Любопытный Лисёнок

Вечер, солнце медленно катится к горизонту, а Дар завалился к нам под предлогом, что его задолбали господа проверяющие и спрячьте меня пожалуйста силы нечистые. Я конечно угарнул, но пустил его, лишь с одним условием: ужин. И вот теперь мы вдвоём с вампом уместились на подоконнике, между нами различные миски с мясом и салатами, пара бутылок и носящийся по всей комнате ты. Арису Вздыхаю, чуть завистливо обнюхиваю мясо, но ты меня отодвигаешь от него, мол, уже кормил и мне на сегодня хватит. Ворчу, пытаюсь ещё раз стащить кусок, но ты ловко пресекаешь и эту попытку. А ещё через некоторое время прыгания на кровати я снова подбираюсь к тебе и начинаю ластиться, потираясь головой, пытаясь залезть на твои колени и требуя почесать за ушком. Но ты слишком увлечён спором с Даровичем и лишь отмахиваешься от меня. — Дар, да как так! Это же твоя работа! Да русалку тебе в жёны! — Не при детях! — Да какие ещё дети! Этот что ли рыжехвостик? Так, Ари, а ну иди на кровать и не тащи мою еду! Я в отличие от тебя сегодня только кружку чая выпил да бутерброд один съел! И всё по твоей милости! — и швыряешь в меня салфеткой, что б под ногами не шнырял. — Не дитё я! — обижаюсь, вздыхаю, но ухожу на кровать драть злополучную салфетку. Когда с ней было покончено и около кровати остались лишь ошмётки, я вновь заскучал. Смотрю на вас, любопытствуя, а вы и вовсе забыли про еду в яростном споре. Фырчу, и, удостоверившись, что на меня так никто и не обращает внимания, тихо слезаю с кровати и, стараясь не звенеть ошейником, подкрадываюсь к вам. Тихо опускаюсь, садясь под подоконником и опираясь на стенку спиной, и начинаю осторожно утягивать у вас из тарелок еду левитацией, прислушиваясь, что у вас там случилось. — Дар, да сколько можно! Ты понимаешь, что я не буду делать за тебя всегда твою работу?! И прятаться так нельзя, — и ты, разозлившись, отпиваешь прямо из бутылки, выдергивая пробку хвостом на манер штопора, быстро закидывая себе что-то в рот даже не глядя. — Но ты же делаешь. — А если я откажусь? — А если я перестану поедать твое возбуждение? — Один — один. Туше. Так, стоп, а это ещё что за шерсть? Затихаю, слыша твоё возмущение и укладываюсь на полу в полуформе, мол, я так и лежал, ничего не трогал и покорно спал у ваших ног. Даже ухом не веду, когда ты начинаешь меня тормошить и будить, подцепляя носком ботинка ошейник. Но через некоторое время тормошения вздыхаю и лениво приоткрываю один глаз, изображая проснувшегося и не очень довольного зверя. — Ты там долго придуриваться будешь поглотитель моего завтрака, обеда и вот теперь ещё ужина? — и продолжаешь тыкать меня, а Дар во все глаза смотрит на опустевший импровизированный стол. — Я не понял, а почему в твоих салатах осталась только зелень, а у меня кровь? А ну проверяй его моську! И ты безжалостно берёшь меня за ошейник и поднимаешь так, чтобы я едва касался задними лапами пола. Я делаю невинный, чуть испуганный взгляд, кашлянув пару раз из-за того, что ошейник пережал горло, а ты усмехаешься почему-то, посмотрев на меня. Смотрю в отражение в стекле и понимаю, что светлая шерсть на мордочке и груди уляпана кровью и остатками мяса. А мой желудок всё равно урчит, будто я очень голоден. Даркнес Встряхиваю ошейник в очередной раз и велю тебе перекинуться полностью в человеческую форму. — Ну что за морда! — смеется уже с преобразившегося тебя Дар. — Вот теперь и доедай овощи. Они мясом пропитались. А я буду голодать. Брякнусь в обморок с голоду и будешь меня выхаживать. — А ты вчера вообще что-нибудь ел? — сощуривает глаза вампир, желая подколоть. — Да я третий день на кофе, не считая бутербродов и этих пару кусочков мяса. Ну и конечно же вот эта бутылка вина, — которую я к слову, так и не выпустил из рук. Так и держу в одной тебя в другой бутыль. Твой живот голодно урчит, и пытаешься дотянуться до остатков еды. А остальное тело вопреки всему выдаёт волну возбуждения, хоть и свободные короткие штаны, всё ещё оставшиеся на тебе, частично скрывают это. Однако, соски и нервное дыхание выдают с головой. — Вот же мелочь! А ну жри давай! — и выпускаю ошейник, откинувшись на стену и допивая спиртное, задрав голову вверх. — Даркнес, так нельзя, — качает головой Дар. — Лучше ему скажи, — а ты уже орудуешь мордой в тарелках. Арису Снова перекидываюсь в полуформу и утаскиваю остатки еды на пол, опрокидывая и чудом не разбивая тарелки. Твоя диета определённо пошла на пользу моей отъевшейся тушке и я вновь стал худым и подтянутым, но при этом снова стал звереть и забывать правила приличия. Вот и сейчас я с голодным урчанием слизывал остатки еды прямо с пола. — А манеры ты где потерял! — ругаешься и даёшь мне легкий пинок под зад. Лишь огрызаюсь на твою ногу, крутанувшись и чуть не цапнув за неё, распушаю хвост и слизываю последние остатки салата с пола. А Дарович только качает головой и громко думает: «Одичал он совсем…» Даркнес — Да он таким и был. Ари, а ну живо меняй форму! У нас для тебя есть ещё угощение, но получишь его чуть позже, а пока иди сюда, — и я свешиваю обе ноги с низкого подоконника и развожу их шире, подцепляя хвостом твой ошейник и тяня на себя. Дар хмыкает, но переглянувшись со мной, сдвигает бутылки (единственное, что осталось от нашего пиршества, после твоего зверского нападения, ибо тарелку Дара ты тоже умудрился перевернуть) и расставляет ноги, как и я. Понимая, куда я клоню, упираешься всеми лапами и протестующе мотаешь головой, поджимая хвост и так и не перекидываясь обратно. — Дар, сделай доброе дело, — и я швыряю тебя в объятья вампира. — Перекинь-ка его, да крутани кольцо, зафиксировав. А сам тянусь к отставленной бутылке, и покрутив, отставляю. Не люблю осадок и поэтому тянусь к следующей. Скулишь, вырываясь, но Даровичу всё равно удаётся сделать то, что я просил и ты уже в человеческом обличье извиваешься в его руках. Склоняюсь, быстро поворачиваю кольцо и заклятием фиксирую тебя на ближайшие пару часов в этой форме и вплотную, нога к ноге, пододвигаюсь к Дару и тычу тебя меж своих ног, не выпуская ошейника. — А если нет? — дерзко спрашиваешь, подняв голову, сверкая глазами. — Что значит «нет»? Не выдумывай, — и разозлившись, делаю то, до чего обычно не опускаюсь. — Полное подчинение! Тело постепенно цепенеет, а взгляд становится почти стеклянным. — Господин? — тихо спрашиваешь, покорно становясь на колени и ожидая приказаний. — Эй, а это не перебор? — обеспокоенно говорит Дар и я щёлкаю пальцами, рассеивая заклятье, но продолжая тебя держать. — Понравилось? Так вот и не выпендривайся. Мотаешь головой, приходя в себя, но тут же хватаю тебя за волосы и тыкаю носом в свой пах. — Дарк, да перестань! Я не хочу! — всхлипываешь, начиная плакать и слабо вертишься. Но это лишь приводит к тому, что ты трешься об меня носом через ткань, распаляя сильнее. — Хочу не хочу, а из-за кого я уже домовой знает какой день голодаю! То всё почти под чистую сжирал, но я успевал хоть что-то съесть, а последние 3 дня вообще воспринимаешь всю мою еду за свою, начисто объедая! Отрабатывай, не то опять заклятье нашлю! — рычу на тебя. — Дарк… У тебя же Дарович есть, — прикрываешь глаза, чуть краснея, но тянешь зубами за ремень на штанах, медленно расстёгивая. Стыдно что ли стало за поведение? — А может я хочу посмотреть, как это сделаешь ты? — и довольно нежно, но обманчиво, треплю твои волосы не сильно приходясь когтями по голове. — Даркнес, может… — пытается сказать что-то видимо в твою защиту Дариус, но напоровшись на мой взгляд затыкается, переводит свой взор на тебя, и слыша мои нехорошие мысли, облизывается и самолично расстёгивает свои штаны, и приспуская их с бельём, высовывает хвост и не только. — Ну что, дашь моему комку меха пару устных советов? — усмехаюсь я, как он начинает поедать меня взглядом и обхватив себя рукой, делает пару движений и лезет ко мне целоваться, следя за тобой боковым взглядом. Арису Сглатываю нервно, но ты сильнее надавливаешь на мой затылок, уже почти не давая дышать. От этого приходится приоткрыть рот, в который Дарович тут же запихивает два пальца и сильнее заставляет открыть его. Я всхлипываю, но не протестую, не желая вновь оказываться под твоим заклинанием. А он аккуратно стягивает с тебя одежду, которая летит вниз, и направляет твой возбуждённый орган в мой многострадальный рот. Даркнес Нехорошо улыбаюсь, наслаждаясь прохладными руками, которые так приятно порхают по моему телу и твоим полностью подчиняющимся видом. Я, конечно вижу, что ты внутренне всё ещё не согласен, но внешне твоё подчинение возбуждает меня куда сильней, чем исходящий дурман от Дара. Арису Набираю побольше воздуха, пока есть возможность вдохнуть и впускаю тебя до упора, повинуясь твоей руке. А Дарович мысленно шепчет: «Подними глаза. И смотри на него». И я выполняю, обращая на тебя преданный взгляд своих серых глазок. От такого вида ты судорожно вдыхаешь, рука сильней сжимает мои светлые волосы, и облизываешь губы, а Дар тянется вновь к тебе и целует под подбородком и шею, не отводя от меня взгляда. «Говорит мысленно он что ли с тобой?», — слышу твою проскользнувшую мысль. А Дар тем временем продолжает: «А теперь двигайся, не опуская глаз», — слышу и покорно выполняю, чувствуя, как сжимается моё горло вокруг тебя, а за ним и губы. Даркнес Отдергиваю голову от ласк вампира, что бы неотрывно следить за тобой. Ну наконец хоть что-то делаешь, как я хочу и предпочитаю. А рука вампира тянется к тебе и оглаживает по контуру челюсти, чуть меняя наклон твоей головы. Скулишь, но поддаешься направляющей руке. Однако тебя хватает не на долго. «Челюсти устают, шея затекает… неудобно…» — думаешь и непроизвольно расслабляясь, оцарапываешь меня случайно. Шиплю и схлапываю челюсти, которые до этого были открыты в немом стоне удовольствия. От резкого движения я бью Дара челюстью по голове и он явно, и уже не только мысленно, ругается на тебя и что-то вновь твердит. А я, чуть не выдернул клок твоих волос. — А может, вообще распорку всунете? — огрызаешься на вампира, а он, кажется, решает, что это хорошая идея. И тут призывает откуда-то железное подобие распорки, похожую на паука. Ты протестующе мотаешь головой, но он ловко цепляет это на тебя и надавливает на затылок, вновь заставляя двигать головой. — Ты это откуда взял? А, ладно, неважно… — и дыхание моё вновь сбивается и я слегка подкидываю бёдра, но не рассчитав. Кажется это для тебя было слишком. Но зато какое личико! И как же это приятно! И я вцепляюсь в твои волосы двумя руками, но Дар полностью убирает их с твоей головы, лишь одной своей направляя тебя и заставляя двигаться быстрей. Ну ведь можешь же когда надо! И я откидываюсь на окно, упираясь затылком в закрытую створку, рыча от наслаждения. Арису Мне неприятно это, но тело внезапно накрывает новой волной возбуждения, что уже видно через свободные штаны. Я снова поднимаю на тебя взгляд и понимаю, что ты уже на грани. И вот ускоряюсь сильнее, а ты мощно изливаешься мне в рот, вновь вцепившись в волосы и вдавив меня в свой пах. Начинаю уже задыхаться, пытаясь проглотить всё, но эта часть, увы, получается довольно плохо. Даркнес Пытаюсь отдышаться, понимая, что Дар обдал меня волной возбуждения, помогая тебе. Хитрец. Перевожу взгляд на него и вижу его призывно вздёрнутую плоть, и тяну тебя меж его ног, видя, как ты призывно уляпался. Скулишь, упираясь, но тело возбуждается от этого лишь сильнее. Я настойчив, поэтому ты обречённо вздыхаешь и мысленно просишь: «Может, вы пойдёте на кровать?» Собираюсь любоваться зрелищем, но Дар зачем-то встает и, подтянув тебя за ошейник, перекидывает через плечо и вот еще секунда — и ты звездочкой лежишь на кровати, боком ко мне. Дар скидывает окончательно с себя одежду и встает на колени, нависая бедрами над твоим лицом, (но так, что б он мог потом наклониться и к твоей плоти, 69), и призывно повиливает ими, смотря на меня, облизывая губы, в уголке которых скопилась засохшая кровь. Черт, ну вы и картину устроили! И я обхватываю себя рукой, начиная резво водить по органу, не в состояние равнодушно на это смотреть. Покорно поддаваясь, позволяешь вампу войти в твой горячий ротик и задавать ритм. А сам начинаешь лапками оглаживать своё тело, спускаясь вниз. И вот, уже стягиваешь штаны и начинаешь орудовать пальцами через ткань трусов. — И вот как тут удержаться?! — и я встаю с подоконника, неспешно подхожу и сажусь на твои ноги, избавляя от лишней тряпицы и задирая одну лисью лапку вверх, пропихивая в тебя хвост, скороговоркой пробормотав заклятия для утех. Постанываешь через раскрытый и заткнутый рот что-то неразборчивое и, изгибаясь, поддаёшься на меня. Усмехаюсь и извиваю хвост, вгоняя его глубже, а вампир уже тянется ко мне, склоняя голову и вытащив язык, облизывает мою грудь и постепенно опускаясь к паху. И вот Дар уже накрывает прохладными губами мою головку и постепенно поглощает меня, от чего я резче дёргаю хвостом. Арису Взвизгиваю, и если бы не распорка во рту, то Даровича я бы кастрировал. Да и мне уже надоело и хочется отдышаться, поэтому я отворачиваю голову вбок, а Дар недовольно поднимается, выпуская тебя изо рта, и шепчет что-то тебе на ухо. Даркнес — Прям так? — удивляюсь я, и целую вампа под скулу, разворачивая его к тебе лицом. — И сними с него «паука». А сам оглаживаю его спину и развожу ягодицы, извлекая хвост из тебя и вновь проговариваю заклятья, плавно вводя хвост на этот раз уже в вампира и потираясь о его поясницу. А он склоняется к тебе и начинает ласкать юное тело, разводя эти сильные ножки. Ты с наслаждением разминаешь челюсти, когда Дариус стаскивает распорку. Но он тут же затыкает тебя поцелуем, затем нагнувшись, и пристраиваясь к твоей промежности. И я тут же резко толкаюсь в него, вынуждая ворваться и в тебя. А Дар не такой уж и тугой как мой Лисёнок, но всё же приятно. И я вхожу в него полностью, от чего вампир едва не падает на тебя, утыкаясь в твою ключицу. — Можно? — Ты Ари спрашиваешь или меня? Если меня, то можешь испить, но не много. У меня большие планы на эту ночь. — У тебя — планы, а у меня контрольная! — огрызаешься, но вампир впивается в твою шею, заставив взвизгнуть, и придавливает почти всем своим весом. — Не раздави там только его! Он же по факту малявка, — и крепко ухватив вампа за бёдра, начинаю двигаться, контролируя степень его падения на тебя. — Да не малявка я! — обижаешься, но выбраться из-под Даровича не удаётся. Вот и приходится покорно лежать, да постанывать от его толчков. Усмехаюсь и обвиваюсь хвостом за твою ногу, ускоряясь и слыша несдержанные крики-стоны Дара. Арису Я уже просто откидываюсь, получая удовольствие от происходящего. В болезненные стоны Даровича уже начинают вплетаться мои крики наслаждения. Я уже не контролирую себя, извиваясь и обнимая вампира, безжалостно деру его спину и тянусь к нему за поцелуями, совсем не обращая внимания на тебя. Да и не должен вроде как ты меня к нему ревновать сейчас. Даркнес Склоняюсь и облизываю разодранные плечи инкуба, не замедляясь и утопая в ваших столь разных стонах. Но вот ты издаешь особо громкий и сладкий. — Даркнес, приостановись! — просит вампир. — Да какое! Рехнулся! На попятную пошел? — рычу гневно я. — Ни чуть… приподними мои бедра хотя б… — задыхаясь молит Дар, падая на локти, приближаясь к твоему лицу. И я наконец замечаю, что ты уже запачкал себя и Дара за компанию. Рычу, вздергиваю его, а он выходит из запыхавшегося тебя и выкатывает из-под себя, падая грудью на кровать, полностью отдаваясь мне и просто валится вперед, начиная сам вилять бедрами. От подобного я рычу зазывней и деру его ягодицы когтями, а затем и ускоряюсь. Арису Я уже весь взмокший, извазюканный и уставший лежу на боку, как меня отпихнул Дарович и не меняю позы. Лишь бока мои тяжело вздымаются, как у запыхавшегося зверя. Смотрю какое-то время за вами, слыша звуки через вату. Но и это проходит. Дар выгибается, открывая в немом крике рот и изливается, ты вслед за ним, и вы затихаете, пытаясь отдышаться. Но все мы знаем, что это ещё не конец. Я уже успел отдохнуть и вновь понять, что возбуждён, и сейчас вновь дразнил себя ловкими пальцами. Но их было мало. Катастрофически мало. И я, не убирая их, неловко подползаю к уже сидящему тебе и сажусь между твоих разведённых ног на колени. Просяще тянусь и лижу твою шею, подбираясь к уху, в которое и выдыхаю разгорячённым дыханием: — Больше… Господин, я хочу больше. Даркнес Подхватываю тебя, укладывая на лопатки и встаю на колени, одним толчков входя в такое желанное тельце. Но двинуться дальше мне не удаётся и я замираю, чувствуя прохладные руки на спине, которые переползают на грудь и вновь на спину, оглаживая бока, от чего я делаю плавные движения. Руки разминают задние мышцы спины и я настораживаюсь, чувствуя, как коготь вычерчивает руны а меж моих ягодиц становится влажно. — Даааааррррр! — Спокойней, я лишь хвостом, — говорит успокаивающим, ласковым шёпотом и постепенно погружает названную часть себя в меня, потираясь своим органом о поясницу, от чего я нечленораздельно рыкаю, прогибаюсь и до упора вхожу в тебя. — Умх! — пытаешься что-то сказать, но лишь выгибаешься со стоном, внезапно для себя изливаясь, вскрикнув и закусив губу, начиная сам шевелить бёдрами. — Да вы сговорились что ли?! Я ж так свихнусь! — но ничего не могу поделать, оказавшись между вами двумя. Ты, мелкий моторчик, а Дар нагибает меня и утолщает хвост, в противовес тебе двигая им крайне плавно и медленно. А ты усмехаешься, продолжая наращивать темп и обнимая за шею, прижимая мою голову к своей груди. Вырываю волосы и голову из твоих загребущих лап и, резко выйдя из тебя, переворачиваю эту резвую тушку на живот и вновь вхожу, давая тебе возможность двигаться быстрее. Блаженно выгибаясь, выдыхаешь сквозь сжатые зубы и виляешь бёдрами, снова доводя себя, да и меня заодно до безумия. Дар обхватывает меня руками и вытягивает хвост. Но двигаться быстро я смог не долго, ибо этот прохладный хитрец всё же схватил меня крепко за бёдра и плавно вошёл, натягивая на себя, от чего я зарычал, но будучи на краю, излился, ещё и доведя за одно и тебя, резким толчком. — Ари, выползай, — командует Дар, крепко держа меня и не отпуская. Но благо не двигается, а хвост его оглаживает мою спину и бока. Выполняешь, аккуратно выныриваешь из-под меня, но остаешься рядом, садясь и… гладя по голове? Это что ли чтоб я не подрал Даровича? Вампир делает плавное движение на пробу и я шиплю. — Ну вот не надо, не придуривайся, я же не просто смазки наколдовал. Ладно, согласен, возможно ещё не подействовало… — Что не подействовало? — рычу вновь, но начинаю чувствовать, как мышцы расслабляются, а возбуждение бьёт новой волной вместе со смутно знакомым запахом, а ты внимательно на что-то смотришь и тянешь лапы. — Только не переверни, Пушистик. Это безумно дорогая вещь, которую мне впервые за прошедшие восемь лет удалось вновь найти, — и Дар плавно покачивается, обнимая меня. А уже и впрямь нет ни капли боли. — А что это? — любопытствуешь у вампира и принюхиваешься к баночке, в которой практически прозрачный, слабо мерцающий порошок. — Арентра. Её используют в лечебных целях и достать её практически не возможно, поскольку цветёт раз в пять лет. А это пыльца. Я её использовал последний раз, когда у него был гон после Арены. Помогало. Но он наврядли помнит, ибо всё время то проваливался в небытие то бесновался. Фырчишь и закрываешь баночку, аккуратно отставляя её на комод около кровати. — А мне если что поможет? — Она не возбуждает без второго компонента — слюны инкуба. Лишь расслабляет и заживляет, — и Дар наконец плавно начинает двигаться, обхватывая мой орган рукой и синхронизируя с толчками. А я дурею от ощущений. — А Дарк же вроде немного инкуб. Но не полностью. От его слюны подействует? — продолжаешь любопытствовать, уже не обращая на наши действия внимание. — Возможно, но… — а я уже не разбираю слов. Слишком хорошо. Голова идёт кругом, и я просто начинаю тонуть в удовольствие, кажется впервые начиная двигать бёдрами сам, и непроизвольно тихие стоны вырываются из моего подрагивающего тела. Арису Вздыхаю и растягиваюсь на кровати, животом вверх. Зеваю, поворачивая на вас голову, и, ещё раз вздохнув, проговариваю: — Совсем скатился мой жестокий кошак, — и смеюсь, видя твою прозревшую морду, на которой так и читается: «Совсем оборзел?.. " Но тут же мысли слетают не в ту степь под плавным толчком Дара: «А, как же приятно…» Рычишь, хочешь подтянуть меня к себе, но вамп не позволяет, собственнически удерживая и огрызаясь. — Ари… иди ко мнеее… ааа! Дар! ЛЕГЧЕ! И тут уже я, знатно прихерев, перекидываюсь в полуформу. Усталость как рукой сняло, и я, ощетинившись, вскакиваю и рычу на Даровича, сверкая глазами. Тебя! Охранять! Не давать мне! Да как он вообще себе такое позволяет?! Но он никак не реагирует на меня, и я, чуть успокоившись, подползаю к тебе, ложась под твою голову и сворачиваясь, становясь подушкой. Даркнес Обнимаю тебя и лезу тереться о твой нос, вновь получая удовольствие от неспешных толчков и вдруг осознаю, что вампир меня приподымает и что-то велит вновь тебе. Раскомандовался! Ща зубы распущу! Но ты почему-то вновь принимаешь полностью человеческий образ и подползаешь моськой под мои дрожащие бедра и поджимающийся весь низ промежности. Арису Ворчу, но уже тычусь в тебя носом, а ты толкаешься в мой рот и мне непроизвольно приходится впустить тебя. А ты уже впился когтями в моё тело, заставляя меня замереть и сам толкаешься с блаженным стоном. Даркнес Не могу я больше терпеть! Твой язык забирается под кожицу и вылизывает ствол, а оглаживающие руки сводят с ума. Трусь о твои ноги, практически падая на тебя и толкнувшись ещё пару раз, замираю, прогибаясь в немом стоне, а тело звенит словно струна, звук которой эхом отдается у меня в голове. Ты недовольно выползаешь из-под меня, и садишься передо мной. А по губам стекает то, что ты не смог проглотить. — И вот это было обещанным «угощением»? — И да и нет, — отвечает вампир, осторожно выходя из меня и укладывая животом на кровать. " А я ведь даже не почувствовал, как он…», — слышу твои мысли и я поворачиваю голову и вижу, его быстрые движения рукой. Арису И вот моя милая мордаха полностью перепачкана. — Мыть будешь его сам! — недовольно ворчишь и утыкаешься в кровать. — Э! — фырчу и отплёвываюсь, растирая рукой всё это. Дарович тянет ко мне руки, но я демонстративно отворачиваюсь, вновь перекидываясь в полуформу и принимаюсь вылизываться. — Если этот странный звук вылизывание — то без ванны я тебя в постель не пущу! Дар, очисти меня, — даже не поворачивая головы, расслабленно говоришь ты. — И сам что б вымылся, если хочешь с нами спать. И дай Ари заныканную коробку конфет с ликёром. Он заслужил. Услышав последнюю фразу, навостряю ушки и любопытно слежу за Даровичем. Но он сначала очищает тебя, а потом ловко подхватывает ворчащего меня и тащит в ванну. Когда же с помывкой было покончено и я с влажной и пахнущей мятной свежестью шерстью выкатился пушным шариком на лапках из ванной, на кровати уже лежала коробка, к которой я тут же и подскочил, принимаясь шуршать обёрткой. Даркнес Посмеиваюсь и подтаскиваю тебя к себе, обвиваясь калачиком вокруг тебя и мурчу, требуя одну конфету. И как не уснул, пока вы там отмывались. А Дар ничуть не менее благоухающий, садится за мою спину и, склонившись, целует меня в плечи. Ворчишь, но сладость отдаёшь. А самого уже мутит немного от алкоголя в конфетах. Облокачиваешься на меня всем весом, не глядя суешь Дару последнюю конфету, слыша тихое: «Спасибо», — и убираешь коробку, укладываясь в мои объятья.