СТРАХ / FEAR II. Университет Томаса Джефферсона.

7:04 pm.        Музыка играет из «мака» Джессики в нашей комнате. На её кровати разбросана косметика. На моей кровати — одежда. Мы долго думали, что надеть и сошлись во вкусе. Если брать под расчёт то, что за окном тёплый сентябрь, что в подвале довольно душно, а в нашей крови совсем скоро будет течь обильное количество алкоголя — мы решили надеть легкие платья. Не скажу, что они совсем «летние», но зимой их точно не наденешь. На мне бесшовное платье цвета волнующегося моря, на сантиметр или два выше колена. Такое темно-темно синие, почти чёрное. Оно держится на толстых лямках, которые безотрывно идут от самого платья. Глубокий вырез, но не слишком. Достаточно, чтоб была видна грудь, и недостаточно, чтоб назвать меня: «шлюхой с вываливающимися сиськами». На Джессике — довольно короткое платье цвета болота, но развратность этого платья украшают длинные рукава, которые делают платье не таким уж и шлюховатым. Рыжие волосы в сочетании платья цвета болота — адская смесь. «Ведьма» — хочется сказать, но зато какая. С обувью всё ещё сложности. Мы не можем определиться, каблуки или кеды. Казалось бы, обычная мини-вечеринка в подвале университета, не стоит так наряжаться. Но с другой стороны: первая вечеринка, где будут самые популярные люди университета и к тому же, приезжают «обменники» из «Темпла». Останавливаемся на каблуках.        Последний взмах кисточкой от туши и мой макияж готов. Пока Джессика крутит свои локоны, я подправляю высокий хвост. Разглядывая образ, я отпиваю немного карамельного виски из своего стакана и протягиваю Джессике её стакан. Она следует моему примеру, отпивая большой глоток. Алкоголь расслабляет моё тело, не давая проходу лёгкой панике от предстоящей вечеринки. Стук в дверь отвлекает нас от своих дел. Одновременно поворачиваемся и дверь открывается. — Линдси, Карла и Анна пошли встречать «обменников», — говорит Дайлер и входит в нашу комнату. Джессика пронзает его самым ледяным взглядом и отворачивается к зеркалу. Теперь в комнату заходит Тайлер, закрывая за собой дверь. Он подходит к бутылке виски и забирает у меня из рук стакан. Дайлер берет стакан Джессики и протягивает брату-близнецу. Когда виски был разлит на два стакана, они отпивают и отдают стаканы нам, призывая выпить. Мы послушно выполняем их молчаливую просьбу и ставим стаканы на их прежние места. — Зачем пришли? — спрашивает Джессика, не отрываясь от своего отражения. Она крутит прядь волос, которая опасно близко к шее. Я удивляюсь её умению не обжечь себе шею, ухо или ещё что-нибудь. Дайлер шлепает Джессику по заднице, из-за чего она обжигается о плойку. Я закусываю губу и представляю эту боль. — Захотел увидеть тебя, малыш, — говорит Дайлер, даже не представляя, какой разнос сейчас устроит Хейбер. — Сука! — громко кричит подруга и откидывают плойку на пол. — Блять, как больно! — визжит Джессика и я пытаюсь найти аптечку, где у меня находится мазь от ожогов. — Ёбаный ты придурок, Томпсон! Думай, блять, своей головой! На моем лице расплывается улыбка. Надо же, она не ударила его. Явно что-то чувствует. Неужто, влюбилась?        Под громкие матерные слова Джессики, я нанесла мазь на ее шею, оставляя там неприятный запах медикамента. — Когда это можно смыть? Это жутко воняет. — Ну, тебе стоит подождать хотя-бы полчаса, чтоб не остался ожог. — Блять... — вздыхает подруга и плюхается на свою кровать, где я уже успела прибрать косметику. Джесс тянется к стакану, но Дайлер перехватывает её руку. Я наблюдаю за ними, как в кино. Он тянет ее к себе, страстно целует в губы, затем валит на кровать и сам залезает сверху. Джессика долго не сопротивлялась. Вскоре, её руки обнимали парня за плечи и шарили в волосах. — Ещё потрахайтесь тут, — вздыхает Тайлер и ложится на мою кровать. Джессика поднимает руку и показывает средний палец, не отрываясь от поцелуя. Мой смешок вызвало то, что Дайлер сделал абсолютно тоже самое, даже не подразумевая, что Джесс уже показывает этот жест. — Не хочешь прогуляться по территории? — Тайлер касается рукой моей талии, ток проходит по моему телу. Я перевожу взгляд на Джессику, возвращаю его на Тайлера и только открываю рот, чтоб сказать: «Джессика будет против», как он начинает говорить, не давая мне вставить и слова. — Они некоторое время будут заняты друг другом, пошли прогуляемся. Или ты хочешь наблюдать за ними, как в порно? Я заметно краснею и начинаю теребить браслет на своей руке. Тайлер поднимается с моей кровати, подхватывает бутылку и берет меня за руку. Я послушно иду за ним, не забывая захватить свой телефон.

***

       С наступлением сентября, солнце заходит раньше привычного. Закат разливается по небу всеми оттенками розового. Я завороженно наблюдаю за заходом солнца и делаю глоток крепкого напитка прям из бутылки, которую Тайлер заботливо протягивал мне. Кстати, о нём... — Вечеринка скоро начнётся, — заговорила я первая, ожидая, что он продолжит беседу. — Верно. Ещё... — он смотрит на своё запястье, где находятся часы. — Пятнадцать минут. Я улыбнулась и хочу прикурить сигарету. Мысленно бью себя ладошкой по лицу. Конечно же, я оставила их в комнате, прям на тумбочке возле кровати. Закатываю глаза и хватаюсь за горлышко бутылки. Не покурю — хоть выпью. — Покурить хотела? И как он только догадался? Киваю головой. Он протягивает мне сигарету, которую сразу же прикурил. — Спасибо. — Обращайся. Я ловлю его подмигивание и расплываюсь в улыбке. А парень он-то ужасно красивый. Отсутсвие секса и алкоголь в крови дают о себе знать. Хочу его поцеловать, прямо здесь и сейчас. Но, слава Богу, мне приходит сообщение на телефон. Кто-бы это ни был, я безумно благодарна.

Джессика Х. Вивьен приехала. Встретимся на вечеринке?

Я быстро набираю в ответ: «Ок», отправляю сообщение и блокирую экран телефона. Сентябрь — подходящее время, чтоб влюбиться. «Но не в Тайлера» — мысленно делаю пометку и сама себе усмехаюсь. — Ну, откуда ты приехала? — он поправил свои волосы, улыбнулся и отпил пару глотков из бутылки. — Япония, город Синдзюку. — Университет? — Васэда. — Сильный университет, очень даже, — удивляется Тайлер. — Что тебя привело в Филадельфию? — Джессика, — усмехаюсь. — Она весь год уговаривала меня перевестись. — Тебе тут понравилось? — Не могу знать. Тайлер вскидывает бровь, показывая тем самым, что ждёт более развёрнутого ответа. — Я только приехала, не могу знать. Быть может, мне не понравится кто-то из преподавателей, или незнакомый предмет окажется сложным, ещё, может быть, не смогу принять студенческую жизнь как школьную. Мне продолжать или ты понял? — я улыбаюсь и прищуриваю глаза. — Понял. Надеюсь, тебе здесь понравится и ты не сойдёшь с ума. — Почему я должна сойти с ума? — «Томас Джефферсон» известен как университет, где самые пьющие школьники и студенты, где рекордное количество самоубийц по всему штату. Во времена, когда «Томас Джефферсон» получил прозвище «Школа самоубийц», один парень повесился в собственной кладовке, среди пронафталиненных свитеров, старых кроссовок и прочего барахла. Он был неудачником, играл в музыкальной группе, цвел прыщами и почти не имел друзей. Так что никто особо не озаботился, когда он умер. В смысле, люди, конечно, взгрустнули, но пережили это. Однако в следующем году — ровно через год — один из самых популярных парней в школе покончил с собой точно таким же образом. Все было схожим: метод, время и место. Не считая того, что этот парень был капитаном сборной по плаванию и футбольной команды; когда полицейские открыли кладовку, на полках стояло столько спортивных наград, что казалось, будто он погребен в золотой усыпальнице. Он оставил только короткую записку: «Мы все палачи». Тайлер замолкает, и я тоже. Мне стоило узнать побольше об этой школе, университе, прежде чем подавать документы на перевод. «Надеюсь, тебе здесь понравится и ты не сойдёшь с ума» — эти слова повтором крутятся в моей голове. Однажды я уже сошла с ума и этого мне хватило. Я не хочу вновь это пережить, благодарю. — Не переживай. Если кто сойдёт с ума — точно не я, — я подмигиваю ему и с его губ слетает смешок. — Сильно сказано. — Точно подмечено. — Это имеет смысл. Мы вновь замолкаем. Достаю телефон и смотрю на время. Пора ознакомиться с тусовками «Томаса Джефферсона»!

***

       «И мы с тобой встретимся однажды, в совершенно несовершенном месте; будем пить и разговаривать, делать вид, что не знакомы» — доносится музыка до моих ушей и текст впадает в опьяненный разум. Почти сразу же песня меняется и я узнаю ее. A$AP Ferg – Plain Jane. Прошли всего лишь полчаса вечеринки, но я успела напиться. Конечно, я пью с того момента, как мы украсили это помещение. Я познакомилась со всеми «Лакомыми» мальчиками и зависаю в их компании. Один из них ляпнул что-то вроде: «Линдси увидит и взбесится». Я вспомнила это имя. Дайлер говорил, что она и её подруги пошли встречать «Обменников». Кстати, о них. Ещё ни один из них не прибыл, также, как и та компания девушек, которые были в театральном зале. Собственно, в этом месте больше парней, чем девушек. Только три девушки стоят в углу большой комнаты и разговаривают о чем-то своём, и мы, тоже втроём. Три девушки из страшного прошлого.        Рядом со мной Джессика и Вивьен, с которой мы решили перекинуться новостями завтра, а сегодня вдоволь навеселиться. Вивьен тоже изменилась. Я бы сказала, слишком изменилась. Она стала на пару сантиметров выше, или дело в каблуках? Ее волосы такие короткие, что ей пришлось сзади их немного выбрить, чтоб у неё было идеальное короткое «каре». Цвет волос такой приятный, темно-русый, крашенный, но они выглядят здоровее моих. Ладно, не об этом.        Музыка звоном отдаёт в моих ушах, создавая свой ритм. Пьяные студенты танцуют в центре зала и напиваются пуще прежнего, расплескивая содержимое своих стаканов. Интересно, тут вообще есть люди, которые не пьют? Постепенно в помещении становится накурено и Дайлер открыл окно. Думаю, оно не спасёт. — Во сколько обычно заканчиваются такие вечеринки? — перекрикиваю я музыку, адресовывая слова Джессике. — Ты уже хочешь уйти? — она округляет глаза, делая удивленное лицо. — Нет, мне просто интересно. — В связи с количеством людей, все уйдут уже в час ночи. Я киваю головой, давая понять подруге, что услышала её, и снова отпиваю со своего стакана.        Джессика и Вивьен увлечённо болтают с тремя парнями, пока я стою немного поодаль и не вслушиваюсь в диалог. Кажется, они говорят о лакроссе или футболе. В любом случае, я ничего не понимаю в этих двух видах спорта. Участвовать в разговоре не имеет смысла. Мой взгляд падает на дверь, которая моментально распахивается, позволяя выйти наружу небольшому количеству сигаретного дыма и запаху приторных женских духов. Входят пятеро хорошо одетых девушек, следом за ними идут трое парней. Я не беру во внимание парней. Мне интересны пока что девушки. Очевидно, девушка с выжженным блондом — и есть та самая Линдси, о которой говорят. Рядом с ней две девушки. Предполагаю, Карла — эта та, которая выглядит броско. Я имею в виду, ее сразу замечаешь после Линдси. Ее волосы чёрного цвета заплетены в две косички, макияж соответствует цвету волос. Улыбаюсь, ведь ей подходит «Смоки-айс» под ее загорелую кожу. Третья, скорее всего, Анна. С волосами тоже проблема. Распущенные накрученные локоны едва достают до лопаток. Они тонкие, редкие, и совершенно не густые. Ей не помешало бы сделать наращивание волос. Однако, это не мое дело. Вся эта компания движется к аппаратуре. Теперь я наблюдаю за парнями, которые ко мне спиной. Смотрю на походку каждого, на прическу, у одного даже имеются татуировки и они покрывают всю его руку. Они идут смело, не боясь показаться «не такими, как все» только из-за того, что приехали с более продвинутого университета и, скорее всего, даже не по своей воле. Хотя, откуда мне знать?        Музыка становится тише, но не отключается. Все обращают внимание на вошедших недавно студентов. — Прошу любить и жаловать, наши «Обменники» из «Темпла»! — кричит Линдси и все начинают хлопать. Слышны свисты, какие-то выкраивания, простой крик и визг девчонок, включая самих пяти, которые стоят рядом с «Обменниками». — Добро пожаловать в «Томас Джефферсон»! Покажем им, ребята, как мы умеем веселиться! — продолжает голосовать Линдси, что заставило меня закатить глаза. Очевидно, она действительно очень самовлюбленная, с завышенным ЧСВ, да и просто человек, который чувствует превосходство над остальными. Думаю, этот год окажется для меня веселым. Я уже поставила одну цель: вернуть с небес на землю королеву Линдси. — Кир... — пихает меня в бок подруга. Я оборачиваюсь и встречаюсь с двумя озадаченными девушками. — Мне кажется, или это... — тихо говорит Джессика, чтоб слышали только мы втроём. — Джастин, Колтон и Томас? — заканчивает за Джессикой Вивьен. Что они такое говорят? Я молнией оборачиваюсь лицом к парням и встречаюсь с их улыбками, которые адресованы пяти девушкам. Те же карие глаза, которые отдают сладкой карамелью; те же губы, слегка припухшие оттого, что он их слишком часто прикусывает; густые брови; скулы; татуировки; он почти не поменялся. Его волосы, они каштанового цвета и довольно сильно отросли: это единственное, что в нём сильно изменилось. Он повзрослел... — Твою мать... — шепчу я себе под нос. — Вот это сюрприз, — удивляется Джессика. — Что делать будем? — Ничего, — сразу отвечаю я и наливаю себе водки в стакан. — Водка? — удивляется Вивьен. — С колой, — подмигиваю подруге и смешиваю алкоголь с газировкой. — Выпьем! Джессика подносит стакан к губам и до конца опустошает его. Вивьен пьёт мелкими глотками и хмурится от неприятного вкуса.        Увлекаюсь в беседу с парнем, который стоит рядом. Не помню его имя. Что-то похожее на «Лайнер». Может, Линер? Или Ларен? Ларсен? Не важно! О чем он говорит? Я его едва слышу. — Собственно, если по его неудачной конструкции взлетит самолёт — он упадёт в шестидесяти метрах от земли. Бля, о чем он вообще говорит? — И что ты думаешь по этому поводу? — спрашиваю я, поддерживая диалог. Сама краем глаза слежу за парнями. Они всех обходят и знакомятся. Скоро дойдёт очередь и до меня...        Джастин останавливается напротив меня. За его спиной Колтон и Томас. Где-то по бокам прицепились девушки. Наши взгляды цепляются. Всё идёт по порядку: удивление, злость, ухмылка. Я же просто безэмоционально вглядываюсь в его глаза. Вижу, как расширяются и сужаются зрачки. Я опираюсь спиной о стену и знаю, что сейчас рядом стоят подруги, которые также сцеплены взглядами с парнями позади Джастина. Сейчас перестают существовать все вокруг меня. Остались мы вдвоём. Я и Джастин. Не могу предугадать, что он сейчас сделает. Чувствую эти пожирающие взгляды девиц и осознаю, что сейчас все люди смотрят исключительно на нас. — Кораллина Голлин, — протягиваю ему руку в знак знакомства. Он сразу же сжимает ее в рукопожатии. Крепко, сильно, едва больно. Его руки такие же холодные, как и раньше. — Джастин Бибер, — отвечает он, чуть ли не скрипя зубами. — Рада знакомству, Джастин, — я вырываю свою руку и смотрю на девушек уже с улыбкой на лице. — Вас как зовут? — обращаюсь ко всем сразу. — Линдси, — сразу отвечает девушка и на ее лице гордая улыбка. Бинго! Я угадала с первой. —Карла, — говорит мулаточка. — Анна, — смущенно улыбается невзрачная. Дабл килл! Всех троих угадала. — Я Нэнси, — представляется ещё одна девушка. — Мишель, — говорит другая. Я даже забыла, что существуют ещё две. — Очень приятно с вами познакомиться, девочки, — я улыбнулась. — Ты же перевелась из «Васэды»? — спросила Линдси. — Именно. Я подмигиваю им и поворачиваюсь в сторону парней, которые ждали очереди на «знакомство» со мной. С Джессикой и Вивьен они уже побеседовали, я полагаю. — Кораллина Голлин, — повторяю я и тяну руку Колтону. — Колтон Церген, — он хмурит брови, не понимая нашей игры. — Томас Уэтли, — усмешка расползается на лице Томми и он жмёт мне руку, подмигивая.       Что-ж, я вновь попала туда, откуда бежала со всех ног. Начнём заново.

11:40 pm.

       Я старательно избегала компанию Бибера и тех девчонок, которые крутятся всегда около них. Джессика, в принципе, забила на их нахождение тут и целовалась с Дайлером в дальнем углу комнаты, сидя на кожаном диване. Вивьен нашла себе человека, с кем может поболтать: это тот самый парень, с которым говорила я. Черт, до сих пор не помню его имя. Буду называть его: «Лайнер». Так проще. Тайлер периодически бегает из комнаты в комнату, через раз подходит ко мне, чтоб выпить и поболтать о абсолютно неважной фигне. Мне это на руку. Предполагаю, что Джастин уже понял, кто такие эти мальчики. Подкрадывается ощущение о приближающейся войне. Их будет несколько: я против Джастина; компания Бибера против «Лакомых»; я против Линдси. Из всех перечисленных меня волнует только одна. Не сложно догадаться, какая именно. Кораллина Голлин против Джастина Бибера. Интересно, какое будет начало этого учебного года? — Кораллина, — снова подходит Тайлер и обнимает меня за талию. — Я так пьян! Я, совершенно не ожидая такого поворота событий, слегка отталкиваю за плечи от себя парня. Затем осознаю, что именно это — будет началом маленькой войны. Я расплываюсь в улыбке и кладу одну руку на его голову. Медленно запускаю свои пальцы в его волосы и порчу прическу. Тайлер едва не мурлычет, как котик, в мое ухо. — Она испортила его прическу и он ничего ей не сказал, — слышу девичий шёпот за своей спиной. Те самые незаметные три девушки стояли рядом с нами. Я тихо усмехаюсь и отпиваю ещё алкоголя со своего стакана. — У меня ощущение, будто на моем плече повис большой кот, — говорю я и продолжаю гладить Тайлера по голове. — Можешь называть меня своим «Котиком», — отвечает Тайлер и целует меня в шею. Тысячный разряд тока прошёл по телу. Не сейчас, не здесь, никогда! — Тебе спать пора, Котик, — усмехаюсь. — Я провожу тебя. — Не-е-е-т, — протягивает он. — Я хочу остаться. — Как ребёнок, ей Богу, — закатываю глаза и начинаю идти с висящим на плеча Тайлером. — Отдохни в комнате. Он что-то бурчит, но идёт. Когда я записалась в няньки пьяным парням? Пинаю первую попавшуюся дверь и меня встречают громогласные женские визги. Поднимаю взгляд и удивляюсь так, как никогда не удивлялась. Те две девушки, Нэнси и Мишель, если я не ошибаюсь; они в объятьях одного парня. Обнажены до нижнего белья, все втроём. — Прошу прощения! — говорю я и закрываю дверь ногой. Тайлера становится всё сложнее удержать. Кажется, будто он засыпает. Если он полностью расслабится — мы вдвоём упадём на пол, на дойдя до комнаты. — Тайлер, не спи! — прошу я и несу его к другой двери. Чувствую, как парень скатывается, прежде чем я успела оттолкнуть дверь. — Блять! — рычу я и замечаю, что кто-то подхватил его с другой стороны. — Томми? — хмурю брови в удивлении. — Просто хотел помочь. Куда его? — ослепительно улыбнулся бывший друг. — В какую-нибудь комнату, — киваю и открываю дверь. На мое счастье, тут никого. Замечаю заправленную кровать и отхожу в сторону, давая пройти Томасу с пьяным Тайлером на плече. Он аккуратно опускает его на кровать, укладывает и подходит ко мне. — Парень? — Нет, знакомый. — Вешался на тебя так, будто ты его девушка, — усмехается Томми. — Просто пьяный. — Однако, он постоянно смотрел на тебя, даже когда зависал с другими девушками. — Не имеет значения. — Ты ему нравишься, — улыбается Томас. — Боже, да что тебе от меня нужно? — я улыбаюсь в ответ и закатываю глаза. — Абсолютно ничего. Рад тебя видеть, Кэролайн.       Кэролайн. То имя, которое я не слышала на протяжении года, если не больше. От него меня буквально бросает в дрожь. Я больше никогда не хочу его слышать. — Называй меня просто Кораллина или Кира, — подмигиваю я и покидаю комнату, оставляя там Томаса и спящего Тайлера.        Чувствую, эта вечеринка закончится раньше, чем положено. Ещё нет двенадцати, а все уже чрезмерно пьяны. Вздыхаю и сажусь на кожаный диван. Беру подругу за руку и оттаскиваю от Дайлера. — В чем дело, Кира? — ноет Джессика и садится рядом. — Спать хочу, пошли в комнату? Рядом подсаживается Дайлер и целует Джессику в ушко. Это всё, конечно, очень мило, но я действительно хочу спать после долгого и утомительного перелёта. — Там твой брат спит, пьяный в дерьмище, — обращаюсь к Дайлеру. — Оно и к лучшему. Джессика сегодня остаётся со мной, — улыбается Дайлер и целует Джессику. — Отлично, блять! — я вскидываю руки и поднимаюсь с дивана. — Удачно наделать детей!        Поспешно покидаю подвальное помещение, не забывая осмотреться в поисках Вивьен. Её тоже нигде нет. Ну и похуй! Я как-нибудь сама найду свою комнату. Номер был... 669! Замечаю взгляд Бибера, который устремлён на меня. Такой выжидающий взгляд, будто я должна к нему подойти. Открываю дверь и выхожу.        Блуждаю по тёмным коридорам университета. Я почти уверена, что иду в правильном направлении. Если память мне не изменяет — тут направо. Заворачиваю. Есть! Я попадаю в коридор с дверьми. Иду, отыскивая свой номер комнаты. 667, 668, 669. Джессика не закрыла дверь, боясь, что потеряем ключ. Это мне на руку. Дергаю ручку и делаю шаг в полу-освещённое помещение. Что за черт?! На полу мужчина без майки. Он отжимался и повернулся, когда я ступила за порог. Какого хрена здесь происходит? Я окидываю комнату беглым взглядом, стараясь не смотреть на накаченное тело мужчины. Письменный стол, на нём ночной светильник, от которого комната едва освещается, создавая разные тени. Много бумаг, папок. Кидаю взгляд в другой конец комнаты. Расправленная кровать, рядом большой шкаф. На двери висит...костюм с голотипом «Томаса Джефферсона». Неужели, это преподаватель?! — Вы что-то хотели? — спрашивает приятный голос и мужчина встаёт перед мной. Мой взгляд падает на его обнаженный, идеальный торс, затем и ниже. Косые мышцы, как же я их обожаю. Чувствую, как легко тянет низ живота и мое дыхание участилось. — Вы новенькая, верно? — говорит он, отвлекая меня от рассматривания его тела. Я поднимаю голову и встречаюсь с его взглядом. Это же преподаватель по математике, который сегодня зашёл в нашу комнату без стука! Очевидно, он тоже удивился. Его глаза приобрели маленький огонёк, будто в них загорелась искра. Он узнал меня. — О, так это Вы, — он неловко потирает свою шею. — Прошу прощения! Наверное, я ошиблась корпусами... — я закусываю губу и отступаю на шаг от него. — Я могу провести Вас в женский корпус, сами вряд ли найдёте дорогу. — Он говорит эти слова так спокойно, будто к нему уже так врывались раннее. — Вы забрели в учительский корпус, существуют ещё женский и мужской, которые делятся на разные этажи по курсам. Преподаватель надевает обычную белую майку с глубоким вырезом на груди и подходит ко мне. Он запирает дверь на ключ и идёт в ту сторону, из которой я пришла. Я следую за ним. Нужно же как-то выбраться!        Неловкое молчание, мои щёки горят от стыда. Не знаю, отчего мне стыдно больше: оттого, что я вытворила сегодня, потряхивая перед ним сиськами или оттого, что ворвалась в его комнату и безстыдливо рассматривала мужское тело. — Как Вас зовут? — начинает диалог мужчина. — Кораллина Голлин. — Лео Киттон. Кораллина, Вы первокурсница, верно? — Нет, — я качаю головой. — Второй курс, перевелась из «Васэда». — Поздравляю, я буду преподавать у Вас математику, — усмехается он. Я закусываю губу. — Неловко вышло, — смеюсь. — Согласен. Вы сравняли счёт, — смеётся в ответ Мистер Киттон. — Теперь 1:1? — насмешливо вскидываю бровь. — Надеюсь, игра закончена. Мужчина поддерживает мои слова смехом и мы доходим до нужной двери. — Рад был знакомству, новенькая ученица, — он улыбается и я улавливаю, как его щеки краснеют. — Доброй ночи, Мистер Киттон. Спасибо, что не дали заблудиться. Преподатель ждёт, пока я зайду в комнату и закрою за собой дверь. Я включаю свет, сразу же стягиваю с себя платье, надеваю шорты с коротким топом и шагаю в ванную. Душ подождёт до завтра, а вот макияж — нет. Как бы мне не хотелось спать, я не могу лечь и позволить себе испортить новую наволочку. Смываю макияж.        Сажусь перед зеркалом и расчесываю свои волосы. Прожив в Японии около года — у меня появились новые привычки. Одна из них — расчесываться перед сном. Это даже не плохо. Заканчиваю с этой процедурой и ложусь в кровать. Приятный запах ванили ударяет в ноздри и я улыбаюсь. Не очень хорошее начало в «Томасе Джефферсоне», но тоже пойдёт. Куда может быть хуже? 3:02 a.m.        Слышу звук открывающейся двери и просыпаюсь. Наверное, Джессика соизволила вернуться в комнату. Мужской смех. Стоп, это не Джессика. Открываю глаза и сажусь на кровати, хмуря брови и вглядываясь в темноту открытой двери. Несколько фигур стоят в проеме и рукой отыскивают выключатель. Свет загорается и я ловлю на себе удивленные взгляды парней. Серьезно? Опять Бибер? — Кажется, вы ошиблись дверью, — я недовольно хмурю брови. — Кэролайн? Что ты делаешь в нашей комнате? — спрашивает Джастин, у которого уже давно заплетается язык от большого количества алкоголя. — Это моя комната. Томми отошёл за дверь, посмотрел на номер комнаты и вернулся. — Мы попали в женский корпус, верно? — усмехнулся Томас. — Проведёшь нас к мужскому? У нас тоже номер комнаты 669. — Нет, сами найдёте дорогу, — я закатываю глаза и ложусь обратно. — Закройте дверь, вы мне спать мешаете. Слышу звук, как закрывается дверь. Расплываюсь в улыбке, но тут же подскакиваю с места. Джастин завалился на мою кровать. — Какого хуя, Джастин Дрю Бибер?! — закричала я и отошла от кровати. — Сегодня мы поспим у тебя, всё равно твоя подружка давно в другой комнате со своим парнем, — едва сказал Джастин и укрылся моим одеялом. — Господи, убери этих придурков из моей комнаты, — я подняла голову вверх и закрыла глаза, чем вызвала смешок Томми, который уже лёг в кровать Джессики. — Чтоб утром вас здесь не было! Я хватаю свой телефон из под подушки и выхожу из комнаты, громко хлопая дверью. Первая ночь и меня уже выгнали из своей же комнаты. На удивление, это сделал Джастин. Он когда-нибудь перестанет отравлять мою жизнь?        Бессмысленно шагаю по кампусам университета. Наверное, я уже давно потерялась. Ловлю себя на мысли, что раз они в моей комнате, значит, их комната свободна. Спать в мужском кампусе? Плевать, я просто хочу спать. Отыскиваю дверь с номером 669. Дергая ручку и понимаю, что дверь закрыта. Ну да, а чего я ожидала? Вздыхаю и иду дальше, оставляя дверь позади. Слышу за своей спиной звук открывающегося замка м поворачиваюсь. На пороге стоит Мистер Киттон. Он улыбнулся, когда увидел меня. — Опять Вы, Кораллина. Что-то хотели? — Нет, я думала, что это мужской кампус, — я спокойно пожала плечами и собралась идти дальше. — Извините, что побеспокоила. Снова. — Стойте, для чего Вам мужской кампус? — он догнал меня и стоял рядом. — Понимаете, случилось так, что у «Обменников» из «Темпла» такой же номер комнаты, как и у меня. Они зашли в мою комнату и легли на кровати. Парни пьяные, мее их стало жаль, вот я и подумала: пусть спят в моей комнате, а я пойду к ним. Мистер Киттон с минуту помолчал, затем взял меня за руку и повёл в свою комнату. Я послушно шла за ним, полностью осознавая, что он хочет предложить переночевать у него. Мы заходим в темную комнату, где я ни черта не вижу. Он аккуратно ведёт меня к кровати. — Вот, поспишь сегодня у меня, а утром пойдём вместе в твою комнату, прогонять парней к себе, — я не могла его видеть, но знала, что преподаватель улыбается. — А вы, мистер Киттон? — тихо спросила я. — Что? Ты о чём? — Где Вы будете спать? — Э-м, на полу? — это более звучало как вопрос, чем утверждение. Я забралась на кровать и пододвинулась к стенке. — Вы можете лечь рядом, если обещаете не приставать, — я усмехаюсь и укрываю одеялом. Мистер Киттон посмеялся и лёг рядом. Я сразу же почувствовала тепло его тела и погрузилась в долгожданный сон. Главное, не вляпаться в неприятности. Хотя, я уже в них. Я сплю в комнате учителя по математике, в моей комнате заблудившиеся «Обменники», которые точно будут утром интересоваться, где я пропадала до утра. Сказочная ночь.