Легенды и жизнь

      Имперский лагерь раскинулся на всём берегу перед Виндхельмом и напоминал уже маленькое селение, а не только стоянку легионеров. Имперцы возвели некое подобие частокола вокруг лагеря, и у импровизированных ворот даже стояли две деревянные башни, с которых за тропой наблюдали часовые.       Двое стражников-легионеров вышли навстречу легату Рикке и Рагнару, которые ехали бок о бок во главе колонны воинов, что прибыли из Рифта. Оставшиеся силы мятежников там были окончательно перебиты, а в самом Рифтене установилась власть, которая представляла интересы Империи. Рагнар, конечно, долго смеялся, когда узнал, что имперцы сделали ставку на Мавен Чёрный Вереск и назначили именно её ярлом Рифта. Довакину частенько приходилось слышать не самые хорошие истории об этой женщине, а Карджо так и вовсе был знаком с её делишками непонаслышке. Каджит ничего толком не рассказывал, но явно дал понять, что ручки новоиспечённой правительницы Рифта изрядно испачканы в крови.       Впрочем, решать такие вопросы им было не с руки и Рагнар лишь высказал свои подозрения Рикке. Легат нахмурилась, но ничего конкретного не ответила на все эти слова. Вместо этого, они отправились в рифтские леса выбивать оставшиеся отряды Братьев Бури, которые сопротивлялись так рьяно, что на борьбу с ними легионеры и союзные войска Скайрима потратили аж три недели. Слава Богам, в конце концов победа, всё же была за ними и теперь они прибыли как подкрепление к войскам генерала Туллия, чтобы штурмовать последний оплот Ульфрика Буревестника.       - Стой, кто идёт? - громко спросил стражник, выставив копьё. Рагнар видел, что вопрос это был задан лишь чтобы исполнить свои обязанности согласно правилам легиона, потому как по лицу воина было хорошо видно, что он узнал Рикке.       - Легат Рикке с подкреплением к генералу Туллию, - ответила ровным голосом воительница.       - Вас понял, легат Рикке, - браво козырнул имперский воин и отошёл в сторону.       Рагнар слегка ударил по бокам своего коня и двинул вслед за Рикке. Ворота были довольно широкими и вся колонна воинов без проблем попала внутрь лагеря.       Оставив коней на привязи, Рагнар и Рикке отправились на поиски генерала Туллия. Карджо, естественно, увязался за ними и по дороге не забывал вставлять едкие комментарии насчёт организации лагеря.       - Ты бываешь хоть иногда доволен, каджит? - спросила Рикке, когда Карджо высказался насчёт того, что шатры воинов были маловаты и наверняка там смердит хуже, чем в берлоге тролля.       - Конечно каджит бывает доволен. Когда тепло, есть выпивка и вкусная еда, - не раздумывая ответил Карджо, вызвав смешок Рагнара.       - - Ох уж мне эти ваши шутки, - усталым голосом проговорила легат. - Рагнар, скажи ему, чтобы хоть легионеров не распускал. Совсем они распоясаются с этим прохвостом.       Генерала Туллия они нашли в его шатре, который стоял аккурат в середине лагеря и над ним развевался штандарт Империи. Два рослых легионера стояли у входа, придерживая копья и смотрели на всё вокруг с самым скучающим видом. Впрочем, стоило им только увидеть легата Рикке, как оба тут же вытянулись по струнке, а взгляд воинов изменился на сосредточенный и подозрительный.       - Наконец-то! - воскликнул Туллий, увидев вошедших Рикке и Рагнара. - Боги, как же я рад тебя видеть, Рикке. Как там обстановка в Рифте?       Легат доложила по форме, поведав генералу об уничтожении почти полутора сотен оставшихся в живых Братьев Бури, которые старались окопаться в холде и чинить неприятности имперцам. Скупо и по делу, без перечисления лишних фактов, Рикке доложила о двух кровопролитных стычках так, словно это были детские забавы. Рагнару такой подход не очень нравился, ведь четыре десятка легионеров и скайримских воинов пали в этих боях, а эта была немалая жертва. Однако в легионе устав, порядок и скупые факты были в почёте больше всего и по лицу Туллия было заметно, как он доволен.       Однако было также видно, как вымотался старый генерал. Обычно, глядя на этого имперца, Рагнар дивился его выправке и осанке, тому, как он держал себя, всегда уверенный и бодрый, знающий что надо делать и как. Настоящий генерал. Сейчас же под его глазами пролегли тёмные круги, а плечи заметно ссутулились. Осада и впрямь была тяжёлой, судя по всему.       - Отличная работа, Рикке. Ты не подвела меня, впрочем как и всегда, - он потрепал свою соратницу по плечу, а затем пригласил обоих воинов присесть. Сам Туллий, пока Рагнар и Рикке усаживались на табуреты, приказал адъютанту, чтобы тот сбегал на кухню и принёс съестного для обоих воителей. Карджо он не видел, так как тот предпочёл побродить в окрестностях шатра.       - Генерал, могу я спросить как продвигаются дела здесь? - спросила легат. Она и Туллий были уже давно знакомы и сейчас легионерша верно уловила, что может вести себя не по уставу и поговорить с имперцем по-человечески.       - Дела тут скверные, Рикке. Ульфрик окопался в своём городе и яростно огрызается на любую нашу атаку. Мы построили катапульты и теперь им приходится сложнее, но к стенам всё равно подобраться непросто. Ублюдки сражаются так, словно бы их подгоняют все даэдра сразу!       - Загнанный в угол зверь опаснее всего, - пожал плечами Рагнар.       - Да уж, - прорычал Туллий. - Сколько воинов ты привела, Рикке?       - Две с половиной сотни легионеров, сотня фолкритских воинов и ярл Балгруф вместе с вайтранцами должен прибыть вслед за нами, - сразу ответила легат.       - Хорошие новости. У нас много раненых и убитых, но осада даёт свои плоды. В городе уже намечаются проблемы с провиантом, а это для нас благоприятный фактор. На прошлой неделе из города доносился шум битвы и крики. Мы даже штурм организовали на скорую руку, надеясь пробиться через ворота.       По сморщившемуся лицу Туллия, Рагнар понял, что этот штурм прошёл неудачно.       - Наверняка эльфы и аргониане подняли бунт, - предположил Довакин. Когда он был в Виндхельме в прошлый раз, условия жизни данмеров и ящеров были такие, что впору вешаться. Их ненавидели и презирали по всему городу и эльфы были вынуждены жить в трущобах без каких-либо прав и привилегий.       - Скорее всего так и есть, - кивнул генерал. - Надеюсь остроухие сократили число этих ублюдков. В любом случае, следующий штурм я назначил через два дня, так что вы прибыли как раз вовремя. Твоим людям, Рикке, выделят место в правой части лагеря, в тамошней центурии потери больше всего. Легат Цезентий ранен, так что возьмёшь его людей под своё командование.       - Адвент ранен? - переспросила Рикке.       - Стрела попала в грудь, - ответил Туллий. - В правую сторону, к счастью, так что наш храбрый Цезентий уже идёт на поправку. В любом случае тамошний офицер, который сейчас командует, с радостью встанет под твоё начало.       - Хорошо, генерал. Разрешите идти к своим людям? - встала Рикке и Рагнар последовал её примеру.       - Разрешаю, - кивнул Туллий и легат тут же развернулась и пошла к выходу из шатра. - Рагнар, а ты останься.       Слова имперца Довакин услышал, когда уже был на полпути к выходу. Норд обернулся и посмотрел на Туллия, который сидел, укутавшись в плащ, и смотрел на него прямым, немигающим взглядом. Чего это ему надо?       - Неужто и мне отряд под командование перепадёт? - спросил Рагнар. Особого желания разговаривать с имперцем у него не было и норд искренне желал, чтобы его поскорее отпустили. После долгой дороги хотелось есть и спать. Кроме того, Элисиф, по слухам, так же была где-то в лагере и норду не терпелось её увидеть.       - Ты Довакин. Вы, норды, вечно носитесь со своими легендами, преданиями и традициями о чести, доблести и героизме. Солитьюдских воинов сильно потрепали в прошлом штурме, их командир чуть было не погиб, больше половины всех воинов уже не могут сражаться. Их должен возглавить герой, чтобы они снова могли идти на штурм.       - Не замечал за Вами почитаний нордских легенд, генерал, - усмехнулся Рагнар. Он и в самом необычном сне не мог представить, что ему на полном серьёзе будут говорить о том, чтобы он возглавил военный отряд.       - Нахватался с вами тут, - скривился Туллий. - Ты и твой каджит вступили в Легион, а значит пока идёт война, ты исполняешь мои приказы, Рагнар. Легат Рикке весьма высоко ценит твои воинские качества, а про твой ту’ум уже ходят легенды среди воинов. Ты должен будешь пойти в первых рядах, Довакин. Это очень опасно, но если легионеры и скайримские воины увидят, что именно ты ведёшь их в бой, то драться они будут не в пример воодушевлённее.       - Гм, командир из меня так себе, генерал, - пожал плечами Рагнар.       - А ты и не нужен как командир, - осклабился Туллий. - Ты нужен как знамя, как символ. Герой Скайрима, Драконожденный Избранный лично поведёт в бой сынов Империи. Разве может хоть какая-то сила устоять против такого?       Рагнар посмотрел на Туллия тяжёлым взглядом, но прекрасно при этом понимал, что имперец делает всё правильно. В конце концов, именно из-за его способностей убивать драконов его и восхваляли.       - Знамя так знамя, - деланно пожал плечами Рагнар, изо всех сил пытаясь показать, что слова Туллия его не задели. - Мне всё равно как именно резать врагов. Пока платят.       Маска кровожадного и туповатого наёмника всегда была кстати, когда надо было свернуть разговор. Помогла эта тактика и на этот раз. Туллий кивком головы дал понять, что Довакин свободен и может идти.

***

      - Рагнар! Как хорошо, что ты приехал, - воскликнула Элисиф. Увидев её тоненькую фигурку на фоне большого белого шатра, Рагнар почувствовал как его сердце забилось быстрее, а в груди разлилось приятное тепло.       Правительница Солитьюда и будущая королева Скайрима не могла броситься на шею простому воину в замызганной броне, потому она остановилась в паре шагов от Довакина. Однако один взгляд на её сияющее лицо, широкую улыбку и глаза, наполненные радостью, позволил понять, что девушка была очень рада видеть норда.       - Как видишь, госпожа, я цел и невредим. Как и обещал, - улыбнулся Рагнар.       - Это хорошо, - кивнула Элисиф. - - Я как раз собиралась трапезничать. Пообедаешь со мной?       - Сочту за честь, госпожа, - сказал Довакин.       Элисиф повернулась и пошла в сторону своего шатра. Рагнар последовал за девушкой, любуясь её ладной фигуркой. Плащ, конечно, мешал оценить по достоинству все изгибы тела Элисиф, но Довакин надеялся, что вскоре сможет избавиться от этой раздражающей детали гардероба.       Шатёр правительницы был уютно обставлен. Звериные шкуры лежали на досчатом полу и стенах шатра, чтобы порывистые ветры Истмарка не беспокоили Элисиф Солитьюдскую. Здесь стоял добротный стол и стулья к нему, кровать, которую явно смастерили прямо здесь в лагере, ибо было видно, что древесина совсем свежая. Посуда, какие-то маленькие тумбочки, небольшой стеллаж с книгами, отдельный угол под гардероб. Обстановка была в общем-то шикарная для военного лагеря, и Рагнар в очередной раз убедился в том, что аристократам в любых случаях достаются более удачные варианты. Везде и во всём.       Служанка Фиана как раз закончила накрывать на стол, когда Рагнар вошёл в шатёр. Бретонка поприветствовала его кивком головы.       - Госпожа, обед уже накрыт. Только я не знала, что у нас будут гости, - сказала служанка.       - Рагнар только что прибыл, Фиана. Наверное, он голоден как волк, наложи ему порцию побольше, - сказала Элисиф щебечущим голосом. Служанка посмотрела на свою госпожу с лёгкой ухмылкой, но ничего не сказала. Она лишь присела в реверансе и отправилась в другой конец шатра.       - По-моему она меня не жалует, - прошептал Рагнар, улыбаясь Элисиф. Он здорово соскучился по девушке и только сейчас осознал, насколько ему не хватало её общества.       - На самом деле, Фиана в тебе души не чает. Просто не показывает этого, - совершенно по-девчачьи хихикнула Элисиф.       - Я всё слышала, - проговорила бретонка, поднося деревянную тарелку и столовые приборы для Довакина. Она расставила всё на столе и посмотрела на Рагнара немигающим взглядом. - Коль поставишь мою госпожу в неудобное положение, не посмотрю, что ты Довакин. Понял?       Рагнар примирительно улыбнулся и расставил руки в стороны, мол, ничего не имею против. Фиана лишь фыркнула и, отклонившись, ушла в огороженную часть шатра.       В последние дни у Довакина редко когда выпадали такие моменты, что он мог сидеть на удобном стульчике и кушать вкусную и сытную пищу. Всё время, пока они охотились на оставшихся воинов Братьев Бури, они постоянно находились в пути, останавливаясь на короткие привалы, разбивая лагеря на голой земле. Тот рацион блюд, которые сносно мог готовить повар легионеров, был крайне скуден и Рагнару уже осточертело питаться похлёбками да картошкой в самом разном виде.       - Сто лет не ел такую вкусную еду, - проговорил Рагнар с набитым ртом, уплетая лососевый стейк, запивая его кружкой доброго вина. Элисиф в основном налегала сыр, кровяную колбаску и так же отпивала вино маленькими глотками из своей кружки.       - Лови момент, - улыбалась девушка. - Генерал Туллий говорил, что скоро новый штурм. Ты, надеюсь, не ринешься в бой впереди всех?       В голосе Элисиф явственно промелькнули нотки тревоги и искреннего переживания за норда. Это тронуло сердце Довакина, так как он внезапно понял, что за всё то время, что он ошивался по дорогам Скайрима, мало кто действительно переживал за него.       - Пока не знаю, - кивнул он, деланно небрежным голосом, как бы говоря девушке, что ничего опасного не предстоит. - В любом случае с этим балаганом пора заканчивать. Ульфрик уже засиделся в своей берлоге, пора его доставать оттуда.       Элисиф плотно сжала губы. Она отложила еду и теперь сидела, сжимая в руках кружку.       - Рагнар, последние штурмы были просто ужасны. Воины гибли десятками. Там на мосту было просто побоище, - дрожащим голосом говорила девушка. - Мне до сих пор снятся кошмары про эти страшные дни. Я и представить боюсь, каково воинам, которым придётся снова идти в бой.       - Воинам всегда страшно. Такова уж натура войны, - сказал Рагнар спокойным голосом. - На днях прибудет ярл Балгруф с подкреплением, он набрал воинов в Хелгене и Рорикстеде, так что людей у нас теперь будет много больше.       - Да помогут нам Боги, - прошептала Элисиф. Девушка подняла глаза на Рагнара и вгляделась прямо ему в лицо. - Будь осторожнее, хорошо?       - Как всегда, госпожа, - ответил Рагнар, не спуская взгляда с её очаровательного личика.

***

      Трапеза с Элисиф подняла настроение, но вот только посидеть как следует им не удалось. Гонец, прибывший от генерала Туллия, сообщил, что имперский генерал хочет обсудить с правительницей Солитьюда какие-то важные вопросы. Девушка сжала руку Рагнара перед самым выходом из шатра и прошептала, чтобы он пришёл вечером.       Норд улыбался всю дорогу от “покоев” Элисиф, пока шёл до стоянки легионеров. По дороге он примечал детали быта военного лагеря: патрульных, которые сновали по параметру, группу легионеров, тренирующихся в стороне. Было видно, что всем воинам уже было не привыкать размеренно коротать время в перерывах между штурмами. Тут и там попадались бойцы с перевязанными руками, головами или хромающие. По пути Рагнар бросил беглый взгляд на Виндхельм и невольно почувствовал как липкий страх начал давать о себе знать. Серая громадина высилась непоколебимой скалой и, казалось, ничто не может покорить эту цитадель.       В любом случае, уже скоро ему придётся идти в бой к этим стенам и стараться не подохнуть там геройской смертью. Странное дело, совсем недавно он отбивался на стенах от наступающих врагов, а вот теперь уже сам вынужден идти на приступ огромного, неприступного города. На этот раз ему придётся подбираться к воротам под обстрелом лучников, пробиваться на стены и стараться закрепиться там. Боги и даэдра, наверное, попросту забавлялись, наблюдая за такими перипетиями в судьбах смертных.       Обдумывая подобные вещи, Рагнар наконец достиг той части лагеря, где расположилась легат Рикке, взяв под своё крыло легионеров Адвента Цезентия. Их палатки располагались на правом фланге имперского лагеря, неподалёку от фермы “Остролист”. Сейчас тут сновали легионеры Рикке, деловито обустраиваясь на новом месте. Они растаскивали свои вещи, весело перешучиваясь и переговариваясь. Горстка воинов Империи, что собрались в отдалённой части лагеря, разительно отличались от своих собратьев по оружию. Хмурые и немногословные, они сидели на своих местах, разглядывая новых сослуживцев.       Этим воинам здорово досталось и они потеряли множество друзей и братьев по оружию. Понять их настроения, при наблюдении за тем, как на месте их товарищей теперь обустраивались другие воины было нетрудно. Война отнимала жизни, калечила судьбы и люди, наверное, рано или поздно привыкали к ней. Однако, свыкаться с некоторыми вещами было очень и очень непросто. Например с потерями соратников.       Рагнар добрался до Рикке, которая стояла посреди всего этого управляемого хаоса и весьма уверенно “дирижировала” всем бедламом. Карджо расположился у самой дальней палатки в лагере, но которая была наиболее ближе всех к ферме.       - Я думаю на этой ферме поживиться уже нечем, - ухмыльнулся Рагнар, подходя к своему другу.       - Каджит никогда не теряет надежды, - пожал плечами Карджо. Он лениво развалился на своём спальном мешке и вполглаза поглядывал на снующих туда-сюда легионеров. - Рагнар, армия же вроде как должна быть образцом порядка?       - Ну вроде как, - ответил Довакин, снимая с себя плащ и закидывая его в палатку. - Вшей нет?       - Каджит проверил, - ответил Карджо. - Так должна быть или нет?       - Легионеры дисциплинированные воины. Они хорошо держат строй, - продолжал отвечать Рагнар, расстёгивая пояс с мечом и кинжалом, шлем и тяжёлый нагрудник.       - В бою да. А в остальное время это будто охваченный пожаром кабак, - усмехнулся каджит. Довакин, оставшись в одной шерстяной рубахе, взглянул на легионеров и невольно согласился со своим другом. Аналогию тот подобрал подходящую: таверна, охваченная огнём.       - Штурм будет страшным, - вполголоса сказал каджит. Рагнар присел рядом с ним и взял у него из рук мех с вином. - - Проклятый Истмарк с его ветрами, проклятый Виндхельм с его скалами. Не мог что-ли ваш Исграмор построить городок в долине?!       - Как Вайтран? - улыбнулся Рагнар, делая глоток. Вино было кисловатым, но вполне себе неплохим.       - Да. Каджит думает, что крови будет столько, что хватит на всё Море Призраков. К городу будем подбираться по мосту, а там мы просто все как на блюдечке. Лучникам и целиться-то не надо, знай стреляй со стен, уж в кого-нибудь наверняка попадёшь.       - Это да. Крови будет много, - кивнул Рагнар, которому так же приходили подобные мысли.       - На всякий случай, - тихо сказал Карджо, принимая обратно мех с вином. - У меня будет одна просьба.       Довакин невольно стиснул зубы. Не любил он таких разговоров, а уж тем более накануне битвы.       - Расскажи, каково это спать с самой красивой девушкой Скайрима? - спросил Карджо. Обернувшись и увидев взгляд каджита, Рагнар невольно рассмеялся. Его друг нисколько не растерял боевого духа и даже пытался подбодрить его.       - Пошёл ты, имп хвостатый! - усмехнулся Довакин и ударил каджита в плечо.       - Каджиту и правда интересно, - смеялся уже во всё горло Карджо.       Смех друзей стих, когда к ним приблизилась легат Рикке. Воительница была явно не в духе, ибо лицо её было темнее тучи.       - Проклятье! Ульфрик хорошо окопался в своей берлоге. Нам его так просто оттуда не выбить, - сказала легат, глядя на Довакина.       - Виндхельм настоящая цитадель, здесь я спорить не буду, - пожал плечами Рагнар. Ему, как и Рикке, совсем не хотелось идти на приступ этих мрачных стен. - Генерал Туллий времени зря не терял, эти катапульты нам здорово помогут при штурме.              - О да, - улыбнулся каджит. - Почему бы не долбить камнями по воротам и не разнести их в щепки. Тогда бы, глядишь, нам не пришлось бы помирать на мосту сотнями.       - Генерал сказал, что придворный маг Ульфрика наложил на ворота заклятие и просто так разбить их не получится. Я поняла, что кроме того, чтобы долбить камнями по этим воротам, понадобится помощь магов, чтобы разбить их окончательно.       - Сибилла? - спросил Рагнар, который от Элисиф знал, что её колдунья в лагере.       - Да. Ещё Фаренгар, который должен прибыть с ярлом Балгруфом завтра на рассвете, - ответила Рикке. - Генерал кинул клич по всему Скайриму о том, что Легиону нужна помощь магов и обещал щедрую награду.       - Что-то каджит не видит тут толпу колдунов, которые радостно прыгают и вызываются первыми двинуться к вратам под стрелы Братьев Бури. Хотя, быть может, каджит уже не так зорок как раньше, - всё это Карджо сказал таким безмятежным взглядом, что Рикке метнула на него такой уничтожающий взгляд, от которого Рагнару даже сделалось малость неуютно.       - Маги не любят рисковать своей шкурой и лезть в пекло, - сказал Рагнар. - Наёмные маги могут заработать септимы, не подставляя свои головы и не бросаясь на штурм укреплённых городов. Так что ничего странного, что никто не пришёл.       Рикке лишь плотнее сжала губы и промолчала. Рагнар невольно поймал себя на мысли, что довольно-таки сильно сблизился с суровой легионершей за последние недели. Они вместе сражались на стенах Вайтрана, охотились за уцелевшими Братьями Бури в Рифте и это здорово сказалось на их отношениях. Теперь когда поблизости не было офицеров или солдат, Рагнар и Карджо обращались к Рикке, минуя её официальное звание. Причём Довакину легат это разрешила сама, а каджит и так считал, что все эти звания совершенно ненужные вещи.       - Будем надеяться, что у Туллия хороший план, - сказал Рагнар, поднимаясь на ноги. Предстоял ещё долгий день.

***

      Ночь была тихой и безлунной. Тучи заволокли небо, а с запада дул ветер, который заставлял часовых кутаться в плащи и держаться ближе к кострам. Патрули ходили лениво и без особой охоты. Солдаты в такие ночи хотели бы и вовсе не показывать носу на улице, но выбора у них не было.       Рагнар беспрепятственно добрался до шатра Элисиф и незамеченным проник внутрь. Фиана, увидевшая его чуть было не подняла тревогу, не узнав норда. Однако, уже через мгновение она начала костерить его на все лады, выражая своё возмущение по тому способу, каким он вошёл. Впрочем, на то, чтобы утихомирить её ушло совсем немного времени и слов.       Через несколько часов Довакин и Элисиф уже лежали в объятиях друг друга, уставшие после любовных игр. Рагнар лежал на спине, а правительница Солитьюда удобно уложила голову ему на грудь.       - Я думала ты будешь набираться сил перед завтрашней битвой, - сказала Элисиф, водя пальчиками по рваному шраму на груди норда.       - Я уже, - улыбнулся Рагнар. Девушка подняла голову и посмотрела на него, чтобы рассмотреть его довольную физиономию.       - Ты что подшучиваешь над ярлом, Рагнар? Даже то, что ты Довакин не спасёт тебя от моей ярости, жалкий смертный, - улыбнулась Элисиф и шутливо ткнула кулачком в бок мужчине.       - Что вы, госпожа, и в мыслях не было. Простите своего жалкого подданого. Что я могу сделать, чтобы вымолить прощение? - осклабился Рагнар и крепко обнял Элисиф. Девушка какое-то время шутливо боролась и пыталась вырваться, но потом “сдалась” и влюблённые на какое-то время утонули в поцелуях.        В какой-то момент они остановились потому что услышали голоса снаружи.       - Ты уверен, что тебя никто не увидел? - спросила Элисиф. Рагнар смотрел как она при этом откинула волосы назад и с самым серьёзным видом смотрела ему прямо в глаза. Норд почувствовал, что пропадает окончательно, ибо девушка вскружила ему голову.       - Конечно уверен, - сказал норд твёрдым голосом. - Я был сама осторожность и тишина. Карджо бы мной гордился, если бы увидел как я крадусь к тебе.       Элисиф лишь фыркнула и оттолкнула Довакина от себя. Она встала с ложа и тут же накинула на плечи шерстяную накидку. Однако Рагнар успел полюбоваться всеми соблазнительными изгибами фигуры Элисиф Прекрасной, в свете падающем от зажжённых свечей.       Девушка, тем временем, подошла к маленькому столику, что стоял рядом с кроватью и взяла спелое, красивое яблоко. Она покрутила его в руках, словно решая хочет она его кусать или нет. Всё это время Рагнар неотрывно смотрел на Элисиф и вдруг с неожиданной ясностью понял одну простую вещь. Он любит её. Раньше он полагал, что это всё просто страсть и запретное влечение, которое подогревало бурю их чувств. Однако сейчас он понял, что готов жизнь отдать за неё. Он бы сокрушил любых танов, ярлов и вообще кого угодно, если бы они угрожали безопасности девушки. Услышь сейчас Карджо его мысли, то немедленно обозвал бы его дураком и надавал оплеух, желая привести в чувство.       Элисиф откусила яблоко и вернулась к Рагнару. Она изящно присела на ложе и протянула фрукт мужчине. Довакин довольно хрюкнув, откусил солидный кусок, даже не взяв его в руки.       - Боги, ты самый настоящий дикарь! - деланно возмутилась Элисиф. По её довольному лицу было понятно, что ей такие шалости понравились.       - Офень вкуфно, - довольно улыбался Рагнар, жуя сочное яблоко.       Девушка смотрела на норда и его довольное лицо и поражалась сама себе. Скажи ей кто-нибудь несколько месяцев назад, что она впустит в сердце и свою постель обычного воина-наёмника с лицом, покрытым шрамами и совершенно варварскими манерами, она бы никогда в это не поверила. Однако вот сейчас перед ней полулежал Рагнар, который ухмылялся ей и игриво подмигивал и она понимала, что многие вещи были во власти Богов и обычным смертным порой было не под силу понять многих вещей.       Элисиф понимала и другое. Война близилась к концу и скоро Ульфрик окончательно будет разбит. Его пленят или убьют и всё это кровопролитие наконец-то закончится. Потом будет собрание ярлов и если на то будет воля Богов, её нарекут королевой Скайрима. Она наконец-то получит трон и власть, к которым она вообщем-то всегда стремилась. Вместе с титулом придут и другие обязанности, например ей придётся выйти замуж за какого-нибудь аристократа, союз с которым усилит положение Скайрима в Империи. Рагнар никаким образом не был похож на такого аристократа и девушка понимала, что вся их страсть идёт в никуда. Головой она понимала, что все эти их бурные свидания в итоге сойдут на нет, ибо иначе и быть не может. Вот только со своими чувствами, которые буквально кричали ей, что она должна вцепиться в этого мужчину, что смог помочь ей победить боль и страшную тоску по Торугу, она поделать ничего не могла. Её так сильно тянуло к нему, то девушке порой становилось страшно. Элисиф часто думала о норде, представляла, что он делает в тот или иной момент, она обмирала от страха от мыслей о том, что он может рисковать своей жизнью в какой-нибудь битве. Она всегда ждала встреч с ним с такой затаённой радостью, а после ходила словно оглушённая. Нет, так продолжаться не могло, ибо иначе эта страсть привела бы их к грустному концу.       - О чём задумалась? - спросил Рагнар. Он смотрел так пристально, что Элисиф показалось, что норд видит её душу насквозь.       - Завтра будет штурм. Ты опять будешь рисковать собой, - сказала девушка. Она долгое время гасила эти мысли, не давая им завладеть собой, дабы она и вовсе потеряла покой.       - Всё может быть, - пожал плечами Рагнар. Девушку всегда поражала эта его черта. Довакину предстояло идти в страшный бой, из которого он мог не вернуться, а он вёл себя так, словно шёл на рыбалку.       - Неужели тебе вообще не страшно? - спросила Элисиф.       Рагнар на какое-то время задумался и потому ответил не сразу. Его лицо потеряло всякий налёт озорства и шутливости.       - Конечно я боюсь. Всякий раз когда иду в бой, причём неважно в какой. С драконами, конечно, страшнее всего, но и завтрашний штурм явно не будет лёгкой прогулкой, - сказал Рагнар. От его голоса у Элисиф пошли мурашки по коже. - Страх есть всегда, от него никуда не деться. Потому воинам остаётся лишь побеждать его и обращать всё в шутку, чтобы он не сковывал руки и ноги. По другому никак.       Элисиф представила на миг, что Рагнар лежит сражённый вражеским оружием и ей стало дурно от таких мыслей. Пусть они не смогут быть вместе, пусть он ей не ровня по статусу, но сейчас он был рядом с ней и никого кроме сурового Довакина ей было не надо. Девушка бросилась к мужчине и крепко обняла его.       - Вернись ко мне, Рагнар. Слышишь меня, Довакин? Поклянись, что вернёшься ко мне, - шептала она, покрывая поцелуями лицо норда.       Если бы она только могла знать какую бурю она подняла в душе Рагнара. За эти слова он готов был в одиночку сразиться со всеми воинами Ульфрика за раз. Он поцеловал Элисиф. Завтра была война, но сейчас они принадлежали лишь друг другу.