Внутри меня

И тебе станет всё равно, Ты начнешь спокойно ломать людей, Каждую ночь вспоминая о том, Кто Сломал Тебя.

Арина держит чемодан за ручку и идёт позади всей остальной команды гимнасток, разговаривая по телефону. — Аверина, Аверина. Я уверен в тебе на все сто, — Тимур глухо смеется. — Ты лучшая. — Спасибо, — машинально отвечает она, улыбаясь, будто влюблённая девчонка, с одной лишь разницей: она совсем не влюблена. — Ладно, у меня самолёт сейчас, может, позвоню потом. — Болею за тебя.       «Скорее мной», — Арина ухмыляется про себя и, сказав, что жутко скучает, сбрасывает звонок и кладёт телефон в карман джинс. Аверина оглядывается по сторонам, раздражаясь от звука колесиков чемодана, догоняет Ирину Александровну и поджимает губы. — Арина, вся страна за твоими плечами. Не подведи, — резко говорит женщина и исчезает среди толпы людей, зайдя в здание аэропорта.       Аверина, вытерпев процесс регистрации и посадки, расположилась у иллюминатора и весь полет смотрела вниз, пытаясь понять, почему же люди боятся высоты, почему сама она раньше входила в число этих людей.       Самолеты Арина любила, даже если бы эта железная коробка начала падать, она бы ни капли не испугалась, даже не дернулась бы: ей нечего терять, а такие чувства, как страх и волнение, у неё отсутствовали напрочь. На самом деле, самое жуткое, когда человек не боится совсем ничего, равнодушно смотря в лицо опасности, ведь когда мы чего-то боимся, это означает, что мы все ещё чувствуем, переживаем за себя и наших близких. И пусть крик разрезает тишину, слезы катятся по щекам, а глаза в ужасе ищут спасения — мы люди, все это — часть нашей жизни.       Аверина как-то пропускает мимо себя посадку, заселение в номер и свой недолгий сон. Она оживает только со звуком будильника, который означает — сегодня она выходит на площадку показать то, что она недосягаема. Собрав все вещи в спортивную сумку, Арина достала ненавистную косметику и быстро, словно всю жизнь была визажистом или гримером, нанесла на лицо тональный крем, подчеркнула скулы, жирно подвела глаза и алой помадой провела по губам. Честно сказать, помада эта раздражала Аверину больше всего: её миловидное лицо сразу теряло свою притягательность. Да и вообще за слоем всей этой штукатурки она чувствовала себя манекеном, безвольной куклой, но что делать, всем нам иногда приходится переступать через себя и свою гордость. Девушка собрала волосы в тугой пучок, закрепив его шпильками в количестве девятнадцати штук и вылив на себя, вероятно, половину тюбика лака. Зато крепко и изящно. Арина последний раз посмотрела на себя в зеркало, и ей показалось, что стекло рассыпалось бы под её тяжёлым взглядом, если бы это было возможно.       Аверина пришла в зал, который ещё до начала соревнований был полон людей. Это обстоятельство заставило её нахмурить брови и надеть наушники хотя бы на время разминки. Исподтишка девушка наблюдала за тем, как её сестра отрабатывала элемент, но падала каждый раз. Но вот здесь она, Арина, знает причину падения, но не может подойти к своему близнецу и помочь. Самое тяжелое, когда ты знаешь, как помочь, но у тебя нет на это никаких полномочий. Хлопнув ладонью по ковру, спортсменка напомнила себе, что Дина — соперница. А подсознание продолжало шептать, что у неё не осталось соперников.        С лёгкостью она расправилась со всеми упражнениями, механически совершая пируэты, бросая предметы и с геометрической точностью ловя точно в руку. Улыбка, по две ямочки на каждой щеке и чуть опущенные веки, трепещущие ресницы, новые роскошные купальники: всего этого хватило, чтобы публика скандировала её имя, а судьи, не утруждаясь что-либо записывать, ставили оценки от девятнадцати с половиной и выше. Только где-то в темноте закулисья девушка упустила взгляд карих глаз, что внимательно следили за каждым её движение: это была Дина, успевшая отвернуться и уйти, пока Арина махала трибунам. Знаете, чем дольше люди находятся в ссоре, тем больше они привыкают не говорить друг с другом, тем быстрее забывают о самых ярких моментах, проведённых вместе. Любые взаимоотношения — привычка, ссора — антидот от привычки. Когда мы захотим вдруг вернуть все на свои места, мы не найдём в себе сил подступиться. Психология человека — очень сложный и тонкий инструмент, ключ к которому человечество не найдёт никогда. Парадоксально, правда? Человек никогда не сможет разгадать загадку самого себя.        Арину наградили очередной золотой медалью, и она, стоя на пьедестале, старалась не смотреть на счастливую сестру, что стояла на ступень ниже. Подумать только, казалось бы, что там, ещё чуть чуть — и у Дины первое место. Но отрыв Арины составил семь баллов, а это — недосягаемо по меркам художественной гимнастики. Вот только самой спортсменке хотелось соскочить с пьедестала, сорвать награду с шее и бежать, бежать, бежать. Но она стоит и улыбается, машет своей аккуратной рукой и посылает воздушный поцелуй.        После награждения Аверина отправляется на конференцию, морщась от щелчков фотоаппаратов. Сев, она делает глоток холодной воды и складывает руки в замок. — Арина, ваша победа оказалась сегодня триумфальной. Вы в очередной раз доказали, что конкуренток у вас нет не только в мире, но и в вашей стране. Каково для вас значение этой медали? — Я счастлива, каждая победа для меня — маленький шаг к чему-то большему, — отвечает девушка, задаваясь вопросом, кто научил её так красиво лгать. — Вы обыграли вашу сестру на семь баллов. Из-за чего происходит такой резонанс? — Я просто спортсменка, этот вопрос к тренерам и судьям, — Арина мило улыбается, утопая в своей лжи. Но разве можно осуждать её за это? Она не обязана открывать свою душу журналистам, каждый из которых хочет написать статью поинтереснее, и отвечать на однотипные, не интересующие её вопросы. — Как вы оцениваете себя на этом старте? Все ли удалось? — Всегда есть над чем работать. — Спасибо за ответы, Арина. Желаем вам удачи. — Благодарю, — кивает она и удаляется, закрываясь от вспышек, что слепят глаза.       «Победы, баллы, медали», почему всех волнует только это? Почему никто не спросит: «Арина, что ты любишь? Какой твой любимый цвет, книга? Арина, какая у тебя мечта? А талисман?». Девушка яростно распускает волосы и врывается в раздевалку, принимаясь собирать вещи в сумку. — Снова те же вопросы? Когда у тебя хватит гордости отказаться от конференции? — Дина тихо говорит эти слова, а Арина замирает: голос родной сестры стал для неё слишком далёк за это время.        Но пока девушка успевает понять происходящее, Дина берет свой рюкзак и удаляется из помещения. Аверина падает на скамью и закрывает лицо руками, дергаясь от холода собственных ладоней. Хватает кубок и кидает его в стену, часто дыша. Никто не услышит и никто не придёт. Арина яростно вытирает слезы, размазывает тушь и помаду по щекам. Ничего страшного, через пятнадцать минут она успокоится, покроет губы ненавистным алым цветом и улыбнётся, выйдя из раздевалки: никто и не заметит, потому что никто не смотрит вглубь. Важна обложка, а она у девушки, позвольте заметить, безупречна.