О дружбе и не только

      Первый день съемок после отдыха пролетел незаметно для всех. Мадс, отыграв свои сцены раньше остальных актеров, был милостиво отпущен Брайаном, однако из остальных он решил выжать все, что мог. К четырем часам Хью уже не выдержал и потребовал перерыв. – Хью, да мы только начали же! – взмолился Брайан. – Пять минут! – прокричал Дэнси и, для большей убедительности, поднял растопыренную пятерню. Он отошёл к столу, где стояли бутылки с минеральной водой и что-то вроде мини-версий сандвичей с курицей. И откуда их только заказывают? Гадость жуткая – по вкусу напоминает резину вперемешку с клейстером. Однако выбирать не приходится – Хью потянулся за водой и в два жевка расправился с первым бутербродом. Его блаженство длилось недолго – отдых был прерван телефонным звонком. Хью полез в карман и нахмурился. Номер был незнакомый. – Мистер Дэнси? – прощебетал приятный девчачий голос. – Да, – Хью потянулся к бутылке и сделал глоток воды, прочищая горло. – Я по поводу отмены вашей заявки, – продолжили на том конце провода. Хью растерянно заморгал и отошел подальше от шумных коллег. – Простите, – перебил он. – Я, должно быть, не расслышал... По какому вы вопросу? – Вы оставляли нам заявку на аренду квартиры, – терпеливо начала девушка. – Однако ваш отказ поступил слишком поздно и вариант для вас мы уже подготовили. За услуги нашей компании взимается определенный процент от стоимости квартиры, это условие есть в договоре. В случае отмены заявки позже предусмотренного срока компания взимает процент от аренды, что также прописано в договоре. – Да бог с ним, с вашим договором, – перебил Дэнси. – Про какую заявку вы говорите и почему она отменена? – Одну минутку, я уточню данные. – Да уж, будьте добры, – Хью с силой зажмурил глаза. Это ошибка. Да, конечно. Просто ошибка, вот и все. – Вами была оставлена заявка неделю назад, сэр, – вновь ответили в трубке. – Однако вчера, сэр, ее просили отменить. – Это какое-то недоразумение! – прорычал Хью. – Проверьте ваши данные. Я этого не делал! – Значит, это сделали за вас или по вашей просьбе, – твердо ответили в телефоне. – Заявку отменили вчера. – Кто? У вас хоть номер телефона сохранился? – британец в отчаянии провел руками по волосам. – Последние цифры 55-88, сэр. Прошу прощения, мистер Дэнси, но в случае неуплаты… Но Хью уже не слушал. Он сбросил вызов и пролистал телефонную книгу. 55-88… и чей же это номер?.. листая справочник, Дэнси лихорадочно соображал, кто же этот шутник и кто вообще знал о том, что он находится в поиске жилья. Хотя знали все – вся съемочная труппа, но кто бы мог придавать этому такое значение?.. Так, стоп! Хью закрыл глаза и тихо застонал. Это был номер Мадса. Британец тупо уставился в телефон. И что это значит? Это что получается... Что, мать твою, получается, а? Значит, в то время, как он обзванивал все конторы в поисках квартиры, Мадс отменял все эти заявки? Вот почему ему никто не звонил! А как Мадс умудрялся это делать? Да проще простого – телефон Дэнси где только не валялся, так что этот вопрос отпадает сам собой. Хью закрыл глаза и стиснул зубы. Значит, Мадс делал это специально. Но зачем? Почему не хотел, чтобы Хью от него съехал? – Уилл! – крикнул Фуллер и Хью обернулся. Всё было готово и ждали только его. – Да... Иду... Последнюю сцену он старался отыграть как можно быстрее. Ему не терпелось попасть в квартиру Мадса и поговорить. О да, просто поговорить и уж он найдёт, что сказать этому ублюдку. В Хью закипала ярость. Не злость, не оскорбление – настоящая звериная ярость за то, что посягнули на его свободу, за то, что лишили права выбора. Спустя час Фуллер отпустил команду. – Довольно импульсивно, – заметил он, подходя к Дэнси, когда тот уже надевал рубашку. – В принципе, неплохой вариант. Сам придумал? – Нет, меня вдохновили, – криво усмехнулся Хью. ***       Он открыл квартиру своим ключом и не спеша прошёл в гостиную. Миккельсен, уже успевший принять душ после съёмок, сидел на диване и читал. Из музыкального центра негромко звучала классическая музыка, кажется, Шуберт – Мадс старался перенять вкусы и привычки Ганнибала, так что если в квартире и звучала музыка, это была классика. – "Да, ты стал больше Ганнибалом, чем собой", – мельком подумал Хью. Эта музыка была ему ненавистна. – Хью, привет, – Мадс улыбнулся и закрыл книгу. – Читал Алигьери? Это божественно! Только сейчас добрался. – Нет, Мадс, – Хью опустился в кресло, не сводя с датчанина тяжелого взгляда. – Не читал. – Должен признаться, у этого мерзавца действительно отменный вкус, – Миккельсен снял очки. – Мне есть чему у него поучиться. – Да нет, – возразил Дэнси. – Думаю, в чем-то ты его даже превзошел. Мадс удивленно вскинул брови. – Что-то случилось? Ты… не похож на себя. – Это что-то случилось много раньше, а сейчас… – Хью медленно достал свой телефон из внутреннего кармана пиджака и положил его на журнальный столик. – … сейчас просто последствия. Миккельсен вопросительно посмотрел на него, затем кинул взгляд на телефон. – Ты сволочь. – словно в подтверждение его мыслей произнёс Дэнси. – Ты знаешь? – спокойно осведомился Мадс. Скрывать очевидное было уже бессмысленно. – Что знаю? – поинтересовался Хью. – Что ты копался в моем телефоне? Да. Что ты отменял все оставленные мной заявки? Да. Я знаю наверняка только об одной, но, уверен, что ты позвонил по всем номерам. Я только не могу понять... Ты был с Каролин и не давал возможности мне уехать отсюда... Зачем я тебе нужен? Я даже не знаю… может, это ты устроил пожар в моей квартире? Он по-прежнему сидел в кресле, наклонившись вперёд, уперев локти в колени, изо всех сил стараясь не сорваться и не наброситься на Мадса с кулаками. Все-таки роль Уилла научила его быть более сдержанным. Страшно подумать, чему научился Мадс у своего героя. – Это было непростительно с моей стороны, Хью. Я виноват перед тобой, – Мадс напряженно смотрел на британца. – Позволь мне объяснить тебе… Тот секунду удерживал его взгляд, затем медленно поднялся и направился в комнату. – Хью, да подожди ты! – Чего мне ждать? – Дэнси вышел из себя. – Что ты мне сейчас скажешь? Ты заигрался, можешь ты это понять? Ты перешел все границы, Мадс! Хью был в бешенстве. На Мадса, но больше всего на себя – что он доверился этому человеку, что считал его другом. – Я всего лишь не хотел, чтобы ты уезжал, – Миккельсен тоже поднялся с места. – И не знал, как остановить тебя. – Господи, да зачем тебе это? – закричал Хью. – Тебе мало Каролин? Ты решил собрать коллекцию своих почитателей, как Ганнибал? Мадс изменился в лице. – Я не хочу тут больше оставаться, – Хью с отвращением посмотрел на него. – Хью, подожди, – Мадс в два шага преодолел расстояние между ними и ухватил Дэнси за локоть. И тут Хью ударил его. Удар пришёлся по губам и британец постарался вложить в него весь свой гнев. От неожиданности Мадс отпустил его и отступил назад. Из разбитой губы брызнула кровь. Хью смотрел на него без жалости. Скорее, наоборот – он только входил во вкус. – Что ж, – медленно проговорил Мадс и небрежно сплюнул кровь на пол. «Черт, даже это у тебя получается красиво!» – в бешенстве подумал Хью. – По-видимому, я этого заслужил. Если тебе это доставит удовольствие, бей ещё. – Это не доставит мне никакого удовольствия, но я зол, Мадс. Я очень зол. Хью медленно приближался к нему. Мадс стоял на месте с высоко поднятой головой, вытирая тыльной стороной ладони кровь. Хью ударил ещё. И ещё. И снова. Удары сыпались один за другим – в нос, в солнечное сплетение, в бровь. Мадс сдавленно охал после каждого удара – Хью поднаторел на занятиях по рукопашному бою, его удары были чёткие, резкие и знали, куда бить. Однако не старался защититься или атаковать в ответ. Миккельсен покорно сносил все тычки и оплеухи. Запыхавшись, Хью остановился на минуту, чтобы взглянуть на результат своих трудов. Мадс по-прежнему был на ногах. Из рассеченной брови и губы текла кровь, капая на светлый кашемировый свитер. Он весь собрался для принятия очередного удара и смотрел на Хью с каким-то звериным блеском в глазах, от которого в животе становилось горячо. Дэнси бесила и странно возбуждала покорность Миккельсена, доводила его до исступления. – Ненавижу! – выплюнул Хью. Мадс посмотрел на него исподлобья и оскалился. Не ухмыльнулся – по животному оскалился. Стоя посередине комнаты, избитый и в крови, с этим оскалом, он являл собой жуткое, дикое первобытное зрелище. Притягательное, завораживающее. Возбуждающее. Не отдавая себе отчёта, Хью шагнул вперёд и впился в губы Миккельсена. Вкус солёной крови на губах датчанина лишь сильнее будоражил его. Он застонал и закрыл глаза. Мадс напряженно замер и перестал дышать. Он стоял с открытыми глазами, вдыхая запах пота и крови и не мог понять, как ему реагировать. Только что Хью избивал его, надо признать, весьма ощутимо, а теперь он чувствует его губы на своих. Его. Губы. Только в смелых мечтах Мадс представлял себе их поцелуй, но он явно не был разбавлен болью в разбитом лице и ненавистью. Мадс вдохнул его запах и закрыл глаза, прижимая к себе напряженное тело. Хью настойчиво провел языком по распухшим губам Мадса, прикусив верхнюю разбитую. Миккельсен вздохнул от боли и крепче прижал его к себе, спускаясь руками на талию. Внезапно Хью распахнул глаза, словно впервые сознавая, что сейчас происходит. Он прервал поцелуй и отскочил от Мадса с ужасом и непониманием в глазах. Миккельсен, стараясь привести дыхание в норму, смотрел на него. – Мадс, я... черт... – Хью растерянно моргал. Что он мог сказать? Зуботычины ещё можно как-то объяснить. А поцелуй? Датчанин внимательно посмотрел на него. – Ты почему не остановил меня? – Дэнси смотрел на него широко раскрытыми испуганными глазами. Мадс тихо вздохнул. Остановить? Он многое бы сейчас отдал, чтобы этот поцелуй длился вечно. Ради этого он готов еще немного побыть боксерской грушей. – Не хочу показаться говнюком, Хью, но это ты поцеловал меня, – от этих слов Дэнси передернуло, но Миккельсен шёл на таран. – Кстати, по поводу твоего переезда… Я думаю, если бы ты сам захотел, давно бы убрался отсюда в какую-нибудь гостиницу, уж там-то мест всегда полно. Мадс с сожалением смотрел на него, время от времени вытирая капающую кровь. – Приведу себя в порядок. – он прошёл мимо Хью, стараясь держаться прямо на ватных ногах.