Любопытный Лисёнок

      И всё же, горячая ванна смогла меня вчера успокоить, а урчащий Лисёнок под боком и подавно. Но чувство неудовлетворённости и обиды так и осталось. Правда, я так и не смог понять, на кого я обижаюсь: на его неспособный поиграть со мной организм, или же на себя, которому бы заранее пораскинуть мозгами и настоять бы на обычном перемещении.       Но делать нечего. Вечер был испорчен, за нами ещё и следили, так в дополнение нарвались на студентов. Чёрт! Я же совсем зарычался и забыл Дара попросить память им почистить о нашей встрече. Но уже, наверное, поздно об этом думать. Надеюсь, это ничем для нас не будет грозить. Конечно же, слухи о тебе ходили и до этого, но… Где гарантия, что я нёс именно тебя, а не какого-то другого лиса. Ну мало ли какая блажь в голову преподавателя могла стукнуть…       «Дарк, уже проснулся? Как насчёт обновления рун по периметру и проверки сигнального заклинания?» — из мыслей и от перебирания отросших волос на голове Лисёнка, отвлёк меня Дар.       «Проснулся, но ещё не встал.»       «Могу с этим помочь»       «Сам справлюсь. Ладно, уже одеваюсь и вылетаю. Нам же за купол, верно?»        "Да. Я тоже буду на крыльях. Не хочу лишний раз тратить руны на сапогах."       «Давно бы сделал как я, ну да ладно…»       «Ты предлагаешь мне на всю мою обувь их нанести, что-ли?»       «А я и забыл, сколько у тебя пар обуви. Ну сделал бы себе одни для полётов…»       «Я не могу себе позволить ходить в одном и том же. Статус не позволяет и…»       «Замолчи! Буду через полчаса на границе… Достал…»       «У тебя что-то случилось?»       «Угомонись и дай мне спокойно собраться. А за одно и будь готов после обновления чар постоять перед креслом на коленях»       «Вчера что-то пошло не так и он опять от тебя удрал или совсем был замучен и ты его пожалел?»       «Не совсем… Ты знал, что его тело после превращения… даже не знаю как это сказать…» — а я уже у шкафа и одеваюсь, чуть успокаиваясь.       «Ты только вчера это понял? Погоди, ты же не взял его в виде лисы?!»       «Совсем идиот?!» — от бывалого спокойствия не осталось и следа.       «Ну, а что? Может, ты в зверя мотанулся и…»       «Даже слышать этого не хочу!» — и я неосторожно хлопнул дверью шкафа. Чёрт, разбужу же малыша…       «А вот догадаться раньше было не судьба? Или тебе кровь в голову и не только туда била, что ты и не соображал?»       «Скорее, второе» — а я уже держу себя в руках, беспокоясь о твоём сне и попивая холодный кофе, что приготовили для меня на кухне и поставили в привычное место на мою руну перемещения так, чтобы я мог активировать заклинание и перетащить его к себе, где бы ни находился.       « Но ведь некоторые оборотни даже за счёт подобных превращений и не стареют. Ну посмотрел бы на мальца. Да ему не дашь не то что восемнадцать, я б и шестнадцати не дал. Он же видать то и дело превращается в лиса, вот и не меняется.»       «Погоди, то есть запечатывая его силы…» — принимаю полу-форму и достаю крылья. Взмах и преобразовываюсь обратно, разминая кошачьи лапы. Не хочу их убирать.       «Чем больше будешь запечатывать, тем быстрее он будет взрослеть. Оно тебе надо? Или всё же потерпишь его хвост? Хотя полностью согласен, получать им по лицу чертовски не приятно»       «А когтями тем более, — а я уже натягиваю мантию, но, подумав как следует, откладываю в сторону, и затягиваю заклинанием ленты вокруг лап, создавая что-то на подобие облегчённой обуви. — Ладно, скоро буду.       «Жду.»       Уже вскакиваю на подоконник, собираясь сигануть из открытого окна, как слышу возню на кровати и ты приподымаешься, опуская ножки вниз и садишься на край, кутаясь в одеяле и издовая неразборчивые протестующие звуки.       — Кудааа? — сонно и немного печально спрашиваешь и фыркаешь, подходя ко мне.       — Расфырчался… — треплю за ушком и собираюсь уже прыгнуть ласточкой вниз.       — А поцеловать? — и ты хватаешь меня за ремень руками и легонько тянешь прочь с подоконника.       — Да я тебя сейчас просто хвостом схвачу и утяну с собой вниз прочь из окна!       — Давай, — показываешь язык.       — Нарвёшься!       — Ага… — и уже игриво прыгаешь рядом. Как же ты быстро проснулся! А ведь только что был сонным, как апрельская дриада! И милым…       — А по кумпалу не хочешь? — спускаюсь с подоконника, раздосадованный тем что не получилось незаметно смыться. Да и Дар уже ждёт…       — Зачем? — изображаешь наивного мальчика и пялишься на меня удивлёнными круглыми глазками.       — Затем, что мне нужно идти, а тебе заниматься. И не надо говорить мне, что сегодня выходной. Будешь возникать — я в тебя что-нибудь действительно засуну, — и уже собираюсь выпрыгнуть в окно. Не хочу я тебя мучать сейчас, особенно после вчерашнего. Или ты подсмотрел куда я собрался и теперь вот не пускаешь?       — А и засунь. Но тогда я с тобой пойду. Ты же к Ректору собирался? — подпрыгиваешь и вцепляешься в мою руку.       — Ты мысли мои прочёл, или угадал? Мелкий, ты же понимаешь, зачем я к нему лечу? Точно уверен, что хочешь со мной, да ещё и с игрушкой сзади? — а сам делаю шаг к тебе и хищно смотрю. На такого всего закутанного лишь в смятую ткань и ещё разморенного со сна.       Задумываешься на пару секунд, наклонив голову вбок и лукаво искоса поглядываешь на меня.       — Хочу.       — Ну тогда держись малыш! Сам напросился, — и я быстро подхватываю тебя на руки, роняя на кровать, чувствуя как постепенно исправляется моё настроение. Быстро откидываю одеяло и осматриваю твоё голое, чуть подрагивающее тело, от ветерка, что пробирается в открытое окно. А ты радостно взвизгиваешь, когда падаешь на кровать, но сопротивляться не пытаешься и даже послушно чуть разводишь ноги, возбуждаясь лишь от моей близости и взгляда.       -Ну всё, малыш! Попался! — наваливаюсь и, не сдерживая себя, резко развожу твои ноги шире, а мои губы в жадном поцелуе, больше похожем на укус, впиваются в твоё горло. — Точно не передумаешь и не будешь жалобно скулить, как вчера?       А сам оглядываюсь по сторонам, быстро прикидывая, что же в тебя можно вставить, ведь все игрушки внизу. Хм, а ведь точно… У меня же здесь, наверху есть пара колб из драконьего стекла.       — Смазка! Призыв! — и я протягиваю руку в сторону, ловя быстро прилетевшую в руку одну из колб.       Чуть приподымаешься на локтях, недовольно наблюдая за тем, что я выбрал.       — Ты же хотел игрушку… А не какую-то бутыль! — фырчишь, чувствуя прохладную склизкость в заветном колечке мышц, в которое я уже настойчиво проникаю двумя пальцами, растягивая. Но эта бутылочка гораздо меньше, чем-то, что есть среди моих игрушек, поэтому доверчиво прогибаешься в спине, открывая шею, видимо, вспомнив это.       — Ну уж извини, но мне сейчас явно не хватит терпения, чтобы сбегать вниз, — вроде твои мышцы поддаются, да и ты не такой узкий как вчера.       — Метаморфоза! Стазис! — заклинания действуют на колбу и она уже не такая твёрдая, а скорее немного даже эластичная. Вот и славно. Так я тебя не порву. А вот горлышко и закручивающаяся крышечка так и остались более плотными.       Подтягиваю тебя ко мне ближе, задирая твои ноги наверх и полностью раскрываю. Вытаскиваю пальцы практически до конца и растягиваю дырочку, начиная вставлять преображённую колбу медленно и постепенно, внимательно следя за твоими реакциями.       Сильнее выгибаешься со сладким стоном и вновь стыдливо закрываешь мордашку руками. Тело-то помнит наслаждение и сейчас очень желает получить его вновь. Поэтому контролировать себя уже не получается и ты подаёшься навстречу, почти полностью впуская в себя эту колбу, вздрагивая и пища, когда она задевает заветное местечко.       — Ну вот. Почти полностью вошла, — склоняюсь над тобой и веду языком по шее до самого уха, прикусывая мочку. А рукой чуть шевелю колбу, слыша протяжный стон.       Щелчок свободной руки — и я извлекаю из воздуха тёмные ленты, оборачивая тебя и фиксируя колбу так, что бы она не выскользнула до конца и обвязываю основание твоего члена. Хмыкаю и оставшиеся концы сплетаю в бантик отчего становится немного смешно.       — Главное что бы Дар не подумал, что ты подарок для него, — оглядываюсь и притягиваю шорты, надевая на тебя и ещё более плотно фиксируя колбу. — Ну что, Лисёнок, ты хоть шевельнутся-то можешь, не застонав? — а сам едва не смеюсь глядя на тебя. Уж слишком мило и кокетливо выглядывают ленточки.       — Могу… Ай! — как только пытаюсь сесть, колба задевает за сгусток нервов и проходит глубже. Да она ещё и не гладкая!..       Падаю обратно на кровать и переворачиваюсь на живот, задом сползая на пол. Пробую сделать пару шагов — сжав зубы и краснея, пытаясь выровнять походку. А предмет внутри перемещается, щекоча.       — Ни-чего-о, привыкну. Но дай твою футболку, — и сам ковыляю к шкафу, получив твой кивок, распахиваю его. Запустив руку в самую глубину, вытягиваю одну из немногих твоих футболок и с фырчанием надеваю. А она удобная — гораздо больше меня и заманчиво прикрывает бёдра, а вместе с этим и концы странной ленточки.       — Чёрт, мелкий, да ты меня одновременно и соблазняешь и смешишь, — приближаюсь, веду рукой по спине, прощупывая каждый позвонок и спускаюсь к копчику и дальше, оглаживая ягодицы и… И не сильно нажимаю на импровизированную игрушку, вдавливая её в тебя глубже.       А я, похоже, подошёл неслышно для тебя, заставив повернуться. И от моего действия вздрагиваешь и подаёшься вперёд, прижимаясь ко мне всем телом с писком:       — Заче-ем, Дарк!       — Хотя бы потому, что ты восхитительно выглядишь и подаёшь свой чудный голосок. Да и в этой футболке… Теперь я знаю, куда их девать. А то Дар понавсучивал, а я их почти даже не ношу, — перестаю надавливать, и лишь оглаживаю рядом, чуть задевая ленты. Смотрю на твою раскрасневшуюся моську и просовываю пальцы под шорты, и дразнящие провожу ими по внутренней стороне бедра.       — Точно хочешь идти со мной?       — Хочу. Точно, — а ты недоверчиво поглядываешь сверху вниз. Ну и чего ты такой высокий? Хотя ладно, мне нравится. Но всё равно наигранно обиженно пинаю твою ногу, за что получаю удивлённо-возмущённый «Э!» и шлепок по заднице. Ну и ладно.       Но уйти нам не удалось, так как Дарович самолично приземлился на подоконник.       — Даркнес, да отлипни ты от него! Сколько можно тебя ждать?! — а в руках Дара связка книг. — Давай, сам же предложил облететь территорию и расставить охранные заклинания.       — Я предложил? Это у тебя паранойя… После тех событий. Ладно, я почти иду, — и целую тебя в подрагивающие губы, и мысленно предупреждаю: «Шорты не снимать, себя не трогать. Вернусь — проверю».       — И чего ты с этой пушистой лисой в этот раз сделал? Чего он весь раскрасневшийся и вообще как-то странно стоит? Да-арк?! Ты же не… — и он выразительно посмотрел, окинув тебя взглядом и затем переводя его и на меня.       Демонстративно фырчишь и, не подумав о последствиях, плюхаешься на кровать. Задом!       — У!!! — тут же неловко заваливаешься на бок.       «Судя по твоей надменной ржущей морде — это комично. М-да, предупреждать надо! Идиот!»       — Ты хоть в порядке? — но лицо сохранить не удалось и я рассмеялся вновь, отворачиваясь.       Глянул на тебя, на поджатые губы Дара и скрещенные руки на груди и согнулся пополам уже от неудержимо громкого смеха, и сам осел на пол, продолжая ржать и облокачиваясь спиной на кровать.       — Ох, малыш, только не пни меня ногой, а то… опять сдвинется… Хах, ой не могу… вы чего такие хмурые?       — Харе ржать! — и Дар зарядил в меня книгами. — Арису, ты в порядке хоть? — и подошёл нависая над тобой, проводя рукой по бёдрам и криво на меня поглядывая.       — Ты вот чем думал? Или эта маниакальная привычка всячески истязать тех, кого ты любишь, не лечиться?       — Да не истязаю я его. Чай не привязанный в тёмной комнате лежит и не напичкан до одури всем, что мне под руку подвернётся, — и, чуть успокоившись, наконец смог посмотреть на Дара. — Да и он считай сам попросил.       Встаю и собираю книги, быстро пролистывая, а он неодобрительно смотрит.       — Ладно, полетели. А ты лучше полежи. Мы через пару часов должны будем вернуться. Надеюсь, тебе в голову не придёт шальная мысль куда-нибудь так пойти. А то я могу тебя и связать. Ари?       — Ну и куда-а я тут пойду-то? Ааа… — пробую шевельнуться, но волна больного наслаждения захлёстывает тело и я непроизвольно замираю, зарываясь мордашкой в подушку. И чего все на меня уставились?       «Да иди уже… Дай пострадать в одиночестве.»       — Я тебе пострадаю! — подхожу к шкафчику и достаю из его глубины бутылёк ярко фиолетового цвета.       — Дарк! Да твою магию! Не смей ему это давать! — и прежде чем я что-то успел сделать, Дар схватил тебя за подбородок и впился поцелуем в губы, поглаживая как-то странно по пояснице.       — Чт… — но договорить тебе не дали. А ты через боль оттолкнул и вырваться из руки вампира, отползая к стенке.       — Да хватит! Я же пошутил! Дарк, я не буду пить эту дрянь. Ректор, а вы вообще что себе позволяете?! Я не просил меня так трогать! Два взрослых идиота, — и обиженно отворачиваешься к стенке, предварительно натянув на себя одеяло.       — Не будешь и не надо, — и я демонстративно ставлю на стол уже открытую бутылку и отворачиваюсь, закрывая её. Подхожу к тебе и огладив нежно по щеке, целую. Ты не подозревая подвоха приоткрываешь рот и жидкость с моего языка каплями оседает на твоих губах, заливаясь дальше в рот. Отстраняюсь от тебя и быстро надкусываю какой-то плод, съедая его.       — Ну всё. Теперь мы точно пошли.       — Ты знаешь, что ты гоблин, — сочувствующе бросив на меня взгляд изрекает Дар.       — Таких в роду точно не имею, — и выпрыгиваю в окно.       — Да что у вас вчера случилось?.. — неодобрительно мотает головой, смотрит сочувственно, но прыгает следом.       А мне остаётся лишь фырчать и обиженно отплёвываться от того, что я не успел проглотить. Вот гад!       Через пару минут обиженного сидения и попыток выплюнуть эту пьянящую дрянь, в голове помутнело. Потянуло спать, и, решив, что хуже уже не будет, я завалился обратно, утыкаясь носом в стенку. Не смотря на то, что колба шевелилась внутри при каждом движении, я каким-то чудом всё же провалился в сон.

***

      Когда я залетел обратно в окно, ты сидел на кровати, закутавшись в одеяло и пытался справиться с помутнением в голове. Внизу всё зудело и требовало внимания, а я приказал ничего не трогать. Поэтому ты и усиленно ёрзал по кровати, чуть постанывая.       — Да что ж у тебя за мания меня так мучить-то?.. — недовольно ворчишь, замирая и глядя затуманенным взором.       — Ты сам предложил в этот раз, так что не нужно скулить раньше времени, — спрыгиваю с подоконника и быстро скидываю на него не первой свежести рубашку и брюки, по которым всё ещё стекали потоки грязи.       — Только тебе придётся «помучиться» ещё немного, поскольку я намерен уйти помыться. Или ты хочешь выпачкать руки в моих искупавшихся в раскисшей глине волосах? Думаю, это будет малоприятно. И да, меня таки пару раз отшвырнуло магией Дара. Приляг пока и можешь стянуть с себя всё, кроме лент, — проговариваю это всё практически скороговоркой, стараясь на тебя не смотреть, а не то точно наброшусь прямо так. И хлопаю дверью ванны.       Вздыхаю и стягиваю шорты. Но футболку всё же оставляю — слишком уж прятно пахнет, да и возбуждение прикрывает, словно платье. Но ленты стягиваются сильнее, заставляя меня вскрикнуть, а тебя — заржать, прямо из ванны.       — Дарк! Ты специально меня так дразнишь?! Или готовишь к другим игрушкам?.. — возмущённо ору в направление журчащего потока. Но шебуршание на окне заставило меня резко обернуться.       — О, нет. Нет-нет-нет, нет. Дарк! — шепчу, но произнося твоё имя взвизгиваю, натягивая на себя одеяло почти до шеи и отползаю к стенке, упираясь в неё спиной, свожу ноги, закрываясь. А Дарович сидит на окне и… Ржёт? Да что ж вы весёлые такие сегодня-то?       — Вот забавный малыш, — и отодвигает твои грязные вещи в сторону, скидывая с себя лёгкий плащ.       Удивительно, но в отличие от тебя, он практически не измазюкался в грязи. Так только пара грязных капель на жабо белоснежной рубашки.       Прослеживает мой взгляд, и:       — А вот этого я не заметил, — и заклинанием убирает грязь. начиная расстёгивать перламутровые пуговицы и вставая коленями на кровать.       Щёлкнув последней жемчужиной, он потянул ко мне свои руки, откидывая одеяло.       — Таки ленточками связал… — и слегка дёргает за одну из них, подцепляя пальцем, отчего по всей вязи идёт натяжение.       — Пустите! — пинаю ногой в грудь, вздрагивая, от давления ленты. Всё же я ждал тебя, а не этого вампира. Что ему от меня надо? Может, развязаться, чтобы не было у него такого желания дёрнуть за путы? Но ты же будешь недоволен.       — Дарк! Я не хочу! С ним! — и какое-то мощное тёмно-рыжее поле отбрасывает Даровича в стену, рассыпаясь со звоном и тая во внезапной тишине.       Открываю дверь, вытирая голову полотенцем и смотрю на картину маслом: ты сидишь, поджав под себя ноги и держа в руках одеяло с тем ещё потрясением на лице; футболка задралась и я вижу что ленты смещены и не правильно фиксируют предмет; и, как вишенка на торте, слышится отборная ругань. Поворачиваю голову в направление звука.       Дар. Лежит. Кверху ногами. В стене!       — Ты за каким драконом мне стену испортил! А ну живо отлипай оттуда!       — Я застрял… кажется… — и нервно ведёт плечами.       — Ты там в стене-то моей что забыл? Перенёсся неудачно, что-ли? Вот голову, называется, помыл, ни черта не услышал. Лисёнок, а ты чего тут орал? — и помогаю Дару вылезти из проигравшей поверхности в неравной схватке с вампиром.       — Да я вернуть одну вещь хотел — и протягивает мой блокнот. — Он выпал, когда тебя откинуло, ммм… кажется, в третий раз.       — А, ну спасибо… — и забираю книжницу, убирая на стол, а этот паразит сдёргивает полотенце с моих бёдер.       Недовольно фыркаешь и зарываешься в одеяло с головой.       «Вообще-то домогаться он пришёл! — мысленно жалуешься «на этого идиота». — И чего он на меня такими глазами каждый раз смотрит да хочет? Я же не его игрушка для плотских утех. А твой. И не игрушка!»       Убираю блокнот и без стеснения поворачиваюсь к Дару.       — Вот ты зачем это только что сделал? Давно на коленях передо мной не стоял? — и хватаю его за плечо, с силой швыряя на пол, а сам сажусь на край кровати, разводя ноги.       — Ну? — надменно произношу, смотря на него сверху, задирая голову.       «Ари, сможешь ко мне подползти, или из-за этого двинутого игрушка сместилась и тебе не приятно теперь шевелиться?» — обеспокоенно спрашиваю, не меняя внешне своего вида.       Недовольно ворча подбираешься ко мне на одних руках, стараясь не шевелить нижней частью тела, которая расслаблена, «словно переломан позвоночник».       — Да что он себе вообще позволяет… Не институт магии, а бордель какой-то! — возмущаешься и укладываешься головой на моё бедро.       Хватаю за волосы поднявшегося было на руки Дара и притягиваю к себе между ног.       — И?       А он лишь ухмыляеться и облизываеться.       — Только волосы мои придержи, — и утыкаеться с каким-то странным весельем в меня носом, и начинает тереться об пока ещё не полностью проснувшееся и заинтересованное достоинство.       Вытаскивает язык и подцепляет головку, а я чувствую как твои ручки с чуть отросшими ногтями впиваются мне в бедро и ты кажется… заинтересованно наблюдаешь?       «Ну и что же ты с ним потом будешь делать? Или он будет давать мне урок о том, как правильно ртом тебя ублажать? Не-ет, не получится. У меня не на столько большой рот. Да и не нравится мне это делать. Не заставишь больше!» — но вслух только фырчишь и проходишься рукой, щекоча, по бедру.       «Не хочешь — так и быть, не буду. У тебя всё равно это не выходит хорошо. Но меня распаляет даже больше внешней вид сидящего подле меня, чем сами ощущения от процесса. Хотя с Даром ловлю с ног шибательное удовольствие и от того и другого. А вообще, я думал возбудить его и вышвырнуть из окна. Или будут другие предложения? — а сам притягиваю голову Дара ближе, убирая волосы с его лица.       Оглядываюсь на тебя и веду по спине от чего ты немного дёргаешься.       — Ты в порядке? — рука плавно идёт ниже, оглаживает подтянутые ягодицы, чуть поправляет ленточки и надавливает на колбу, слега шевеля ей.       — Да-а, — томно выгибаешься под моей рукой, поднимая голову и смотря в глаза.       «Тогда не буду на практике сидеть перед тобой на коленях… А его можно возбудить и оставить смотреть. Чтобы знал, чей я и кто тут главный.»       «Ну, можно и так…» — продолжаю слегка шевелить колбой, посматривая то на твоё личеко, то на то, под каким углом поворачиваю ей.       — Лисёнок, постарайся выдавить её из себя немного если сможешь, — и кладу руку на ягодицы, распрямляя пальцы, дожидаясь.       А ты видишь, что моё дыхание чуть участилось и я легко покачиваю бёдрами, притягивая Дара ближе, и резко выдыхаю через нос, когда он полностью обхватывает мой ствол губами.       Стыдливо краснеешь и неловко утыкаешься носом в моё бедро. Напрягаешься, и колба легко частично выходит наружу.       «И чего стесняться перед тобой? А всё же стесняюсь. Кажется, я никогда не привыкну к твоей фантазии и каждый раз буду заливаться краской и стыдливо пищать.»       — Дар, отстранись немного…       Сам же, когда меня уже ничего не отвлекает, обхватываю пальцами колбу и, изменив угол, быстро вставляю её обратно, а Дар не дожидаясь нового приказа, припадает вновь ко мне, беря глубоко в глотку.       Изгибаешься с протяжным криком и тут же прикусываешь губу, привставая на руках. Немного подумав, поднявшись приобнимешь меня за шею и тянешься к губам, одновременно притягивая вниз.       Целую, слизывая капельки крови и подтаскиваю, несдержанно хватая тебя и удерживая, отрываясь и, едва перевожу дыхание.       — И куда ты меня тянешь, Лисёнок?       — А куда ты хочешь? — лукаво улыбаешься и роняешь меня назад на кровать.       Дарович что-то там делает с тобой, а я нависаю, склонившись к твоему уху сверху и шепчу, чтобы он не услышал:       — Поверни эту штуку… Я хочу хвост.       Не понимаю, что ты хочешь, но доверяю тебе. Да и что ты можешь такого сделать? Протягиваю руку, оглаживаю щёку, веду вниз и поворачиваю бусину, более не сдерживая твою звериную суть. А рукой веду ниже, оглаживая твой животик и надавливая, чувствуя конец колбы, и ещё ниже, на твой стоящий колом член.       С блаженством встряхиваюсь, чувствуя приятное удлинение позвоночника, и с наслаждением прохожусь хвостом по морде Ректора, который возмущённо отстраняется, пытаясь поймать хвост. Но я ловчее, и через несколько неудачных попыток Дарович бросает это занятие, в отместку хлопая меня по ягодицам. А ты, кажется, немного охреневаешь с того, что он позволяет себе так со мной обращаться.       — Вы что за ерундой в последней инстанции тут страдаете? — огрызаюсь и перехватываю тебя за бёдра подтягивая ближе ко мне, практически сажая себе на грудь.       — Это всё он, — обиженно машешь лапкой куда-то назад, где должен быть Дар. А сам, уже разыгравшись, начинаешь нервно ёрзать.       — А ну иди сюда! — и подтягиваю ещё ближе. Ты замираешь, верно думая, что я развяжу ленточки и ублажу тебя ртом. А вот фиг тебе с маслом и в одно место! Кусаю тебя прямо со внутреней стороны бедра, оставляя новую метку. Та, что на затылке, уже, верно, сошла, а кусать дважды в одно место мне не интересно. И мне всё равно, что отметина не пропадёт пару месяцев. Ты мой!

***

      Вскрикиваю и непроизвольно дёргаюсь. Но эта бутылочка внутри вновь надавила на сгусток нервов. Да если так пойдёт, то я прям тут и кончу!       — Дарк! Да сделай уже что-нибудь… — сдвигаюсь вниз, и уже на четвереньках нависнув над тобой, припадаю к твоим губам прикрыв глаза и цепляя когтями покрывало по обе стороны от твоей головы.

***

      — Ммм… Какой вид! — Дар отвлёкся от своего занятия и, кажется, вновь потянул руку к тебе, передал мысленно твой образ с подрагивающими бёдрами и задранным вверх хвостом. Его же пальцы чуть надавили на колбу, пока я мучил твои губы и крепко держал за талию. Мгновение — и он выполз со своего места, припадая к алой струйке, что стекала по твоей ноге и начал слизывать живительный нектар, который выпустили мои клыки.

***

      Ты не отпускаешь и не даёшь привычно дёрнуться всем телом вбок, чтобы отстраниться от не слишком приятного настойчивого языка на бедре. Да и ещё губы опять прокусил… Чуть приподымаюсь, закусив нижнюю губу, а по уголкам рта и на самих губах уже скопилась пара рубиновых капель.

***

      Смотрю на тебя и хищно облизываюсь.       — Дар, вытащи из него колбу. Только не резко, — а сам развязываю бантик и узел в основании твоего подрагивающего органа и ленты легко начинают с тебя спадать.       Дар же подцепляет предмет и смотрит на меня через твоё плечо.       Зажимаю рукой твой орган, понимая, что если этого не сделаю, то ты прямо так и изольёшься мне на живот. А этого мне не хочется. Во всяком случае, пока что. И киваю вампиру, ухмыляясь и смотря на твою раскрасневшуюсь мордашку.

***

      Сам подаюсь вперёд, со стоном и выпускаю несчастный предмет из колечка мышц. Теперь-то можно выдохнуть… А, нет, нельзя — ты зачем-то ещё сильнее меня сжал, заставляя дёрнуться назад в попытке освободиться. И чего тебе надо? Взял бы, да и всё… Нет, надо что-то придумать! А ну как умолять заставишь. Или просить?

***

      Прижимаю твою голову к своей груди и внимательно смотрю за Даром, который отбрасывает вещицу в сторону, хмыкнув и подняв на меня удивлённый взгляд.       «А другого ни чего не нашлось? " — и облизывает твою промежность, проникая в тебя языком.       — Отпусти его. Вы и так меня слишком распалили, — и тяну тебя, к себе, целуя в шею.       Дар же хитро прещуривается.       «Я, конечно, не сторонник, но уж если доводить мальца, то уж до конца», — и кажется, этот паразит что-то делает, отчего ты выгибаешься и сладостно кричишь, а я всё не разжимаю руку, мезинцем поглаживая твои поджавшиеся яички.

***

      Вошёл? Ааа, да… Уже плевать, что это ненавистный вампир, домогавшийся только что меня. Он двигает пальцами, а самое главное — наконец-то задевает этот сгусток нервов, заставляющих меня извиваться и стонать в твоих руках.

***

      — Дарррр! Я сейчас не его возьму, а в тебя что-нибудь засуну и так по университету заставлю гулять! — практически рычу на него, чувствуя как этот злодей овил мой ствол хвостом. И когда успел его вытащить только?!       Пытаюсь отпихнуть его ногами и тяну тебя ниже по своей груди, что бы уже наконец насадить на себя.

***

      Дарович убирает руку и я с наслаждением подаюсь на тебя, садясь и принимая почти полностью со сладким стоном и опёршись руками о твой живот. Ненадолго замираю, привыкая к заполненности, но ты уже нетерпеливо делаешь толчок и я, повинуясь, сам начинаю двигаться, постанывая под твой ритм.

***

      Держу тебя крепче, сжимая руки, чуть ли не до синяков на твоих бёдрах, подбрасывая свои, благо Дар вытащил свой хвост, но… Но этот паразит наваливается на тебя сверху, сдвигает и с силой кусает меня в шею!       — Какого! — вздёргиваю тазом повыше в очередном толчке, входя в тебя разче, и высвобождаю хвост, пытаясь до него дотянуться.       Ревниво взрыкиваешь, чуть дёргаешься и мощные челюсти с острыми лисьими зубами стальной хваткой впиваются в плечо обидчика.       «Никто… Ты мой, Дарк, только мой…» — слышу отчётливые раздражённые мысли, а кровь Даровича начинает заливать мою грудь. Теперь оттолкнуть его не составляет труда, что ты и делаешь, после припадая к моей шее и перекрывая его укус лёгким, практически безболезненным, своим.       — Лисёнок, нет! — но я не успел предупредить, мой голос ушёл не то в рык, не то в стон, а по телу уже начал расходиться жар. Это, конечно, не как в тот раз, но терять голову и переставать себя контролировать от возбуждения практически ломая тебе кости — малоприятно. Ещё и ты слизнул остатки яда и… кажется, поставил новую метку. А ведь точно, Дар же меня и укусил в твою старую. Вот почему ты так взбесился!       — Что «нет»? — а голосок твой кажется мне уже ледяным. Да плевать. Потому как в следующее мгновение ты сказал нечто гораздо более важное.       — Просто… Сойди с ума. И не смей сдерживаться! Дай мне почувствовать твою силу, страсть, опрокинь под себя, как ты это обычно делаешь… Я хочу быть с тобой в нашем наслаждении! — снова твой горячий язык проходится по новой метке и дальше на подбородок. А я ловлю твои губы и вновь начинаю кусаче целовать, приподнимая голову и давая возможность запустить пальцы в мои волосы. Быстро хватаю тебя и переворачиваюсь, подминаю под себя и забываю обо всём на свете, начиная вколачиваться и рычать. Кажется, Дар своим укусом выпустил на волю зверя, который так хорошо и мирно посапывал какое-то время. Да заодно и тьму расшевелил. Потыкал, называется, палкой в гремучую змею! Молодец, нечего сказать! Вот теперь сиди на полу и останавливай самостоятельно кровь!

***

      Когти мои уже во всю гуляют по твоей спине от возбуждения и наслаждения. Сколько раз ты меня доведёшь?..       Я уже несдержанно кричу в такт твоим толчкам, выгибаясь и понимая, что уже на пике наслаждения. А ты как будто не замечаешь и продолжаешь с остервенением вбиваться в меня, доводя раз за разом, беспорядочно то вылизывая, то кусая моё лицо и шею, и словно бы упиваешься кровью. Кажется, моя кровь для тебя — наивкуснейшая влага на свете, по крайней мере, сейчас. Ну, а я и не против. Ты со мной, этот противный инкуб нам не мешает, а всё остальное — мелочи.

***

      Кажется, я потерял себя в какой-то момент в этих стремительных движениях. Я всё чувствую, эту головокружительную безумную пляску, твой дурманящий запах и аромат, этот нектар, что уже размазался по моему лицу, а не только губам, твои вскрики, что уводят меня прочь от реальности в эйфорию и безумство… но кажется, это уже и не я. Тьма и зверь борются за первенство, борятся за тебя и перехватывают контроль над моим телом. Хочу это остановить, но не могу.       Не могу оторваться от тебя, и всё глубже и дальше проваливаюсь… А тело изгибается и готово вот-вот принять полуформу без на то моего согласия.       Где-то на периферии чувств слышу обеспокоенный голос Дара, но мои клыки уже всерьёз сходятся на твоей шее.

***

      К великому моему счастью, я чуть дёрнулся в сторону и ничего жизненно важного ты не задел. Да, именно этого я и хотел. Увидеть зверя. Усмирить, заставить его доверять мне. А с тьмой твоей договорился уже давно — родственная, всё-таки.       Аккуратно подношу руки к твоим челюстям, а ты замираешь, вероятно, ожидая подвоха, взирая чёрно-жёлтыми глазами, где практически не осталось ничего человеческого. Но я лишь нежно оглаживаю подбородок одной рукой, второй не менее нежно беру за верхнюю челюсть. На удивление, ты лишь громко выдыхаешь и, повинуясь моим рукам, разжимаешь зубы, давая зажать вытекающую кровь, разорванную кожу и хоть как-то подлечить рану. Но двигаться во мне не перестаёшь, хоть и делаешь это более плавно.       — Дарк, — тихо зову, на что ты резко обращаешь полуморду ко мне, забавно навострив уши. А я внезапно понимаю, что улыбаюсь, и обнимаю тебя за шею, резко притягивая и прижимая к груди уже почти кошачью морду.

***

      Кажется, ты меня зовёшь. Откликаюсь, но сейчас главный зверь, а я лишь молю, что бы он не набросился на тебя вновь. Мне страшно. Мне впервые за кого-то страшно. Страшно, что сам же могу и нанести вред. Или… нет, я раньше что-то чувствовал, но не так отчётливо и остро. И я собираюсь с силами и хватаю зверя, оттесняя его, вновь получая контроль над телом. Я взбешен его поведением, и поэтому толчки на какое-то время стали резче, но я чуть успокаиваюсь и перехожу на более плавный и не такой болезненный для тебя ритм. Подхватываю ноги и вбиваюсь, замирая. Чувствуя, как лицо, да и весь я становлюсь собой, и запахи окружающие меня уже не так сильно бьют в нос. Но чужую кровь я всё равно чую.       — Вернулся, — с лёгкой улыбкой протягиваешь руку к моим волосам и аккуратно притягиваешь меня вниз, требуя поцелуя. Дар, кажется, ничего не понимает и поэтому замолкает. Хотя мог бы и улететь.       Снова подаёшься бёдрами, мол, всё в порядке.       «Это то, что мне и было нужно. Ну давай, удовлетвори своё желание.»       А я улыбаюсь как распоследний идиот и целую твои губы. Целую и залечиваю мною же нанесённые раны. Целую и плавно двигаюсь, изводя тебя. Целую и просто тону в твоих глазах опять и снова. Но это только я. И именно я довожу тебя до пика, да и себя заодно. Вместе. Одновременно. Пожалуй, впервые за всё это время.       Почему-то нет больше желания рвать и метать. Лишь спокойствие. И хочется урчать, обнимая тебя. И никогда не отпускать.