Глава 31. Фобос
13 августа 2018 г., 05:40
Шёл второй час скучнейшей практики. Ты там что-то делал с не очень умными учениками, а я слонялся между них, отрабатывающих заклинание щита и развлекался тем, что одним пальцем рушил всю защиту, за что получал пинки под зад и шум в том месте, где всё это происходило. А ты лишь недовольно поглядывал и тут же возвращал внимание на парнишку, у которого не то, что щит поставить — руну правильно вычертить не получалось. Кажется, ты уже жалел, что из вредности за обрушенный недавно шкаф с книгами заставил меня в течении всего дня быть рядом с собой. Но тем не менее, ты собирался довести «наказание» до конца.
Наконец, твои мучения закончились и парень водрузил перед собой слабо мерцающий щит. Но стоило тебе отойти, как мощный поток заклинания отбросил ржущего меня в этот самый злосчастный щит, который даже не смягчил падения, разбиваясь и спокойно пропуская сквозь себя моё тело прямо в руки несчастного, который тут же меня откинул вперёд. А я, не ожидая этого, вцепился в тебя когтями, оставляя зацепки на рубашке. А через пару мгновений до меня доходит, что произошло.
Виновато поднимаю на тебя глаза, а из твоих гневных очей, кажется, ещё чуть-чуть и посыпятся молнии на мою грешную голову.
— П-прости-ите, Профессор… — и отцепляюсь от тебя, делая полшага назад, опустив глаза в пол.
— Арису, сколько можно вас просить не бросаться на меня и мои вещи, иначе я не отвечаю за последствия. Или хотите прогуляться вновь к Ректору? Если да, то только скажите — я мигом всё устрою. И лучше вместо того, чтобы рушить щиты исподтишка, поатаковали бы вы напрямую самых крепких, — и чуть наклонившись прямо на ухо добавляешь:
— Ещё чуть-чуть и ты бы ушами засветил. А слухов уже и так достаточно. Если сделаешь это, то я прямо тут в тебя кое-что засуну. И поверь, я это смогу сделать абсолютно незаметно для всех окружающих и без смазки.
Распрямляешься и идёшь к другим студентам.
— Так, кто готов сдать мне заклинание на зачёт? Но предупреждаю, буду атаковать средними заклятиями. Так что, кто не уверен в своих силах, то лучше не рискуйте своими костями. Медчасть у нас не резиновая.
— Дурак… Заставил меня тут краснеть… — бурчу под нос и, вздохнув, догоняю тебя, заглядывая снизу вверх в твои глаза, в отместку нарочито громко спрашивая:
— Но я превосхожу по силе всех… Вы же знаете это отлично. Или вы хотите, чтобы я показал все умения вам?
— А сдерживаться вас родители не учили? Или этому тоже должен вас обучить я? — Спрашиваю надменным тоном. А тем временем, лёгким движением руки карандаш, что был зажат в моих пальцах, гибкой маленький змейкой заползает тебе под кофту и далее по твоему животу, ныряя за ремень штанов.
Чуть вздрагиваешь, резко выдыхая, но быстро берёшь себя в лапы.
— Не учили. Знаете же, что родителей у меня нет. Могли бы и научить на индивидуальных тренировках, — и вцепляешься коготками в мою мантию, грозя оставить зацепки и на ней. Вот ушлый лис!
— Да на что вам сдалась моя мантия? — театрально отыгрываю удивлённое лицо и уже готов даже мысленно шикнуть на тебя. Но пока не делаю этого. — Если хотите, то оставайтесь после этого урока. Он у меня как раз последний. Будем практиковаться не разнести окна. Да-да, я про то несчастное упражнение, когда нужно наколдовать, а потом взорвать ледяную вазочку. За одно и потренируемся в меткости.
А карандаш тем временем уже скользнул на твою промежность и уткнулся наточенным концом в сжатое колечко.
— Опять одно и то же… — начинаешь бурчать, но внезапно дёргаешься, вцепляясь уже в мою руку и заставляя наклониться, чтобы я услышал твой шёпот:
— Острым-то зачем…
— Смягчение… Увеличение… — проговариваю полушёпотом и хмыкаю, а карандаш входит на половину. — Но если вас не устраивают тренировки со мной, то милости прошу на уроки. И не надо за меня так хвататься. Мои руки не для того предназначены, чтобы в них вцеплялись все подряд. Если вам скучно, то пойдите присядьте и почитайте учебник.
Сам же я чуть веду рукой, и карандаш прокручивается рёбрами в тебе.
— Если не хотите, тогда помогите другим ученикам, показывая, как правильно удерживать щит.
— Я не «все подряд», могу же я хоть дотронуться до любимого учителя! — драматично, едва не плача, опуская руку ниже в мою ладонь и пропуская пальцы между них, разыгрываешь трагедию. И тут же продолжаешь, чуть тише и сощуривши хитро глаза:
— Если дадите новую книгу — почитаю. У вас на коленях, — язвительно произносишь последнюю фразу, но так, чтобы особо никто и не слышал. Однако, в группке девушек, что стояли ближе всех раздаётся пара смешков.
«Ну и пусть. Сам виноват. В конце концов, преподаватель ты и ответственность вся на тебе», — вот же наглое создание!
Пытаюсь выдернуть руку, но ты крепко ухватился за перчатку, паршивец.
— Чего вы мне тут Ромео разыгрываете? Отпустите мою руку, немедля. Книгу я вам дам, — и чуть вздёргиваю пальцами от чего карандаш входит в тебя до конца. — А вот с коленями моими обессудьте. Для этого стулья есть, — легонько изгибаю руку и карандаш выгибается следом, нажимая активнее на искомое местечко и я, наконец, вырываю из твоих разжавшихся пальцев кисть, отступая на шаг назад к шкафу. — Ну чего же вы там встали, идите ко мне. Вы же хотели новую книгу.
И я открываю хранилище знаний и пыли, ища что-нибудь поувесистей.
Манипуляции с несчастной вещью заставляют меня на несколько секунд замереть и стараться не дышать. Но твой голос выводит из оцепенения и я аккуратно подхожу ближе.
Выдохнуть. Собраться. Встряхнуть головой. Всё, как будто и нет никакой несчастной вещи во мне.
Любопытно-нагло просовываю мордашку под твоей рукой, начиная рассматривать книги, что стоят в шкафу.
— Сами выберете, или доверите моему вкусу? — мои руки на полке, вроде даже и не докасаются до тебя, но одно лёгкое движение — и предмет вновь поворачивается, чуть выходит и вновь возвращается на место. — Я не слышу ответа. Помимо вас в аудитории есть и другие студенты, жаждущие знаний не меньше вашего. Или же даже больше… намного больше… — и предмет чуть увеличивается в диаметре, растягивая тебя изнутри.
— Издеваешься, — шипишь, морщась и отворачиваясь от меня. Когда же волна наслаждения проходит, ты хватаешь первую попавшуюся книгу и буквально летишь в другой конец аудитории, куда отодвинуты были стулья, чтобы не мешали практике.
— Какой же вы шустрый! — смеюсь и прикрываю шкаф, проходя вновь к более нуждающимся в моём внимании на данный момент студентам. А на тебя незаметно накладываю новое заклинание и карандаш издевательски медленно начинает в тебе поворачиваться, не прекращая своего протяжного и плавного па.
***
Со скулением сгибаюсь, хватаясь за живот и пытаюсь отдышаться, а книга выскальзывает из рук и с шелестом падает на пол. А из толпы, взирающей завороженно тебе в рот, тихо ускальзывает паренёк. Он был одним из претендентов в отдельную группу, но в итоге, в самый последний момент отказался, не объясняя причин. А сейчас он тихо присел, положив руки мне на колени и внимательно заглянул в лицо. — Тебе плохо? Может, лучше сказать Профессору… — тихо и как-то заботливо предложил он. Кажется, его звали… — Фобос?.. Нет, спасибо… Он всё равно не отпустит с занятия.***
На удивление сразу же трое вызвались сдать мне преждевременно до конца урока заклинание. Все сперва обступили меня, ожидая реакции и уже приготовились смеяться, ожидая что я выставлю этих заумников на посмешище. Но нет. Эти ребята крепкие, выдержат. — Ну хорошо. Я вам даже дам возможность меня первого атаковать. — Но простите, Профессор… Мы же щит сдаём, а не отрабатываем боевые приёмы. — Атакующие, — поправил я одного из вызвавшихся. — И знание одного щита вас не всегда спасёт. И раз уж вы решились первыми, я разрешаю атаковать всем вместе и поддерживать щиты друг друга, если вы конечно с этим справитесь. — Хорошо, — кивнула эта груда мускулов. Интересно, а там мозги где-нибудь завалялись? — Тогда приступим. Ребята, освободите нам место… — Сэр Дарк… — тут же встрепенулась полукровка нимфа. — Да, что такое, Айона? — А можно мы тоже попробуем. Ну… вместе щит поставить? — и её подруга, что держала её за руку закивала. — Нимфа и эльфийка… Хм, ну может у вас и получится создать единый щит. Так, ладно. Вначале эти трое, а потом тогда вы. Приступим. На позицию! — а краем глаза я замечаю, что новенький какого-то чёрта подошёл к тебе. Хотя… ревновать одного милашку к другому у меня плохо получается. Такой же низкорослый как и ты, ещё и забавный пепельный цвет волос сверху, а на затылке темнее. Вроде он усидчивый и внимательный, но я точно не возьмусь судить. Всё же я его сегодня вижу четвёртый раз. Перевёлся к нам всего как две недели назад, да ещё и с отличными результатами из самой Имперской Академии в столице. Предложил ему факультативные групповые занятия. Сперва даже с небывалым энтузиазмом согласился, но на следующей же паре заявил, что не может. Ну и ладно. Дар говорил, что его вроде как там чуть не подставили, но я не вдавался в подробности. Мне тогда нужно было залечить его раны, а не болтовню выслушивать. Ибо терпеть инкуба третьи сутки в своей комнате и в моей кровати, я был не намерен. И самое забавное, что он в значительной степени страдал от укуса Лисёнка, а не от моих когтей, что разодрали почти всё его тело. Ну кто ж мог предположить что у вампира может начаться жар от лисьих зубов. Ну не волк же мой малыш…***
Ты отвлёкся, и вещица, причинявшая сладкое страдание, замерла и даже, кажется, чуть сжалась. Или мне показалось… Во всяком случае, я смог отдышаться, выпрямиться и даже взять книгу, которую однокурсник поднял с пола. — Хэй, Ари… Арису. Давай я помогу. Когда он отвернётся, я могу быстро вынести тебя… Пара всё равно скоро закончится. И он заботливо огладил мою щёку. — Н-нет, не стоит… Мне попадёт, если я уйду до конца пары… — но он резко прерывает меня, подхватив на руки, от чего я снова роняю книгу, и парой скачков выносит меня за дверь аудитории. Парень оказался неожиданно сильным для своего вида. В прочем, как и я. А ты, кажется, не заметил. Фобос вздохнул и поставил меня на пол. Но тут же — толчок в плечи, моя спина здоровается со стеной, а карандаш, преобразованный в игрушку, от резкого движения впивается в самое чувствительное местечко, вызывая тихий стон. Парень был чуть выше меня, на каких-то пару сантиметров, но при этом держал крепко и вжимал в стену, пристально смотря на мою морду, которая так некстати решила залиться отчаянным румянцем. А он встряхнул головой и плавно надавил на низ живота, внезапно меняясь в лице. Целительствует он, что-ли?.. — Арису! Кто это сделал? Это нужно немедленно вытащить! — а я протестующе пытаюсь оттолкнуть его, но слабые мои руки не помогают, а заставляют его схватить их одной своей, прижимая к стенке над головой. Второй рукой он ловко расстегнул ремень (практиковался, что-ли?..) и засунул свою руку в штаны. Шустро подцепляет карандаш, заставив вскрикнуть, и начинает аккуратно и крайне медленно тащить его. И словно громом с небес грянул звонок.***
Собственно, как и следовало ожидать, ребята так и не смогли удержать щит и разлетелись в разные стороны от самой обычной ветряной атаки. Но за старания и смелость я поставил им зачёт. А вот девчушки оказались слаженной командой. Мало того, что они действовали куда умней парней и не атаковали одновременно, так ещё щит удержали. Айона сделала выпад хлыстом, что скрыл звук её голоса и она успела произнести заклинание боевого потока и мне пришлось уклоняться, в то время как её подруга натянула щит, защищая их от моей откатной магии. — Будь это настоящее сражение, щит бы вас спас, но не на долго. А в плане обучающей тренировки — вы молодцы. Отлично, — а сам вытираю кровь, что алой струйкой затеплилась на моей скуле, от удара хлыста. Кажется, я их не воспринял всерьёз. — Так, ладно. Занятие с минуты на минуту закончится, и все желающие сдать практику, можете подойти в обеденное время на поле за галереей. Я там буду завтра обедать и если что, смогу принять ваши потуги. Если кто боится до завтра не подготовиться, то считайте, это заклинание зависнет у вас долгом. Ну кроме тебя Рами. Ты вообще трудный случай. И аудиторию залил смех, а парнишка с которым я уже и так намучился, потупил взгляд. Ну, а что поделать, если он вообще преимущественно человек, и до своего совершеннолетия о магии ничего не слыхивал. Эти вон с малолетства видели, как взрослые в быту чудили, да и сами пробовали всякую мелочь, не требующую разрешения и не ограниченную возрастом. Эх, трудно этому бедолаге. Но вот звенит звонок, и я оглядываюсь, предвкушая, как запру кабинет и немного поиграюсь с тобой. Кажется, Айона увидела мой хищный оскал, но не отшатнулась, лишь испуганно взглянула и потащила Хеллу под руку подальше от меня, которая была готова ловить каждое моё движение. Да что движение, даже дыхание своим томным взглядом. Я не удивлюсь, если у неё на полочке стоит баночка с каким-нибудь мной произнесённым словом или тирадой и она слушает эту речь по вечерам. Глупость, конечно, но… У меня у самого есть такая банка. Но там не слово и не фраза, а целый наш пьяный разговор, который мы шутки ради засунули туда с Гроу и Даром. Но я его так ни когда и не прослушивал. Всего мы создали три банки, для каждого. Две из них стоят в моём шкафу на самой дальней полке, подальше ото всего мира… Оглядываюсь, выискивая тебя. Книга лежит на месте, но ни тебя, ни Фобоса нет. Что за дела? Ну не будешь ты же перед ним хвостом крутить… Или нашли общие интересы и ты впервые с кем-то подружился? Выхожу из аудитории первым и… Ты прижат к стенке, руки задраны над головой, а он держит карандаш и тебя за компанию за бок. - Это ещё что такое? — гневно произношу я и слышу писк девчонок, а сразу пять парней хватают меня за руки и плечи. — Не убивайте его Профессор, он новенький и не знает что вас лучше не злить. Но мы то знаем. — Знают они… Отцепитесь, — и я встряхиваю плечами, от чего ребята оседают на пол и спокойно поворачиваюсь к ним, читая нотацию: — Если кого нужно удержать, то используйте лассо и связывающие заклинания, тогда риск получить травму самому значительно снижается. Учишь вас, учишь… Бездари. И уже повернувшись к замершим вам… замечаю, что ты плотно прижал уши. Если не знать, что они там есть, и не догадаешься. Кончик хвоста выглядывает из-под штанины. Снова не видать не вооружённым глазом. — Мистер Фобос, отпустите моего ученика.***
От твоего внезапного полурыка Фобос отпускает мои руки и перехватывает меня в объятья, всё также прижимая к стене. А мне остаётся виновато уткнуться в его плечо, стараясь не смотреть на тебя. Запах словно молнией пронзил моё тело. Такой же как я! Оборотень!.. Но не совсем… Не чистокровный. Но он определённо почуял и мой запах. А я уже не в силах сдерживаться, и уши с хвостом рвуться наружу. А в ответ мою щёку щекочет такая же шерсть. Приоткрываю глаза, переводя взгляд вниз. Хвост. Слабо виляющий в приветствии чёрно-серый хвост.***
Чёрт! Да эта не то псина, не то волк намертво прилипла к тебе. Быстро делаю шаг вперёд пока никто ничего не успел понять, взмахивая мантией и прикрывая вас, хватаю в объятья, активирую руны на ботинках и мгновенно перемещаю в нашу небольшую комнатку для тренировок, отпуская. — Фобос! Ты совсем идиот ушами и хвостом светить! Тебя чему родители учили?! Хочешь, что бы все знали, что ты оборотень?! Ещё и моего Лисёнка подставляешь! — рычу на него, но не как на противника, скорее так же, как если бы ругался на тебя, перенервничав. — Так вот почему ты из Академии ушёл… Сдерживать себя надо. Сам же качаю головой и пытаюсь успокоиться, а глаза наверняка пожелтели, потому как эта псина стоит с открытым ртом. — Ты хоть штаны хвостом не порвал? Ещё одна такая выходка и я поверну бусину, так и знай, Ари, — и я присаживаюсь на стул. — Прости-ите, я не смог… Контроль, немного, наверное, потеря-аал, — скулишь, всё ещё опасаясь обращаться на «ты» при ком-то из учеников. А он всё ещё не отпускает, поглаживая по спине, успокаивая. У тебя почему-то уже нет сил нормально стоять и ты просто повисаешь безвольно в его руках. — Арису, ты как? — мгновенно подскакиваю к тебе, помогая присесть на наваленные позади вас одеяла и подушки. — А ты чего столбом встал и в рот воды набрал? А ну давай, присаживайся и рассказывай, из какого семейства и насколько «виртуозно» себя контролируешь? И как из Академии ушёл. Давай-давай, считай передо мной уже хвостом повилял. Если из рук вон плохо и это была та самая причина, по которой ты якобы сам ушёл, то у меня есть несколько вещиц, которые смогут тебе помочь с контролем звероформы. Я их, конечно, для Ари заказывал, но да ладно, могу дать и тебе на время. И не смотри так на меня подозрительно. Я знаю, что ты тут по протекции Дариуса А'кара. Сам же он мне этим мозги и пропесочил. Трогаю твой лоб, а у тебя, кажется, жар или… Перевозбуждение? Перестарался я, что-ли? Вздыхаешь и с наслаждением вытягиваешься на одеялах, нежась от моих рук. А Фобос плюхается рядом, подпирая голову руками и начинает рассказ. — Полукровка. Отец волкодав, мать эльфийка. По внешности-то я на отца похожу, да от оборотней до недавнего времени во мне ничего и не проявлялось, по магии я как мать был. А несколько месяцев назад, начал неконтролируемо перекидываться. Хорошо, что дома и в безлюдных местах. А в Академии как-то от волнения уши да хвост у доски не сдержал, вот и начали все смотреть криво… Потом вообще чуть не убили. Тогда-то отец и настоял на моём переводе сюда, сказал, что преподаватели тут оборотней уважают… Да вы его наверное знаете, он говорил, что встречался с живой легендой, охраняющей институт, — поднимает глаза на меня и прямо спрашивает: — Это вы? От вас пахнет странно, но всё же оборотнем. И запах у вас с Арису… Смешался? Но ладно, это, наверное, не должно меня касаться… В общем, отец пытался обучить меня сдерживаться, но так и не смог. Теперь от сильного эмоционального всплеска могу обернуться. А про моё предложение он и слова не сказал. Замолчал после длинной тирады, фыркнул и уставился на тебя. А у Лисёнка даже сил пошевелиться нет — лежишь безвольным зверем, хвост свисает на пол, уши обмякли, ну совсем как игрушка. — Легенда? Это сильно сказано. Всё с тобой понятно. Запоздалое доминирование звериных генов. Обучить тебя сдерживаться или превращаться я не возьмусь, это ты вот лучше обратись к этому чистокровному недоразумению, — и треплю тебя по голове. — Тебя часом Дар сегодня ничем не угощал? А то с утра гиперактивный был, а теперь… А ну-ка, подожди! И тут до меня доходит. У тебя же сегодня с утра был ещё один промежуточный тест и ты всю ночь у меня за спиной листками шебуршал как мышь из-под полы. Быстро лезу в карман мантии и достаю оттуда ларчик с черничными конфетами, что мне против усталости всучил презентом Дар, и быстро пересчитываю. — Арису! Ты сколько сожрал?! Лисья ты морда! — и треплю тебя меж ушей. — Я же тебе одну позволил взять… ты хоть в курсе, что теперь куколкой фарфоровой прикидываться сутки будешь. Ну ведь не глупый же… — Немного-ууу, совсем… Я не зна-ал, прости… — тихо скулишь и через слабость привстаёшь и, цепляясь за мою руку, тянешься в мои объятья. А Фобос как-то ревниво смотрит и уже было протягивает руку, чтобы огладить пушистый хвост, но тут же одёргивает себя. — М-даааа… ничего не меняется. Полежи тихонько, малыш, — и убираю твои лапки, вставая. — Присмотри за ним, а я пока схожу поищу чем его бы отпоить. Да и за одно вещицу тебе принесу. Вернусь не позже чем через час, если меня ничего не задержит. Никуда не уходить. Ну-ка, приподними волосы, Фобос, уши проколоты, али нет? — Проколото. Одно, — поворачивается и показывает левое, чуть заострённое ушко, уже ставшее человеческим, в котором красуется цепочка, протянутая с кончика до мочки. А ты неудачно повернулся, издавая жалобный стон и заставляя парня наплевать на моё присутствие и приобнять тебя, помогая улечься поудобнее. — Ари, я тебе конечно доверяю, но… Не хочу чтобы кто-нибудь из-за своей глупости пострадал. Я ясно изъясняюсь? Даю временное разрешение, — и ты слабо киваешь, хоть и вижу удивление на твоей мордашке. А Фобос непонимающе смотрит, пытаясь хоть что-то осознать из мною сказанного. Сразу видно, не как оборотня воспитывали. А может, моей метки на шее Лисёнка просто не увидел? — Мне на заказ для Лисёнка, кхм. Ари… сделали серёжку, которая полностью может блокировать звериные способности. Грубо говоря, она начисто их ликвидирует, пока находиться в определённой позиции. Ну да ладно, принесу и всё более детально расскажу. Делаю полоборота и переношусь в свою комнату, быстро начиная соображать из чего же сделать отвар, чтобы тебе стало легче. Да и за одно начинаю вспоминать, куда дел новый артефакт. Точно, в ящике стола. Открываю коробочку, а там записка: «В процессе доработки. Не ори, у тебя есть ошейник». — Старррик! — и тут же иду к двери, докасаюсь до руны перемещения и отправляюсь в Убежище к источнику.***
— Лисёнок… Так вот, как он тебя называет. Тебе идёт… — Фобос крайне аккуратно уложил меня подальше на кучу одеял и как-то нежно огладил бок, перемещая руку на живот, укладываясь рядом. Кажется, он о чём-то задумался. Или мне показалось? Поспать бы… Вздыхаю, вытягивая руки над головой, отчего кофта ползёт вверх, оголяя живот и блаженно закрываю глаза, проваливаясь в сон без сновидений.***
Перемещаюсь и иду в библиотеку, ища старого кота. — Старик, ты тут? — открываю дверь, но никого. Куртка весит на спинке стула, а серёжка под зависшей системой в воздухе из увеличительных стёкол покоиться на столе. Но не трогаю. Она явно ещё не закончена. Вокруг кольцо рун и слабое мерцание. Не знаю, как тут всё у него устроено, поэтому не хозяйничаю. — Котейка, не лапай там ни чего. Иди сюда, — раздаётся голос Старпёра из малого зала. Недовольно вздыхаю и плетусь туда. А Кэтэрс сидит ко мне спиной и что-то усиленно колдует. Подхожу ближе и облокачиваюсь на спинку его стула, наблюдая за кропотливой работой. — Кольцо? — Но ты же сам потом мне сказал, что ухо продырявить будет чрезвычайно сложно. Вот я в шутку и решил сделать широкий перстень. — Ты бы его ещё в виде обручального сделал, шутник, — бурчу я, но не мешаю. — А ведь была и такая идея. Но я сдержался. А серёжка… — Нужна. — Сам наденешь? — удивлённо вскидывает бровь он. — Нет. Мальчишка, мой новый студент, вообще не умеет себя контролировать. — Настолько настроение, что-ли скачет? — Нет. Ген только проявился и… — Бедняга. Но ты-то его, должно быть, понимаешь, как никто другой. — Не совсем, Старик. Я-то в детстве мог перекидываться. А как я понял… — Не трепись и не отвлекай. Дай закончить. Там, кстати, на столе новые книги отложены, что вам обоим будут интересны. В том числе, и по древней эльфийской письменности, — и продолжает вплетать новые руны, вырезая их на внутренней стороне кольца. — А как оно будет действовать? — Видишь, что поверх толстого ободка есть тонкий. Он как раз и будет вращаться. Потом будешь им регулировать мало того, что его обращение, так ещё и стадию. — Интересно… — Так, всё, не отвлекай меня, мелочь. — Ладно. А у тебя на кухне есть травы… — Тонизирующие? Усталость хочешь снять? — Скорее откат от усталости. — Ты не похож на того, кто получил откат, — и он всё же поднимает глаза на меня, отвлекаясь от работы. — Не я. Лисёнок. — Дуй в главный зал. Центральный шкаф, вторая полка, третья книга слева. Если не ошибаюсь, шестьдесят седьмая страница. Ингредиенты найдёшь на кухне. Как раз закончим одновременно. Киваю и иду выполнять инструкционный совет. Нахожу нужную книгу и выпадаю в осадок. Отвар нужно варить почти три часа. Ты, конечно, за это время не загнёшься, выспишься, а вот мне терпеть. — Стариииик?! Ты сказал, что закончим одновременно? — кричу я ему. — Абсолютно верно. Ты мне ещё и чаю успеешь за это время заварить. — Вот наглец… Вздыхаю и иду в кладовую, держа книгу перед собой заклинанием парения, изучая ингредиенты. Когда все необходимое для зелья было собрано, и всякая не совсем живая утварь перестала на меня кидаться, а растения возмущаться и пытаться укусить за оторванные листочки да бутоны, я наконец смог оккупировать кухню и начать действовать строго по рецепту…***
А разбудило меня самое, что ни на есть нежное прикосновение. Руки раз за разом оглаживали тело, а в ключицы то и дело впивались поцелуями, нежно прикусывая кожу. Дарк?.. Нет, это определённо не твои прикосновения. Открыть бы глаза… Но оголённое тело хочет представлять тебя и отзываться на лёгкие нежные касания… Оголённое? Осознание этого заставило резко распахнуть веки. Ну да, Фобос. Мы же остались с ним одни… Сколько я спал? Ты уходил всего на час… Он стащил с меня кофту? Ладно… А он спускается поцелуями ниже, сдёргивая руками штаны, ремень на которых никто так и не застегнул, и аккуратно прикусывает через ткань мой орган, заставляя простонать и чуть выгнуться. А я не могу понять, хочу я всё же этого или нет… Ты разрешил? Разрешил… Надоело. Совсем! Я не твой ручной зверёк. — Эй, Фобос… Подожди, — принимаю полусидячее положение, опираясь на стену и кладу руку на метку. Надоела! — Стереть. Я свободен, — и чувствую, как кожа растягивается, разглаживая все следы пребывания на ней твоих зубов. А я не заметил, как рассмеялся. Наконец-то. Так легко и свободно… Без примесей твоей, лишней магии в моём теле. Это был единственный раз, когда я использовал то, что передал ты мне вместе с энергией. И последний. Я, конечно, очень люблю тебя, но свобода от чужих сил (и так демонических хватает) всё же важнее. А Фобос опять полез с поцелуями. На этот раз смелее. Но увы — безрезультатно. Перевозбуждение ушло, осталась лишь усталость да отдача от кучи конфет, что я слопал сегодня ночью. А парень как-то обиженно куснул меня напоследок в плечо и отстранился, плюхаясь обратно на одеяла. — Эй, ты чего вообще. Лезешь тут, а потом обижаешься. Ну метка эта его делала меня таким чувствительным и послушным! Не знал, что такие бывают?.. — через смех выдаю довольно длинную тираду. Да и не так уж и тяжело — тело само адаптировалось к усталости и я её практически не чувствую. А парень качает головой, мол, не знал. Простите, больше не пристану. — Хэй. Если сможешь меня снова возбудить — я твой, пока, конечно, Даркнес не вернётся. Чего тупишь? Давай! — нагло, по-лисьи улыбаюсь, встав на колени и чуть разведя руки в стороны. А милый Фобос, не веря, взглянул на меня исподлобья и в ту же секунду бросился, одновременно снимая футболку с себя и позволяя хвосту и ушам вновь появиться. Хотя какое позволяя? Кажется, он их вообще не контролирует. И как-то так выгляжу я? Мило! Понятно, что тебе так нравится во мне, да привлекает. А я в пару мгновений был завален и расцелован где только можно. Не так, как с Ректором или с тобой. Приятно… Ещё пара секунд — и его штаны слетели вместе с трусами. Да и клочок ткани с моих бёдер тоже полетел в дальний угол. А я с удивлением обнаружил, что снова хочу достичь пика. Фобос усмехнулся, облизал пальцы и, припадая губами к моим, провёл по ложбинке, увлажняя и быстро убирая руку, схватил под коленями и без предупреждения вошёл, вызывая у меня стон, и почти сразу же начал двигаться.***
Спустя два часа неторопливого помешивания отвара, я уже был готов лезть на стенку. Но мне предстоял ещё почти час. Но сейчас его можно на ненадолго оставить и… заварить чай для чёртового Старика. Но как бы ни было это странно, данное занятие меня немного успокоило. Но меня всё никак не покидало странное чувство, будто что-то не так… Словно чего-то недостаёт. И это ощущение появилось где-то полчаса назад. Странное, зудящее и какое-то неправильное. Но вот наконец отвар был готов, чай выпит, а кольцо спаяно. И руны нанесены на оба артефакта. — Котейка, ты же вроде когда на той неделе был у меня, то твоя шея цвела Лисьей красотой. — Ты это о чём? — Может, это и не моё дело, но взгляни в зеркало. Встаю и откидываю волосы, смотря на чистую, ровную кожу. И ни следа от метки. Это ещё что? Неужели именно отсутствие этого я почувствовал? — Старик, кольцо и серёжку. Что-то не так, — протягиваю руку и уже на взводе, готовый переместиться в любую минуту. — Отвар не забудь, — и Кэтэрс отдаёт мне артефакты в одну руку, и всучивает в другую ещё горячий бутыль. Иду в библиотеку на центральную руну и мгновенно переношусь, оказываясь посреди комнаты. А вы, кажется, меня даже не заметили. Очень тихо сажусь на стул, накинув заклинание невидимости и наблюдаю. Но кажется, просто смотреть у меня долго терпения не хватит физически. Накидываю ещё и бесшумный щит, но только так, чтобы вы не могли услышать меня, а вот я вас… И хищная улыбка расползается у меня на губах, а рука уже тянется к ширинке и я приспускаю бельё. Кажется, таким мне ещё не приходилось заниматься. Но я слишком уж не хочу прерывать этих милашек. Пока что. Но потом я выскажу тебе, что я думаю по этому поводу и ещё как. Да и накажу как следует. Но это позже. Картина, что мне открылась, уж больно возбуждает и завораживает.***
Ещё пара толчков — и он изливается. Прямо в меня… И я за компанию. Но ни его возбуждение, ни моё не спало. А поэтому от Фобоса поступила идея сменить позу. Кажется, против этого я не был. Но я не ожидал, какая это поза! О нет, нет. Нет-нет! Но — да, он ловко перепрыгнул, меняя своё положение в пространстве и его орган оказался прямо над моим ртом. И одновременно с этим я почувствовал горячее дыхание на своём возбуждении. — Давай, Ари… Давай, сделаем это! Не зря же по институту ходят слухи, что ты одним языком до пика доводишь… — мне показалось, или кто-то охреневши поперхнулся?.. Но да ладно. Вероятно, пока я не начну — он тоже этого не сделает. Поэтому, чуть вздохнув, приобнимаю его за бёдра, заставляя податься к моему рту и впускаю его внутрь. И тут же простанываю, чувствуя, как его губы накрывают меня.***
Вот даёт псина! Без году неделя в университете, а уже в курсе всех новостей и сплетен. Но должен отдать должное, при всём при том, что ты обычно делаешь со мной, всё время возмущаешься, поза у вас отменная. Да и орган Фобоса не чета моему и ты довольно спокойно можешь взять его в рот. А чуть покрасневшие губки распахиваются и я вижу юркий язычок. Вылизываешь его головку и чуть приподымаешь кожицу, резко беря в рот, отчего Пёсик стонет и пытается делать что-то с тобой, но, кажется, в этом деле он ещё больший бездарь, чем ты. Ну да, ему-то не довелось наблюдать за мастером своего дела — перевозбуждённым инкубо-вампиром. А Фобос держит тебя рукой у основания и уже хочет накрыть головку губами, повторяя твой финт, но ты двигаешь головой, огладив его бёдра и его яички поджимаются, хвост призывно чуть ли не колечком вздёргивается вверх, а сам он заливается алым румянцем и, наконец, изливается тебе в рот с негромким, но протяжным стоном. — Свихнуться какой вид! — а моя рука уже быстро ходит по стволу и я снимаю щиты, уже не боясь быть обнаруженным. Напротив, я хочу видеть осознание на ваших моськах, что вас поймали с поличным. — Ари? — а мой голос бархатом обвивает тебя и заставляет повернуть голову ко мне. А ты сглатываешь и краснеешь, разжимая губы. — А мой слишком большой, значит, для твоего рта? — Ой. Виновато простанываешь что-то неразборчивое и, откинув голову, стыдливо закрываешь лицо руками. Но, собравшись с мыслями, откидываешь в сторону парня, даже не дожидаясь, когда он доведёт тебя. Пара вдохов и возбуждение спадает, но это лишь внешне. Отпихиваешь беднягу ближе к стене, накинув на него одеяло, и защищающие встаёшь между нами. — И чего ты хочешь? Ты должен был принести ему серьгу, а мне — отвар. — А я и принёс. Да и чего ты так нервничаешь. Я ему ничего не сделаю. Нет у меня привычки одну милость ревновать к другой. А вот если бы тебя взял какой громила, то он бы уже кровью тут истекал. А так — пусть себе дыхание переведёт. А если присмотришься внимательней, то всё уже на столе. Иди ко мне, — и я облизываюсь, теня к тебе руки. — И не смотри так прискорбно. Работать ртом не заставлю. Лишь бёдрами, да разве что лапками. Смазка! И шею мне свою покажи. Повторюсь, я вам вреда не нанесу. Просто интересно, как это произошло, — и стучу пальцем по своей чистой голой коже, где прежде красовалась твоя метка.***
Фырчу и трясу головой, раздумывая. Раньше бы я беспрекословно послушался и подошёл, но не сейчас. Лисья гордость опять при мне, что я не смог не отметить с радостью. Сейчас же я отрицательно махнул головой.***
— Нет. — Ах так! — и я стремглав набрасываюсь на тебя с рыком, придавливая к импровизированной кровати, ловя себя на мысли, что уже не так сильно боюсь тебе причинить боль, и от этого замираю. — Я не чувствую более сдерживающеей меня силы, так что если будет больно — разрешаю меня даже ударить, если увлекусь. И хватаю за ноги, подтягивая любимое тельце под себя, и вхожу в уже разработаного тебя. Но всё равно довольно узко, горячо и приятно. Начинаю двигаться, хватая твои запястья одной рукой и придавливая их к кровати над вздёрнувшимися лисьими ушами. Губами припадаю к твоим и получаю ощутимый укус, но ты словно заигрываешь и лишь дразнишь, смотря на меня горящим взглядом, подливая масла в огонь и заставляя двигаться быстрее.***
Пока ты усердно выбивал из меня стоны, мне досталась возможность подумать. Стоит ли позволять тебе отметить меня ещё раз? Ставить ли на тебе свою метку?.. Ведь это тоже привязанность… Как же она бесит! Стараюсь не отвлекаться от слежения за твоим ртом. Но пока ты садистски нежно и медленно изучаешь поцелуями и языком мои ключицы и грудь, словно в первый раз. Главное… Не раствориться в этих ощущениях и не позволить тебе укусить меня всерьёз. Но ты, кажется, и не собираешься… Услышать бы твои мысли! Что-то ты там задумал, лаская моё тело и вновь возводя его на пик наслаждения?.. Пожалуй, благодаря нашей связи, слышать мысли и общаться на этом уровне было удобно. Но это не сравниться ни в какую со вновь обретённой свободой. Можно же просто подумать головой… Точно. Как я сразу не понял? Ты хочешь довести меня до почти бессознательного наслаждения и вонзить свои зубы в момент, когда я не смогу сопротивляться. А он уже близко… Кажется, меня ждёт сложнейшее испытание в моей бренной жизни. Не потерять голову в момент наслаждения — пожалуй, не всякий с этим справится… Ещё пара твоих толчков и я выгибаюсь, всё же открывая беззащитную шею, к которой ты уже тянешься зубами. Но мысль быстрее — проговариваю про себя старое доброе заклинание и шарик-спаситель толкается к тебе в плечо. Но я практиковался с ним и поэтому он лишь отвлекает тебя слабым толчком, заставив расслабить от неожиданности руки и позволить мне вырваться и отпрыгнуть к стенке, вставая на четвереньки в оборонительную позу. — Нет. Не смей. Больше не будет этой игры в папочку-хозяина всея моей жизни! Как бы я тебя ни любил — я не ручной. И собачкой на побегушках для удовлетворения плотских желаний быть не собирррраюсь! — и сам не замечаю, как начинаю рычать, скалясь и показывая острые зубки, а хвост яростно распушается, становясь в несколько раз больше. Демонстративно открываю рот, показывая, что даже не вытащил клыки. — Не собирался я тебя сейчас метить! Не так уж точно… А ну иди сюда! — изгибаюсь и хватаю тебя за ногу, а ты то ли не понимаешь, то ли не веришь и поэтому замешкался. Подтягиваю и вхожу, но не слишком резко. Стараюсь себя сдерживать. — Я не уверен, что хочу вновь тебя подчинять… — и делаю толчок, быстро набирая темп, зная что нам не долго осталось. Ты, конечно, просил тебя не покидать, но может это было из-за метки? И я ускоряюсь, просовываю руку под тебя, быстро ей двигая, прикусывая твой загривок. Ты дёргаешься и изливаешься. Пара толчков — и мне достаточно, что бы получить и свою долю экстаза. Расжимаю челюсти, но не встаю с тебя. Удерживаю и слизываю кровь. Никаких меток, просто прикусил. — Всё же впервый раз это была вынужденная мера. Сейчас же — в этом нет необходимости. Ты и так мой, — шепчу тебе на ухо, чтобы съёжившийся в углу Фобос меня не услышал. — Захочешь всё вернуть — скажи. Неволить не буду. Я же всё-таки не дал тогда обещания быть с тобой. Может оно и к лучшему. Я об этом долго думал, но вслух так больше ни чего и не говорю. Лишь трусь о шею носом, не горя желание выходить из тебя. Подаёшься вперёд, всё же заставляя выйти и устало плюхаешься рядом с Фобосом, который, кажется, уже просто уснул, так и не приняв полностью человеческий вид. Сворачиваешься калачиком, спиной к нему, даже не подумав об очищающем заклинании, и, приобняв хвост, ворчишь: — Твой… А ты уверен в этом? Да и какая, к чертям, вынужденная мера? Я же всё равно буду с Хозяином, если он прикажет. И никакая метка этому не будет помехой. Твои слова меня бесят и от былого спокойствия ни остаётся и следа, а меня передёргивает. Поднимаюсь, натягиваю сползшие до колен штаны и застёгиваяюсь. Неприятно, давит. Но делать нечего. Ты явно ещё раз мне не дашься сейчас. Подхожу к столу и беру отвар с серёжкой. — Держи. Это выпей, но не всё сразу. Лучше постепенно и после поспи. А вот это — как он проснётся, — надень на ухо. Тут два элемента. Смотри: основное колечко в ухо, а от степени закручивания шарика на застёжке зависит звероформа, — и я показываю, как раскрутить застёжку. А из моего кармана выпадает кольцо на постель, которое я сейчас, да и возможно уже никогда, не собирался тебе показывать.***
Заметив блестящую вещицу, выпавшую на одеяла, я тут же схватил кольцо, ловко цапнув лапкой. Красиво. Блестит. Руны, которыми оно украшено, выгравированы ловкой недрогнувшей рукой. Явно не твоей. Да и запах… Подношу к носу, принюхиваясь. Книги… И смутно-знакомый запах. Но откуда я его знаю?.. — Это… Но ты грубо прерываешь меня, схватив за запястье и спрятав вещицу другой рукой. Правильно ли я делаю, что не смотря на твою жестокость остаюсь с тобой?.. И впервые за всё это это время в мою душу закрались сомнения, проведя острыми когтями-лезвиями по сердцу, пока только грозясь надавить сильнее и разодрать его на куски…***
Выдыхаю и отпускаю твоё запястье. Но твой запах не помогает. Возбуждение так и не спало и болезненно пульсирует, оттопыривая ширинку. — Извини, я, наверное, пойду, а ты отдыхай. Не то вновь наброшусь, — быстро целую тебя в щёку и отстраняюсь, сжимая кольцо в кармане штанов, делая шаг на середину комнаты, собираясь переместиться. — Хэй. Я хочу с тобой. Я просил не оставлять меня не из-за метки, — насупившись, фырчишь и, подаваясь вперёд, тянешь руки ко мне. Вздыхаю и опускаюсь на одеяло вновь, скривясь в лице. Молния проходиться неприятно по плоти. Да и с этим нужно что-то делать… — Хочешь со мной к Дару? Или в нашу комнату и помочь мне? — а ты кладёшь лапку на причину моих неудобств, от чего я резко и громко выдыхаю, прикусывая губу. — Только не тут. Пускай Фобос спит. Его организм навряд ли справляется с изменениями. И недолго думая, улучаю момент, когда уши мальца принимают человеческую форму, забирая протянутую обратно тобой серёжку, и закручиваю её. Да что за кошмары ему снятся? Ну хоть так… хотя бы тело перестанет болтать из формы в форму. А ты вновь надавливаешь рукой. — Я хочу быть с тобой. Где бы ты ни был, — и чуть сжимаешь ловкую лапку. — Но если хочешь — можем переместиться куда-нибудь ещё… Да хоть к Ректору. Но тогда я просто посижу в стороне. Ну ладно, ладно. Можешь и связать, или… Кхм, на цепь. Снимать-то ты это не собираешься! — видишь моё не очень довольное лицо, когда ты потянул за недо-ошейник, который я нацепил некоторое время назад, и привстаёшь на цыпочки за поцелуем, не зная, было ли тебе уютно с моей меткой или всё же хочется иметь возможность действовать не по приказу… — К Дару. И срочно. Не то загнусь или наброшусь, раздирая тебе горло, — хватаю тебя в охапку и перемещаюсь. Оказываемся посреди гостиной и ты летишь на диван. Я же сдёргиваю рубашку и штаны, обхватывая себя рукой и начиная двигать по стволу. Другой же я хватаю тебя за подбородок и тяну в верх, от чего ты садишься на колени. Плохо, начинаю рычать. Совсем дела с моей кукушечкой паршивенько обстоят. Ещё немного — и либо ворвусь в твою глотку или вцеплюсь в неё клыками. Но на мои плечи опускаються прохладные руки и оглаживают. А в ухо льётся сладчайший шёпот: — Отпусти его. Ты же даже когти вынул… — и он давит на плечи, заставляя меня нагнуться над тобой, опершись на руки. Сам наваливаеться на мою согнутую спину и начинает быстро двигать рукой по моей перевозбуждённой плоти, пока я упоённо целую тебя.***
«Ари, ты чего учудил, что его так довёл? Он же меня прям с совещания выдрал, нарычав и пригрозив что кого-нибудь убъёт», — раздаётся голос Ректора в моей голове. А он припадает поцелуем к твоей шее, отчего ты ранишь своими клыками мои губы. — Ничего. Метки снял, — а на его морде, которую я так и не научился воспринимать без мысли «фу, чёрт», а уж тем более не смог полюбить, написано дичайшее удивление. Ну да, снял. Его же силами. Потому, что так надо, я так хочу. Хотя, кажется, у меня не должно было вообще возникнуть желания сделать это. Хотя… Аккуратно опираюсь руками на твои бёдра и, поднявшись, не разрывая поцелуя, усаживаюсь на твои колени, чуть задевая своей ногой твой пах, поднимаю голову, открывая шею. — Ладно… Цепи свою цепочку. По глазам же вижу, что хочешь.***
Взрыкиваю, мало что понимая вообще. Толчёк в грудь моей рукой и ты лежишь полностью на диване. Я же, стоя на коленях, нависаю над тобой. Дар не теряет времени зря и наваливается сверху, не прекращая двигать рукой. Другой же расстёгивает свои штаны и рубашку. Чувствую, как его хвост овивает и оглаживает меня со внутренней стороны бедра. — Даркнес? — Заткнись и помоги… — едва выговариваю плохо слушающимся языком и разум мой постепенно тонет за криками требовательного тела. — Да я чувствую, но всё же… метки?! — Да при чём тут метки! — и я показываю ему в сознании чертовски пикантную ситуацию с двумя милашками. — Ах ты ж мартовский кот! — смеётся этот паршивец и вгрызаеться в моё плечо клыками. Сам же я хватаюсь за твоё ожерелье зубами и чуть тяну, опираясь на руки. Нет сил материализовать цепочку и я просто начинаю тебя расцеловывать и тереться лицом, толкаясь бёдрами в руку Дара. — Докоснись до меня, Лисёнок! — жаркий шёпот врезается тебе в само сознание и прошибает тело. Кажется, я не контролирую уже свою магию.***
Вот как всегда… Хочу остаться в стороне, да ты-соблазнитель и Дарович со своей энергией… И я опять крайний… Кхм, нижний. А ты ещё тут со своими приказами! И ведь сопротивляться-то без твоей магии сложнее. Поэтому всё-таки протягиваю руки, нежно касаясь твоих боков и провожу по ним, на сколько хватает рук, заводя и за спину. А ты, неожиданно даже для меня, изгибаешься и изливаешься с рычанием, пачкая мой живот. И с тяжёлым дыханием наваливаешься, чуть не придавив. Но слышишь писк — и откатываешься на бок, крепко притягивая меня к себе, и, не взирая на возмущения Даровича, утыкаешься носом в мою голову, заставляя сильнее прижаться к твоему разгорячённому телу и ткнуться в грудь носом. Вампир обиженно ложится со стороны моей спины и нежно проводит по ней рукой. А ты всё пытаешься отдышаться. Кажется, он сконцентрировал ощущения перед самым твом пиком, и ты уже точно вновь не заведёшься в ближайший час. А если повезёт, то мы сможем и вовсе провести спокойный вечер. — Ари? — Дарович оглаживает мою спину и поясницу, ловя твой недовольный взгляд… хихикая? Слышу, как звякает вновь ремень на приспускаемых штанах и его достоинство головкой уперется мне в ягодицу. Ты рычишь и подтягиваешься на руках, всё ещё сжимая меня. Глаза зверя, когти на руках, клыки. Пресвятые драконы! Да ты же сейчас ему горло раздерёшь! Но нет, поворачиваю голову и вижу, как вы жадно целуетесь надо мной, а Дар быстро двигает рукой. Да какого! Хочу возмутиться вслух, но слышу стон этого инкуба и на меня падают капли крови, прямо на лицо. Ты ему таки разодрал губу. Клыками?.. Погоди, укусил что ли?! Как метку?! «Надо будет проверит, когда он уснёт», — мелькает шальная мысль. Но я не успеваю даже додумать, как мои ягодицы покрывает его семя. Прекрасно… Всего извазюкали. А он падает рядом, ржёт и глотает собственную кровь. Да и ты, кажется, перестал рычать. Осторожно обнимает меня, но так, чтобы ты не возмущался, и коготком ведёт по спине, вычерчивая руну, произнося слова очищающего. Ну ладно, хоть свои следы убрал… «И всё-таки, Ари, ты его сделал намного сдержанней. Раньше он бы мне в шею клыки вогнал, раздирая.»***
Лежу и не отпускаю ни тебя, Лисёнок, ни Дара. А сам понимаю, что ещё чуть-чуть и я бы провалился во тьму, и зверя было бы не удержать. Хотелось рвать плоть зубами, чувствовать, как она расходиться волокнами под когтями. Огладить оголившиеся кости и слышать истошный крик… Но я устоял. Не хочу причинять вам настоящие страдания и боль. Но долго ли я смогу себя сдерживать?
