Любопытный Лисёнок

Ты что-то там говоришь, хныча и обнимая мою ногу, утыкаясь в неё и всё ещё сидя на полу. Моё состояние: лежал, как пару минут назад, эпезодически болью шибало в затылок, но спать нельзя, иначе заклятье деактевируется. Ты опять истеришь и нужно тебя успокаивать. А всё почему? Да потому что мы с Даром вчеры опять расхищали нелегальщину, присланую его отцом. А с тобой что? . А драгункулс тебя знает! Ещё понять нужно. Вздыхаю и пытаюсь трясущимися руками оторвать тебя от своей конечности и поднять хотя бы на кровать. Но руки даже в перчатках не слушаются, но тебе не стоит знать, что я едва стою на ногах. Хвала новому заклинанию, что напрочь отбило амбре. — Малыш, ну ты чего, поднимайся, — и вместо того что бы тебя поднять, сам съезжаю на пол к тебе. Я сажусь, оперевшись на кровать спиной, а ты резво устраиваешься между моих ног, свернувшись почти клубочком и как будто невзначай надавив локтём на пах. — Уй, полегче. Чего локтями пихаешься? — но кое-как обнимаю тебя, и ты вроде пока не замечаешь моих трясущихся рук. Кажется, тебя что-то и впрям сильно беспокоет. — Лисёнок, что опять преключилось? — Ничего, — бурчишь недовольно и, извернувшись, проходишься языком по моим пальцам. -Не надо, — здавленно прошу я, радуясь что не дышу на тебя перегаром, но рука всё же дёрнулась. Понимаю, что могу себя выдать и глажу тебя по голове. — Мне что-то не очень хорошо. Делаю попытку залезть на кровать, но ноги подкашиваются и я вновь оседаю перед тобой на пол. Фырчишь и подскакиваешь, становясь на четвереньки передо мной. Тянешься носом к моим губам и подозрительно принюхиваешься, когда почти касаешься их. — Ты опять пил? Да ещё и целовался с ним. Фе. А я хлопаю расеянно и удивлённо глазами. И как только учуял! Ну у тебя и нос! Восхищаюсь! Но не сейчас, когда меня поймали с поличным. — А нельзя? И это было спантанно. Я про поцелуй, если, что. И как ты это унюхал? — и отвожу взгляд, понимая, что сцены мне видемо не миновать. А в голове вновь звенит и неприятно бьёт по вискам накатывающей тупой болью. — А может и нельзя, — и обиженно запрыгиваешь на кровать, даже не раздевшись. Только обувь снял. — А у тебя, между прочим, завтра открытый урок. И Дарович тоже там обязан быть. — Но ведь он же завтра, а не сегодня, — и я откидываю голову на кровать, не делая уже более бесплодных попыток переместить своё тело в столь незначительных размерах пространства. Всё равно опять навернусь. Вот лучше так и посидеть. Всё, на что меня хватает, так это выдернуть из-под себя волосы и распределить их по кровати, а не зажимать лопатками к боковине вышеупомянутого предмета мебелировки, — И почему нельзя вдруг стало? Вопрос сам срываеться с языка и лишь после, я понимаю, что могу тебя в лучшем случае обидеть, в худшем — получить злющую мегеру над своей несчастной головой. Арису В ответ лишь протягиваю лапку и ловким движением выдираю несколько волосин, тут же подскакивая и нависая над тобой. Глубже запускаю пальцы в твои волосы и безжалостно тяну за них, чтобы ты не ворочал головой. Но следующее моё действие, кажется, повергает тебя в шок: я наклоняюсь и нежно чмокаю тебя в кончик носа. А ты удивлённо моргаешь. — Ну как, работает? Я вычитал заклятие от похмелья. Вроде даже всё правильно сделал. Даркнес — Вроде… — неуверенно делаю попытку повернуть головой, но ты по прежнему держишь меня за волосы и я остаюсь на месте. Но в голове триумфальный марш маленьких слонов отменяется и то хорошо. — Теперь можно и продолжить, — садишься так, чтобы моя голова лежала меж твоих ног и вновь наклоняешься ко мне, на этот раз капризно произнося: — Какого дракона галимого, Дарк? — Что именно? Напился? Так Дар один не привык это делать. Или ты про другое? И не выражайся, — хм, странно вот так сидеть и смотреть на тебя снизу вверх. Немного давит твоя звериная сущность, но телу хорошо. Ещё бы подушку под спину и замечательно. Вообще уснуть можно было бы тогда. Ах да, я же ночь не спал. И как ты тревогу не затрубил раньше? Или Дар мысленно от тебя отбрехался очередным мистическим словом: «отчёт»? — Да твою же магию, Даркнес! Хватит притворяться пустой черепушкой без мозгов! — и вновь дёргаешь за волосы, когда я отвожу взгляд. — Ай, я спать хочу, — почти уже не реагирую на твои крики и прикрываю глаза и вовсе начиная мурчать от ни чуть не ласкового подёргивания волос. — Или ты ревнуешь меня к Дару? — Да, Дарк, чтоб дракон тебя отымел! Ревную! Неужели так сложно это понять?! — и начинаешь аккуратно дёргать волосинки из моей несчастной головы в отместку за такое «равнодушие». — А ну не тронь шевелюру! — устало, а от того и не зло приказываю я. Ну как, приказываю, скорее прошу, надеясь на твои остатки здравомыслия. Хотя в целом и не надеюсь. — И ты же вроде не ревновал. И всё было нормально. Нахожу в себе не понять от куда взявшиеся силы, ни как боязнь за волосы, не иначе, и поднимаюсь с пола, наваливаясь на тебя и надеясь, что ты меня не подерёшь. — Он к тебе и не лез так откровенно! И вообще. Уйду, — выползаешь аки змей из-под меня и направляешься к открытому окну, по пути принимая полуформу. — Куда? — устало спрашиваю, а сил встать уже нет. — Ари, ну не ползти же мне ужом за тобой. Да и на это мне сейчас сил не хватит. Кажется, он выпил меня досуха, — признаюсь тебе, понимая, что сиганёшь в окно и ищи свищи тебя потом. Сам дурак дураком буду. Но как тебя остановить, когда тело не слушается?! Арису — Нужно будет — остановишь, — фырчу и выпрыгиваю в окно. В голове мелькает мысль, что я веду себя как последний идиот, но я отгоняю её прочь. Лапы же, как на зло, не хотят меня нести быстро, и поэтому я лишь угрюмо бреду в темноте к парку при институте. Даркнес Хочу встать, но сил нет. Сознание уплывает и вовсе прочь, а зверь беснуется и захватывает бразды правления. Тело изгибается и молниеносно перекидывается. Зверя одежда не волнует и оставшиеся лоскуты он скидывает с себя небрежно лапой. Пошатываясь, направляется к окну и громоздко прыгает, не твёрдой походкой труся за тобой. Арису От горячего дыхания в спину замираю, но через мгновение оборачиваюсь, приняв обратно человеческий облик, благо одежда за превращениями не слетела. Сердце пропускает удар и я падаю на колени перед тобой, обнимаю за мощную звериную шею и начинаю почёсывать, шепча извинения тебе на ушко. Даркнес Слышу точно через пелену тебя и мы урчим. Лапы подкашиваются и вот мы уже на земле. Сил больше нет. Вроде ни куда не уходишь и я окончательно теряю сознание. Да и зверь, похоже к этому же не так далёк.

***

Арису Я бы ещё долго корил себя за то, что позволил себе быть таким эгоистом. Но пришёл Дарович, осмотрел тебя, перекинул обратно. Соизволил одеть в одну из подаренных им футболок и спальные шорты, чем очень удивил меня. На последок сказал тебя не будить и дать проспаться. Но пока он возился, я уже привычно переоделся в то милейшее белое платьишко, что мы купили в столице. А он, гад этакий, поймал меня, обняв сзади, одной своей лапой залез глубоко под подол, обшаривая по-хозяйски мою грудь, а второй чуть сжал мой пах, возбуждая. Но разрядиться так и не дал, лишь резко поцеловал, одновременно связывая. Положил на одно из кресел, заткнул пасть кляпом и удалился. И только через несколько часов я понял, что поцелуй нужен был для того, чтобы не дать возбуждению моему сойти на нет. Пытался перевернуться или как-то потереться изнывающим органом обо что-нибудь, но не получилось. Вскоре напряжение взяло своё и я задремал, так и не справившись с возбуждением. Знатный подарочек тебе оставил этот вампир! Даркнес Очнулся я от какого-то скуления. Да какого ещё «какого-то»?! Я эти звуки всегда узнаю! Подскакиваю с кровати и мотаю головой. А ты свернулся в кресле и… связан! А это ещё в честь чего? Поднимаюсь и перетаскиваю тебя к себе на кровать, развязывая верёвки и видя что платье спереди всё мокрое насквозь, а твой орган подрагивает. Освобождаю тебя полностью и задираю ткань до груди, размазывая жидкость и проникая в тебя пальцами. Не успеваю и приблизиться лицом к твоему органу, как ты изливаешься мощной струёй, пачкая нависающего меня. — И долго ты там терпел? — и произнеся очищающее, целую твою шею. — Я откуда знаю? Хотя… Я тебя перенёс заклятием. Потом Дарович пришёл на первой паре. Осмотрел тебя, перекинул… А потом меня поймал. Сделал со мной это, вогнал возбуждения. До завтрашнего дня хватит! И… Вот. Я немного подремал. Повозился… А дальше ты проснулся. Прости, — рассказываешь грустную повесть твоего существования. — Дальше я, наверное, и сам… — но дотрагиваешься до своего органа, а его пронзает болью, отчего ты взвываешь: «Дурак этот вампир!» — Уже вечер, да? Ну я и проспал. Хорошо, что сегодня у меня выходной, — а сам не отстаю от твоей шеи, видя, как тебя подбрасывает. Рискую сделать эксперимент. Впиваюсь клыками в тебя и быстро двигая рукой, пытаюсь ослабить возбуждение. Но у меня всё как всегда с этой стороной моих сил получается шиворот навыворот при споре с силами Дара, и как итог, ты изгибаешься с визгом в спине и вновь изливаешься. Зализываю укус и шепчу слова успокоения, трясь об тебя, понимая, что вот ты сейчас отойдёшь от потрясения и будешь скорее всего на меня орать. Но пока ты этого не сделал, трусь об тебя бёдрами, уже возжелав твоё тело. — Вот хочешь, да?.. Давай тогда быстрее! — нетерпеливо извиваешься подо мной, уже тяня к себе руки. Мне дважды повторять не нужно. Скидываю с себя те крохи одежды, что на мне были и развожу твои ноги. Нет смысла в заклинаниях, всё твоя промежность и так мокрая, поэтому я просто толкаюсь в тебя и чуть замерев, начинаю двигаться, обхватив ещё и твой орган рукой. Пара толчков и я утопаю в тебе и твоих стонах, ни чего более не замечая.