Легенды и жизнь

      Катапульты стреляли с рассвета. Каменные снаряды один за другим летели в сторону столицу Истмарка, сея ужас и хаос в рядах Братьев Бури. Рагнар заметил, что некоторые снаряды поливались смолой и поджигались, а только затем отправлялись в полёт в сторону столицы Ульфрика. Такие горящие булыжники наносили страшные повреждения городу, это он помнил ещё по Вайтрану. Воспоминания об этих страшных пожарах, до сих пор преследовали его по ночам.       Имперские войска выстроились на берегу перед мостом и, защитившись щитами, терпеливо ждали окончания обстрела. Рагнар занял место в центре войска, в отряде легата Рикке и теперь он понимал, что окажется на самом острие атаки. Довакин украдкой оглядел воинов, что окружали его и внутренне содрогнулся. Скорее всего большинство из них уже не встретит завтрашний день. Да и у него самого шансов было очень мало и Рагнар это хорошо понимал. Карджо, который повсюду следовал за другом, без устали ругался всё утро, проклиная имперцев, Братьев Бури, аэдра и даэдра и вообще любую вещь, что подвернётся ему под руку. Каджит явно нервничал перед предстоящим штурмом и обвинять его в этом было бы очень глупо.       Очередные каменные глыбы полетели в сторону осаждённого города. Со страшным грохотом камни бились о каменные стены, снося бойницы вместе с защитниками, стоявшими позади них. Страшные крики и ругань доносились из-за стен Виндхельма и Рагнар невольно вспомнил как ещё совсем недавно Ульфрик сам обстреливал Вайтран. Воспоминания о том, как огромные булыжники разрушали всё вокруг и сминали людей как бумагу были далеко не самыми приятными. Сейчас в Виндхельме наверняка творилось то же самое: защитники носились по позициям, оттаскивая раненых, в нескольких местах поднимались зарева пожаров от горящих снарядов.       - Да, брат, несладко им там сейчас приходится, - проговорил Карджо, разглядывая стены, побитые снарядами. - Пусть теперь они побегают от этой напасти.       - Да уж, - кивнул Рагнар. - Никак не можешь им простить Вайтран?       - Каджит носился по улочкам, трясясь как котёнок, - сплюнул Карджо. - Так что да, каджит не простит им такого. Пусть их всех передавит.       Рагнар лишь ухмыльнулся. Он оглянулся назад и увидел на возвышенности ставку генерала Туллия. Имперец устроился поодаль от реки, в таком месте, до которого не долетели бы стрелы врагов и откуда ему хорошо было видно поле боя. Там же рядом с ним была и Элисиф. Правительница Солитьюда настояла на том, чтобы наблюдать за битвой.       Ярл Балгруф со своими воинами прибыл вчера в полдень и потому генерал Туллий назначил штурм на сегодня. Снаряды к катапультам готовились уже неделю, так что обстрел предстоял серьёзный и виндхельмцам явно приходилось несладко.       Рагнар знал о плане штурма от легата Рикке, когда она поведала его ему вчера. Сначала имперцы обстреляют город из катапульт, потом Сибилла и Фаренгар, объединив свои силы, развеют чары на воротах Виндхельма. После того как колдовство Вунферта Неживого будет разбито, катапульты продолжат обстрел и Туллий явно намеревался пробить ворота снарядами. Этот замысел был недурен, потому как тогда легионерам не понадобилось бы долбить по окованному железом дереву огромным тараном, находясь при этом под плотным обстрелом защитников. Однако что-то подсказывало Рагнару, что так легко всё пройти не может, ведь план битвы обычно затем и нужен, чтобы в определённый момент пойти под откос.       Ропот и топтание среди легионеров стал сильнее, все чувствовали, что вскоре им придётся идти в атаку на эти стены. Рагнар видел как по стенам Виндхельма бегали защитники, пытаясь сформировать строй под обстрелом катапульт. Совсем чуть-чуть и эти самые люди будут стрелять в них из луков, обливать смолой и делать прочие неприятные вещи, чтобы отбросить их от своих стен.       - Маги идут, - сказал Карджо, глядя куда-то в тыл строя.       Рагнар попытался рассмотреть Сибиллу и Фаренгара, но ничего кроме верхушек шлемов и недовольных физиономий не увидел. Каджит как более остроглазый, скорей всего не ошибался, а это значило, что Туллий отдал приказ перейти ко второму этапу плана атаки.       Строй действительно зашевелился активнее, а спустя пару мгновений, Рагнар увидел обоих магов, которые шли под охраной легионеров. Оба были одеты в робы с кольчужными накидками для дополнительной защиты, а тяжеловооружённые пехотинцы с большими щитами были дополнительным гарантом их безопасности. Эскорт магов уверенно двигался к мосту и тет-де-пону. Видимо они намеревались произвести свой ритуал оттуда.       - Скоро начнётся, брат, - сказал Карджо. Рагнар лишь кивнул в ответ и ничего не сказал. Внутренности скрутило узлом, как всегда бывало перед сражением и Довакину не хотелось разговаривать о чём-либо.       Легионеры рядом заволновались сильнее, так же предвкушая скорую битву. Один из воинов, молодой имперец, что стоял слева от Рагнара вдруг заговорил:       - А это правда, что ты нордский герой? - спросил легионер.       Рагнар и Карджо посмотрели на него с недоумением. Обычно воины Империи держались от двух наёмников поодаль и особого желания сблизиться не проявляли.       - Даже если и так, то что? - ответил вопросом на вопрос Рагнар. Из-за предстоящей схватки Довакин был на нервах и пустой трёп с молодым воином явно сейчас был ему не по душе.       - Меня зовут Октавиан, - улыбнулся легионер. - Я из центурии легата Цезентия. Мы дважды шли на штурм этих ворот, норд, и каждый раз нас отбрасывали. Потому я и спрашиваю, правда ли это, что ты нордский герой? Быть может с твоей помощью мы наконец-то пробьёмся?       Рагнар видел как в их сторону начали поглядывать остальные легионеры. Если они были из людей Адвента Цезентия, то они скорее всего проклинали этот мост и ворота Виндхельма. Рикке рассказала о том, что первые попытки штурма были очень и очень неудачными, так что их желание наконец разорвать этот замкнутый круг было хорошо понятно. Наверное поэтому легионеры бросали украдкой взгляды сейчас на них, в надежде, что он действительно окажется легендарным воителем.       - Я Довакин, - ответил Рагнар. - Убиваю драконов и поглощаю их души.       Октавиан посмотрел на норда широко раскрыв глаза, да и рядом стоящие легионеры так же теперь глядели на него.       - Здесь драконов что-то не видно, - сказал другой легионер, тоже имперец, но только гораздо старше Октавиана. Обветренное лицо и шрамы говорили о том, что это был ветеран уже множество сражений.       - И это хорошо, потому как только их тут нам и не хватало, - сказал Рагнар. - Я не герой, но прорваться через эти ворота помогу. Увидишь, как придёт время.       Легионеры ничего не ответили.       Сибилла и Фаренгар тем временем уже начали проводить свой магический ритуал. Легионеры надёжно укрывали их своими большими щитами, а катапульты продолжали обстрел, не давая возможности лучникам Братьев Бури стрелять в ответ. Лучники легионеров так же начали пускать стрелы в сторону Виндхельма, окончательно прижимая защитников к укреплениям.       Рагнар не видел, что именно творят маги, но через какое-то время стали видны всполохи синего пламени и вокруг ворот Виндхельма стали видны всполохи синих искр. Довакин понял, что защитные чары скоро падут и надо будет идти в атаку. Норд почувствовал как во рту у него пересохло от осознания того, что скоро ему придётся рисковать своей головой. Он был облачён в свою железную броню с массивными наплечниками, голову его защищал железный шлем с маской-полукольцами. Вместо щита, который в своё время ему подарила Элисиф, у него теперь был обычный круглый щит со стальной оковкой на кромке и мощным умбоном по-середине. Он, конечно, не был защищён дополнительно чарами, но тоже был прочным и уже проявил себя в боях с Братьями Бури в Рифте.       Всё изменилось в одно мгновение. На мосту вдруг резко расцвело два тёмных сгустка, которые искрились так же как и чары на воротах. Синие всполохи озарили каменный мост и спустя мгновение на нём стояла два крупных существа.       - Атронахи! - рявкнул Рагнар, неожиданно даже для самого себя. Он уже сталкивался пару раз с подобными тварями и приятными эти встречи назвать было никак нельзя.       Те, что появились на мосту были ледяными и были похожи на огромные куски айсберга, которые внезапно ожили и побежали в сторону магов. Видимо со стен города увидели, что имперцы решили разрушить защитные чары и решили ударить сразу же.       Рагнар несколько раз видел Вунферта Неживого и даже этого с лихвой хватило для того, чтобы определить что именно представляет из себя этот маг. Нелюдимый, резкий и неприветливый старикан производил не самое радужное впечатление, но слухи о его магических навыках ходили такие, что сомневаться в его умениях не приходилось.       Атронахи, тем временем, уже преодолели половину пути до Сибиллы и Фаренгара, что укрылись за тет-де-поном. Несколько легионеров тут же встали плечом к плечу перед магами, сомкнув свои щиты, намереваясь защищать их. Сибилла и Фаренгар продолжали свой ритуал, пока что никоим образом не отвлекаясь на приближающихся к ним ледяных элементалей.       - Проклятье, Карджо, да они же сейчас сомнут их! - крикнул Рагнар и тут же двинул вперёд. Довакин понимал, что не может без приказа покинуть своё место в строю, но северянин понимал, что если не предпринять мер, то всё может кончиться плохо. Каджит смачно ругаясь последовал за ним, расталкивая легионеров, которые так же нервно переминались с ноги на ногу.       Легат Рикке появилась перед строем воинов словно бы из ниоткуда. Она зычным голосом прокричала команду одному из офицеров легиона, чтобы тот со своей центурией двинулся на выручку магам.       Рагнар этого попросту не слушал. Он вышел из строя, на ходу вытаскивая меч из ножен.       - Рагнар, не подходите близко к воротам! Старайся не подставляться под стрелы! - кричала легат, увидев, что Довакин двинул на выручку к магам.       Норд бежал размеренным шагом, намеренно не ускоряясь. До столкновения он всё равно не успеет, а вот запыхаться перед началом сражения совсем не хотелось. Он поднял щит перед собой, дабы не словить шальную стрелу и уже мог различить спины магов, что вытворяли пассы руками, призывая себе на помощь свои колдовские силы.       Атронахи уже достигли тет-де-пона и Рагнар услышал как их ледяные руки ударили по щитам легионеров. Оставалось надеяться, что бедолаги смогут продержаться ещё совсем немного. Сзади пыхтел каджит, который ни на шаг не отставал от своего друга и соратника, а за ним слышался стук сапог полусотни легионеров, что также спешили на помощь Сибилле и Фаренгару.       Рагнар успел в самый последний момент. Видимо, один из легионеров погиб сразу, как только огромный атронах разбил ему голову своей рукой-молотом. Второй сумел нанести несколько ран элементалю, когда в бой вступил второй ледяной истукан и с одного мощного удара разбил щит храбреца в щепки. Легионер пал на землю, когда Довакин поравнялся с оставшимися четырьмя защитниками магов.       Атронахи стояли в узком проходе тет-де-пона и Рагнар понимал, что лучше бы им там и остаться. Из-за своих крупных размеров, так просто преодолеть эту преграду они не смогли и несколько мгновений беспомощно топтались у каменного укрепления. Легионеры за это время сомкнули щиты, Карджо и подкрепление добежали до магов и прикрыли их своими щитами, а Рагнар начал действовать.       - Йол Тор Суль, - раздался его громогласный Крик и глотку обожгло жаром драконьего пламени. Страшная волна огня поднялась от норда и ударила по впереди стоящему атронаху. Жар пламени был так силён, что ледяной гигант невольно сжался в размерах и с него повалил пар, от растворившегося льда. Несколько легионеров тут же метнули копья и пронзили ими голема, окончательно добивая его.       Второй элементаль отбросил своего собрата и рванул в атаку. Он продирался сквозь своды тет-де-пона, обдирая свои бока и плечи, лишаясь солидных кусков льда.       - Империя! - крикнул офицер Легиона и его солдаты поддержали боевой клич. Их количества хватало, чтобы удержать тварь в стороне от магов и можно было бы не волноваться за их безопасность.       Рагнар почувствовал неладное буквально за несколько мгновений до того, как огненный шар прилетел прямо в гущу строя легионеров. Их щиты и доспехи никак не помогали против заклинания “Огненного Шара”, запущенного явно Вунфертом со стен Виндхельма.       - Вот же старый сукин сын! - взревел каджит, успевший отскочить в сторону, за миг до страшного попадания заклинания.       Крики на мосту стояли страшные, ибо легионеры попросту горели заживо в своей броне в колдовском пламени и Рагнар никак не мог помочь им. Вдобавок к этому, атронах подскочил вплотную к Довакину и обрушил на него свой кулак. Бывалый наёмник успел отскочить, но только от первого удара. Второй тычок кулаком-молотом, который пришёлся аккурат по щиту воина, отправил Рагнара в полёт на добрых пять метров. Он плашмя упал на спину прямо перед магами.       Сибилла недобро ухмылялась, глядя на приближающегося атронаха.       - И это всё, что ты можешь? - усмехнулась она и с её рук сорвалась струя пламени, ударившая элементаля прямо в грудь. Тот смог пройти ещё шаг, после чего пал на землю и всё, что от него осталось - это горстка дымящегося льда.       Маги имперцев закончили свой ритуал и теперь могли сами себя защитить.

***

      Генерал Туллий метался на своем наблюдательном посту как беспокойный пёс, учуявший чужака за изгородью. Он отправлял посланников одного за другим, которые доносили его приказы до легатов и командиров ярлов, постоянно запрашивал обстановку с авангарда и в перерывах успевал комментировать происходящее. Элисиф не уставала поражаться буйной энергии этого имперца.       - Отлично, госпожа Элисиф, просто отлично! Защитные чары развеяны и теперь наши катапульты снесут эти ворота. А нет, так мы их тараном разобьем как в старые-добрые времена!       Правительница Солитьюда поняла, что сейчас генерал находится в своей стихии. Его лицо раскраснелось, глаза блестели, а росту кажется прибавилось в полтора раза. Он был уверен и твёрд, пытался предугадывать ход сражения наперёд, как и подобало опытному военачальнику. Становилось понятно, почему именно его отправили подавлять восстание в Скайриме.       Элисиф на самом деле постоянно ловила себя на том, что нервно стискивала кулаки и теребила свою косу. Она видела ровные ряды воинов, развевающиеся на ветру штандарты и сверху это всё выглядело красиво. Меж тем, уже скоро многие из этих бойцов расстанутся с жизнью и это не могло не удручать Элисиф. Девушка не была искушена в военном деле, но даже ей был понятен весь предстоящий ужас грядущего штурма. Одна лестница, одни ворота, которые надо пробить и сотни врагов на стенах, что могут без опаски пускать свои стрелы в её воинов. Хорошо, что генерал Туллий командовал сводными войсками, ибо он не поддавался такой отчаянной панике как она и похоже был уверен в своём плане.       Когда на мосту расцвели два ярко-синих “цветка”, а потом из них выпрыгнули страшные, огромные твари, Элисиф даже не смогла вскрикнуть от неожиданности. Атронахи.       - Ага, Вунферт Неживой вступил в битву, - проскрежетал Туллий. - Чтож, это тоже было ожидаемо. Квинтус, скачи к Рикке, скажи ей чтоб начинали готовить таран! Этому магу уже не спасти ворота.       Посланник генерала тут же рванул с приказом.       Когда из общего строя вдруг вырвался какой-то воин и рванул к легионерам и магам, Элисиф не сразу узнала Рагнара. Лишь через мгновение она поняла, что никто другой в её войске не носил такого шлема.       - Боги, - прошептала она. Она начала молиться так истово, как никогда ещё в жизни. Ну почему он так рискует?       - Мда, так наш герой и голову может сложить раньше времени, - имперский генерал напряжённо вглядывался в битву, что завязалась на мосту.       Когда сквозь грохот сражения донёсся звук Голоса, все вздрогнули. Элисиф не веря своим глазам увидела как Рагнар дохнул пламенем и один из атронахов тут же осел на землю.       - Шоровы кости! - воскликнул Туллий.       Элисиф так же оторопела. Она слышала из рассказов о доблести Рагнара и его умениях, но она и представить себе такого не могла. Судя по всему Довакин в рядах их войск был очень и очень весомой фигурой. Намного весомее, чем Элисиф изначально полагала. Теперь девушка действительно порадовалась тому, что он стал её союзником.

***

      Катапульты наконец перестали обстреливать ворота города, ибо толку это приносило мало. На могучих створках появилось несколько трещин, но не более того. Булыжники же, которыми вёлся обстрел падали на мост и могли стать существенной помехой для штурмующих.       Рагнар увидел, как по мосту толкали таран, увенчанный драконьей головой. Забавная ирония конечно, что Драконорожденный герой, укрывшись за тет-де-поном и своим щитом ждал таран, на острие которого была высечена имена голова дракона. Впрочем, раздумывать о таких перепитиях было совсем не с руки, ибо после убийства атронахов виндхельмцы начали обстреливать легионеров. Причём стрелы сыпались такой плотной кучей, что щит Рагнара совсем скоро начал напоминать ежа. Сибилла и Фаренгар, укрывшись за своими магическими щитами, покинули грядущее поле боя и отступили в арьергард. Оттуда они с помощью своих огненных шаров и всполохов молний, подавляли стрелков противника.       - Брат, здесь становится всё веселее и веселее, - прошипел Карджо, стоявший позади Довакина. Каджит, вопреки своим принципам, водрузил на свою голову шлем. Он справедливо полагал, что в давке городских боёв может случиться всякое и его кошачья гордость не пострадает от лишней защиты.       - Да уж. Сейчас подойдёт таран и точно станет жарковато. Как твой щит? - спросил Рагнар.       Каджит кивнул на своё защитное снаряжение, которое так же как и у Довакина, было истыкано стрелами.       - Пока нормально, но боюсь в городе придётся обзавестись новым. Брат, ты сможешь Криком пробить ворота?       - Не знаю, Карджо. Как дойдём - будет видно, - пожал плечами Довакин. Он и сам думал о том, чтобы с помощью ту’ума разбить в щепки эти проклятые врата, Мерунес Дагон их побери!       Воины докатили таран до тет-де-пона. Их возглавлял имперский капитан, облачённый в тяжёлый доспех и шедший позади своих воинов, прикрываясь широким щитом.       - В атаку, воины Империи! Пора показать Братьям Бури, кто здесь хозяин! - зычный голос капитана всполошил солдат, что заняли позиции по бокам укрепления на мосту. Многие из них были людьми Адвента Цезентия, которых уже разбивали на этих позициях и они закономерно опасались вновь идти в атаку с тараном.       Рагнар глубоко вдохнул и собрался с мыслями. Со всем этим бардаком пора было заканчивать и чем быстрее, тем лучше. Лишь бы подобраться к воротам, а там уже что-нибудь можно придумать. Довакин выставил вперёд щит и присоединился к легионерам, тащивших таран. Тяжёлое штурмовое приспособление словно нехотя пробиралось вперёд, чтобы сокрушить врата Виндхельма и легионеры Империи сплотили щиты, дабы защитить себя и орудие от стрел.       Шаг за шагом они пробирались к воротам. Рагнар ничего не видел перед собой, ибо выставил щит и смотрел лишь под ноги. Постоянно слышался свист стрел и они то и дело втыкались в щиты идущих воинов. Некоторые стрелы попадали в ноги или бока легионеров, которые открывались в самый неудачный момент. Таких раненых тут же оттаскивали назад, дабы сохранить им жизни.       Карджо шёл позади и звучно ругался. Каджит обещал самые лютые мучения проклятым виндхельмским лучникам. Рагнар, в принципе, был полностью солидарен с ним в этих желаниях.       Врата появились перед глазами неожиданно. Бац, и в один момент Рагнар увидел коричневое, явно крепкое на вид дерево. Даже без чар Вунферта Неживого, окованные железом ворота были серьёзным препятствием для штурмующих и пробить их просто так явно не получится. Выше были видны вмятины и небольшие трещины от попавших сюда снарядов катапульт. Легионеры сомкнули свои щиты и теперь таран был надёжно защищён сверху, что было как нельзя кстати. С содроганием Рагнар услышал глухие звуки ударов о деревья щитов. Стало быть, виндхельмцы начали сбрасывать на атакующих камни, а скоро скорее всего наступит очередь кипящей смолы. Надо было быстрее пробивать эти ворота!       - Подводи таран! - раздалась чья-то команда. Рагнар изо всех сил удерживал свой щит и так и не понял, кто именно это был.       Таран подвели вплотную к воротам и, раскачивая его на цепях, начали долбить по дереву. Раздавались гулкие удары, но ворота держались. Сверху сыпались камни и летели стрелы, где-то позади раздавались крики бедолаг, которые не смогли укрыться. Рагнар сцепил зубы и взмолился всем Богам, которых знал, чтобы дело уже продвинулось с мёртвой точки.       Однако ворота не поддавались и в какой-то момент Довакин понял, что вскоре на них уже действительно польется смола и тогда дело будет плохо. Надо было что-то делать, но что именно, придумать норд не мог. Отовсюду напирали люди, слышались сопения и ругательства, запах пота забивал ноздри и мешал сосредоточиться. Рагнар подумал, что если бы сейчас стояли холода, то наверное раздолбать замёрзшее дерево было бы гораздо легче.       Внезапная догадка озарила Довакина. Он стоял вплотную к воротам и таран бился о дерево справа от него. Легионеры наносили монотонные удары, один за другим, надеясь наконец-то уже прорвать этот пункт обороны.       - Стойте! Остановите пока таран! - рявкнул Рагнар таким голосом, что воины на мгновение опешили и действительно замерли. - Пока не долбитесь!       Рагнар вдохнул как можно глубже, чувствуя как нарастает в нём ту’ум.       - Из Слен Нус, - вырвался драконий Крик, заставляя близстоящих легионеров содрогнуться. Лёгкие и глотку опалило холодом, но результат того стоил. Солидная часть ворот Виндхельма покрылась коркой льда, Рагнар попросту заморозил их.       - Бей! - тут же послышалась команда догадливого имперского офицера. С дружным рёвом легионеры вновь начали наносить страшные удары тараном. На этот раз звук был другой, слышался не только гул дерева, но и треск льда. С каждым ударом ворота оседали и от них откалывались солидные куски.       Когда раздался страшный треск и эти громадные ворота, перекосившись, развалились легионеры издали такой боевой клич, что, наверное, содрогнулся весь Виндхельм.

***

      Виндхельм утонул в крови. Братья Бури сражались как обезумевшие. Они выстроились на площади перед воротами города и встретили имперцев стеной щитов. Рагнар видел ровный ряд синих, разукрашенных щитов, острия копий, направленных на атакующих. Офицеры мятежников выкрикивали боевые кличи, подбадривая своих воинов.       Останавливаться было нельзя и Довакин с яростным криком бросился вперёд, прикрываясь щитом. Нельзя давать возможности оправиться, чем сильнее будет натиск, тем быстрее закончится битва. Рагнар слышал за собой топот множества ног и яростные выкрики и прибавил шагу. Братья Бури сомкнули щиты плотнее, готовые встретить любой удар врага. Видят Боги, они бы могли долго держать строй и убили бы множество легионеров перед тем как их самих отправили бы в Совнгард. Мятежники стояли крепко, но не настолько, чтобы устоять против ту’ума. “Безжалостная Сила” разметала передний ряд воинов и смешала ряды Братьев Бури. Рагнар бросился в образовавшуюся брешь и начал неистово работать мечом, дабы пробиться дальше и не дать строю врагов сомкнуться вновь. Позади него ругался Карджо, отбивая выпады Брата Бури и тут же пронзая его в живот, контратакой. Справа кричал какой-то легионер, орудуя своим коротким клинком.       Битва быстро превратилась в свалку. Рагнар отбивал удар за ударом, а его правая рука начала ощутимо ныть из-за того, что постоянно работала мечом. Он сразил шестерых или семерых мятежников, но на их место тут же заняли другие воины, которые так же ожесточённо орудовали своими топорами. Карджо умелым ударом отвёл выпад мечом и тут же ударил кромкой своего щита, сокрушая лицо Брата Бури. Однако в этот момент на каджита обрушился другой норд и он не успел отскочить. Меч вошёл аккурат в такое место, где пластины кирасы сходились друг с другом на плече. Карджо выронил свой щит и с яростным мявом ударил Брата Бури своим клинком. Он пронзил его прямо в горло и не успел вытащить оружие обратно, когда ещё один мятежник с боевым кличем на устах,прыгнул на каджита с копьём наперевес. Он явно хотел нанести удар в шею, но Карджо отпустив рукоять своего меча, сумел поймать копьё за древко, спасая себя от неминуемой гибели.       - Брат! - раздался его отчаянный вопль.       Рагнар, увидев в какую ситуацию попал друг, тут же рванул к нему. Беда была в том, что в гуще схватки каджита отнесло гораздо левее и теперь добраться до него стало большой проблемой. Довакину приходилось отбивать множество ударов и продвижение было медленным. Слишком медленным.       Карджо с рычанием удерживал копьё и попросту не смог защититься. Рагнар увидел, как воительница из Сестёр Бури прыгнула к друг с кинжалом наперевес. Время как будто замедлилось в этот момент. Она ударила в бок, в сочленение кирасы, всадила кинжал по самую рукоять. Глаза Карджо расширились и лапы не смогли удержать копьё. Острие непременно пронзило бы ему голову, если бы Брата Бури не зарубил вовремя подскочивший вайтранский воин. Однако, Рагнар увидел, что его друг заметно пошатнулся и завалился набок.       Сердце ухнуло куда-то вниз, а в груди как-будто появился кусок льда. Рагнар буквально застыл на какой-то миг, внезапно осознав, что сейчас случилось.       - Не зевай, придурок! - раздался окрик и Довакин увидел, что ему кричал какой-то легионер в тяжёлых доспехах. Он был заляпан кровью с ног до головы и явно зарубил не одного противника.       От его слов Рагнар снова вернулся в реальность. Он понял, только что его друг и соратник скорее всего погиб. Каджит с которым он прошёл уже столько, что и не перечислить. Страшная горечь утраты и ярость вспыхнули в норде и вырвались яростным криком. Никогда ещё Довакин так не злился, сердце стучало где-то в висках, а перед глазами вновь встала красная пелена. Рёв был таким яростным, что казалось даже союзники отпрянули от воина.       - ФУС РО ДА! - ту’ум вырвался подобно страшной и неумолимой стихии, сметая всех на своём пути. Рагнар бросился в гущу врагов, в том месте, где лежал его друг. Наверное, в этот миг Братья Бури решили, что открылись Врата Обливиона и на них набросился какой-то ужасный приспешник даэдра.       Довакин рубил налево и направо, а щит использовал как молот, которым разбивал головы врагам. Всё для него исчезло в этот миг, остались только Братья Бури, которых надо было убить. Вырвать их жалкие жизни и отправить в небытие, залить кровью весь город, дабы хоть немного унять страшную боль, что разрывала сердце.       Он нашёл Сестру Битвы, что вонзила кинжал в каджита. Теперь она уже подобрала боевой топор и щит. Она выкрикивала имя Ульфрика и Талоса, разжигая в себе ярость. Рагнару же не надо было никого призывать в помощь. Одним прыжком он настиг девушку и отбил её выпад с такой силой, что её попросту развернуло вокруг оси. Довакин ударил ободом щита прямо по её плечу и хруст кости дал знать о том, что правая рука воительницы стала бесполезна. Воительница вскрикнула от боли и упала на колено. Она пыталась вытащить кинжал из ножен на поясе, но Довакин не дал ей этого сделать. Мощный удар сверху разрубил голову Сестры Бури.       Мятежники пытались перегруппироваться и вновь сформировать единый строй, чтобы выдержать натиск своих врагов. Однако сделать это им было всё сложнее и сложнее, ибо из разрушенных ворот один за другим прорывались легионеры и воины Скайрима. Перевес сил уже явно ощущался не в пользу воинов Ульфрика и те начали потихоньку проседать.       Рагнар стал воплощением ярости и жестокости. Он врубался в ряды Братьев Бури сея ужас и смерть вокруг себя. Меч рубил и колол без остановки, а от щита порой отлетали щепки от принятых ударов. Ту’ум несколько раз разрывал поле битвы и после него ряды мятежников редели ещё сильнее. Мостовая Виндхельма была залита кровью и внутренностями, повсюду лежали убитые воины.       Боль от потери друга заставляла Довакина бросаться на врагов с удвоенной жестокостью. Рагнар бил и рубил так неистово, что в один момент Братья Бури начали отступать от него даже не вступая в бой.       - Идите сюда, сукины дети! - кричал Рагнар на врагов, вытаскивая меч из неудачно атаковавшего его Брата Бури. - Идите сюда я сказал! Сегодня вы все умрёте!       Город заполонили войска легиона и скайримских воинов. Тёмные эльфы снова устроили беспорядки в сером квартале и все Братья Бури, что были там погибли от их рук. Рынок и главная площадь Виндхельма были взяты полностью и тела защитников города устлали землю.       - Рагнар! Рагнар, даэдра тебя побери! - чей-то крик ворвался в сознание Довакина и отвлёк его от сумасшедшей резни. Обернувшись он увидел как к нему шла Рикке. Её доспехи были в царапинах и крови, но никак не могли сравниться с броней северянина. Он был покрыт кровью буквально с ног до головы и выглядел так, словно он дремора из Обливиона.       - Рикке, - сказал Рагнар, постепенно приходя в себя. Ярость отступала и тело начало наполняться тяжестью.       - Да что с тобой такое, Довакин?! Совсем с ума сошёл! - кричала на него легат. В другое время Рагнар бы может и почувствовал некую вину за то, что нарушал строй и увлекал за собой бойцов в самоубийственные атаки. Вот только от одного воспоминания того, как каджит пал на землю, норду становилось так дурно, что хотелось буквально выть.        - Карджо… он… - Довакин не смог договорить. Он вдруг ясно понял, что попросту боится двинуться в сторону его тела. Увидеть друга израненным и бездыханным было очень страшно и означало признать, что тот действительно погиб.       - Я его не видела, Рагнар. Братья Бури отступили во дворец, город почти наш! - крикнула Рикке, чтобы норд точно её услышал. - Рагнар, ты нужен нам у дворца. Ульфрик окопался там со своими гвардейцами и остатками защитников. Сибилла и Фаренгар скоро будут тут и помогут. Нам нужен твой ту’ум.       - Карджо убили, - сказал Рагнар бесцветным голосом. На минуту Рикке опешила и сморгнула. Она посмотрела на норда и, поджав губы, сказала.       - Лекари найдут его и если он ранен ему помогут. Но сейчас ты нужен у дворца, Рагнар.       Умом Довакин понимал, что легат права. Оставалось сделать последний рывок и добить Буревестника. Покончить с войной.       - Сейчас, - сказал Рагнар и двинул в другую сторону. Он вдруг понял, что должен увидеть друга. Из-за приступа ярости и боли он даже не подумал, что тот может быть ранен. Карджо был хитрым малым и так просто его не убьёшь. Конечно он ранен и ему нужна помощь!       На то, чтобы найти каджита ушло порядочно времени. Рикке ругалась на Рагнара, но поискам не мешала. В конечном итоге именно она заметила серый мех кошколюда.       Из-за ран шерсть свалялась и стала грязной, и красной. Довакин присел на корточки и взглянул в лицо друга. Он не дышал и осознание этого упало на плечи страшным грузом, ведь он больше никогда не услышит его шутки и подначивания, больше им не придётся мокнуть вместе под очередным дождём, отогреваться в тавернах и разговаривать у костра. Карджо больше не было. Каджит погиб в войне, которая ему была и вовсе не нужна, в войне, в которую его втянул именно Рагнар. Значит Довакин тоже был виноват в смерти друга, точно так же как и Братья Бури что убили его. Как и Ульфрик, что затеял эту войну. Ульфрик Буревестник.       Рагнар резко выпрямился и Рикке, которая хотела ему что-то сказать, содрогнулась от его взгляда. Довакин же стремительным шагом направился к дворцовой площади. Скайримские воины сплотили свои щиты перед укреплёнными вратами дворца. Из бойниц выглядывали лучники виндхельмцев, выжидая первую волну атаки. По пути Рагнар видел как в ворота въехала делегация со штандартами Империи и Солитьюда. Генерал Туллий и Элисиф въехали в город. Мысль о том, что правительнице Хаафингара не следовало сюда приезжать раньше времени, лишь на мгновение промелькнула в голове норда. То, что он хотел сделать было сейчас намного важнее.       Рагнар прошёл сквозь ряды воины, расталкивая их своими плечами. Он вышел вперёд и увидел грязные, покрытые кровью и грязью лица, на которых застыла гримаса решимости атаковать и сражаться до конца. Вырвать победу из рук врага и наконец-то покончить со смертоубийствами. Вот только и дворец был хорошо защищён, так что пока воины добегут до него, многие из них падут от стрел защитников. Часть погибнет в битвах за сам дворец и ещё большая часть умрёт от ран, заражения и прочей дряни, что всегда сопутствует войне.       - Рагнар, что ты делаешь? - спросила Рикке, которая протиснулась за ним. Она надела шлем, дабы обезопасить себя и теперь он мог видеть лишь глаза нордки, выглядывающие из прорезей имперского шлема. Она, видимо, решила, что отчаявшийся Довакин решил искать смерти.       Рагнар ничего ей не ответил, а лишь двинул вперёд. Он закинул клинок на плечо и подошёл к ступеням неторопливой походкой. Норд видел фигуры лучников, выглядывающих из бойниц. Наверняка они прикладывают стрелы к тетиве и готовятся стрелять в него при малейшей возможности.       - Ульфрик Буревестник! Ярл Виндхельма, прозванный Маркартским Медведем. Я, Рагнар Довакин, Дракон Севера, называю тебя трусом и предателем! Если в тебе осталась хоть капля нордской доблести, то выходи сейчас сюда - на площадь. Ни к чему смерти обычных воинов, они и так пролили достаточно крови. Только ты и я! Здесь и сейчас! Или ты хочешь погибнуть как грязный пёс, укрывшись в норе за спинами своих людей?       Тишина зависла над городом. Ни звука не издавали легионеры и воины Скайрима. Рикке застыла с ошеломлённым лицом и во все глаза уставилась на фигуру Довакина. Он стоял в своих окровавленных доспехах, с щитом в левой руке и мечом, закинутым на плечо, на фоне серого дворца Ульфрика. Сейчас он как никогда напоминал ей героев старинных преданий, что всегда приходят в самый нужный момент, дабы спасти людей.       Сзади строя раздавались какие-то звуки и слышался голос Туллия, который пробивался вперёд. Однако эти звуки утонули в общем вздохе, когда ворота дворца отворились и там показалась фигура человека.