когда это происходит с тобой! Паниковать в такой ситуации вполне естественно, и даже попытки успокоить себя («Я боевой корабль, видела всякое, и какими-то родами меня не устрашить!») помогали слабо. Затем больница, небольшая палата на четыре места (можно было бы конечно и отдельную, но было решено не оставлять девушку в одиночестве) а потом — ТОТ САМЫЙ момент…       Здраво мыслить Кага смогла начать уже в палате, когда медсестра подала ей маленькое тельце, упакованное в одеяло:       — Поздравляю, мамочка! Смотрите, какой красавец родился!       А потом было многое. И знакомство с сыном… Боги! Сын! НАШ СЫН!!! И уроки новых знакомых (соседок по палате): как давать грудь, как пеленать… целая наука, которая хоть и описана в книгах, но вот детали… И самое главное — ожидание. А что скажет ОН? А вдруг ОН разочаруется, вдруг она станет ему не нужна? Глупости, конечно, но попробуйте это объяснить новоиспечённой мамочке?       И вот ОН, наконец, появился, и Кага, только раз взглянув в такие родные глаза, мгновенно успокоилась — нет, не разочаруется, нет, не бросит. И такая волна облегчения прошла по телу, что юная мама едва устояла на ногах, а глаза защипало.

* * *

      Сказать, что Варя была рада — не сказать ничего. Если раньше у неё раз за разом буквально из-под носа уводили интересные образцы (Ну и что, что добровольно отдала, всё равно обидно!!!), то Жанна компенсировала буквально все страдания. Не просто Высшая — сама Повелительница! Ух какой простор открывается. Кху-ку-ку-ку!!!       «Впрочем, кто сказал, что интересные объекты для исследования одной лишь Повелительницей и ограничиваются? Если так подумать, то ребёнок от союза канмусу и человека — тоже тема весьма перспек…» Варвара даже додумать эту мысль не успела, как ощутила, что по спине вдруг прокатилась такая волна холода, будто к позвоночнику ледышку приложили. Величиной примерно с тот айсберг, что с «Титаником» познакомился — с печальными для последнего последствиями. Подсознание, явно более рассудительное чем разум бедовой учёной, мигом сообразило, до чего конкретно подобные мысли могут довести местами не совсем адекватную хозяюшку, и врубило инстинкт самосохранения на полную. Тут даже распоследнему ёжику в глухом таёжном лесу будет очевидно, что за фразочки вроде «перспективный материал» в адрес ребёнка Адмирала оторванным носом и отодранной ремнём докрасна задницей одна любопытная особа точно не отделается! Тут ведь и «лишний отросток», головой именуемый, могут оторвать, а потом скажут, мол, «так и бУло»! И что ещё печальнее — все, даже дедушка, с таким выводом согласятся! И, возможно, даже будут правы… Но как ведь хочется!       Варя вздохнула и усилием воли выкинула несбыточные (и просто опасные) мысли из головы — как-никак, она — учёный-исследователь и, когда надо, может исключить для себя нереальное. А значит, надо работать с тем, что есть! И вот тут, кстати, тоже своих подводных камней хватало.       Варвара с опаской посмотрела на свой новый «объект исследований». Тот, вернее та, примерно с такими же чувствами изучала девушку.       Разумеется, прежде чем их двоих оставили наедине, обе получили детальный и подробный инструктаж, и начальство в моём лице крепко надеялось, что эксцессов не будет. Каких? Да тут, зная эту парочку, всё что угодно может случиться: от случайно, в пылу исследовательской лихорадки, препарированной Повелительницы с одной стороны и до безголовой, в буквальном смысле слова, исследовательницы, запугавшей объект своих опытов до такой степени, что тот решит, что спастись можно только вот таким, радикальным, образом.       Впрочем, беспокоился я зря. На удивление, эти двое довольно быстро спелись: с одной стороны, Варя, дорвавшаяся до любимой работы, с другой — Жанна, которой попросту нечем было заняться (ну не на боевые же её отпускать?). И процесс пошёл, даже более того.       Варя, когда не валяла дурака, изводя наших контрразведчиков (что вошло у неё в спортивную привычку какую-то), имея под рукой довольно мощную лабораторию, буквально набитую новейшим оборудованием и укомплектованную штатом, состоящим из разного рода гениев, разошлась всерьёз. И самый большой их прорыв — мирового уровня, без дураков — произошёл, как ни странно, из-за меня… Но тут надо по порядку.       Варя, проведя первичные обследования и загрузив ассистентов по самые брови работой по обобщению результатов, решила-таки докопаться у жертвы своих опытов: как та дошла до жизни такой? Та, получив от меня указание содействовать вивисекторше (в разумных пределах, конечно), скрывать ничего не стала и в приватной беседе (подозреваю, с чаем, плюшками, а возможно, и с чем покрепче) выдала всё как есть. И про свою судьбу-злодейку, и про Сержа-призрака, и про меня — иномирца.       Варя, получив вот таким неожиданным образом на руки доказательство существования параллельных (ну или перпендикулярных — как-то они всё-таки пересеклись) миров, выдала совершенно логичную мысль: раз уж факт перехода в другую реальность неоспорим (даже потрогать можно!!!), значит — что? Правильно! Значит, его можно воспроизвести искусственно! А если наука этого делать не умеет, то это исключительно проблема науки, и она, Варя, эту проблему призвана решить!       Увы, об этих её выводах мы с Никитиным узнали слишком поздно. Просто однажды, в один далеко не самый прекрасный момент, я вдруг почувствовал, что Хоппо пропала! Вот она была — и вот её нет! Причём я продолжал её чувствовать, знал, что с ребёнком всё в порядке, но на Базе её не было!       Вскочив как ужаленный, я пулей вылетел из Штаба и замер на месте, мучительно соображая: а куда мне, собственно, бежать? Зрелище несущейся в мою сторону Вари родило первые подозрения, а её сбивчивое: «А-Адмирал, невиноватая я! Она сама туда прыгнула!!!» перевело эти подозрения в твёрдую уверенность.       Что ж, разборка показала, что в этот раз Варя действительно не виновата. Разве что в несоблюдении техники безопасности, но попробуй останови любопытную Хоппо, если ей приспичило! Тут только Слава бы справилась, да и то…       Короче — дело было так: Варя, существо хоть и не особо иногда понимающее последствия своих действий, но при этом безусловно гениальное, вознамерилась построить машину для прокола грани между параллельными мирами. И ведь построила же! При всём при этом руку (и не только) к созданию этого агрегата приложила и Жанна. Обе создательницы пытались объяснить, как они достигли подобного результата, но я понял только одно: созданный аппарат — чёртово смешение современных технологий и мистических, иначе не назовёшь, сил сильнейшей (ну или одной из) Химе на планете. Повторить такое ещё кому-нибудь получится вряд ли.       Так вот, строили они, строили и, наконец, построили — на нашу голову. Делалось всё в тайне, но попробуй утаи что-нибудь от сверхлюбопытного носика моей Хоппо! Ведь база — это она и есть. У меня, может, и получилось бы, а вот у этих двоих — без шансов. Ну и, разумеется, при пробном запуске Хоппо решила поприсутствовать лично. И поприсутствовала. А так как на эту проныру никто не рассчитывал, то и инструктаж с ней никто не проводил. Результат — пустая лаборатория, серебристо-серый вихрь, состоящий из непонятно чего посередине, и… тянущая к нему свои любопытные ручонки Хоппо, и Орёл, в отчаянном броске пытавшаяся ухватить несносное дитя за шкирку в безнадёжной попытке оттащить её от непонятной гадости. Именно такой результат зафиксировали камеры, снимавшие прохождение эксперимента. Что сказать? Приплыли!       — Не всё так плохо! — Варя, и сама переживающая за мелкую, летала по лаборатории как электровеник, что-то подкручивая, что-то регулируя и записывая. — Параметры сохранены, мы сможем всё повторить! Сейчас перезапустим систему и…       — И?       — Ну… я схожу туда и приведу Хоппо обратно…       — Ты?       — Я! Я накосячила, я и…       — Успокойся.       — Но!..       — Успокойся, я сказал. Вы не виноваты, да и с Хоппо всё в порядке, — тут я перехватил изумлённый взгляд и пояснил: — Я её чувствую.       Жанна, до этого момента неподвижно стоящая в уголке, удивлённо вскинулась:       — Связь? Значит…       — Да, она действует и там. Значит так. Варя, готовь аппаратуру. Сколько времени тебе понадобится?       — Ну… минут сорок…       — Даю тебе час. Не спеши.       Ох, кто бы знал, какой ценой мне дались эти слова! Умом-то я понимал, что Хоппо — малышка сообразительная и не пропадёт, да к тому же с ней Орёл, но то умом! А вот сердце требовало нестись и спасать дитятко немедленно, пока оно уже там не нашло себе приключений на задницу! А оно, со своей-то шилопопостью, очень даже может!!!       Пытаться успокоиться самому, при этом успокаивая Славу и Никитина — занятие такое себе. Хорошо, что Андреич быстро въехал в ситуацию и развил бурную деятельность.       — Я с вами точно рехнусь! — тоскливо выдал безопасник и потопал организовывать охрану особо ценного и жутко секретного объекта.       Причём установки охране он выдал воистину драконовские вплоть до «А если кто кроме Адмирала, меня и этих вот двоих (Варя и Жанна) попытается приблизиться, валите в ноль!» Мне и самому пришлось дать соответствующие распоряжения, чтобы избежать эксцессов.       Через час я, полностью экипированный (даже свой счастливый артефакт захватил, «калаш» который), стоял возле странного вихря и настраивался на Хоппо, потому как:       — Чем чётче сможете себе её представить, тем ближе к ней окажитесь! Теоретически.       Вот это «теоретически» радовало не очень, но раз уж нет горничной… Кхм, ладно. Я непроизвольно задержал дыхание и нырнул в портал.

* * *

      «Ой! Нехорошо получилось».       Хоппо нахмурила лобик и немного растерянно огляделась по сторонам. Море. Берег. Какие-то домики невдалеке. Непонятно, но интересно. И раз уж наказания всё равно не миновать (девочка была реалисткой и последствия своего любопытства понимала отлично. Вот кто её просил тыкать пальчиком в тот вихрь? Посмотрела бы, и всё… Но нет же, приспичило потрогать! Теперь перспектива под названием «папин ремень» висела над нарушительницей как дамоклов меч. И больно, и стыдно), надо хоть посмотреть, куда это их занесло. Любопытно же!       Девочка шикнула, и Орёл, до сих пор держащая любимую Принцессу на весу за шкирку как нашкодившего котёнка (что, в принципе было не далеко от истины), поспешно поставила девочку на землю и отступила на шаг назад. Субординация, однако!       Маленькая Химе удовлетворённо хмыкнула и с интересом уставилась на окраину поселения. Там явно происходило что-то совершенно интересное, и девчонка вприпрыжку поскакала в сторону намечавшихся событий. Орёл, разумеется, поспешила следом. Что показательно — ни та, ни другая не волновались ни в малейшей степени! А на фига? Связь с Адмиралом есть, а значит, он скоро прибудет, и всё будет хо-ро-шо! Такая вот непробиваемая логика…       А события тем временем набирали обороты. Первоначально Хоппо хотела лишь поглазеть на странного вида тётю, что копошилась во дворе одного из домов. Та что-то бормотала себе под нос, изредка взмахивая руками — непонятно, но интересно же! Вдруг перед этим самым домом прямо из воздуха на мостовую вывалились какие-то дяди, и началось.       — А-А-А-А! — заорал немедленно один из них и рухнул на брусчатку.       Пока слегка офигевшая Хоппо силилась сообразить, чего это он затеял, другой дядька схватил малышку за руку и рывком подтащил к себе.       — Эй, Боунс! — заорал он. — Бросай палочку и выходи! А то девчонка умрёт… и очень нехорошей смертью!       Так. Понятно. Как говорил папа, угрожать детям смертью — плохо. И такое ничто оправдать не может, а значит — дяди плохие! Хм-м. Тогда тётя хорошая?       Пока Хоппо раздумывала, Орёл ничем подобным не заморачивалась. На Химе напали! Чего тут раздумывать?! Правда, предупредить агрессоров она всё же попыталась — ну, как смогла, конечно:       — Мне есть трудно говорить язык этой тверди-в-море. Вы есть отпустить Химе… принцесса. Иначе будете… поглощены.       Нападавший, однако, не только не отпустил девочку, но и попытался напасть на Орла! Во всяком случае после его вопля глубинная почувствовала лёгкую чесотку — ну как будто по броне кто-то полоснул из пулемёта… Последние сомнения у обеих отпали.       — По!       Одновременно с этим Хоппо схватила удерживающего её человека (человека ли?) за руку и отшвырнула от себя. Несильно — папа же говорил, что другие люди хрупкие, и с ними нужно обращаться аккуратно… даже если они плохие. Человек, правда, с воплем пролетел несколько метров и шмякнулся о забор соседнего дома, да так там и остался лежать, копошась в пыли.       Орёл тем временем сделала вещь, совершенно естественную для авианосца — подняла свои истребители. Что произошло дальше объяснять, думаю, не надо. Быстро и грязно — пожалуй, эти два слова наиболее полно описывают произошедшее. Убедившись, что желающих отхватить пи… э-э-э, проявить агрессию больше нет, Орёл отозвала самолёты и приблизилась к ошарашенно хлопающей глазами женщине. Пока не появился Адмирал, следовало хоть как-то наладить контакт с местными.       — Я есть говорить язык тверди очень плохо, — произнесла она. — Хоппо не говорить совсем. Идёт сумеречный шторм. С ним приходить тот, кто объяснять.       Объяснять, как понимаете, пришлось уже мне. Когда я с автоматом наперевес (мало ли чего) выпал из портала во дворе дома, подозрительно схожего с изображением средневекового английского поместья, то первым, что я услышал, было неизменное «По»! Ну разумеется, кто бы сомневался. Нашалила — и в кусты. Ладно, будем воспитывать. И сейчас, и, главное, потом!       — Хоппо, не балуйся!       Доча, мигом уловившая моё настроение и сделавшая верные выводы, мгновенно вспомнила все уроки этикета, что проводила с ней Кага.       — Здравствуйте, — тут она решила, что кашу маслом точно не испортишь, и продемонстрировала идеальный поклон, — я — Хоппо, принцесса-крепость.       — Орёл, — сестра славы заморачиваться не стала и скопировала поведение юной госпожи. — Ударный авианосец Во-класса.       — Сергей Владимирович, — представился уже я, глядя на совершенно охреневшую от подобных заявлений хозяйку поместья. — Можно просто Сергей, — добавил я, вспомнив, что иностранцам трудно понять, что такое отчество.       — Амелия Боунс, глава департамента магического правопорядка, — представилась в свою очередь она.       Хм. Магического правопорядка? И почему это у меня смутная уверенность, что это я где-то уже слышал?       — Пройдёмте в дом. Кажется, идёт шторм.       И правда, с моря чем-то таким веяло. Причём не просто непогода, было там что-то ещё. Что-то такое, родственное тому вихрю, с которого всё и началось.       — И как же вас сюда занесло?       Мы сидели в гостиной. Что сказать? Английская классика. Большие окна, портреты на стенах. Камин, обогревающий всё это великолепие. Мокрая как мышь (интересно, а почему именно как мышь?) хозяйка, инстинктивно жмущаяся к огню. Да, мы не успели совсем немного, буквально в паре шагов от крыльца на нас прямо-таки обрушилась сверху настоящая стена воды. Нам-то пофигу, а вот хозяйка успела промокнуть.       — И кто вы вообще такие?       — Адмирал? — Орёл уставилась на меня.       Ну разумеется: старший появился — вот пусть он и разруливает. Что же, доля здравого смысла тут есть.       — Я — действительно командир военно-морской базы «Китеж-град», и канмусу почему-то признали меня своим адмиралом. А потом и все остальные вслед за ними. Мне даже корочки выдали.       — Канмусу? — переспросила хозяйка.       Ну точно — следак. Пришлось пояснять. Причин скрывать что-то я не видел, поэтому выложил как есть:       — Кантай мусуме, «Девы Флота» по-японски. Девушки, принявшие в себя груз духа погибших военных кораблей и их команд.       Глаза Амелии стали ещё круглее. Видимо, бедная магичка попыталась осознать феномен канмусу со своей, магической, точки зрения. Интересно, что у неё в итоге получилось?       — Так значит, они?..       — Нет, — пришлось развеять её заблуждения. — Как раз они — представительницы Глубинного флота, которых мне удалось…       Блин, как же мне ей объяснить то, что и наш генштаб до конца не понимает?       — …Поставить под свои знамёна, — подсказала Хоппо и довольно улыбнулась, радуясь, что смогла выручить папу.       Пришлось кивнуть. Примерно так всё и было, если по-простому.       — Ни разу не слышала ни о чем подобном… — только и смогла ошарашенно помотать головой женщина.       Ну, разумеется… Что ж, вот и услышала. Блин, а ведь они здесь маги… А если решат нанести ответный визит? Хотя… есть идея. И я, мысленно передав инструкции обеим подчинённым, начал прямо на коленке валить с больной головы на здоровую, а говоря по проще — выдавать на-гора откровенную дезинформацию:       — Получается, сумеречный шторм протащил нас в другой мир. Значит, Глубина… — блин, только бы Тень не обиделась, хотя странно, с каких пор меня её чувства так волнуют? — …способна и на такое. Хоппо, ты чувствуешь базу?       Умница-доча сориентировалась мгновенно, кивнув с важным видом и ткнув пальчиком куда-то в направлении Сириуса.       — А перенести нас можешь? Ну… как в тот раз.       Девочка задумалась и отрицательно покачала головой.       — Шторм, — тоже верно, и что хорошо — почти правда, похоже, кое-какие помехи аппаратуре он всё же создаёт, иначе Варя уже выдернула бы нас отсюда.        — А когда он прекратится?       Мелкая важно кивнула — играть роль всемогущей волшебницы ей явно понравилось. Тем временем прохвостка, явно решив, что мне не до неё, потянулась за плюшкой, поданной нам хозяйкой вместе с ароматным чаем.       — Хоппо! — ну ты у меня дождёшься…       Мы сидели и пили чай, обсуждая случившееся. Хоппо и Орел ввели меня в курс дела. Оказывается, они уже и тут умудрились отличиться, угробив с десяток каких-то «пожирателей», как назвала этих мудаков хозяйка. Почему мудаков? А брать детей в заложники — нормально? Так только последний мудак и поступает. Так что туда им и дорога.       Между тем Хоппо отошла чуть в сторону, к портрету какого-то мужика, и вдруг насупившись, начала водить пальчиком по раме:       — Знание… смерть… убивать…       И вот тут офигел уже я — портрет ожил, благосклонно посмотрел на малую и произнёс:       — «Если не знаешь, за что убить стоящего перед тобой — не убивай».       — Хороший девиз. — А что я ещё мог сказать?       Когда лёгкая паника (по-моему, хозяйка была удивлена выходкой портрета как бы не больше нас) улеглась, мы вновь занялись важным делом — убиванием времени. Хозяйка ждала окончания шторма, мы — сигнала от Вари. И всё же, почему мне это всё смутно знакомо? Маги, оживающие портреты?       — Юная мисс чем-то недовольна? — оп-па, а это ещё что за чудо?       — Это Типпи, наш домовой эльф.       — Хм… — эльфов я представлял себе как-то иначе. С толкиеновскими дивными созданиями этот товарищ имел столько же общего, сколько бомж с топ-моделью. Разве что уши тоже острые. Как там было? — «Эльфийских стрел чарующий напев, коль жив остался, помнить будешь вечно. Скользят стрелки весёлые меж древ и песенки свои поют беспечно. И сеют смерть. Ты вспомнишь, уцелев, эльфийских стрел чарующий напев».       В ответ на процитированные мною строки Амелия прочла нам лекцию о том, кто такие «настоящие» эльфы и с чем их едят.       — Хорошо, я понял. Но всё-таки прикажите своему слуге, чтобы он появлялся на некотором расстоянии от Хоппо. Пусть её обвес и остался в Китеже, но она даже голой рукой ударить может так, что в каменной стене дыра три на два метра остаётся. Проверено. А уж этого… — блин, это убожество и эльфом то язык не поворачивается назвать: — …многоуважаемого домового эльфа — и вовсе на запчасти разберёт.       — Эльфы крепче, чем кажутся, — пожала она плечами, отхлёбывая из чашки. — Но, пожалуй, вы правы: подставляться под удар, способный пробить камень, ему не стоит. Типпи, слышал?       — Да, госпожа, — отозвался эльф. — Я буду появляться в стороне от госпожи гостьи. И ударюсь головой об стену за то, что посмел напугать званую гостью хозяйки.       — Можешь не ударяться. Чтобы действительно напугать Хоппо, нужна как минимум боевая эскадра.       — Хм… — А ведь это раболепие… Мысль упорно билась в мозгу, и оставалось лишь схватить её за хвост.       — Домовые эльфы. Амелия Боунс. Нимфадора… Тонкс. Какой сейчас год?       — Девяносто шестой. В смысле тысяча девятьсот…       — Не надо уточнять. Я понял. В турнире Трех волшебников победил Гарри Поттер?       — Да, — ошарашенно кивнула собеседница.       Бинго, блин! БИНГО!       — А в этом учебном году преподавателем Хогвартса назначена Долорес Амбридж?       — Да. Но она погибла при нападении Пожирателей смерти на Хогсмит и похоронена на территории школы.       — Вот даже как… — А вот это, похоже, неканон, хотя… а кто сказал, что всё, написанное какой-то там беременной английской писательницей, должен совпадать с этим миром до последней запятой? Да и наше появление Роулинг, насколько мне известно, не описывала. — Это может всё осложнить. Но на всякий случай… Можно листок бумаги и ручку?       По кивку хозяйки «эльф» метнулся за писчими принадлежностями. Притащил он… пергамент и перо. Блин, уж авторучку и бумагу господа маги могли бы и изобрести?!       — Вот. Может быть, это будет полезно вам, как главе департамента магического правопорядка.       Она взяла лист, бросила на него взгляд и ошеломлённо замерла. Ну ещё бы, столько развединформации о сильнейшем враге на блюдечке с голубой каёмочкой… Впрочем она быстро взяла себя в руки и продолжила изучение моей писанины.       — Это вряд ли, — вдруг усомнилась она, отрывая взгляд от написанного. — Наземникус Флетчер был убит не то в 91, не то в 92 году.       Ну, как я и думал — различия всё же есть.       — Значит — не украл. Тогда он должен храниться там, где и написано.        Она кивнула и задумалась, явно прикидывая, как выудить у владельцев упомянутые мной предметы. Наконец она, явно дочитав, вопросительно уставилась на меня.       — С последним я вам не помогу. Но по логике их должно быть семь.       — Спасибо, — она с достоинством поклонилась. — Насколько можно быть уверенным?..       — Боюсь, что не сильно, — вздохнул я. Ну реально, откуда мне знать, насколько этот мир отличается от «поттерианы»? — Некоторые мои знания из того же источника уже оказались неверными. Может, и Сириус Блэк ещё не сбежал из Азкабана?       — Сбежал. И уже был убит Златопустом Локхартом.       — Ну ни себе фига! — Вот это поворот. Он же должен был… А да и хрен с ним. — Развоевался, герой недоделанный! —«Блин, по-русски же говорю» — спохватился я и перешёл на английский. — Но в любом случае всё надо проверять. Часть данных совпадает, часть — нет. Так что и это может оказаться верным, неверным или же верным частично. Как бы то ни было, я вам больше уже ничем не смогу помочь.       — Вы УЖЕ помогли больше, чем многие из тех, кому следовало бы помогать по долгу службы, — ответила она задумчиво, и в голосе магички послышались злорадные нотки.       — Шторм закончился. Мы можем идти.       Варя наконец-то передала сигнал, и Хоппо вновь принялась отыгрывать роль могучего существа, коему подвластны пространство и время. Вовремя, блин. Засиделись мы тут. Мы взялись за руки и шагнули в вихрь, оставив хозяйку дома обдумывать свои действия. Домой…       Пожалуй, последствия этого приключения для Хоппо я расписывать не буду. Пороть паршивку всё же не стал, остыл чутка, да и сама малышка повела себя достойно в сложившейся ситуации. Орла и вовсе наградили, да так, что остальные сёстры по причине глубокой и чёрной зависти чуть не устроили счастливице «тёмную». Благо у той хватило мозгов поделиться с кровиночками выписанной премией. А вот потом пришлось написать кучу бумажек, инструкций и распоряжений. Варину лабораторию феечки обнесли дополнительной стеной (даже Земского не пустили, чему он неслабо обиделся) и объявили зоной опасных биологических экспериментов. В подтверждение чего Жанна с Варей пару дней проходили в весьма правдоподобно нарисованных язвах, так что зеваки прониклись, даже стали немножко жалеть «объект исследований». Словом — любопытных от «Объекта» мы отвадили намертво. Ну а охрану базы усилили ещё одним батальоном.