Золотое перо: сказ об исчезнувшем крае

      Забыть такое невозможно.       Помню всё, словно это вчера произошло: два коротких и один длинный звонок, на всю улицу по громкоговорителю объявили об эвакуации.       Спешка, крики, страх. Никому не было дела до указаний учителя, все мигом кинулись к эвакуационным автобусам, рядом с которыми моментально собралась толпа.       В автобусе народу было так много, что меня прижало к одному из окон. Казалось, что оно вот-вот и треснет, а из него на дорогу посыпятся бледные от испуга студенты.       Ехали мы час, не меньше. И на протяжении всего пути отчётливо был слышен грохот. От взрывов, от выстрелов из артилерийских установок и танков, от зданий, что рушились под нескончаемым огнём.       Я до последнего надеялась на то, что война нас не заденет. Но судьба, видимо, решила по-другому. Причём не один раз.       Когда мы приехали на эвакуационную базу, суматоха не прекратилась. Все кричали, метались с места на место, лишь бы найти своих родственников и друзей. И в этом аде пытались провести перекличку, но она неоднократно срывалась: то за криками ничего нельзя было разобрать, то проводивших её постоянно кто-то отвлекал.       Какое-то подобие переклички случилось только поздним вечером, когда все успокоились и нашли своих близких. Но никого из своей семьи я так и не нашла. Я надеялась и думала о том, что их увезли на другую эвакуационную базу или они приедут позже, но зря.       Они погибли. Все одним махом.       В тот момент внутри у меня что-то оборвалось. Последняя нить надежды, скорее всего. А слова о том, что вся моя семья мертва, надолго засели в моей памяти.       И как я только не наложила на себя руки? Уже не помню.       Впрочем, как и весь первый год после случившегося.       Он весь прошёл в тумане. Изредка были слабые прояснения, но они меркли на фоне боли от воспоминаний о семье.       Лучше бы я тогда не ехала на учёбу. Лучше бы осталась в тот день дома. Лучше бы погибла вместе с ними. Лучше бы я умерла.       Тогда я позабыла обо всём на свете, а мысли мои крутились только вокруг смерти. Я свято верила в то, что если умру, снова увижусь с ними, и пыталась неоднократно умереть, но меня постоянно откачивали.       «Это не повод умирать!»       «Одумайся!»       «Скажи спасибо за то, что ты осталась в живых!»       «На этом, по-твоему, жизнь заканчивается? Смирись уже и живи своей жизнью!»       Это и многое другое звучало каждый раз, когда меня возвращали с того света. Лучше бы не возвращали, ей богу. Лучше бы оставили подыхать и наконец-то дали мне обрести покой.       Но нет же, вам обязательно нужно было выразить своё едкое мнение. Вам обязательно нужно было упрекнуть меня в том, что я совсем умом тронулась и должна жить, завести свою семью и наконец-то забыть о произошедшем.       В такие моменты я хотела высказать им всё, что думала, но не могла связать и пары слов.       Подумать не могла, что смерть близких настолько ужасна. Лучше бы я тогда не ехала на учёбу. Лучше бы осталась в тот день дома. Лучше бы погибла вместе с ними. Лучше бы я умерла.

***

      Однажды снова наступило просветление, стоило мне снова сесть за старое увлечение — писательство.       Долго я не могла из себя выдавить хоть предложение, но в один момент меня прорвало.       Писала я не час и не два, писала я весь день, изредка делая перерывы.       Пальцы гудели от боли, мозоль на среднем, казалось, вот-вот и закровоточит, но я не останавливалась. Продолжала писать и писать, погружаться в воспоминания о тех днях, когда все были живы.       Тем днём не казалось, что я слышала их голоса: отца, матери и двух сестёр, старшей и младшей.       Казалось, что я слышала, как отец подъезжает ко двору на рабочей машине, и как с гулом закрывается калитка.       Всё это мне казалось таким правдоподобным, что я забывала о произошедшем и свято верила в то, что гибель моих близких была лишь кошмаром. Самым простым кошмаром, которые бывают, если пересмотреть ужастиков.       Я так погрузилась в мир грёз, что забыла обо всём, даже о еде и сне, и сутками не выходила на улицу.       Но и их у меня отобрали.

***

      Долго был слышен стук в двери и противное жужжание звонка, но открывать никто не спешил. Внезапно нагрянувшим гостям это явно надоело, раз они выбили двери. Да и не просто сломали замок — двери попросту слетели с петель и с грохотом упали на пол, а гости, отряд вооружённых до зубов людей, ворвался в квартиру.       По прихожей шли они медленно, явно опасаясь внезапной атаки, но в квартире было необычайно тихо, только изредка слышен скрип пишущей ручки.       Так они добрались до гостиной, откуда доносился скрип, а увиденное заставило их удивиться.       Гора немытых чашек, тысячи исписанных листов разбросаны вокруг. В центре комнаты сидела девушка, выводящая в блокноте давно не пишущей ручкой какие-то закорючки и что-то бормочущая под нос. Внезапно она оторвала голову от блокнота и повернулась к незваным гостям, склонив голову на бок.       Когда на неё наставили винтовки, она и глазом не моргнула, лишь спросила:       — Мама, а почему к нам в гости пришли военные?..       Вопрос её был задан в пустоту. А если быть точнее, то почти невидимому силуэту, стоявшему около неё.       — Или же это друзья папы?       Рядом с ней появился ещё один силуэт, заметно больше предыдущего, а из-за него выглянул ещё один, не больше трёхлетнего ребёнка.

***

      Противный электронный заставил приоткрыть глаза. И зря — свет в комнате, где я лежала, был настолько ярким, что я снова закрыла и протяжно выдохнула. В области рта и носа моментально потеплело — на меня, что ли, надели маску?       Вторая попытка открыть глаза. Свет не так больно бьёт по глазам, но видно всё крайне расплывчато.       Рядом кто-то продолжает шуметь, шуршать и стучать чем-то, разговаривать о чём-то. Даже слов всех не могу разобрать, ну что за досада.       — Образец… пришла в сознание…       Образец? Это они обо мне?             — … показатели в… Сломанная… кость срослась за… часа…       Сломанная кость? О чём они?       Понемногу их слова становились разборчивее, а вопросов возникало всё больше.             — … высокий уровень регенерации… и у предыдущих образцов…             — Доложите об этом… . Двенадцатый эксперимент по отделению… альтер эго удался. Образец ЮБ240701 выжил…       Двенадцатый эксперимент? Альтер эго? Образец?       Да что здесь вообще происходит?!       Кто все эти люди, и почему я оказалась здесь?!       И… кто я такая?.. Я ведь даже имени своего вспомнить не могу…

***

            — Пожалуйста, убейте меня… Пожалуйста, убейте…       Мольба о смерти громким эхо пронеслась по комнате. Она была пуста, с голыми бетонными стенами и полом, а освещала её лишь пара люминисцентных ламп.             — Дайте мне умереть… Пожалуйста, дайте мне умереть…       В один из углов комнаты забилась девушка. Болезненно худая, с кучей синяков по всему телу и исколотыми руками. Она обхватила руками коленки и раскачивалась из стороны в сторону, повторяя из раза в раз:             — Пожалуйста, убейте меня…       Препарат, который ей вкололи после очередной попытки сбежать, оказался сильнодействующим наркотиком. Когда он начал действовать, девушка и шагу ступить не могла, тот час же падала и начинала нести всякую чушь. Перед глазами всё плыло, переливалось яркими красками, но когда закончилось действие наркотика, всё моментально посерело.       Гул в голове, адская боль по всему телу, тошнота. Любая попытка встать или сделать резкое движение сопровождалась рвотным позывом и внезапной вспышкой боли от которой, казалось, тело могло развалиться на части.             — Пожалуйста, прекратите надо мной издеваться… Прошу…       Со скрипом открылись двери, в камеру проникла ослепительная белизна коридора. Первыми в камеру зашли охранники, двое крепко сложенных мужчин в бронежилетах и с оружием на перевес. Следом за ними вошёл ещё один человек.       Светлый деловой костюм, начищенная до блеска обувь и тёмная шевелюра, блестящая на свету от избытка геля для волос. Он будто не от мира сего или пришёл из высшего света, но зачем-то спустился сюда, в самый настоящий ад.             — Ну как, теперь не будешь сбегать, ЮБаба? — спросил он, самодовольно улыбнувшись.             — Пожалуйста, убейте меня… Подарите мне покой… — продолжает на своей волне.             — Перестанешь сбегать и начнёшь работать с нами — будет тебе покой и многое другое, — продолжил он говорить. — А если не перестанешь сбегать — будешь гнить здесь вечно. Жалко будет, конечно, терять такой ценный образец…             — Не надо! Не хочу больше страдать здесь! — заключённая спохватилась.             — Надо же, а я думал, у тебя пластинку заело, — с удивлением хмыкнул. — Так что, будешь работать на меня?             — Я сделаю всё, что угодно, только прекратите мои мучения, — девушка пробормотала, уставившись на гостя. — Пожалуйста, заберите меня отсюда. Я не хочу больше страдать, — на глазах её заблестели слёзы.

***

      Наконец-то я смирилась с тем, что моя семья погибла. Смирилась, когда внутри больше ничего не болело. Смирилась, когда больше не было сил лить слёзы. Смирилась, когда родители и сёстры стали смутным воспоминанием из далёкого прошлого.       Не знаю как, но я нашла в себе силы жить дальше и начала потихоньку строить свою жизнь. На удивление, я была рада тому, что меня поглотила рутина, что не было времени витать в облаках.       Сон, работа, дом, магазин, сон, работа, дом, магазин — вся моя жизнь стала крутиться вокруг этого и я даже не жаловалась. Да, было сложно, да, временами не хватало денег, но только так я не возвращалась к прошлому и не давала ему поглотить себя.       Со временем у меня даже появилось свободное время, буквально пара часов в сутки. И это время я почему-то тратила на поиски информации о селе, в котором жила с самого рождения. Если я начинала перелопачивать информацию, то меня невозможно было остановить. Я могла просидеть целую ночь без сна, лишь бы найти хоть пару строк о селе или что-то интересное о нём.       Но ещё ни разу мои поиски не увенчались успехом.       Мне не удалось нарыть никакой информации о нём. Словно все источники с информацией о нём уничтожили одним махом. Стоило мне понять это, как тут же захотелось взглянуть на карты тех мест. Но и на них заветной точки с названием села не было.       Неужели я настолько сильно смирилась с гибелью своего прошлого, что перестала видеть всё, что связано с ним?       Похоже на то. Очень даже похоже.       Но когда я увидела одно видео в интернете, моё мнение резко изменилось.       Оно было от известного блогера, который вечно шастал по заброшкам и снимал это на видео. Каким-то образом он вёл прямую трансляцию на ходу и рассказывал о том месте, куда направляется. В один момент он перестал говорить и навёл камеру на место, куда идёт.       Тогда я чуть не закричала.       Это было моё село. Целое и невредимое. Словно никакой бомбёжки не было.       В комментариях под видео поднялся галдёж, никто не мог поверить в то, что увиденное было реальным. А когда тот блогер пошёл дальше, к центру села, в комментариях поднялся ещё больший шум.       В один момент камера упала, но продолжила снимать.       За кадром был слышен истошный крик, который в одним миг прервался.       Судя по глухим звукам и руке, частично попавшей в кадр, блогер упал на землю. А судя по тому, что по земле стала быстро растекаться кровь, кто-то или что-то убило его.       И снова комментарии взорвались, на этот раз от ужаса и испуга. Все просили прекратить разыгрывать представление, но в ответ им ничего не приходило, а в кадре ничего не изменилось. Всё та же рука, всё та же быстро растекающаяся лужа крови.       Похоже, его на самом деле убили.       Но мне до этого не было дела.       Я была шокирована тем, что на камеру засветилось моё родное село. Что оно засветилось таким, каким мне запомнилось на всю жизнь.       Словно никакой бомбёжки не было.       Словно всё это один большой кошмарный сон, а я никак не могу проснуться.

***

      Я долго думала о том, правда это или нет.       Я долго сомневалась в том, правдивым ли было то видео.       Но в один момент все сомнения отпали и я твёрдо решила: нужно проверить всё лично.       Думаете, я сошла с ума? Совсем потеряла страх?       Возможно, вы правы. Я действительно сошла с ума. Но пока не увижу всё лично, не успокоюсь.

***

      Это всё реально.       Оно действительно уцелело.       Но как? Как оно могло остаться целым под тем шквальным огнём?!       После него должен был остаться один сплошной пустырь, никак не целое село!       Кажется, я действительно схожу с ума. Но всё здесь такое реальное и кажется, что вот-вот на улицу выйдут люди…

***

      Нет. Их не вернуть.       Никого из них нельзя вернуть к жизни.       Они все давно мертвы, как и это место.       Всё здесь обман, всё здесь иллюзия. И я попала в её клетку.       Отсюда нельзя сбежать, нельзя вернуться в реальный мир.       До конца своих дней я буду жить здесь в окружении странных теней.       Кажется, я сошла с ума и тьма начала поглощать меня.       Кто-нибудь, даруйте мне покой, лишите меня жизни и мучений, которые снова начали пожирать мою душу.