Masked

      Гермиона стояла там, опешив, целуясь непонятно с кем. Она не отвечала на поцелуй. Девушка не знала, что делать. Она открылась глаза, но не могла понять, кто её целовал, потому что всё, что она видела, это щека. Внезапный и бесстрастный поцелуй пугал Гермиону. Она чувствовала желание в нём, но не любовь. Это казалось принуждённым, и всё же крайне нужным. Может быть, человек был под любовным зельем? Гермиона отказывалась верить в происходящее.       Она оттолкнула человека и уставилась на Драко Малфоя, стоящего перед ней. Честно говоря, девушка была не особо удивлена. Его глаза казались уставшими и были налиты кровью. Он был практически белым, как призрак. Парень выглядел так, будто собирался заболеть или упасть в обморок. Это был не настоящий Драко Малфой. Он будто был готов рассыпаться в прах. Гермиона не знала, что делать. «Беги, как тогда, беги и не оглядывайся», — твердил ей мозг. Она была невероятно зла на Малфоя, бессильная ярость кипела внутри, жаждая выплеснуться наружу.       Он просто смотрел на неё. Драко собирался уже сказать что-то, но Гермиона, не дав ему опомниться, подошла, замахнулась и как следует ударила его по носу, точно так же, как на третьем курсе. Драко прижал к лицу ладонь, пытаясь остановить сочащуюся кровь, но в его глазах не было злости. Он смотрел на неё с пониманием. Гермиона не обращала на это внимания, она бежала так, будто за ней гналась самая опасная тварь из Запретного леса. Слезы непроизвольно текли по её щекам.       Драко был в замешательстве. Когда вечером она выйдет из Большого зала, он подойдёт к ней и всё, наконец, объяснит. Это расскажет ей о том, что творится внутри, в его измученной притворством и ложью душе. Он не собирался играть с ней и её чувствами, какими бы они ни были. Хорошо, если его не вырвет в этот момент. Он глубоко задумался и, наконец, решился, когда внезапно увидел её. Он стоял не в состоянии двинуться, а тем более думать, что делать дальше. Она вечно таскалась со своими друзьями-придурками, как он мог привлечь её внимание? У него больше не будет шанса. Она была почти рядом. Не думая ни о чем, он потянул девушку за угол и впился в её губы. Внезапное тепло окутало его. Это было самое лучшее, что он когда-либо испытывал. И в то же время самое печальное. Она не отвечала на поцелуй. Возможно, потому, что он просто сделал это внезапно, она наверняка даже не знала, что это он целует её. Но тем не менее он наслаждался этим моментом. Поцелуй продолжался всего несколько секунд, прежде чем она оттолкнула его. Девушка с отвращением поджала губы. Он собирался всё объяснить, когда она подошла к нему ближе и ударила. Жестоко. «Твою мать», — пробормотал Драко, спотыкаясь и сжимая нос, который теперь истекал кровью. Затем Гермиона расплакалась, развернулась в противоположную сторону и убежала от него.       Драко просто стоял и молчал. Последнее, что он ей сказал тогда у озера, ничего не значило. Или значило? Он, ничего не объяснив, не поговорив с ней, просто накинулся на неё, и теперь она, вероятно, подумала, что он мудак. Но он не мог потерять эту девушку. Теперь, осознав, что травма у него серьёзнее, чём он предполагал, Драко развернулся и пошёл по направлению к подземельям, игнорируя взгляды окружающих. Он сказал пароль и вошёл в спальню. — Эй, приятель, какого хера? — спросил Блейз, когда Драко вошёл в комнату. — Похуй, лучше помоги мне, — ответил Драко монотонным голосом. — Конечно, — Блейз поднял палочку и указал ей на Драко, бормоча «Эпискей», после чего нос Драко издал громкий щелчок. Драко вскрикнул, потирая нос, который прекратил кровоточить. — Спасибо, помощник… — сказал он, всё ещё сжимая нос. — Обращайся, — сказал Блейз, возвращаясь к занятию, на котором прервал его друг.       Драко вошёл в ванную, смыл всю кровь с лица и рук и переоделся. Вопреки обыкновению, он не мог смотреть на своё собственное отражение. — Эй, чувак, серьезно, как ты сломал себе нос? — спросил Блейз, когда Драко вернулся в комнату. — Двинула одна, — сказал Драко, ложась спать. — Опять? — Блейз усмехнулся, — просто перестань лезть к девушкам, чел, — сказал он, выключая свет.       Драко лежал в постели всю ночь, пытаясь заснуть. Всё, о чём он мог думать, это она. Он всё испортил. Снова.       Гермиона всхлипывала, пробираясь к Гриффиндорской башне. Какого чёрта, о чем Малфой думал? После того, как он просто избегал её и даже не пытался заговорить? Она даже не знала, почему плачет. Она была в ярости оттого, что он просто сделал это исподтишка. Что за мудак? Что позволяет себе этот мерзкий хорек? — Чёрт возьми, Гермиона, ты в порядке? Мы начали беспокоиться, когда ты ушла из Большого зала, мы думали, что ты ждёшь нас, — сказал Гарри, вставая и приближаясь к всё ещё рыдающей Гермионе, как и Рон с Джинни. — Разве похоже, будто я в порядке, Гарри? Я просто хочу побыть одна, — сказала Гермиона, закрываясь в своей комнате. Она сняла плащ и рухнула на кровать, плача. К счастью, Парвати не собиралась ночевать в комнате из-за школьного проекта.       В это время раздался стук в дверь. Не дожидаясь ответа, Джинни появилась в комнате и села на кровать рядом с Гермионой. — Подруга, серьезно, что случилось? — спросила Джинни, осторожно глядя на Гермиону и положив руку ей на плечо. Я знаю тебя очень хорошо, ты редко бываешь в таком состоянии. — Малфой случился, вот что. Но я не хочу говорить об этом, — сказала Гермиона, всхлипывая. — Этот глупый хорек. Я поняла тебя. Я придумаю, что сказать Гарри и Рону. Спокойной ночи, — сказала Джинни, целуя подругу в лоб. Затем она встала и вышла в коридор. Дверь позади неё негостеприимно захлопнулась. — Она в порядке?! — спросил Гарри и Рон одновременно, быстро вставая с места, когда Джинни вернулась в гостиную. Джинни вздохнула, заправляя прядь волос за ухо. — Я не знаю, она, вероятно, будет плакать всю ночь, — ответила Джинни, грустно глядя под ноги. — Что случилось? — спросил Гарри. — Малфой, —как можно тише произнесла Джинни. Рон вскипел, его лицо стало красным от гнева. — Малфой! Этот чёртов ублюдок. Убью… — Рон уже кричал, сжимая кулаки. — По крайней мере, нужно дождаться завтра, а сейчас нечего лезть, пойдёмте спать, — сказала Джинни, направляясь к своей комнате.       В этот вечер Гермиона и Драко не могли уснуть, не имея возможности стереть воспоминания о том, что случилось за эти дни.       Оба страдали. Два разбитых сердца.