Серокрылая

— Магия появляется из страданий. Чем тебе хуже на душе, тем сильнее ты магически.

— Ужасная система. Почему она не может развиваться из любви или... котиков?

© Марго и Квентин

Волшебники (The Magicians)

Эмма проснулась раньше будильника. С учётом небольшой бессонницы, ставшей последствием занимательного диалога с настоящим эльфом, неожиданное пробуждение воспринималось ещё острее. Веспер натянула одеяло на голову и попыталась урвать ещё хотя бы пару минут сна, но мозг уже вовсю анализировал новые факты её реальности, и провалиться обратно в сон у нее не получилось. Новоявленная серокрылая сбросила ноги с кровати и оглядела постель. Вчера она обнаружила, что её куриные крылышки после душа сохнут так же долго, как и мокрые волосы, а потому засыпала она в промокшей футболке и на влажной простыне. Убедившись, что дверь заперта, Эмма осторожно стянула с себя футболку и медленно повернулась к зеркалу в полный рост. Крылья в отражении выглядели всё так же ощипано и взлохмачено, как и день назад, но теперь будто бы не казались лишней конечностью. Она осторожно потянулась рукой за спину и коснулась пальцами перьев. Лёгкие мурашки пробежали по крыльям в сторону, где они соединялись со спиной, — странное, пугающее чувство. Скорее всего, ещё одно последствие знакомства с эльфийскими ушами накануне, но теперь Веспер не думала, что от этого подарка судьбы проще избавиться. Теперь крылья вызывали у неё любопытство и даже смутное восхищение. Вчера вечером Дилан притащил несколько эластичных бинтов. После пары неудачных попыток они вместе нашли способ плотно, но не туго прижать крылья к спине. Сейчас Эмма снова повторила эту процедуру. Поверх бинтов она натянула свою старую, поношенную худи на несколько размеров больше — просторная одежда идеально скрывала ее секреты. Сделав последнюю проверку в зеркале и убедившись, что ничего не топорщится, Веспер глубоко вздохнула и направилась на кухню завтракать, стараясь изображать обычную, немного сонную походку. На кухне витал аромат жареного лука и зелени. Мама стояла у плиты, ловко орудуя лопаткой. Похоже, у неё снова было одно из тех вдохновенных настроений, когда вместо привычного скучного завтрака на столе появлялось нечто, достойное воскресного бранча в ресторане. И сегодня в её меню появился омлет с овощами. — А ты сегодня рано, — она на мгновение оторвалась от сковороды, бросая на дочь короткий, но внимательный взгляд. — Как спина? — Всё нормально, — Эмма постаралась, чтобы голос прозвучал максимально естественно, и юркнула в проход между столом и холодильником. — Я же ещё вчера говорила, что всё в порядке. Правда, не беспокойся. Она распахнула дверцу холодильника, используя её как своеобразный щит от слишком пристального материнского внимания. — Ну, я же твоя мать, как-никак, — на фоне зашипела сковородка, сообщая, что омлет благополучно перевернули. — Да и не я одна беспокоюсь о твоём состоянии. Эмма засунула в рот яблоко, вытащила с боковой полки йогурт и хлопнула дверью бедного холодильника. Последнюю фразу матери, звучащую как прямой намёк, она не поняла. — Ты о чём? — спросила она с набитым ртом. — Ну как же, — миссис Веспер развернулась к дочери, не выпуская из руки лопатку, словно это было холодное оружие. — Дилан и утром заходил, и вечером. Мальчик, похоже, серьёзно беспокоится о твоём самочувствии. Эмма от неожиданности подавилась яблоком и закашлялась, чувствуя, как краснеет. Если уж мама обратила на это внимание, то всё, ей каюк. Да, вчерашний визит Дилана можно было объяснить чрезвычайными обстоятельствами. Но правда заключалась в том, что даже если бы ничего сверхъестественного не случилось, он всё равно нашёл бы повод прийти. Таким вот он был. Аманда много раз пыталась с ней поговорить. Да и сама Эмма отдавала себе отчёт, что их дружба со стороны выглядела... двусмысленно. Но она ничего не могла с этим поделать. Для неё Дилан был и оставался прежде всего лучшим другом, почти братом. Мысль о чём-то большем вызывала у неё лишь чувство неловкости. — Мам, между нами с Дилом ничего нет и не будет, он же для меня как брат, а мы не в «Игре престолов», — Веспер закатила глаза, попытавшись отшутиться, но получилось плохо. — Но мальчик так старается! — не сдавалась миссис Веспер, с драматическим вздохом перекладывая омлет на тарелку. — Вчера до полуночи сидел, хоть бы слово лишнее сказал! Эмма уставилась на стол перед собой. Если бы её мать только знала, чем они занимались на самом деле. — И будет нечестно, если я начну с ним встречаться из жалости, разве нет? — она открыла йогурт, но, поняв, что забыла ложку, с раздражением полезла в кухонный шкаф. — Дил должен сам с этим справиться, я так считаю. Пальцы дрожали, когда она рылась в ящике столовых приборов. Ложка с грохотом упала на пол, и Эмма, сдерживая раздражение, наклонилась её поднять. Бинты противно натянули кожу на спине. — Или ты просто боишься! — воскликнула мать, размахивая лопаткой так энергично, что кусочки омлета едва не полетели на пол. — Ну, ма-а-ам! — Эмма выпрямилась и недовольно посмотрела на мать. — Ладно, ладно, разбирайтесь сами, — миссис Веспер сдалась, унося тарелку к столу. — Только, пожалуйста, не затягивайте. Скоро экзамены, а у вас тут мелодрамы разворачиваются. Новорожденная серокрылая отшатнулась от стола, чуть не опрокинув йогурт. Позавтракала, можно сказать, с полным комфортом. Убрав за собой, Эмма рванула наверх собираться. Посреди комнаты её встретила большая разворошенная сумка. Пижамные штаны, словно выпавшие кишки, торчали наружу, напоминая о своём существовании. Она забыла отпроситься на ночёвку! Хлопнув себя по лбу, Веспер опять побежала вниз. — Мам, я совсем забыла спросить! Можно я на выходных у Аманды побуду? — она бросила быстрый взгляд на отца, который как раз спустился на кухню и сосредоточенно шаманил у плиты свою фирменную яичницу с томатами. — Ой, не знаю, — миссис Веспер оторвалась от телефона, где читала рабочий чат, заедая стресс омлетом. — У тебя же совсем недавно так сильно болела спина... — Да всё нормально, я же уже много раз сказала! И мы не собираемся ничего устраивать, просто посидим втроём, Аманда уже приготовила список фильмов, а Дилан купил какую-то редкую крутую настолку и всю неделю только о ней и говорит, — Эмма с трудом вылавливала из памяти подробности, всё же стоило вчера повнимательнее слушать друзей. — Ладно, — мать сдалась, взмахнув рукой с телефоном. — Но напиши мне, как приедешь к Сандерсам. Сразу! С этими словами она вернулась к рабочему чату, снова погрузившись в свои дела. Она работала в административном отделе концертного зала, а потому частенько приезжала домой с работы с самыми странными вещами. То она притащила коробку консервированной кукурузы, которую артист отказался есть из-за «не того» срока годности, то — пару зимних шин от рекламного партнёра. В их гараже скопилась целая коллекция таких странных трофеев. Эмма обрадованно подпрыгнула на месте и побежала собирать сумку. На удивление, ей даже удалось закончить до того, как Аманда начала свой традиционный утренний концерт на автомобильном гудке. Чмокнув наспех обоих родителей перед выходом, Веспер вылетела из дома, на ходу помахала Митчу, высунувшему любопытный нос в дырку забора, и запрыгнула в машину. — Вот и наша звезда вчерашнего дня, — Аманда демонстративно повернулась к подруге всем корпусом и принялась барабанить длинными ногтями по рулю. — Ничего рассказать не хочешь? По спине пробежали тревожные мурашки. Эмма заметалась взглядом по салону. Неужели Аманда что-то узнала? Но как? Кто мог проболтаться? Неужели Дилан? Веспер украдкой покосилась на подругу и судорожно попыталась придать лицу максимально невинное выражение. — Ты о чём?.. — Серьёзно? — Аманда язвительно подняла бровь, её пальцы застучали по рулю с удвоенной силой. — Из уважения к вам обоим я вчера весь день молчала, как рыба! Но, прости, завалиться утром в машину вдвоём, да ещё и делать вид, что ничего не происходит — это уже высший уровень свинства! Я вроде как твоя лучшая подруга! Ты просто обязана была сразу рассказать, что вы, наконец, начали встречаться! Эмма уставилась на рыжую круглыми глазами. Она совершенно забыла об этом! В глазах подруги они с Диланом выглядели как отвратительные предатели, но если бы только Аманда знала правду… Но она узнает. Сегодня вечером Эмма обязательно во всём признается. И тогда подруга наверняка назовёт их ещё большими предателями — за то, что скрывали нечто гораздо более важное. — Дилан просто прибежал проверить, как я себя чувствую, — голос Эммы дрогнул, и она сделала паузу, собираясь с мыслями. Технически это была правда, если не принимать во внимание истинные причины её состояния. — Ты же его знаешь, он не может сидеть на месте, когда кому-то из нас плохо. — Это ещё хуже, Эмс! — Аманда с театральным отчаянием упёрлась лбом в руль. — Если это правда, то ты — настоящая свинья! Абсолютная и беспросветная свинья! Эмма почувствовала, как напряжение начало спадать. Если Сандерс перешла к таким оскорблениям, значит, пик конфликта был пройден. Она медленно откинулась на сиденье и развела руками в умиротворяющем жесте. Лучше вечером опустить момент, что она сама просила Дилана приехать, чтобы не обострять ситуацию вновь. Надо не забыть об этом. — Я серьёзно, чего ты расслабилась? — подруга продолжала свою гневную тираду. — Бедный мальчик зациклился на тебе и мира вокруг не видит, это же просто кошмар! Тебе хоть капельку не совестно? — А что ты предлагаешь? — голос Эммы дрогнул. Совестно ей было до тошноты, но что она могла поделать с собственными чувствами? — Думаешь, я не намекала ему, что его поведение ни к чему не приведёт? Мы даже прямо об этом говорили! Она мысленно вернулась к тому разговору у пиццерии. Его сложно было назвать душевным — скорее, отчаянной попыткой установить границы. Но свою позицию она обозначила чётко. Другое дело, что потом её жизнь превратилась в чёрт пойми что, и места для таких разговоров почти не осталось. Но свой долг она выполнила! — Ничего я не предлагаю, — Аманда угрюмо уставилась на руль, где остались блестящие следы от её хайлайтера. — Я просто осуждаю… Она прервалась, пару раз моргнула и подозрительно посмотрела на Эмму. Та заёрзала на сиденье, лихорадочно перебирая в памяти сказанное и пытаясь понять, в какой момент снова накосячила. — Вы говорили об этом?! — нет, подруга не кричала, она издала звуковую волну такой громкости, что даже Митч залаял из кустов. — И ты мне об этом не сказала?! Так вот где она накосячила! Пытаясь избежать праведного гнева Аманды, Эмма случайно навлекла на себя бурю гораздо более сильную, чем изначально могла бы. Веспер попыталась рукой отгородиться от неё, но Аманда схватила её за ладонь и потянула на себя. — Что ты ему сказала?! А что он ответил?! — Ну... ничего особенного, — Эмма попыталась освободить руку, но хватка подруги была железной. — Я сказала, что не хочу это обсуждать, между нами ничего нет и продолжать эту тему не стоит… — А он?! — Аманда не отпускала её руку, её взгляд был полон огня. — Он кивнул, — Веспер дёрнула руку сильнее, освобождая пальцы. — Я просто чётко сказала, что надеяться ему не на что, и закрыла эту тему. Надеюсь, навсегда. Аманда откинулась на сиденье, будто получила подзатыльник. Её глаза наполнились слезами, которые она отчаянно пыталась сдержать. Она подняла ладони перед собой, с недоверием разглядывая их, словно впервые видела, затем резко замотала головой и обмякла в водительском кресле. В машине повисла тягостная тишина, нарушаемая лишь её прерывистыми, глубокими вдохами. — Ты чего? — Эмма напряжённо посмотрела на подругу, подобную реакцию она видела впервые, и её это пугало. — Н-ничего... Я просто в шоке, — Аманда сделала ещё один судорожный вдох, выпрямилась, механически проверила причёску и макияж в зеркале заднего вида и схватилась за руль. — Ты официально худшая подруга из всех моих лучших друзей! — У тебя всего два лучших друга... — Ага, два, — рыжая с силой провернула ключ зажигания, и двигатель взревел. — Ещё раз подобное повторится — и станет один. Эмма с облегчением закатила глаза и отвернулась к окну. Наконец-то Аманда вернулась к своему привычному состоянию. Конечно, следовало бы поинтересоваться, что, чёрт возьми, только что произошло, но Веспер опасалась спровоцировать новую волну эмоций. Вместо этого она облокотилась о дверь, положила подбородок на руку и погрузилась в созерцание мелькающих за окном знакомых улиц. Несколько минут в машине царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь гулом мотора. Затем Аманда резко включила музыку, и салон наполнился энергичными ритмами, немного разряжая напряжённую атмосферу. Стало легче. — Опять этот странный дед, у нас в городе что, сходка косплееров? — внезапно нарушила тишину Аманда, в её голос вернулся привычный насмешливый тон. — Второй раз за день его вижу. Смотри. Эмма вздрогнула и резко развернулась в указанном направлении. Но, к её удивлению, это был определённо не Гэндальф. На углу улицы стоял высокий старик в белоснежном длинном одеянии, с ниспадающей седой бородой и посохом в руке. Его пронзительный взгляд был прикован к машине, словно он поджидал именно ее. Их взгляды пересеклись. Веспер сглотнула и поспешила отвернуться. — Наверное, не видела его тут раньше, — Эмма поспешно выдавила ответ, понимая, что пауза становится подозрительной. — Мама не говорила ни о какой сходке, может, по лесам шляются. Машина пересекла перекрёсток, и странный старик скрылся из виду. То, что он явно имел отношение к Гэндальфу и Леголасу, не представляло никакого сомнения. Но кто он? И почему раньше её новые знакомые о нём не упоминали?

***

Предпоследним уроком в расписании стояла история. Но уже к концу второго Эмма окончательно издергалась. Белый старик не давал ей покоя. Самое пугающее было то, что он даже не скрывался, раз Аманда — далёкая от всякой мистики — смогла его заметить. Это беспокоило больше всего. На литературе Веспер сидела, будто во сне, механически постукивая карандашом по краю парты. Дилан и Аманда сидели впереди, увлечённо конспектируя лекцию. С самого утра рыжая почему-то выбрала место рядом с ним, и Эмма осталась в одиночестве на задней парте. Она чертила в тетради бессмысленные круги, превращала их в колёса с двенадцатью спицами и тихо сходила с ума от безделья. Можно было, конечно, послушать учителя, но экзамены отошли не то что на второй — на третий план в списке её приоритетов. Леголас сказал, что Гэндальф хочет отвести её в некую крепость, которую надо открыть. Получается, она просто ключ на ножках? Но почему именно она? Что там за дверь такая? Вопросам не было ни конца ни края. На большой перемене Эмма не выдержала и сделала вид, что забыла учебник в шкафчике. Дилан попытался поделиться с ней своим, но книжка тут же оказалась в руках Аманды, которая заявила, что тоже хочет повторить урок. Радуясь, что подруга всё ещё дуется, Эмма выскочила из столовой и пошла к своему шкафчику. А потом прошла мимо и направилась прямиком в кабинет псевдоучителя истории. — Это не лучшее место для разговора, не думаешь? — Леголас поднял глаза от всё той же книги по истории, что читал накануне. Его пальцы продолжали перелистывать страницы, будто они обсуждали домашнее задание. Эмма сделала шаг вглубь кабинета, притворив за собой дверь. Воздух пах мелом и старой бумагой, но под этим скрывалось напряжение, словно перед грозой. — Мне просто интересно, — Эмма упёрлась руками в преподавательский стол. — Когда по вашему плану я должна была узнать, что вас тут вовсе не двое? Или я вообще не должна была этого узнать? Эльф медленно закрыл учебник и непонимающе посмотрел на неё. — О чём ты? Нас здесь двое. Точнее, сейчас здесь только я, а где Гэндальф, понятия не имею. Эмма почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Она обвела взглядом кабинет, ища доказательства его лжи, но увидела лишь карты на стенах и аккуратно расставленные парты. — Сегодня Аманда заметила старика, который очень похож на Гэндальфа, только во всём белом, — Эмма нахмурилась, ей не нравились эти игры. — Вы хоть намекните ему, что нужно маскироваться. Выглядит очень странно. Леголас отодвинул книгу, его поза стала неестественно прямой. — В белом? — он нахмурился. — Опиши его. — Высокий старик в белой рясе, длинная белая борода, длинный белый посох. Только брови чёрные, — к собственному удивлению Эмма поняла, что эльф сам не в курсе. — Гэндальф привёл подкрепление? — И что он здесь делает? — пробормотал Леголас, рассеянно теребя в руках обложку учебника. — Ладно. Я узнаю и разберусь. А ты пока не высовывайся и не пытайся с ним заговорить, поняла? Последняя фраза прозвучала угрожающе. В его голосе прозвучала та самая нота, что не оставляла места для возражений. Получается, это был кто-то опасный? Или, что казалось ещё более пугающим, опасны были сами её новые знакомцы? Эмма медленно кивнула. Ей и самой не улыбалось заводить беседу с белым стариком — он выглядел тревожно. Но сомнения всё равно появились. Эльфы же не умеют обольщать людей, да? — Будь дома и не гуляй по ночам, пожалуйста, — Леголас вновь раскрыл книгу, безошибочно определяя страницу, на которой остановился. — Ситуация может быть... непредсказуемой. Особенно с учётом новых обстоятельств. — Ага, — Эмма замялась, решая, стоит ли упоминать о планах на ночёвку. Внутренний голос настоятельно советовал промолчать. — Ладно, разбирайтесь там между собой. А я пошла, у меня типа уроки. Эмма вышла из кабинета и задумчиво остановилась. Восторг от ночного разговора, тот самый, что согревал её изнутри, начал стремительно угасать. Его сменили сомнения с нотками аргументации Дилана. Веспер медленно побрела обратно в столовую. Кажется, пришло время рассказать обоим друзьям всю правду о ночном разговоре с существом, которое называло себя эльфом.

***

Аманда молча смотрела на Эмму и Дилана по очереди. Оба выглядели пристыженно, но новоявленная серокрылая, пожалуй, мучилась совестью чуть больше. Только что Сандерс услышала самую невероятную историю из всех, что могла представить. Теперь, по крайней мере, стало ясно, какого чёрта Дилан торчал в доме Весперов в то самое утро. Рыжая взяла в руку банку с пивом и сделала большой глоток. Пивко больше не красило вечер, а глупый стоп-кадр комедии, которую они начали смотреть, издевательски мельтешил на фоне. Аманда схватилась за пульт и вырубила телевизор. Нужно переварить. — Скажи хоть что-нибудь, — Эмма, до этого мерившая комнату широкими шагами, замерла посреди ковра и уставилась на подругу. — Можешь меня стукнуть, если хочется. Только, пожалуйста, не молчи. После того краткого, но насыщенного диалога с Леголасом Эмма вернулась к друзьям молчаливой и хмурой, хотя внутри у неё всё кипело и бурлило. Она провела остаток дня за последней партой, размышляя о случившемся, и даже урок истории, который теперь выглядел как забавное шоу, нисколько её не развеселил. Будь осторожнее, мне не нравится его появление. Даже эльф заметил её состояние и прокомментировал, прежде чем они с друзьями покинули класс после занятия. Сделал он это так тихо и незаметно, что Эмма до сих пор не понимала, послышалось ей или нет. Тогда же она обернулась и увидела, что Леголас стоит у окна спиной к ней, бережно поглаживая листок полудохлой фиалки на подоконнике. Его поза была настолько непринуждённой, что можно было подумать, будто слова прозвучали из ниоткуда. — Всё случилось очень быстро, мы ориентировались по обстоятельствам, — Дилан, ранее яростно отговаривавший Эмму посвящать Аманду в их тайну, теперь сам оправдывался, беспокойно теребя край подушки, сидя в большом кресле. Ребята расположились в гостиной Сандерсов, притащив кучу вкусняшек и вооружившись банками с пивом. Они даже начали смотреть фильм, как того изначально хотела Аманда, но Эмма, не выдержав и двадцати минут, резко вскочила, схватила пульт и нажала на паузу. И вот теперь они оказались в этой точке — среди разбросанных пакетов с чипсами и нависшей тишины. Аманда всё ещё молчала, угрюмо уставившись в банку с пивом, будто надеясь найти на дне ответы на все вопросы. Веспер судорожно вздохнула, чувствуя, как сжалось сердце. Из всей их троицы именно Аманда должна была отреагировать бурно — вскрикнуть, схватить её за плечи, засыпать вопросами и без раздумий ринуться в это безумное приключение. Но вместо этого она молчала, и эта тишина пугала куда сильнее любой истерики. — Вы там совсем охренели, что ли? — рыжая внезапно впечатала банку пива в журнальный стол. — Вы там чем надышались? Она… Не поверила? Эмма даже сделала полшага назад. Нет, не может быть такого, не может! Она беспомощно посмотрела на Дилана, умоляя глазами вступиться. И он нашёл, что сказать. — Антисептиком, — Дилан, как всегда, был педантично точен, но, поймав убийственный взгляд Веспер, запнулся и попытался исправиться. — Но на утро ничего не исчезло, значит, нам не померещилось! — Я вообще не об этом! — Аманда резко вскочила, опрокидывая банку. Пиво растеклось по столу. — А о том, какого хрена вы молчали двое суток?! Эмма наконец-то выдохнула. Если подруга злится именно на это — значит, она поверила. Действительно поверила. Веспер медленно подошла к креслу, в котором съёжился Дилан, и оперлась на его спинку, потому что ноги больше не хотели её держать. — И ты всё время разговаривала со мной и улыбалась так, будто ничего не произошло! — Аманда вскинула палец и пронзила им воздух в её сторону. — Ну, хорошая подруга, что ещё сказать. Просто образцовая. — Ами, я сама ещё ничего не поняла, — Эмма сжала спинку кресла пальцами и опустила голову. — А что дальше делать, я и подавно не знаю. Она пока что решила опустить деталь, что уже успела немного поговорить с Леголасом, иначе ей бы досталось от обоих друзей. Пересказывая события последних дней, Эмма вновь с поразительной ясностью осознала, насколько невероятно и пугающе всё это выглядело со стороны. Веспер провела рукой по переносице, снимая напряжение, и, убедившись, что в неё не полетят тяжёлые предметы, осторожно опустилась на диван рядом с Амандой. — Ну, тебе же пока никто не угрожал, верно? — рыжая пододвинула коробку с пиццей поближе и быстро начала накидывать вопросы, будто уже давно была в контексте истории. — Может быть, Гэндальф реально добрый волшебник? Пока ничего не произошло, поэтому и выводы делать рано. А вот поговорить с мистером Гринвудом стоит. Не выглядит он как отпетый злодей, скажу я вам, а я в людях разбираюсь! Эмма не смогла сдержать улыбку. Аманду было невозможно ни смутить, ни надолго выбить из колеи. Этот человек воспринимал весь мир через призму своего собственного, ярко-рыжего мироощущения. И сейчас именно такой подход им был нужен — отбросить панику и тревоги, словно вернувшись в старые добрые времена. Болтать до глубокой ночи, обсуждать школьные сплетни, смотреть какой-нибудь затертый до дыр сериал, уплетать пиццу и запивать её пивом. Идеальный вечер, несмотря ни на что. Несколько часов пролетели в бурных обсуждениях случившегося. Дилан даже начал показывать презентацию, но девочки быстро его усмирили, коллективно раскритиковав её в пух и прах. Больше всего Аманду зацепила тема параллельных миров и гипотетического существования магии в их собственной реальности. Она даже вспомнила семейную историю о том, что её прабабку в деревне считали ведьмой. Правда, разговор быстро скатился к знакомым байкам, которые друзья слышали уже не раз. — Я абсолютно серьёзно! — восторженно размахивая куском пиццы, воскликнула Аманда, и капли соуса разлетались по комнате. — Бабушка говорила, что её мама видела то, что скрыто от обычного глаза — типа аур и духов! Представляете, если я тоже ведьма? Два магических существа в нашей компашке — это просто офигенно! — Или перебор, — Дилан попытался отобрать у неё пиццу, пока начинка не оказалась у него на голове. — Перестань швыряться едой! Аманда расхохоталась и запустила в парня злополучным куском. Ветчина с сыром угодили Дилану прямо в голову. Тот выругался и поплёлся в ванную отмываться, ворча что-то о «ненормальной рыжей» и «потраченной еде». — Итак, что ещё ты скрываешь? — убедившись, что Уэйворд ушёл достаточно далеко и надолго застрянет в ванной, рыжая повернулась к Эмме и уставилась на неё с абсолютно серьёзным, почти детективным выражением лица. — Предупреждаю, не скажешь — обижусь окончательно и бесповоротно. Веспер моргнула и отвернулась. Несмотря на демонстративное поведение, Аманда была очень внимательна к мелочам, правда, часто ошибочно принимала чужие секреты за личное оскорбление. Неудивительно, что утром в машине реакция была такой бурной. Да и сейчас ситуация повторялась. — Я... говорила с Леголасом, — тихо проронила Эмма, нервно поглядывая в сторону коридора. — Несмотря на то, что Дилан прямо просил этого не делать? — Аманда невозмутимо взяла новый кусок пиццы и сделала внушительный кусь. — Честно говоря, я вообще не сомневалась. И что же он сказал? — Ничего конкретного, — Веспер продолжала следить за коридором, опасаясь, что Дилан может вернуться в любой момент. — Пока я только узнала, что он эльф... — Чего?! — как Эмма и боялась, Сандерс не сумела сдержать децибелы, поэтому пришлось в срочном порядке закрывать ей рот ладонью. — У него уши острые? — Абсолютно точно острые. Сам показал, — убедившись, что подруга больше не кричит, Веспер потянулась за салфеткой, чтобы вытереть ладонь, рот рыжей был весь в соусе от пиццы. — Охренеть... — Аманда замерла с открытым ртом, на мгновение полностью забыв о еде. — Настоящий эльф! Прямо в нашей школе... Это же круче любой сказки! — Я сама тогда так обалдела, что почти ничего и не спросила, — Эмма вздрогнула, заметив краем глаза тень на полу коридора. Силуэт медленно приближался — Дилан возвращался из ванной. — Давай потом. Аманда бросила быстрый взгляд в ту же сторону, кивнула и провела пальцами по губам, отбрасывая метафорический ключик — её рот на замке. Она понимала, что Дилан, и так тяжело принимающий происходящее, окончательно выйдет из себя, если узнает. Поэтому Сандерс решила съесть ещё один кусок пиццы, чтобы занять рот и нечаянно не проговориться. Но внутри у неё всё кипело от нетерпения. Ей до смерти хотелось узнать все подробности и наконец увидеть те самые крылья, из-за которых и начался весь этот сыр-бор. Ждать пришлось ещё несколько долгих часов. Друзья пытались отвлечься — то фильмом, то настольной игрой, — но все разговоры неизменно возвращались к теме мифических серокрылых. Каждая шутка, каждая пауза наполнялись невысказанными вопросами, витавшими в воздухе между ними.

***

— Когда ты уже покажешь мне крылья? — Аманда не выдержала и пары минут после того, как они поднялись в спальню, захлопнув дверь перед носом у Дилана, оставшегося внизу убирать остатки ужина. Эмма вздохнула. Она понимала, как тяжело было подруге терпеть объяснения душных правил настолки с дополнениями и дополнениями дополнений. Из чувства благодарности Веспер стянула футболку и принялась осторожно разматывать эластичный бинт, сковывавший её спину. Плечи ныли от постоянного давления, но всё же это было несравнимо удобнее, чем первые попытки скрыть крылья под шарфом. — Охренеть! — новоявленная серокрылая услышала за спиной не ожидаемый возглас ужаса, а искренний, восхищённый шёпот. — Они же такие изящные! И красивые! Эмма скептически покосилась на подругу через плечо. Крылья, расправляясь за её спиной, вовсе не были ни изящными, ни красивыми — угловатые, с неравномерным оперением, местами торчащим в разные стороны, они напоминали недоразвитые конечности курицы. Скорее всего, Аманда просто пыталась её поддержать, найти хоть что-то положительное в этой пугающей ситуации. Но подобная, явно натянутая похвала вызвала у Эммы лишь грустный смешок. — Я абсолютно серьёзно! — рыжая подхватила Эмму за локоть, потянула к большому зеркалу в углу комнаты и развернула её спиной к отражению. — Ну посмотри же сама! Это же чистая магия! Красота! — Не надо меня успокаивать, я знаю, что это выглядит странно, — Веспер послушно повернула голову к своему отражению и поражённо замерла. Да, крылья всё ещё выглядели так, будто их взяли взаймы у цыплёнка-подростка. Но пуховых перьев стало заметно меньше. Маховые перья вытянулись, стали плотнее и обрели чёткую форму. Костная основа, хоть и оставалась тонкой, теперь выглядела не хрупкой, а изящной — будто тщательно выточенный каркас. Но самое поразительное — цвет. Исчез грязноватый серо-жёлтый оттенок, уступив место чистому, глубокому серому цвету, напоминающему пепел после костра. Эмма помнила, что всего лишь утром она на мгновение осмотрела и даже заинтересовалась новым приобретением. Тогда она связала это с шоком от встречи с Леголасом, но не заметила физических изменений. Как они могли так преобразиться всего за несколько часов? Неужели это тоже часть их магии — расти и меняться с невероятной скоростью? Изменилось не только внешнее состояние крыльев, но и внутреннее восприятие. Эмма больше не считала крылья чем-то инородным, но и естественно-цельным с телом пока тоже. И всё же, если быть с собой совсем честной, было в крыльях нечто поражающе нормальное и даже логичное. Как будто они всегда должны были быть частью её, просто ждали своего часа. Она медленно протянула руку и кончиками пальцев коснулась края крыла. На мгновение ей показалось, будто она чувствует это прикосновение и с обратной стороны — словно перья обладали собственной чувствительностью. Но углубиться в это странное ощущение ей не дали. — Да ты же и сама не можешь оторваться! — Аманда с широкой улыбкой наблюдала за подругой. — Ладно, с внешним видом разобрались. А теперь расскажи нормально, о чём вы там с мистером Гринвудом на самом деле говорили. Пришлось рассказывать. Девочки, развалившись на кровати, долго обсуждали последнюю фразу эльфа о некой крепости Эскалион. Аманда накидывала варианты, как эта крепость могла выглядеть. И факт того, что они знали лишь название, открывал перед рыжей огромные просторы для фантазии. Дослушав до варианта, что эта крепость может находиться в космосе, Эмма не выдержала и с лёгким смехом прикрыла ладонью рот подруги, прерывая этот поток фантазий. — Да ладно тебе! Станешь джедаем — круто же! — Аманда пыталась оттолкнуть её руку сквозь смех. — Ладно, поняла я, узнаем, когда ты туда съездишь. Эмма замерла, и Аманда наконец смогла отвести её руку от своего лица. Поехать? Веспер даже не допускала такой мысли в своём сознании. Смириться с крыльями на спине — уже было колоссальным вызовом. А тут Аманда с такой лёгкостью предлагает нечто совершенно немыслимое... Нет, она не могла даже представить, как это — бросить всё и отправиться в неизвестность, да ещё и в какое-то мифическое измерение. Оставить свою жизнь, друзей, семью... Мысль об этом казалась абсурдной. Да и потом — скоро выпускные экзамены, нужно готовиться. Затем поступление в университет, который ещё предстоит выбрать. Даже с направлением она не могла определиться. Какой школьный предмет интересовал её больше всего? На этот, казалось бы, простой вопрос у неё не было ответа. — Ты чего зависла? — Аманда лежала на спине, лениво накручивая огненную прядь волос на палец. — Уже планируешь переезд? Я тебя благословлю, но только если возьмёшь с собой. — Нет, я... — Эмма запнулась, украдкой посмотрев в зеркало. — Я никуда не поеду. Тем более в какой-то мифический мир, о котором мы ничего не знаем. — Ну, значит, идём разговаривать с мистером Гринвудом! — Аманда с решительным видом хлопнула в ладоши, словно только что приняла самое очевидное решение в мире. — Заодно и меня с ним познакомишь. — Я не уверена, что это хорошая идея, — отговорить Аманду было почти невозможно, но попытаться стоило. — Вдруг то, что ты теперь знаешь о крыльях... подвергнет тебя опасности? — Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу! — Сандерс с комичной серьёзностью скопировала позу известных эмодзи с обезьянками, прикрыв ладонями глаза, уши и рот. — Буду твоей верной и безмолвной поддержкой в тени! Даже не пытайся меня отговорить! Подруга перевернулась на бок и уставилась на Эмму с сонной, но довольной улыбкой. Она буквально боролась со сном, но из последних сил держалась — ведь не каждый день появляется возможность обсудить такие громкие и фантастические новости. В конце концов, сдавшись, Аманда громко и сладко зевнула, повернулась на другой бок и, пробормотав неразборчивое «споки», почти мгновенно провалилась в сон. Эмма же проворочалась в постели больше часа. Её не отпускала мысль о том, с какой лёгкостью и безмятежностью Аманда восприняла всё происходящее. Да, на её собственной спине не выросли крылья, но так спокойно говорить о поездке в другое измерение, как о планах на выходные... Веспер безумно любила свою подругу, но порой её слова и поступки вызывали у неё настоящий ступор. И всё же — отправиться в Эскалион. Стать ключом на ножках. А в перспективе, если верить Леголасу, получить статус королевы. Последнее вызывало у неё лишь горькую усмешку. Неизвестно, чем руководствовался эльф, бросая такие громкие слова, но королевой Эмма становиться точно не хотела. Она с отвращением представила себе эту роль: тяжелая ответственность, перманентная усталость, статусное одиночество и прочие «прелести» власти, о которых она читала в книгах. Нет, корона определённо не была для неё сколь-нибудь значимым аргументом. Организовать школьное мероприятие уже было для неё стрессом, а уж управлять жизнями людей — увольте. Эмма слишком хорошо знала эту цену: каждый раз, когда Аманда с её безудержным энтузиазмом бралась за организацию школьного бала или концерта, именно ей, «надёжной лучшей подруге», приходилось послушно соглашаться на роль менеджера. В памяти всплывали те бессонные ночи: бесконечные списки обязательных мелочей, необходимость контролировать других и гнетущее осознание, что любая их ошибка будет по умолчанию считаться её провалом. Это доводило до мигреней и выматывало досуха. И это — когда речь шла всего лишь о школьном мероприятии! Она ещё не была ответственна за чью-то жизнь! Нет, точно, нет. Веспер поднялась с кровати и тихо вышла в ванную. Нужно было смыть с себя эти вьетнамские флешбеки. Она умылась ледяной водой, провела мокрыми ладонями по шее, снова и снова, пытаясь остудить разгорячённую кожу. Поймав собственный взгляд в зеркале, она на мгновение застыла. Необходимости прятать крылья в доме подруги не было, поэтому она давно избавилась от бинтов и остаток вечера ходила в одной майке. Видеть себя вот так, без защитных слоёв, было уже странно. Как быстро психика смиряется с неизбежным. И как быстро она смирилась с необходимостью прятаться. Холодная вода не помогла ей справиться с накатившими эмоциями. В голове всё ещё острыми гвоздями торчали слова подруги. За эту неделю произошло столько всего, что до сегодняшнего вечера у неё просто не было времени всерьёз обдумать случившееся. Рассказав Аманде о произошедшем, она поставила точку в попытках удержать ту жизнь, что была до — до магии, до крыльев, до осознания, что сказки оказались правдой. Одно дело — внезапно оказаться в сюжете захватывающего фэнтези, увлечься этой ролью, чувствовать себя избранной героиней, прикоснувшейся к великой тайне. Она познакомилась с эльфом, чёрт возьми! Но совсем другое — осознать, что это не квест с полным погружением, из которого можно выйти в любой момент. Это есть твоя новая реальность. И это осознание било под дых, безжалостно развеивая романтичный флёр. Крылья не были счастливой сказкой. Они и раньше не казались таковыми. Скорее, адреналиновым всплеском, который временно затмил всю чудовищность происходящего. Нет, Эмма твёрдо решила — она никуда не поедет. Ни в какую древнюю крепость. Она будет жить свою жизнь здесь, в своём мире. Даже если эту жизнь теперь придётся провести в бинтах и вынужденном одиночестве.