Наука требует жертв

Глава 19

«Я смяла пустую пачку и посмотрела в окно — опять моросило. Надо бы сходить за сигаретами, но лень. Неопределенность убивала меня, она была похожа на эту нудную изморось, длилась и длилась, не решаясь пролиться настоящим ливнем, превратиться в бурю, сметающую на пути все преграды. Мне так хотелось стихии…» Шли занятия, и в столовой почти никого не было. Сегодня у нее был тяжелый день: сейчас окно, потом еще две пары, консультация и совещание. Механически жуя безвкусные остывшие котлеты, Ирина читала новую главу «Исправления ошибок». События развивались медленно. Лис42 в последнее время редко баловала читателей обновлениями. Пока что случился второй поцелуй, на этот раз в подъезде дома преподавательницы, и опять по инициативе Марины. Елена Витальевна Успенская, как всегда, была скромна и застенчива. Ирине стало немного стыдно за свою распущенность. Она, по сравнению с героиней Алиного фика, выглядела настоящей куртизанкой. Может, Слуцкой хочется, чтобы она была такой, как Елена? Ирина, покраснев, вспомнила их недавний поход в торговый центр, тесную пыльную примерочную. Алю со спущенными джинсами и себя, стоящую перед ней на коленях. Ужас при мысли, что в любой момент кто-то может отодвинуть занавеску, переместился куда-то на задворки сознания, все в ней было сосредоточено только на стремлении довести Алю до пика. И когда Слуцкая судорожно сжала ее плечи, с силой прижимаясь к ее лицу, Ирина ощутила мощный прилив восторга. Наверное, так бывает, когда кого-то, когда к кому-то… она все еще не могла себя заставить обозначить словами свое отношение к Але, но точно знала, что с ней ей было невероятно хорошо и комфортно так, как никогда и ни с кем. Несмотря на то, что они нарушали кучу этических норм и общественных правил, несмотря на то, что их будущее было весьма туманно, Ремезова ни о чем не жалела. В отличие от зажатой Елены, которая в свои тридцать с хвостиком переживала из-за невинного поцелуя и выносила мозг Марине. «Я была уверена, что Елена теперь жалеет о том, что произошло тогда в подъезде ее дома. Она не могла смотреть мне в глаза на парах, я видела, что ей неловко. В один из дней, я написала ей сообщение: «Надо встретиться». Но она проигнорировала. И тем не менее ее тянуло ко мне. Наша связь была неотвратимой, я знала это, и она знала. Мы были обречены. Просто ей нужен был толчок. И тогда я решила, что…» — Можно составить тебе компанию? Она оторвала взгляд от телефона, возле нее с подносом стоял Мостовой с трагичным, как у Пьеро, лицом. — Присаживайся, — равнодушно сказала она и опять уткнулась в телефон. «Я решила, что с меня хватит. Я перестану щадить ее чувства и заставлю испугаться, что она может меня потерять. Самым действенным и банальным способом: заставив ее ревновать. Но, конечно, я не ожидала, что она застанет нас с Викой в туалетной кабинке. И я не хотела так ее шокировать. Мне достаточно было просто флирта у нее на глазах, я не предвидела, что Вика забьет на стадию романтических поцелуев и сразу приступит к куннилингусу». — Ир. Ремезова неохотно подняла глаза на Ростислава. — Я тебя слушаю. — Ира, я хотел извиниться за тот вечер. Я знаю, что вел себя отвратительно, — он заглядывал ей в глаза, чуть наклонив голову вбок, и сейчас напоминал щенка, который напрудил в неположенном месте и виновато смотрит на хозяина. Только в этой ситуации все выглядело отнюдь не трогательно, а скорее нелепо. — Проехали, Ростик. Надеюсь, что ты помирился с женой. — Да, я вернулся домой, но по-прежнему думаю о тебе. Ремезова усмехнулась, ее бывший любовник явно насмотрелся пропахших нафталином мелодрам. — Так, давай вот без этого, — она сердито откинула салфетку. — Хорошо, хорошо, давай тогда о деле. Ты уже отправила статью? — Мостовой поднес к губам ложку с супом, аккуратно втянул в себя жидкость. Ирина отвела взгляд, уткнувшись в свою тарелку. Как она могла спать с этим типом? Сейчас ее в нем все раздражало.  — Да, еще на прошлой неделе. Жду, когда они ответят мне и сообщат дату публикации, и, кроме того, я планирую поехать в Прагу на конференцию по гендеру, одна из организаторов — Джудит Батлер, должно быть интересно. Мостовой поморщился: — Там все завязано на педиках, не мой фасон. Ирина усмехнулась: — Ну, это же ты затеял всю эту возню с грантом на гендерную тему, а сейчас на одних правах женщин далеко не уедешь. Слишком избито, нужно что-то поинтересней. И, кстати, у тебя слишком устаревшие сведения, сейчас в тренде люди, которые еще не определились с выбором пола. Прозвенел звонок на перерыв, и столовая начала наполняться голодными студентами, которые выстроились в длинную очередь с подносами, шумно галдя и смеясь. Многие, проходя, здоровались. В момент, когда они обсуждали, как будут оформлять заявку на грант и каковы их шансы на его получение, в столовую вошли Артем, Катя, Аля и Слава Авдеев. Все четверо кинули рюкзаки возле соседнего столика и пристроились в хвост очереди. Ирина старалась не смотреть в их сторону и с преувеличенным вниманием продолжила слушать Мостового, который нудно разглагольствовал о своей статье на тему эволюции гендерных образов в постсоветском пространстве. — Короче, к концу месяца я отправлю ее в «Социологические исследования». Думаю, что они возьмут. — Конечно, я уверена, что им понравится, — рассеянно ответила она, размышляя о том, что вряд ли она успеет приготовить сегодня ужин, так что это хорошо, если Аля сейчас пообедает здесь. — Приятного аппетита, — Авдеев стоял над ними, поправляя очки, — Ирина Николаевна, можно я пропущу сегодня пару? У меня очередь к зубному на это время. — Конечно, Слава, конспекты возьмите у кого-нибудь из ребят. Мостовой аккуратно резал мясо, отделяя жилистые части и складывая их на край своей тарелки. Ирина завороженно следила за его действиями и в сотый раз спрашивала себя, что она делала рядом с этим мужчиной два с половиной года? — Кстати, Ира, ты же едешь в Геленджик читать лекции заочникам? — Ростислав откинулся на спинку стула и, достав зубочистку, начал ковырять у себя в зубах. — В середине декабря, — краем глаза она заметила, что компания уже разместилась за столиком, Аля находилась буквально в двух метрах и, казалось, не обращала на нее внимания. Некоторая нервозность прослеживалась в ее жестах, но в остальном она сохраняла абсолютно невозмутимый вид. — Так и у меня тоже в это время курс по экономике. Там возле филиала прекрасный грузинский ресторан открыли. Я помню, ты любишь долму. Она прикусила губу, чтобы не рассмеяться, представила себе, как сейчас бесится Аля, и довольно громко ответила: — Мои вкусы сильно изменились. За соседним столиком со звоном что-то упало. Смирнов рассмеялся. Мостовой обернулся, еще через минуту на ее телефон пришло сообщение: «Через пять минут возле пожарного выхода на втором этаже». Ирина покосилась на Алю, та небрежно помешивала кофе, по-прежнему не глядя на нее. Зато Самойлова то и дело беспокойно поглядывала в их сторону, не забывая орудовать ложкой. Это уже длилось две недели, с той самой их незабываемой встречи в Алиной прихожей. По словам Слуцкой, Катя очень прониклась — совместное распитие спиртных напитков, что ни говори, сближает. Аля шутила, что Самойлова превратилась в настоящего шиппера и переживает теперь за будущее их отношений. По словам Слуцкой, каждый раз, когда Ирине на парах случалось нахмуриться, Катя испуганно спрашивала подругу: «Вы что, поссорились?». Ирина встала. — Ты уже все? — Мостовой вскинул на нее глаза. — Да, у меня сейчас пара у триста шестой, — она кивнула в сторону соседнего столика. — Не опаздывать! — весело кинула она студентам и пошла к выходу, Мостовой увязался следом. А вот это вообще не входило в ее планы. — Ростислав Евгеньевич, — Катя, запыхавшись, догнала их на выходе, в руке у нее была зажата ватрушка, — можно вас на минуточку. — Это срочно? — с досадой в голосе спросил Ростислав. — Я просто хотела уточнить, насчет пятой лабораторной… Ирина не стала мешкать и воспользовалась явно не случайно предоставленным ей шансом. Быстрым шагом она направилась к лестнице на второй этаж, на ходу вытаскивая из сумки заветный ключ от пожарного выхода. Ноги ее уже начали предательски слабеть, и она в очередной раз поразилась тому, какое воздействие оказывает на нее Слуцкая. — — --------- Она успела закурить, когда ручка двери уверенно опустилась вниз. Аля вошла и повернула в замке ключ. Ирина смотрела на нее, прищурившись, выпустив струю дыма, небрежно спросила: — Вы что-то хотели, Александра? — внутри все дрожало от возбуждения, но лицо оставалось бесстрастным, именно в этом и был смысл их игры. Аля ничего не ответила, вытащила у нее из пальцев сигарету и сделала затяжку. Поднесла сигарету к ее губам, Ирина потянулась к ней и удержала Алину руку возле своего рта, коснулась краем языка ее пальцев. Потом отпустила и лениво сказала: — У нас пара через десять минут. Если у вас ко мне какое-то дело, то вам стоит поспешить. Ей безумно хотелось, чтобы Аля уже перестала ее мучить и освободила от нарастающего томления в низу живота. Аля приблизила свое лицо почти вплотную и тихо произнесла, щекоча дыханием губы Ремезовой: — Мне кажется, что вы решили меня подразнить, Ирина Николаевна? «Да, конечно, я решила тебя подразнить и раззадорить, потому что мне хочется, чтобы ты сейчас меня грубо взяла, трахнула как последнюю сучку, овладела мною прямо на этой грязной лестнице…» — У вас слишком богатая фантазия, Александра, я всего лишь беседовала с коллегой. Алины губы были всего в нескольких миллиметрах. Она отшвырнула догоревшую до фильтра сигарету и сжала рукой Ирину грудь. — А может, вы скучаете по нему? — ее щека коснулась Ирининой, — или по его члену? Вам его не хватае… Больше терпеть было невозможно. Она впилась в эти насмешливо изогнутые губы поцелуем и всем телом прижалась к Слуцкой. Не дав ей опомниться, Аля оторвала ее от себя и с силой впечатала в стену, развела руки в стороны, держа за запястья, и языком провела вдоль выреза блузки, потом опять приблизилась губами к ее рту и выдохнула: — Я так и не услышала ответа. Ирина попробовала высвободить руки, но у Слуцкой была железная хватка. Внизу все давно скрутилось в тугой узел и требовало разрядки. — Ответ очевиден, если ты сейчас же не начнешь что-то делать, я за себя не отвечаю, — хрипло произнесла Ирина и, резко выгнувшись, прикусила мочку Алиного уха. — Тсс, ну нельзя же быть такой нетерпеливой, — с улыбкой выговорила Аля. В тот же момент Ирина почувствовала, что ее руки свободны, она ухватилась за Алины плечи, чтобы не потерять равновесие в момент, когда ее юбку задирают выше талии, и спускают колготки и трусики. И вот она уже яростно движется навстречу длинным изящным пальцам, которые наконец в ней. — Быстрей, сильней, о господи, Аля, еще… Звонка на пару она даже не услышала. Ремезова в изнеможении уткнулась в Алино острое плечо, постепенно ее дыхание выровнялось, и она нежно поцеловала тонкую прозрачную кожу возле ключицы там, где учащенно бился пульс. — Как я буду сейчас вести пару? — Ну, в понедельник ты прекрасно справилась после того, как мы на парковке… — Не напоминай, я и так чувствую себя самой развратной женщиной этого университета. — А мне нравится считать тебя самой удовлетворенной женщиной, и вообще, не ной, секс тонизирует организм. Ирина с сожалением отстранилась от девушки и начала приводить себя в порядок. — Между прочим, специалист по поднятию тонуса, тебе придется сейчас сбегать в магазин за колготками. — Как? И пропустить пару по методам социологических исследований? Вы в своем уме, Ирина Николаевна? Она небольно щелкнула Алю по лбу: — Нечего было их рвать. Если метнешься проворным хорьком, успеешь ко второй половине, послушаешь про анкетирование. — Блин, Ир, я тебе с утра намекала насчет того, что неплохо было бы надеть чулки. А ты не уловила. — Слуцкая, вот ты ходишь в брюках и тебе тепло? Попробуй походить при нулевой в чулках. — Ну, зато ты настоящая женщина, — Аля достала из Ириной сумки помаду, — и вот это тебе сейчас тоже не помешает. Ирина вздохнула: — Я не представляю себе, как я сейчас войду в таком виде в аудиторию, и тем более, как я буду смотреть на твою Катю. Это ты ее послала отвлечь Мостового? — Ну… да, попросила. Но я же ей не объясняла с какой целью. — Ничего, я сейчас заявлюсь со стрелкой, в мятой юбке, и она сообразит. — И глаза… — Что глаза? — В них столько счастья, — Аля хихикнула, ловко увернулась от очередного щелчка и, отойдя подальше, сказала: — Я обязательно приду на вторую половину пары, обожаю смотреть на тебя, особенно, когда ты такая. Она выглянула в коридор и, убедившись, что поблизости никого нет, тихо выскользнула за дверь. Ирина усмехнулась и пробормотала, обращаясь к самой себе: — А я обожаю, когда ты смотришь. — ------------- ------------------ ---------- — Напиши еще про концепцию предпринимательства Шумпетера. Это нормальная будет привязка, — Ремезова устало вытянулась на тахте и зевнула. Аля сидела за компьютером в ее кабинете и писала работу по экономической социологии для Мостового. — Он еще хочет, чтобы осветили нелинейные теории общественного развития и динамику хозяйственной жизни. — Ну добавь про концепцию циклов флуктуаций Сорокина, кстати, на второй полке снизу зеленая книжечка, там все красиво описано. И она тоненькая, — Ирина издевательски улыбнулась. Аля посмотрела на нее как на врага народа и со вздохом потянулась за книжкой, при этом ее спортивные штаны немного приспустились, открыв обзору участок обнаженной кожи. Ирина судорожно сглотнула и прикрыла глаза. Они решили не отвлекаться. Она наконец усадила Алю за учебники у себя дома. Теперь главное — не сорваться и не начать грязно приставать к усердной студентке. Вдруг Алин телефон зазвонил. — Да, — она пожала плечами, показывая, что не понимает, кто звонит. — Слуцкая Александра. Да. …кто дал? — она наморщила лицо и скривилась в презрительной гримасе. — Нет, мне нечего вам сказать. Там ничего не было. Мне плевать, что вы находились в зале. Мне нечего вам рассказать, и я не… Она замолчала, слушая, о чем говорят на другом конце провода, подошла к тахте и рухнула на нее, прижимаясь к Ирине, не отнимая трубку от уха. — Вы не имеете права распространять ложную информацию. Это чушь! Вам что, больше не о чем писать? Опять пауза. Ирина погладила ее по бедру и глубоко втянула воздух, как же тяжело сдерживать себя, когда она рядом, и еще этот одуряющий запах «Крэйва» сводит с ума. — Я поняла, хорошо. Сколько вы мне даете времени? Что значит сутки? — Аля подскочила и села. — Вы и так уже не по горячим следам пишете, к чему такая срочность? Да плевать мне, что у вас десять тысяч подписчиков. Я вас не знаю. Она опять прислушалась, тем временем приставив палец к виску и нажимая на воображаемый спусковой крючок. — Окей, ладно, хорошо, давайте в «Уни» завтра в шесть вечера. Аля отсоединилась и отшвырнула телефон: — Черт! Черт! — в ее голосе зазвучало отчаяние. — Надо же было этому козлу блоггеру оказаться в «Барине». И главное, три недели прошло. Это уже даже не актуально. Самойлова говорила, что он отирался в универе, и ему Измайлова дала мой телефон, но я думала, что пронесло. Но нет, сука, он, оказывается, был в отъезде. Теперь вернулся и хочет со мной побеседовать. Уточнить некоторые детали, — Слуцкая передразнила — «моим подписчикам будет интересно узнать про то, как на вечеринке у не последнего человека в крае разыгралась настоящая драма, да еще с участием сексуальных меньшинств». — Судя по интонациям, он точно голубой, — она вздохнула и легла рядом с Ирой, — и значит, у него на меня сработает гей-радар. — Я тебя умоляю, — Ирина взъерошила Алины волосы, — возьми на встречу Смирнова, пусть притворится твоим парнем. Кроме того, он такой брутальный красавец, что твой гей забудет про статью и начнет слюни пускать. Аля привстала на локте и посмотрела на нее с легким удивлением, потом расхохоталась: — Не уверена, что из этого что-то выйдет, но звучит забавно. Мы будем с ним как пара агентов под прикрытием. Ремезова притянула ее к себе и обняла, провела рукой вдоль позвоночника: — Мистер и миссис Смит. — Ты знаешь, что если бы я была мужчиной, я бы сказала, что у меня на тебя все время стоит, — тихо прошептала Аля, раздвигая коленом Ирины ноги. — Да, — Ирина прикрыла глаза, — аналогично, но… — она сделала паузу, — флуктуации циклов Сорокина, они сильнее твоей и моей эрекции. Аля застонала: — Ты великая обломщица, — она с неохотой поднялась с тахты и вернулась обратно к компьютеру и зеленой брошюре. — ------------------- -------------- Она совершенно отвыкла от платьев, но Ирина буквально силой заставила ее надеть свое черное шерстяное платье свободного кроя и плотные черные колготки. Аля ворчала, морщилась, негодовала, но Ирина была непреклонна. — Слуцкая, ну посмотри на себя в зеркало, — она подтолкнула ее к трюмо, — ты просто создана для того, чтобы разбивать мужские сердца. — Сомнительный комплимент для лесбиянки, не находишь? — Аля критически посмотрела на свое отражение, — и вообще, я ненавижу платья, ты не представляешь себе, сколько моя мать со мной скандалила из-за этого. Как только она начала понимать, что джинсы я ношу охотней юбок, она, как одержимая, начала покупать мне только платья и, когда видела меня в брюках, сатанела. И это при том, что тогда она еще не знала о моей ориентации, да что там, я еще о ней не знала. Но она однозначно считала, что я родилась с дефектом. Я выходила из дома в платьях и потом в соседнем подъезде переодевалась в джинсы, я их в рюкзаке прятала. Она как-то в школу неожиданно приехала и обалдела, увидев меня в рваных ливайсах. — И? — Ремезова рылась в шкатулках, размышляя, сможет ли она уговорить Алю еще и на бижутерию. — И ничего, прямо там, в коридоре, дала пару пощечин и сказала, что я выродок. Но как-то после этого махнула рукой и оставила меня в покое, так что я отвоевала право носить джинсы не для того, чтобы влезать в юбки. Ирина обняла ее за талию, прижалась к ней, одновременно надевая ей на шею бусы из темно-желтого янтаря: — Посмотри, как они сюда идут. Когда ты вернешься со своего рандеву, обещаю лично снять с тебя это платье. Как тебе такое предложение? — Достаточно непристойное. Буду теперь весь вечер предвкушать, обнимая Смирнова при этом, — Аля закатила глаза, но бусы не сняла. — Ну, представь на его месте меня, только не советую вести себя как позавчера, когда мы ели суши в «Йокогаме». Пожалей Смирнова, он же не железный, не стоит хватать его под столом за колено. — Не переживай, максимум, за что я могу схватиться — это за яйца этого долбаного блогера, и то с целью — оторвать. * * * В кафе «Уни» играла легкая испанская музыка. Молодой человек, в профиль похожий на хохлатого попугайчика, помахал им рукой. Он сидел за столиком у окна и говорил с кем-то по телефону. Блогер по имени Борис Коц носил розовую рубашку и шейный платок лимонного цвета, что прибавляло ему сходства с попугаем. А еще у него была манера отставлять мизинец, когда он держал чашку. Але он не нравился так сильно, что она решила выпить чего-то покрепче. — Милый, закажи коньяк, — проворковала она, кладя голову на плечо Артема, и улыбнулась Борису, который взирал на красавца Смирнова так, как смотрят на дорогостоящую вещь в витрине магазина. С вожделением и отчаянием от того, что она тебе не по карману. — Кстати, познакомьтесь, это мой парень, Артем. Мужчины обменялись рукопожатиями. Артем сжал пухлую холеную ладошку блогера и тут же украдкой вытер ее о штаны. — Видите ли, Сашенька, — Борис откинулся на спинку стула, — я был там, правда, в другом зале, но застал, так сказать, развязку. И видел, как вашу Анжелу увозила «скорая». Вас к тому моменту уже не было. Я поговорил с очевидцами, и все в один голос утверждают, что она из-за вас пыталась совершить суицид. Я считаю, это очень вкусный материал. Особенно забавно, что это произошло на дне рождения сына известного фармацевтического магната. Я не могу пройти мимо. И наше гей-сообщество в Краснодаре будет в восторге. Давно не было таких горячих событий. Любовь, страсть, кровь. — Гм, — Смирнов кашлянул, — извините, я вас перебью. Моя девушка не имеет никакого отношения к этому, и она не виновата, что какая-то ненормальная начала резать из-за нее вены. К примеру, если вдруг вы сейчас воткнете себе вилку в живот и начнете кричать о любви ко мне, это же не сделает меня геем? Коц залился румянцем и противно захихикал: — Какое прекрасное чувство юмора у вашего молодого человека, Сашенька. Аля смерила взглядом небольшой графин с коньяком, который принес официант, прикидывая, хватит ли ей, чтобы как-то пережить очарование этого вечера. — Значит, вы утверждаете, что у Анжелы к вам безответное чувство? — Вы знаете, Боря, — Аля откусила ломтик лимона, чтобы хоть как-то перебить приторность этого типа, — я не знаю, что творится в голове у этой девушки, но могу точно сказать, что я люблю своего парня. Она накрыла своей ладонью ладонь Артема, лежащую на столе, — думаю, вашим читателям будет неинтересно читать о банальной гетеросексуальной паре. — Посмотрим, посмотрим, — Борис повернулся к официанту, — мне чизкейк, пожалуйста, и еще кофе. — А вы разговаривали с самой Анжелой? Что она рассказывает? — спросил Смирнов и приобнял Алю за плечи. — О, — блогер ухмыльнулся, — много чего, не вполне совпадающего с вашей версией событий. Аля откинулась на спинку стула и шепнула Теме: — Налей мне еще, или я сейчас точно его придушу. Официант принес чизкейк и выжидательно посмотрел на Артема. — Повторите еще сто, — попросил Смирнов и поцеловал Алю в щеку, — и салат «цезарь». — Вы же не собираетесь верить девушке, которая только недавно выписалась из психиатрии? — он высокомерно улыбнулся Коцу. — Вам что, все равно что писать? Ваши десять тысяч подписчиков проглотят даже откровенную дезинформацию? — Аля начала терять терпение. — Мне не все равно, поэтому я и хотел поговорить с вами, Саша. Видите ли, я давно хотел сделать материал об открытых лесбиянках в нашем городе, и я надеялся, что вы сможете мне помочь. — Я? — Аля расхохоталась, — вы шутите? Я не имею никакого отношения к лесбиянкам. Я вообще ни с кем таким, кроме Анжелы, не сталкивалась. У нас, между прочим, свадьба назначена на будущий год с Темой на апрель. Так что вы зря теряете время. — Ага, на апрель, — Смирнов не моргнул и глазом, — мы только с местом не можем определиться, может, вы порекомендуете какой-нибудь уютный зал, я так понимаю, вы все время по кабакам тусуетесь. Ну, правда, бюджет Курило мы не потянем, что-нибудь намного скромнее, без пафоса. Плавно разговор свелся к обсуждению ресторанов и наилучшего выбора места для проведения свадебных торжеств. Аля уже почти расслабилась и даже украдкой написала Ирине в вотсапе: «Платье на мне изнемогает в ожидании, когда ты его снимешь». Ответ не заставил себя долго ждать: «Твое изнемогающее платье ничто по сравнению с тоскующими спортивными штанами, которые тоже ждут, чтобы их сорвали. Что там с блогером? Он поверил в твою ничем не запятнанную гетеросексуальность?». «Передай штанам, пусть потерпят. Уже скоро. Мы дружно обсуждаем сейчас, в каком салоне мне стоит купить свадебное платье для нашей со Смирновым свадьбой в апреле. (рука-лицо) Ты приглашена, кстати. (ехидный смайл с высунутым языком)». «Восхитительно, (катающийся от смеха смайл) надеюсь словить букет невесты (картинка с изображением букета)». «Теперь он говорит о ФАСОНАХ!!! (три блюющих смайлика) свадебных платьев, можно я напьюсь? (руки, сложенные в молитве)». «Держи себя в руках. У тебя завтра четыре пары». В ответ Аля послала ряд рыдающих смайликов и начала делать Артему знаки, что пора сворачиваться. В ожидании счета Аля продолжала переписку с Ириной, при этом умудряясь улавливать ход беседы между парнями, которая плавно перешла к обсуждению заработков в интернете. Время от времени она вставляла реплики типа: «Ой, Тема, а помнишь, как мы ходили на этот фильм, там еще один мужик был, реально крутой хакер. Как он назывался?» или «Любимый, а давай тоже блог создадим, чем мы хуже Бори? Будем там наши селфи выставлять совместные». Забавно было перевоплотиться на некоторое время в «нормальную» глуповатую девушку, полностью соответствующую общественным стандартам. Аля даже подумала, что зря не пошла в университетский театральный кружок, когда Катя ее уговаривала, может, в ней талант пропадает. Тема несколько раз наступил ей на ногу и прошипел: «Прекрати, я сейчас заржу в голос, если ты еще раз включишь «блондинку». Официант, наконец, принес счет, и в этот момент в бар вошли две девушки, одну из них Аля хорошо знала — Надя Штучка из темной тусовки, они постоянно пересекались в «Родоне». Кличку свою она получила за то, что наряду с еще некоторыми буквами алфавита, не выговаривала букву «С». Когда она обзывала кого-то сучкой, у нее выходило «штучка». Когда Аля стала часто появляться в «Родоне», уходя каждый раз с разными девушками, Надя посчитала, что та посягает на ее территорию, и решила серьезно поговорить с наглой новенькой в туалете, для устрашения взяв с собой огромную толстую девицу по имени Глаша. Аля помнила, как перепугалась и от страха сразу приложила Надю лицом о стену, выложенную желтым кафелем, а затем на дрожащих ногах прошла мимо застывшей в ступоре Глаши. С тех пор Надя ее почему-то резко зауважала и всегда радостно здоровалась при встрече, видимо, считая, что таким образом Аля прошла своего рода инициацию. А в глазах местной лесбийской тусовки Аля сразу заработала авторитет — больше никто не пытался выяснять с ней отношения. Сейчас Штучка с какой-то неизвестной девицей в коротком джинсовом сарафане приближалась к их столику с радостной улыбкой на широком прыщавом лице. Аля даже на какое-то мгновенье прикинула, слишком ли странно будет выглядеть, если она сейчас вскочит и убежит. Но в любом случае она сидела возле стены, а Артем как раз рассчитывался со стоящим возле них официантом, все пути к бегству были отрезаны. Ныряние под стол, как бы в поисках пропавшего бумажника, тоже бы не помогло, так как Надя уже заметила ее и шла уверенным курсом прямо к их столику. — О! Шлуцкая? Привет. Давно тебя не видела? Ты куда пропала? Рому, бармена, уволили, шлышала? Теперь вместо него девица и очень-очень шекшуальная, — Штучка подмигнула и загоготала, потом показала пальцем на свою спутницу, — это Маша, из Анапы приехала. Шпециально хочет в «Родон» шходить потушоваться. Маша кокетливо заулыбалась и протянула Але ладонь, чтобы поздороваться. Слуцкая понимала, насколько вообще комичной выглядит эта ситуация, если взглянуть на нее со стороны и, подавив подступающий смех, коротко бросила: — У меня деловая встреча, сорри, не могу сейчас с вами поболтать. Надя окинула безразличным взглядом парней и произнесла, забивая последний гвоздь в крышку гроба: — Ну, если что, подваливай вечером в «Родон», там, кштати, Вера рыжая про тебя спрашивала, шошкучилась, видать, — она снова гоготнула и увлекла свою спутницу к барной стойке, обнимая ее за талию. Глаза Бориса сверкали восторгом, примерно как у человека, которому объявили, что за минуту до начала для него в кассе все же нашелся последний билет на спортивный матч, который он давно хотел посмотреть. — Это ваши знакомые, Сашенька? — вкрадчивым голосом спросил Коц, вставая и надевая сиреневое полупальто. — У меня очень широкий круг общения, — она нагло ему улыбнулась, зная, что терять ей уже нечего, — я вообще девушка коммуникабельная. — Понятно, понятно, — Борис противно заулыбался и пригладил свой рыжеватый хохолок, глядя в зеркало на стене, — приятно было познакомиться, читайте мой блог, думаю, статья вам понравится. И он быстро зашагал на выход танцующей походкой победителя. Смирнов проводил его взглядом и со вздохом сказал: — А ведь я уже почти готов был пригласить его шафером на нашу свадьбу, — он прыснул, — но злой рок помешал, вернее, кто-то ведет слишком активную ночную жизнь, ты бы меньше шлялась по клубам, Шлуцкая, и было бы тебе счастье. — А ты не завидуй, — Аля застегнула кожаный плащ и сокрушенно произнесла, — вот почему эти две дуры выбрали именно это кафе для свидания? Тут в туалете так тесно, что и трахнуться негде, не темное место. Но играл ты великолепно, я тобой горжусь. — Я, между прочим, не играл, я хоть завтра бы на тебе женился, — с грустной улыбкой произнес Смирнов. — Не в этой жизни, Тема, — она поцеловала его в щеку, для чего ей пришлось встать на цыпочки, — ты замечательный друг. Спасибо тебе, ты сделал все, что мог, но я, как всегда, все испортила. Стоя на остановке, она набрала в вотсапе: «Операция завершилась абсолютным провалом. Меня сдали как стеклотару. Еду к тебе?» «Кто сдал?! Ничего не поняла! (удивленный смайл) Жду тебя, миссис Смит))), только смотри, чтобы за тобой не было хвоста)) Мистер Смит в порядке? Ты его не замучила?» Уже по дороге к Ирине, в автобусе, Аля с улыбкой набрала: «Еду. Мистер Смит готов взять меня в жены. Но мне нравится мучить совсем другого человека))». Ирина позвонила через пару минут и вкрадчивым голосом произнесла: — Я его знаю, этого человека? Аля прижала телефон к уху и прислонилась к холодному стеклу, за которым темнел осенний вечер. — Я вас познакомлю. Это одна женщина. — Да? — Ирина сделала паузу, — и какая она? — Она, — Аля сделала паузу, словно размышляя, — о, она дьявол, мастерски выносящий мне мозг. Все время хочет доминировать, требует полного подчинения. — Что ты говоришь? Бедная девочка, как ты это терпишь? — с наигранным сочувствием произнесла Ремезова. — Нууу, у меня есть свои способы, — Аля улыбнулась, — секретные. — Где ты уже? — в голосе Ирины зазвучало нетерпение. — Мост проезжаем. В пробке стояли. А что, ты соскучилась? — Аля понизила голос и искоса взглянула на женщину в очках, сидящую рядом, судя по ее напряженному выражению лица, она прислушивалась к разговору. — Вот еще, — Ирина фыркнула, — с чего бы это? — Отлично, тогда я, может, заеду по дороге к Самойловой, а потом… — Так, Слуцкая, еще пару подобных заявок, и тебе не помогут никакие секретные способы, на тебя обрушится вся сила моего деспотичного характера. — Ну вот видишь, как просто признаться в том, что ты скучала, — удовлетворенно заметила Аля, — и разогрей мне что-нибудь поесть, плиз, я пьяная и голодная.