Часть 16
17 июня 2018 г., 00:22
Атаки не последовало. Ульфрик, видимо, решил дать своим людям отдохнуть после длительного перехода. Зато его катапультам отдыха не требовалось, и почти сразу после переговоров они начали обстрел города. Каменные снаряды падали с неба один за другим, принося самые разные разрушения. Стены Вайтрана выдержали несколько прямых попаданий, но каменная арка рядом с конюшнями была разрушена, несколько каменных снарядов угодили в лавку Ульфберта, торговца доспехами и оружием, разнеся крышу его дома и кузницу его жены. К счастью сам Ульфберт с женой были не дома и остались живы.
Таверне “Пьяный охотник” повезло чуть больше, здесь камень угодил аккурат на крыльцо, но ничего кроме ступенек не поломал. Вообще все жильцы, чьи дома были расположены возле стен, благоразумно покинули их, собрав весь свой скарб и укрылись у родственников или в “Гарцующей Кобыле”. Именно поэтому среди жителей Вайтрана погибших не было. Но вот несколько стражников, которые находились в казармах возле главных ворот все же пострадали. Каменный снаряд угодил в стену над воротами прямо поверху и затем упал аккурат на казармы. В итоге один воин погиб, заваленный под обломками крыши, а второй почти лишился ноги.
Спустя несколько часов обстрел прекратился, и теперь воины рассыпались по городу в поисках раненных или убитых, чтобы отвести их к жрецам Кинарет для оказания помощи.
***
Рагнар и Карджо стояли в главном зале Драконьего Предела. Здесь же были ярл Балгруф, его младший брат Хронгар, легат Рикке и еще несколько командиров из числа воинов Вайтрана. - Сегодня штурма уже не будет, - уверенным голосом сказал ярл. - Ульфрик может еще разок пошвыряться камнями, но мои люди к этому готовы. Сегодня на стенах будут дежурить вайтранские воины. Ваших легионеров разместят в Ветреном районе, легат Рикке, их клинки понадобятся мне на стенах и хотелось бы, чтобы они смогли добежать до этих стен как можно быстрее. - Город ваш, ярл Балгруф, вам и командовать его защитой, - кивнула Рикке. - Легион окажет любую помощь. Я лишь скажу, что сегодня ночью надо быть особенно внимательными. - Верно, - кивнул Балгруф. - Ульфрик может подослать лазутчиков, а истмаркским воинам не привыкать лазать по отвесным скалам, не хочу, чтобы они опробовали мои стены. Тут к трону подошла Айрилет. Данмерка запыхалась, видимо бежала с докладом со всех ног. - Господин, обстрел прекратился, загорелась лавка Ульфберта, но пожар быстро потушили. Один воин погиб, один ранен. Больше пострадавших не найдено. Закончив доклад, Айрилет громко выдохнула. - Не так страшно - кивнул головой Балгруф. - Надеюсь псы Ульфрика всегда будут стрелять так, словно они напились дрянного меду. Стены? - Почти не разрушены, господин, - сказала хускарл-данмерка. - Лишь арка, что стояла неподалеку от конюшен почти вся разрушена, но это нам даже на руку, мой ярл. Обломки будут задерживать нападающих. - Это вряд ли, - покачал головой Балгруф. Все, кто присутствовал в замке посмотрели прямо на него, понимая, что сейчас правитель решил рассказать о своих планах по защите города. - Ульфрик не станет штурмовать ворота. Проходы узкие и неудобные, так что таран подвести не получится. Даже если они попытаются, то наверняка все подохнут от наших стрел, даже не дойдя до самих врат. - Они полезут на стены, - сказала Рикке. - Верно. У них будет много лестниц и они будут карабкаться по ним, чтобы добраться до нас. С севера штурм не удастся, это очевидно. По голым скалам недалеко заберешься. Вывод один, Ульфрик будет атаковать либо с юга, либо с востока. - К стенам Йорваскра подойти так же не так просто, господин, - сказал Кай, который до сих пор стоял в стороне и молчал. - Там камни и холмы, под обстрелом пробираться через них будет не так то просто. - Тут ты прав, мой храбрый Кай, - кивнул Балгруф. - Зато со стороны “Гарцующей кобылы” вполне себе удобная полянка, чтобы разместить хоть с десяток лестниц и приставить к каждой по полсотни воинов. Одно радует, скорее всего его катапульты не смогут обстреливать стены с той стороны. Речка помешает разместить их на безопасном расстоянии, а с нынешнего места до туда они не достанут. - С запада тоже можно подойти, - сказал Рагнар. Все головы тут же повернулсь к нему. - Там чистые равнины и в тамошних фермах засели данстарские воины. С той стороны тоже можно неплохо развернуться, если захотеть отправить сотню-другую воинов на приступ. - Есть такой момент, не спорю, - согласился правитель Вайтрана. - Там во всяком случае стены оборонять будет полегче, чем на южной стороне. Площадь там довольно маленькая, так что всех воинов Буревестник отправлять туда явно не будет. Но это не значит, что следить за той стороной мы не будем. Кай, выдели десяток воинов, чтобы следили за врагами с западной стороны. - Будет сделано, мой ярл, - громко ответил командир вайтранской стражи. - Вот и хорошо. Как я и сказал, сегодня уже штурма скорее всего не будет. Но завтра Ульфрик непременно нападет. Все его силы стянуты к Вайтрану и ему не с руки затягивать с осадой. Поэтому он ударит завтра и ударит со всей силы, так чтобы сразу сломить сопротивление. Воинам надо отдыхать сегодня, никаких тренировок и прочей ерунды. Всем десятникам строго-настрого следить за тем, сколько хмеля пьют их воины. Нельзя, чтобы люди упивались в ночь перед сражением до такого состояния, что завтра не то что меч, но и собственный член держать не могли! Мужчины рассмеялись, а легат Рикке лишь хмыкнула. Однако, ярл давал ясно понять, что с этим распоряжением он не шутит. - Есть еще одна проблема, брат, - сказал Хронгар, когда смех стих. - Серые Гривы. - Это один из самых древних кланов Вайтрана, господин, - подал голос Провентус Авеничи. - Мы же не можем… - Можем! - прервал его младший брат ярла. - Мы не можем оставить их без присмотра. Вигнар все время кричал хвалебные речи Ульфрику. Они могут выкинуть что-нибудь эдакое, чтобы подсобить Буревестнику. Ярл Балгруф ответил не сразу. Он нахмурился и на миг стал похож на каменную статую. За это время никто не осмелился нарушить тишину. - Серые Гривы действительно один из самых старейших кланов Вайтрана, мой брат. Так просто кинуть их в темницу будет неправильно. - Но, брат! - воскликнул в сердцах Хронгар. Балгруф тут же прервал его возражение, подняв руку, показывая, что не договорил. - Но и оставить их просто так болтаться везде во время осады мы не можем. Айрилет, возьми воинов и иди в усадьбу Серых Грив. Всех его домочадцев надо доставить в Драконий Предел, где за их “безопасностью” будут следить мои воины. - Что делать с самим Вигнаром, господин? - спросила данмерка. - Он живет в Йорваскре. Кодлак Белая Грива не воспримет это как нанесение им оскорбления? Этот старик все-таки был Соратником когда-то. - Вигнар ничего не будет делать, зная, что его семья здесь, - твердым голосом сказал Балгруф. Айрилет больше ничего не спросила, лишь кивнула и направилась к выходу.***
Рог дозорных раздался спустя какой-нибудь час после восхода солнца. Сигнал означал, что войско Братьев Бури готовится к штурму. Легионеры, оказались первыми на южных стенах города и теперь они могли видеть, что лагерь мятежников пришел в движение. Повсюду колыхались знамена, раздавались крики и отрывистые команды. Со стен были хорошо видны штурмовые лестницы, которые подготовили воины Ульфрика. - Ну вот и началось, - тихо сказал Хадвар. Рикке приписала Рагнара с каджитом в его десятку, поэтому сейчас они любовались на суету в стане противника стоя рядом. - Да уж, ублюдки явно хотят закончить поскорее, - сказал Рагнар. Карджо молчал. Он лишь смотрел в сторону лагеря врага своим зорким взглядом, словно силился рассмотреть там что-то такое, что поможет им в грядущей схватке. Рикке расхаживала перед своими воинами и раздавала короткие приказы своим офицерам. Всего их было двое и Рагнар мысленно обозвал одного Имперским Франтом, а второго Прохвостом. Первый был имперцем по имени Квинтус. Среднего роста, короткостриженный, с тонкими усиками над верхней губой. Что бы он ни делал или ни говорил, все это у него получалось с таким видом, словно он расхаживает по приемной дворца в Имперском Городе, а не по стенам осажденного города. Именно за эту черту Довакин и придумал такое прозвище. Вторым был норд по имени Ивар. Высокий, жилистый, светловолосый северянин вел себя получше чем имперец, но выглядел уж больно хитрым, словно знал что-то такое, о чем не подозревал его собеседник. Словом, настоящий Прохвост. Вскоре подошла основная часть вайтранского войска. Воины, облаченные в кольчугу, вооруженные мечами и щитами стягивались к своим позициям, чтобы отразить нападения врага. Ярл Балгруф был среди них, облаченный в доспехи, он стоял, опершись ногой о край стены. До этого дня Рагнар видел его только в роскошных одеждах и потому видеть его в боевом облачении было все-таки необычно. Айрилет в кольчужной рубахе и кожаном нагруднике поверх нее стояла рядом со своим господином. Мятежники выстраивались в боевые порядки. Со стен было видно, что некоторые воины собирались нести штурмовые лестницы, по которым они будут карабкаться на стены Вайтрана. Перед строем на вороном жеребце разъезжал Ульфрик, который видимо произносил какую-то речь, дабы вдохновить своих воинов перед кровавым штурмом. Рагнар отвлекся от созерцания вражеского строя, когда к их позициям подошли Соратники во главе с самим Кодлаком Белой Гривой. В своих вольчих доспехах, вооруженные до зубов, с боевой раскраской на лице они являли собой довольно эффектное зрелище. Легионеры и воины Вайтрана так же разглядывали знаменитых воителей Йорваскра. - Приветствую тебя, ярл Балгруф, - громко проговорил Кодлак Белая Грива. Это был уже седой мужчина, повидавший немало сражений на своем веку. Однако, голос его был силен и по нему явно было видно, что он своей мощью не уступит иным молодым воинам. - Здравствуй и ты, Кодлак Белая Грива, - ответил Предвестнику ярл. - Рад, что ты присоединился к нам в грядущей битве. Встань на левый фланг, к моему брату. Больше Кодлак ничего не сказал, лишь кивнул и повел своих воинов к Хронгару. Воины Империи смотрели на северных воителей во все глаза. Весь их вид говорил о ярости и ожидании грядущей сечи. Словно они жаждали, чтобы мятежники быстрее пришли на стены города, чтобы убить их всех. - Выглядят свирепо конечно, - проговорил тихо Карджо. - Жаль их все равно маловато. Десятка два с небольшим, не самое роскошное подкрепление. - Зато каждый из них сражается за двоих, - пожал плечами Рагнар. Каджит на это ничего не ответил. Довакин заметил, что на левом краю войска, там где стоял Хронгар, виднелись так же наемники, что были в городе. Видимо, ярл пообещал им щедрую награду, если они помогут отбить Вайтран. Кроме того, позади позиций воинов, со стороны города виднелись местные жители, которые наблюдали за схваткой, готовые в любой момент прийти на помощь если в том будет нужда. Что ж, с таким раскладом надежды на победу еще были. - Воины Вайтрана! - голос ярла Балгруфа прозвенел словно чистый звук боевого рога перед атакой. - Враг пришел под стены нашего города, чтобы забрать наши дома, чтобы забрать себе все наше добро! Ульфрик Буревестник привел свою армию, думая, что сможет напугать нас одним ее видом. Быть может он привык запугивать данмеров у себя в Истмарке и позабыл, что северяне всегда отвечают сталью на сталь! Они придут сюда на наши стены, будут лезть по лестницам прямо на то место, где сейчас стоим мы. Они придут и умрут здесь! Они зальют кровью наши стены и песни об их смертях под Вайтраном будут петь еще много лет! Ответный рев защитников города был подобен грому. Легионеры колотили мечами о свои щиты, Соратники кричали что-то, сами вайтранцы размахивали оружием, приветствуя своего ярла. Балгруф сказал хорошую речь, такую, какая нужна перед сражением, чтобы настроить на нужный лад. Защитники, конечно, будут уже стоять на стенах, но от этого вероятность погибнуть от меча, топора или стрелы все равно есть. Ощущение этого неизбежно приводило к тому, что перед битвой воинов начинали обуревать разные чувства: тревога, страх, сомнения. Строй Братьев Бури пришел в движение. Ряды воинов двигались к стенам четким, ровным строем. Со стен были хорошо видны штурмовые лестницы, которые несли атакующие. - Лучники! - крикнул Балгруф. Воины с луками тут же вышли в первые ряды, чтобы встретить противника как полагается. Глядя на приближающееся войско, Рагнар испытывал смешанные чувства. С одной стороны ему уже было не привыкать сражаться за свою жизнь с мечом в руке, но с другой стороны, сейчас врагов было много больше. На смену каждому убитому будет приходить другой снова и снова, до тех пор пока одна из сторон не дрогнет. Любая рана в таком случае могла привести к гибели, и мысли об этом не давали покоя, заставляя нервно топтаться на месте. Как некстати вспоминались самые разнообразные мелочи, которые сейчас казались самыми прекрасными вещами на свете. Возможность дышать, наслаждаться солнечным светом, едой или выпивкой, любить женщину. Мысли об Элисиф пришли неожиданно. Рагнар вспоминал ее волосы, глаза, губы. То как она говорила, медленно и с расстановкой, как краснело ее лицо, когда она злилась, как ее глаза наполнялись светом, когда она искренне смеялась. Довакину захотелось дотронуться до нее, обнять девушку, узнать каков вкус ее губ. Северянин тут же замотал головой, отгоняя мысли, которые могли сделать его уязвимым. Нельзя думать о таком перед битвой, ибо такие мысли будут сбивать настрой, туманить сознание, мешать ясно воспринимать любую угрозу. Чтобы ощутить все это, требовалось выжить в этой сече, а для этого голова должна быть ясной. Лучники сделали первый залп и в строю атакующих послышались крики раненных воинов. Рагнар видел, что некоторые падали и их тут же забирали вглубь строя, чтобы они не мешали продвижению. Несколько Соратников также присоединились к лучникам и особенно среди них выделялась поджарая, рыжеволосая девушка с боевой раскраской на лице. Она выпускала одну стрелу за другой и, похоже, практически не промахивалась. - Это Эйла Охотница, - сказал один из вайтранских воинов, что стоял рядом. Это был уже далеко не юнец, мужчина с морщинами на лице и бородой, заплетенной в косу. - Эта бестия стреляет из лука так, что большинство из Братьев Бури точно не дойдет до стен. - Хотелось бы верить, но каджит почему-то сомневается, что все будет настолько хорошо, - пробормотал Карджо. - Хотя стреляет она действительно прекрасно. Довакин не вмешивался в беседы, полностью сосредоточившись на наблюдении за приближающимся войском. Защитники начали подносить чаны со смолой, чтобы выливать их на поднимающихся мятежников,а также вдоль всей стены заранее были сложены камни, которые полетят на атакующих воинов, когда те начнут карабкаться по лестницам. И случиться это все должно очень скоро. Братья Бури ускорили шаг, но строя так и не сломали. Слышались звуки рога и какие-то команды, но разобрать все это, естественно, было невозможно. Мятежники шли, высоко подняв щиты и у некоторых они уже напоминали ощетинившегося ежа, ибо в них торчали вонзившиеся стрелы. Вот они подошли к стенам и начали готовиться ставить лестницы. Лучники теперь не могли стрелять постоянно, так как со стороны штурмующих также полетели стрелы. Стрелки Ульфрика стреляли неприцельно, но их количества хватало, чтобы заставить воинов вздымать щиты, а лучников быть осторожнее. - Щиты! - крикнула Рикке. И вовремя. Стоило только ее легионерам поднять свои щиты, как их позиции накрыли стрелы врага. Рагнар почувствовал как в его щит ударилась стрела и невольно взмолился про себя Талосу, чтобы тот отвел от него следующую. Карджо шипел рядом и ругал всех мятежников на чем свет стоит. - Стреляйте в ответ, сукины дети! - кричала какая-то женщина, судя по голосу. Выглянув из-за щита, Рагнар увидел, что это была Эйла из Соратников. Она укрывалась за каменным краем стены и то и дело вскакивала, чтобы ловко послать стрелу в мятежников. На стороне защитников появились первые раненные и убитые. Несколько стрел Братьев Бури сразили троих нерасторопных вайтранских воинов. Какая-то шальная стрела угодила аккурат в ногу одного из Соратников. Это был темный эльф, который тут же скривился от боли и присел на одно бедро. Его собратья прикрыли его щитами и начали оттаскивать с позиций. В воздухе появился запах крови, смешанный с вонью человеческого пота и мочи. Увы, реальность была такова, что страх был силен и некоторые попросту мочили штаны перед столкновением с врагом. И сейчас это было совершенно не смешно. К стенам приставили первые лестницы. Лучники теперь отступили чуть назад, уступая место у края стены воинам с щитами и мечами. В наступающих мятежников полетели первые камни, полились потоки горячей смолы. Из-под стен слышались крики изувеченных людей, но Рагнар видел лишь ковер из врагов, что сейчас колыхался внизу. Стрелы атакующих по прежнему прилетали на позиции защитников, то и дело убивая некоторых. Вайтранский стражник, что сказал Довакину об Эйле внезапно вскрикнул и упал на одно колено. Стрела попала воину в бедро и теперь он громко ругался, проклиная неизвестного лучника. Рагнар же отмел все мысли и любые проявления жалости. Он увидел, что на их участке стены начали появляться лестницы, а это значило, что вскоре тут станет жарко. Северянин рванул к краю стены, краем глаза заметив, что Карджо последовал за ним. Брату Бури почти повезло добраться до вершины стены. Он уже собирался залезть на нее и положил руку на край, когда меч Рагнара разрубил его ладонь. Не слушая его дикие крики, Довакин и каджит, упершись ногами начали сталкивать лестницу. - Она тяжелая, дружище! - крикнул Карджо. - Ее сразу не сбросить. Рагнар не успел ответить, так как ему пришлось быстро одергивать голову от топора следующего мятежника, что забрался по лестнице. Друзьям пришлось отступить от лестницы, так как по ней наверх взлетел норд, вооруженный двумя топорами. С боевым кличем на устах он налетел на каджита, но тот принял удар его топора на щит, а Рагнар тут же подлетел к мятежнику сбоку и вонзил свой меч в его тело. Воин с бульканием осел на землю, выронив свое оружие. Все же этот неизвестный рубака добился своего и отвлек на некоторое время внимание от лестницы. По ней за это время успело забраться уже двое мечников. К счастью, легионеры не спали и тут же набросились на врагов. Братья Бури отчаянно рубились с имперцами, пытаясь расчистить плацдарм для своих, но их неумолимо теснили обратно к краю стену. Краем уха Рагнар слышал боевые кличи Соратников, которые раздавилсь левее. Видимо, там уже кипела яростная битва. - Брат, нельзя давать им закрепиться! - крикнул Довакин каджиту и бросился на помощь к легионерам, которые успели прикончить одного из мечников. Однако, по лестнице поднимались новые воины, и вскоре их стало уже больше. Рагнар поспешил на помощь к легионерам и как раз вовремя, так как к стене приложили еще одну лестницу. Братья Бури явно намеревались захватить город за один день судя по всему. Довакин напал на мятежника с высоко поднятым мечом, а когда тот поднял кверху щит, дабы принять на него удар, Рагнар в последний момент поменял траекторию замаха. Вместо того, чтобы бить по деревянному щиту, он рубанул по открывшимся ногам Брата Бури. Клинок распорол штанину и разрезал ногу до кости. Камень стены под раненным воином покраснел от его крови, а вопль резанул слух Довакина. К чести мятежника, когда он упал на одно колено, то попытался как-то ударить в ответ своего противника. Рагнар отбил его медленный выпад и одним ударом разрубил голову мятежника пополам. Тем временем, слева от него оттаскивали раненого легионера, который левой рукой держал культю своей правой руки. Видимо, ему достался довольно шустрый противник, и имперец потерпел поражение. Его соратники тут же заняли опустевшее место в строю, заполняя брешь и не давая Братьям Бури развивать успех. Началась свалка, ни одна из сторон не уступала. Воины Буревестника упрямо лезли на стены, хотя их сбивали оттуда, закидывали камнями, заливали смолой, засыпали стрелами. При всем бахвальстве ярла Виндхельма, его воинам храбрости было не занимать. Довакин даже почувствовал укол сожаления от осознания того факта, что все эти доблестные воители сражаются между собой, заливая кровью земли Скайрима. Резня, тем временем, продолжалась. Довакин убил уже с десяток врагов, но те все наступали и наступали. В один момент на Рагнара начал наседать офицер Братьев Бури с неизменным медвежьим плащом на плечах. Вооруженный боевым топором и щитом, он умело теснил северянина и все время норовил поддеть его щит, лишив тем самым защиты. Рагнар тоже был не так прост и блокировал все выпады противника, не оставляя ему возможности зацепить себя. Так они и обменивались ударами, заливаясь ручьями пота. Рагнар уже устал финтить и делать ложные выпады, надеясь подловить мятежного норда, а успеха так и не достиг. Он делал широкий замах мечом, показывая, что ударит сверху и справа, но в последний момент бил снизу и все равно тщетно. Норд в медвежьем плаще принимал удары на щит или уже уклонялся от меча Довакина. Казалось, так могло длиться вечно. Удар, отскок или блок щитом и опять по новой. Однако, офицер тоже устал. Это было видно по его раскрасневшемуся лицу, тяжелому дыханию и груди, которая вздымалась словно кузнечные меха. Проблема была только в том, что Рагнар также чувствовал, что его руки налились свинцом, а дышать становилось тяжелее. В какой-то момент оба воина просто застыли напротив друг друга, просто скрестив свои взгляды. Рагнар видел стиснутые зубы, несгибаемую сталь в глазах, что не позволило бы этому воителю отступить или сдаться врагу. Брат Бури, видимо, углядел что-то подобное, потому что внезапно для Довакина, кивнул ему, словно оценив его мастерство. Рагнар ответил ему тем же, признавая мастерство воина. Так они и стояли глядя глаза в глаза, совершенно позабыв об остальной схватке. Словно на этой стене остались только они. Рагнар ударил внезапно. Расстояние было подходящим и его удар ногой по нижнему краю щита мятежника достиг своей цели. Северянин мысленно поблагодарил каджита, который надоумил его вставить железные пластины в сапоги для защиты ног. Со стороны они выглядели как обычная обувь, но изнутри голень была надежно защищена металлическими пластинами. Сейчас же, именно эти пластины спасли его ногу от перелома или ушиба, который непременно случился бы от удара по окованному железом краю щита. Брат Бури не ожидал ничего такого и был совершенно не готов. Его щит предательски подлетел наверх и ударил его прямо в челюсть. Раздался противный хруст ломающейся кости, а голова офицера откинулась назад. Вспышка боли наверняка еще даже не успела промелькнуть в голове, когда Рагнар одним рывком сократил дистанцию между ними и вонзил свой меч аккурат в открывшееся горло. Клинок пробил ее насквозь и вышел наполовину сзади, обагрившись красной кровью. Довакин видел расширившиеся глаза врага, который понял, что проиграл. Нижняя челюсть беспомощно свисала на меч Рагнара, а изо рта вырывался страшный хрип, когда он оседал наземь. Топор выпал из рук Брата Бури, а лицо его исказила гримаса боли. Довакин не стал мучать достойного противника и потому добил его, избавляя от мучений. Рагнар огляделся вокруг. Штурм Ульфрика захлебнулся. Его люди так и не смогли создать нормального плацдарма, чтобы завладеть стенами Вайтрана. Теперь их сбрасывали вниз, где они разбивались о землю, камни и упавшее оружие и доспехи своих товарищей, что уже лежали там. Некоторые лестницы скидывали обратно, причем в центре обороняющегося войска, там где стоял сам Балгруф, не осталось почти ни одной, так яростно воины отбивались под командованием своего ярла. Позиции Хронгара отсюда было не видно из-за мельтешения воинов, но хотелось верить, что младший брат ярла устоял. Тем более, что воинственности ему было не занимать. Рагнар видел как Айрилет, вооруженная двумя мечами в обеих руках, крутилась словно заведенная игрушка. Смертоносная игрушка. Каждый следующий Брат Бури, который атаковал ее, порой не успевал даже скрестить с ней клинки, ибо данмерка была подобна молнии. Она ловко уклонялась от тяжелых и медленных выпадов, а потом тут же била в ответ, нанося раны или сразу убивая врагов. Да уж, отнюдь не зря эта данмерка стала хускарлом правителя Вайтрана. Сам ярл Балгруф, к слову, был заляпан кровью с головы до ног. Он наносил своим добротным стальным мечом такие страшные удары по щитам мятежников, что те невольно отступали под натиском яростного правителя. Его щит был уже основательно побит, виднелись отметины множества клинков, что бились о него в тщетной попытке добраться до предводителя вайтранского войска. Воины сплотились рядом со своим ярлом и яростно отбивали атаки Братьев Бури, лишая их какой-либо надежды прорваться в город. Справа же, легат Рикке выкрикивала команды, контролируя своих легионеров. Ее меч был обагрен кровью, а на шлеме виднелись сколы и царапины. Легат все-таки была суровым воином и сражалась в самой гуще схватки, подавая пример своим воинам. Легионеры же в свою очередь, так же остервенело бились, видя, что их командир с ними. Карджо схватился с рослым нордом в рукопашной схватке. Они стояли так плотно друг к другу, что уже не могли нанести нормальный удар мечом, ибо длина его не позволяла поразить противника на такой дистанции. Щит каджита раскололся и лежал у него в ногах, потому левой рукой он попросту удерживал мускулистую руку мятежника, в которой тот держал меч и норовил ударить хотя бы рукоятью друга Рагнара. Правой рукой Брат Бури точно так же удерживал руку каджита и казалось, что их борьба должна была длиться вечно, настолько плотно оба воина уперлись в землю. Тут Карджо совершенно внезапно попросту вцепился своими острыми зубами прямо в лицо человека. Рагнар невольно оторопел, ибо впервые видел, чтобы каджит пускал в ход зубы. Мятежник истошно завывал глухим голосом, а из-под зубов Карджо лилась кровь. Норд выронил свой меч и теперь отчаянно пытался вырваться из страшной хватки кошколюда. Но все было тщетно и через несколько мгновений его попытки освободиться ослабели, а затем он и вовсе завалился на землю. Карджо добил его мечом. Рядом с каджитом билась какая-то девушка в добротных стальных доспехах. На голове у нее был закрытый шлем стражника и потому разглядеть ее лица было невозможно, но сражалась она хорошо. Удары мечом наносились постоянно, так, словно она вовсе и не устала, все ответные выпады противников принимались на щит и затем тут же следовала контратака. Она явно была одной из стражниц города и, видимо, из-за суматохи оказалась на позициях легионеров. Но вдруг Рагнар заметил, что воительница излишне увлеклась и начала наступать на девушку из Братьев Бури, тесня ее к краю стены. Вот только мятежница явно отступала притворяясь, словно прикидываясь слабой. Вскоре Довакин увидел, что отважная стражница оставила незащищенными бок и спину и этим тут же решил воспользоватся один из Братьев Бури. Рыжеволосый норд без шлема и в боевой раскраске, с железным мечом в руках, рванул к девушке, которая даже его не видела. Рагнар не успел бы спасти ее, вздумай он прыгнуть на коварного врага. Но Довакин заметил, что сейчас на их фланге остался один плацдарм из двух лестниц, на котором Братья Бури яростно оборонялись от теснящих их легионеров. Образовав своими щитами некое подобие полукруга, они защищали своих поднимающихся товарищей от стрел и копий вайтранцев, при этом пытаясь пробиваться дальше, чтобы расширить площадь для себя. Это была хорошая возможность. Способность направлять ту’ум, страшное оружие драконов, была отличительной чертой всех Драконорожденных. Причем, в отличие от других людей, именно те, в чьих жилах течет кровь драконов, осваивали новые слова силы потрясающе быстро и эффективно. Была лишь одна неприятная особенность. Драконьи Слова на то и были драконьими, чтобы их кричали именно огромные летающие чудовища. Человеческая глотка попросту не могла справиться с колоссальным напряжением, которое возникало при использовании Крика. Поэтому Рагнар не мог использовать ту’ум постоянно, так как каждое следующее слово Силы, которое он выкрикивал требовало все большего времени отдыха для его тела. Кроме того, неосторожность при использовании такой силы была чревата тем, что могли пострадать союзники и друзья, а не только враги. Однако, сейчас момент был хорош. Плотный строй врагов, ощетинившийся щитами и мечами и практически никаких союзников между. Довакин оттолкнул молодого легионера, что попытался пробежать мимо него, чтобы помочь стражнице, которой неизбежно грозила гибель от удара в спину. - Фус Ро Да- страшный крик словно разорвал небеса и прогремел подобно самому страшному грому. Безжалостная Сила. Один из первых Криков, которым овладел Довакин в своих странствиях. Если первое слово лишь слегка бы толкнуло врагов, а сочетание двух слов бросило бы их наземь, то все три слова, произнесенные сильным голосом, попросту разбросали весь строй Братьев Бури, словно ужасный порыв ветра разбрасывает стоги с сеном на поле. Половина из мятежников слетела со стен, а те, кому не повезло попросту быть брошенными о землю, тут же были убиты легионерами, которые правильным образом воспользовались сломанным строем врага. Так же Рагнар отметил, что норд, который хотел нанести удар в спину отважной стражницы, был сброшен со стены силой его голоса. Сама воительница сейчас попросту ошарашенно озиралась вокруг, глядя на поверженных мятежников. - Давно пора, - пробурчал рядом Карджо. Он утирал морду от крови мятежника тыльной стороной руки и выглядел достаточно жутко. - Я уж думал, чего ты там тянешь! - Момента подходящего не было, - сказал Рагнар чуть хрипловатым голосом. Горло ощутимо побаливало, но то было не страшно. Довакин знал, что буквально через пяток минут эта боль пройдет незаметно. Главное дать глотке отдохнуть. Каджит фыркнул на это и сплюнул себе под ноги. Северянину показалось, что это были ошметки кожи. - Обливион бы побрал этих Братьев Бури, - сказал каджит. Он смотрел на отступающих воинов Ульфрика. Штурм окончательно захлебнулся, и теперь мятежники отступали, пытаясь спасти раненных. Лучники Вайтрана сделали это занятие максимально опасным, и вскоре воины Бури окончательно бросились наутек в свой лагерь. Вайтранские воины и легионеры улюлюкали им в след, призывая снова попробовать подняться на стены. Соратники показывали неприличные жесты, означавшие, что мятежники попросту сборище трусливых баб. Рагнар не сразу заметил, как к нему подошла та самая девушка, которую он только что спас от удара в спину. Она сняла шлем и северянин увидел, что она довольно молода. Темные волосы были острижены по плечи, прямые черты лица, карие глаза. Ничего особенного, но воительница все же была довольно симпатичной. - Ты спас меня, господин, - сказала стражница. - Ты поверг всех врагов своим Криком. - Не стоит благодарностей, - пожал плечами Рагнар. - Так ты и есть тот самый Довакин? - спросила девушка, совершенно не отреагировав на слова северянина. - А что есть еще и другие? - спросил каджит, усмехаясь. - Прошу прощения, - смешалась воительница. - Спасибо, господин, я обязана тебе жизнью. - Думаю на этих стенах у тебя будет куча возможностей вернуть мне долг, - усмехнулся Рагнар. - Как тебя зовут? - Лидия, - ответила девушка. Первая кровь пролилась. Вайтран устоял. Но воины Ульфрика по-прежнему стояли под стенами города.
