Ещё одна из рода Блэк

      Он целовал ее умело и требовательно. Чувствуя, что вот-вот колени подогнутся и она просто свалится ему под ноги, Кас оттолкнула Генри. Поцелуй разорвался с влажным звуком и Кас, практически в ужасе прижала руку к грешным губам. — Что ты делаешь, идиот?!       Ее голос дрожал и срывался, под стать рваному ритму сердца. Генри же, не смутившись ни на секунду, лишь улыбнулся, глубоко засунув руки в карманы джинсов. — Привет, давно не виделись. — И это все, что ты хотел мне сказать? Нет, он точно хотел довести ее до нервного припадка! — Я соскучился, — Генри сделал шаг, разделяющий их, и мягко притянул к себе упирающуюся девушку. — Ну не будь такой вредной. Я думал о тебе. Вот, смотри.       Он вытащил из кармана небольшой сверток, из которого в свете огней из коридоров замка слабо мерцали волшебные нитки. Кас тихонько ахнула. — Это же лунные нити! Где ты их достал? Такие поставляют только монаршим семьям. Даже мои родственнички Малфои не могут их использовать! Генри засмеялся в ответ на последнее восклицание Кас и протянул ей сверток. — Наверное, ты забыла, что я принадлежу пусть и к очень захудалому, но королевскому роду. Да и ты, миледи Блэк, тоже, — заметив скептицизм на лице девушки, он продолжил, — это малая часть того, что должно быть у тебя по праву рождения. Возьми их, вышьешь родовой герб, порадуешь родственников. — Подлизнешь родственникам, ты хотел сказать? — А ты мне нравишься все больше и больше, — снова рассмеялся Генри, крепче приобняв ее.       За разговорами они незаметно дошли до одного из тайных лазов в замок. Кас заговорщицки посмотрела на мальчишку и потянула его за собой.       Они целовались на ходу, врезаясь в доспехи, вытирая несуществующую после Филча пыль со стен всех ниш, заворачивая в коридоры. Целоваться с Генри было невероятно. Он целовал то нежно, то требовательно, проводя языком и прикусывая губы. Срывая тихие вздохи, чудом не перешедшие в стоны. Разум Кас не успевал анализировать происходящее, свою собственную реакцию. Ей просто было хорошо в этом новом ощущении.       Разумеется, поглощенные друг другом они совершенно не заметили три тени, бесшумно проскользнувшие мимо них, и скрывшиеся за ближайшим поворотом. — Кто? Что это … там…за звук?       Губы Кас припухли от поцелуев, сознание плыло, и слова с трудом формировались в адекватные фразы. Она стояла прижатая к двери в очередном непонятно каком по счету коридоре и прислушивалась к невнятному шуму за дверью. На каком они вообще этаже? В каком крыле? В тусклом свете факелов было сложно понять где они. Она могла лишь рассмотреть лицо Генри. Он тоже прислушивался с застывшим где-то в районе ее скулы взглядом. Волосы у него немного отросли с их последней встречи и теперь небрежно торчали во все стороны. Пожалуй, так ему было даже лучше. — - Там за дверью кто-то есть, — практически беззвучно прошептала Кас. — Проверим? — так же беззвучно прошептал Генри.       Кас упрямо кивнула, наблюдая, как в глазах Генри разгорался неистребимый интерес. Та самая тяга к приключениям на свою задницу. Совсем как у Кас и близнецов в их лучшие вылазки.       Генри взял за руку Кас, другой рукой доставая палочку. Кас, уже вооружившаяся своей, развернулась лицом к неизвестности за дверью. Они уже почти открыли рты, чтобы произнести сокровенное «Алохомора», как вдруг оказались в пятне яркого света Люмоса. Резко развернувшись, Кас тут же отпрыгнула от Генри. За их спинами стоял профессор Снейп собственной персоной, мрачный в своем величии и величественный в своей мрачности. Генри тут же притянул Кас обратно, чем вызвал непонятную ухмылку на лице профессора. Кас лишь в ужасе сглотнула. Сейчас ее факультет потеряет все баллы. Ещё и в минуса уйдет. — Мисс Блэк. — Профессор Снейп. Чинно, будто на променаде в Бате встретились. Профессор перевел испытывающий взгляд на мальчишку. — Генри. — Дядя. Дядя???!       Кас уставилась в немом удивлении на своего спутника. Святые подштанники Мерлина, она целовалась с племянником Снейпа?! Кас пораженно перевела взгляд на профессора. Те же темные волосы, та же линия подбородка. Как так оказалось, что у Снейпа есть племянник?!       Сам же Снейп явно наслаждался произведенным эффектом и продолжал мрачно возвышаться над неожиданной парочкой. То, что Генри вырос и удался нравом в папашу, было очевидно. Все Бурбоны-Наваррские были такими, чего следовало ожидать от мальчишки? Даже тот факт, что Генри неизвестно где успел познакомиться с мелкой Блэк и даже каким-то образом договорился о ночном свидании в замке, тоже не стало ударом. Кассиопея Блэк обладала как раз всем тем набором качеств, которые так высоко ценил его племянник. Бегло окинув их взглядом, стало понятно, что к двери, ведущей к потайной комнате, их привела не жажда приключений, а совершенно иные чувства. Ох уж эти детки. Поттер смылся из-под носа, зато эти свалились новой головной болью. Будто мало ему было проблем…       Как ни странно, Снейп не снял с Гриффиндора ни одного балла. Видимо, не хотел, чтобы о его племяннике узнала вся школа. Да и самой Кас не хотелось рассказывать о новом опыте в своей жизни. Под тяжелым взглядом профессора, Генри пообещал доставить свою спутницу до башни Гриффиндора в целости и сохранности. Кас отчаянно краснела, с раздражением понимая, что ни Генри, ни, к удивлению, Снейп, ничуть не смущены. Возможно, Снейп раздосадован, но вел он себя просто потрясающе — само спокойствие и внимательность во взгляде. Генри вообще слегка улыбался одним краешком губ и совершенно нахально не выпускал руку Кас из своей. Впрочем, ей не слишком-то хотелось что-то в этом менять.       Едва они завернули за поворот, как Генри все так же уверенно притянул Кас к себе. Так они и шли по ночному замку: они обнимал ее за плечи, а она его за талию. Странно, ново, но почему бы и да. — Мерлин, Снейп твой дядя, — Кас неверяще покачала головой. Генри хмыкнул над ухом. — Моя мама — его сестра. Как оказалось, наша бабушка знатно отрывалась до появления в ее жизни «огромной любви» в лице мистера Снейпа. Мой дед итальянец. Неплохо, да? Кас тихонько засмеялась. А она думала, что ее семейство с приветом. — Неделя выдалась той ещё. Сначала Пиввз окатил ледяной водой в коридоре, теперь ты и Снейп. Что дальше? Малфои раздадут все имущество бедным? Моего отца выпустят из Азкабана? Она незаметно вздохнула, а Генри легко поцеловал ее в макушку. — Что за история с Пивзом и ледяной водой?       Кас ухмыльнулась и начала рассказывать о своих недавних похождениях с близнецами. Интересно, как там сейчас Фред и Джордж? Дрыхнут, наверное.

***

      Он лежал без сна уже вторую ночь. Облизывая пересохшие губы, сосредоточенно думал. Под плотно сжатыми веками вспыхивали яркими пятнами образы вечера вторника. Облитая водой с ног до головы Кас. Чертов Пивз. Благословенный Пиввз. Да, именно так. Вода была ледяной, Кас не надела белья под тонкую футболку. Остро торчащие сквозь мокрую ткань соски подруги были самым ярким событием за все 14 лет жизни Джорджа. Под одеялом было нестерпимо жарко, и голова, надсадно ноющая в висках, металась по подушке. Как будто это поможет не думать о Кас. О ее груди. Как будто жар между ног вдруг пройдет. Как бы не так.       На соседней кровати, за задернутым пологом, всхрапнул Фред. Он-то как раз спал сном младенца. Великий Мерлин, неужели Фред не чувствовал всего этого ада? Они же близнецы, срань совиная, почему Фред спокойно спит, пока Джордж не знает, что делать со своими мыслями. И телом, да. Тело доставляло значительно больше проблем. Член стоял так, что теплое, довольно тяжелое одеяло натянулось над ним, как палатка. Древко от метлы было проще согнуть, чем его. И так второй день. На занятиях он видел Кас и плотнее закутывался в мантию, выпускал из рубашку из брюк, неловко проходил мимо нее, следя, чтобы все было «как раньше». Мерлин, уже ничего не будет так, как раньше.       Нет, конечно, это был не первый стояк в его жизни. Джордж понимал, что к чему, но утренние «неудобства», как он стеснительно мысленно называл новое состояние взрослеющего тела, не доставляли ему дискомфорта. Он, прикрываясь полотенцем, стремительно бежал в ванную, и прохладный душ возвращал способность нормально существовать. Парни, его соседи по комнате, подсмеивались, уверенные, что он мастурбировал в душе. Джордж никак не реагировал на их усмешки и подколки. Пусть лучше так. Не признаваться же, в самом деле, что он взирал на свой полуприподнятый член со смесью ужаса и стыда? Решительности для разговора с Фредом он все ещё не набрался. И вот уже второй день член стоял крепко, раздуваясь в трусах до невиданных ранее размеров. И, томящее, сосущее чувство внизу живота, передавалось вниз. Туда, где сладко пульсировало, сочась влагой, постыдное мужское естество. Очередная волна жара мягко лизнула затылок и разлилась по телу. Джордж непроизвольно выгнулся дугой, резко толкнувшись бедрами вверх. Совершенно взрослое, грубое движение это заставило мгновенно раскрыть глаза. Наверное, именно сейчас Джордж понял, что детство с его невинностью и незнанием своей природы, закончилось. И никакой холодный душ не вернет этого обратно. Чувствуя, как ткань пижамных штанов напитывается очередной порцией выделений, он почти обреченно откинул одеяло. Словно сомнамбула прошел по комнате в ванную. Закрыл за собой дверь, ещё и заклинанием припечатал. Член, словно предчувствуя, резво дернулся. Джордж спустил штаны с тяжким вздохом и опустил руку.       Это было совсем не так, как держать свой член в его спокойном состоянии. Сейчас, едва прикоснувшись к горячей коже, Джордж едва не лишился сознания. Остро-сладко-мучительно-ново. Ярко. Пальцы крепко обхватили член и прошлись от основания до верха. Затронули головку, сочившуюся горячей жидкостью. Ах, как хорошо. Ещё и ещё раз. Представляя грудь Кас. Без этой никому не нужной футболки. Интересно, какая у нее грудь? Маленькая, мягкая, нежная, с тугими сосками. Их хочется сдавить, пропустить сквозь пальцы. Ей понравится? О, да, ей определенно понравится. Она прижмется к нему, опустив руку вниз. Это не его, это ее пальцы так жарко терзают его член. Мнут яйца. Дрочат ему. Взрослое слово, которое даже в мыслях вызывало краску стыда, сейчас едва не лишило Джорджа рассудка. Из последних сил, он ударил по кранам с водой и с его губ сорвался стон, заглушенный потоком воды. Свободной рукой он оперся о стену, вколачивая член в правую, мокрую от смазки, руку. Ему было чертовски хорошо. Охуенно. Но если бы вместо руки это была бы Кас. Все ранее виденные колдографии из магических и маггловских порножурналов слились в образ голой Кас. И Джордж, с новым стоном погрузился в нее, такую жаркую и открытую для него.       Он бешено толкался бедрами в руку, закрыв глаза и откинув голову. Вода с шумом билась о каменный поддон и наверняка разбудила соседей, но Джорджу было плевать на все. Мысленно он был где-то далеко, где-то между бедер мифической Кас, балансируя на грани боли. Почему никто не говорил, что будет больно? Больно… Нет, это была не боль. Яркое ощущение, тянущее душу, как поцелуй дементора, расцветало внизу живота. Немели руки, ноги, кончик носа, тепло разливалось по всему телу, он будто не стоял на холодном полу. Он плыл по воде. Его тело парило. В такой приятной-приятной тине. И нечто неведомое, прекрасное, никогда ранее не ощущаемое, вдруг накрыло его. Джорджу хотелось кричать, но воздух вдруг стал таким тягучим, выталкиваясь из глотки лишь сиплым «Кас». С минуту он практически сползал по стене, не раскрывая глаз, ощущая лишь приятное опустошение. Наконец ему стало легче. Развернувшись, он сел на пол и подставил руку под струи воды. С легкой улыбкой глядя, как вода смывает с пальцев другую жидкость. Вязкую, остро пахнущую.       Его самое искреннее признание чувств к Кас.