Лица во тьме

      Вокруг меня было абсолютно белым бело — бесконечный коридор, отделанный глянцевой белой плиткой, устремлялся вдаль. Откуда-то спереди раздавалось чуть слышное гудение, похожее на гул серверных. Некоторое время я всматривался туда, безуспешно пытаясь определить источник звука. Будто какая-то невиданная сила потянула меня в направлении шума, и я подчинился ей, неосознанно шагая в неизвестность. Чем дальше несли меня ноги, тем отчётливее виднелся проём, ведущий во внушительных размеров зал, такой же белоснежный, как и коридор.       Оказавшись внутри, мой взгляд зацепился за странную подрагивающую тень в одном из углов, выбивающуюся из общей белизны. Гул, громкость которого оставалась неизменной, исходил от нее. Ведомый любопытством, я начал медленно подходить к казавшемуся бесформенным, почти сливающемуся с окружением силуэту, чтобы получше его рассмотреть. Создавалось впечатление, что я подхожу к какой-то зеркальной фигуре, но, по мере приближения, я так и не увидел своего отражения. Подойдя, я протянул руку, чтобы дотронуться до гладкой поверхности, но неожиданно сзади раздался неразборчивый женский шёпот, громкость которого стремительно нарастала. Через мгновение он раздался возле моего уха.       Обернись…       Повинуясь команде, я резко обернулся назад, и моему взору предстала гигантская статуя неизвестного мне существа. Стены вокруг меня таяли словно тонкие листы бумаги, попавшие под ливень. На статую падали редкие лучи свети, придавая ей схожесть с молчаливым божеством, находящегося в глубокой спячке.       Я восхищённо рассматривал колосса, но неожиданно ощутил свербящее чувство между лопаток, будто кто-то в упор рассматривал меня со спины. С трудом оторвав взгляд от изваяния, я обернулся, и в этот самый момент на меня прыгнуло какое-то волосатое чудовище и повалило с ног. Мне удалось рассмотреть его вскользь: четыре конечности были покрыты серо-синей шерстью, каждая из которой заканчивалась похожими на обезьяньи ладонями. Оно восседало на мне, смотря куда-то вверх, на статую, но я не чувствовал его на себе, будто оно совсем ничего не весило. Спустя мгновение оно опустило морду, которая нависла надо мной. Всё моё существо похолодело, я ощутил, как от ужаса затряслись поджилки. Прямо на меня смотрело обезображенное человеческое лицо с пустыми глазницами.       Распахнув глаза, я резко сел на кушетке. Сердце бешено колотилось, норовя выскочить из груди, и я почувствовал, как одежда приклеилась к коже из-за липкого холодного пота. Ко мне тот час подошёл автоматик.       — Мистер Смит, с вами всё в порядке? — он заглянул мне в лицо. Его голос смягчился, но в механических глазах, в глубине зрачка которых отсвечивал красный диод, отсутствовал жизненный блеск. Такой диссонанс натолкнул меня на уже распадающиеся воспоминания о кошмаре, и меня передёрнуло.       — Да, всё нормально, — голос предательски дрогнул, и я потёр лицо ладонями. — Просто приснился кошмар.       Майкл ещё какое-то время таращился на меня, но, наконец, отошёл, не обнаружив способов оказать мне какую-то дополнительную поддержку.       Свесив ноги с кушетки, на которой я, как оказалось, спал всё это время, я решил осмотреть комнату, в которой находился. Судя по всему, автоматик доставил меня в яркоосвещённый медотсек комплекса. Вдоль стен располагались сектора с различными медицинскими инструментами и оборудованием, а в левом углу находился стол с несколькими мониторами, возле которого стояло офисное кресло. Сама комната была небольшой — площадью квадратов пятнадцать. Посередине, отдельно от всех остальных предметов интерьера, находились две кушетки, одну из которых занимал я.       — Ты отправил извещение о моём прибытии? — в животе начала закручиваться тревога от осознания, что неизвестное количество времени я потерял впустую, ставя под риск свою репутацию в корпорации.       — Да, сэр. Пришёл ответ, что они готовы направить сюда два вспомогательных отряда автоматиков и сопровождающего, — в движениях Майкла сквозило несвойственной дёрганностью, будто команды в его электронном мозгу отсылались в конечности с опозданием. Видимо, неожиданное выведение из строя оставило на нём свой ощутимый след.       — Ладно, с этим разберусь позже, — я вздохнул. — Меня больше интересует, что за чертовщина произошла со всей электроникой?       Снова вперив в меня свои неживые глаза, геодезист молча таращился на меня. Этот взгляд нервировал, как нервировали и необъяснимые задержки от автоматика. Я только успел подумать, что G-специальность не знает слово «чертовщина», и открыл было рот, чтобы перефразировать вопрос, как вдруг он заговорил:       — Электромагнитный импульс. Причина неизвестна. Сейчас идёт поиск источника и устранение последствий.       «Что-то ты совсем плох, дружище,» — я посмотрел на Майкла с прищуром. Такая большая задержка ответов у автоматиков говорила о сбоях, происходящих в их электронных мозгах. Я решил, что эти импульсы случались здесь достаточно часто, а потому решил уточнить:       — И часто здесь такое происходит?       — Периодичности не наблюдалось, — кратко отрапортовал он и подошёл к двери. — Пройдёмте, я провожу вас в жилой отсек.       Я слез с кушетки и заозирался в поисках своей сумки. Она обнаружилась на плече автоматика, что заставило меня мысленно выругаться. За счёт «лагов» лимит доверия к Майклу был практически исчерпан — что может произойти с моими вещами, если его микросхемы снова выдадут ошибку и он впадёт в бешенство?       От медотсека до жилых помещений мы шли в тишине. Вопросов у меня было масса, но расспрашивать неисправного робота не хотелось. Коридор, по которому мы шли, был обшит бежевыми пластиковыми пластинами, в светлых стенах виднелись дверцы электрощитков, а по его потолку пролегал магистральный кабель. От прохода отходило множество дверей и побочных ответвлений, из чего я заключил, что это главный коридор комплекса. Через три развилки мы повернули направо и оказались в достаточно вместительном круглом зале, в стенах которого было несколько дверей.       — Это жилой отсек. Вы можете занять любую комнату, — Майкл снова уставился на меня. Этот ничего не выражающий взгляд синтетических глаз с красным отблеском внутри по неизвестной причине пугал меня до усрачки. Скрипнув зубами, я громко произнёс, отведя взгляд:       — Понял. Направь сюда одного из автоматиков, занимавшихся сбором образцов грунта, — с этими словами я двинулся в сторону ближайшей двери.       — Мистер Смит, — замогильным голосом произнёс геодезист. Или это только моё воображение так разыгралось? Я медленно обернулся, опасаясь дальнейшего развития событий, но увидел лишь то, как Майкл протянул мне руку. — Ваша сумка.       «Твою мать, он всего лишь возвращает мне сумку,» — я мысленно одёрнул себя, пытаясь успокоиться. Приняв от него вещи, я практически бегом зашёл в комнату, захлопнув за собой дверь.       Я провёл рукой по сенсору выключателя у входа, и помещение залилось приглушённым тёплым светом. Выбранная мной комната роскошью не отличалась — обыкновенная полимерная коробка, стены которой были отделаны так же, как и коридор, со средствами первой необходимости. Справедливости ради — вряд ли любая другая в комплексе была бы лучше. Простая одноместная кровать, стол с монитором, шкаф, встроенный в стену. В метре от входа находилась ещё одна дверь. Я заключил, что там была душевая, но решил удостовериться в этом позже.       Ещё раз окинув взглядом свои «хоромы», я бросил сумку на кровать и достал из неё портативный коммуникатор. Сейчас мне было необходимо связаться с руководством и отчитаться о прибытии лично, а также рассказать о текущих тревожных наблюдениях. Синхронизировав прибор с монитором, я отдал голосовую команду отправить сигнал начальству. В ожидании звонка я расположился на стуле напротив стола. Спустя пару минут раздалась трель: поступил ответный сигнал.       — Ответить, — я принял напряжённую позу, прямо смотря в монитор.       Появившееся изображение ослепило меня — на экране появился кабинет руководителя, оформленный в белых тонах. Его белизна натолкнула на сравнение с небесами или раем, куда заготовлена дорога всем праведникам. Но вместо незримого Бога на меня смотрело макетное лицо заместителя руководителя, который и до апостолов-то еле дотягивал.       — Докладывайте, — без приветствия начал он.       Я начал рассказывать по порядку: доложил о сильной тряске беспилотника на подлёте, об отключившейся электронике, о нетипичном поведении автоматика, и о предположительной причине этих событий — электромагнитном импульсе. Весь мой доклад замрук смотрел на меня немигающим взглядом, а его лицо, хоть и смоделированное по подобию человеческого, но выглядящее так, будто его сняли с манекена из шопмолла, не выражало никаких эмоций. По позвоночнику пробежал холодок. Видимо, местная атмосфера нагоняла на меня беспричинный страх перед автоматиками, либо у меня действительно развивалась фобия.       — Мы готовы выслать вам несколько вспомогательных отрядов, — его голос прозвучал из динамиков, как только мой отчет подошел к концу. — Назовите необходимые вам ресурсы.       — На какой объём ресурсов я могу рассчитывать?       — Не более пяти отрядов автоматиков и двух сопровождающих.       Я удивлённо уставился в экран. Майкл говорил мне лишь о двух отрядах автоматиках и одном сопровождающем, откуда взялись такие цифры из уст заместителя? Решив проверить свою догадку, я осторожно задал вопрос:       — С вами отсюда уже связывались автоматики из комплекса?       Заместитель изобразил на лице озадаченное выражение и ответил:       — Связывались. Доставили краткое сообщение о вашем прибытии.       — Ясно. Дайте мне несколько минут, чтобы я определился с объёмом поддержки.       Этого чёртового Майкла нужно было сдавать на металлолом. Его электронные мозги явно закипели, раз он начал придумывать какие-то несуществующие данные и разговоры. Решив, однако, заняться им позже, я начал размышлять о численности и составе вспомогательного отряда.       Тащить в эту дыру пять отрядов новёхоньких роботов по десятку в каждом — брать такую ответственность на себя я бы ни за какие коврижки не решился. Чёрт знает, что с ними станет в этом покинутом месте, а за имущество корпорации в этом секторе отвечаю я. Хотя, если моё одиночество здесь скрасит какой-нибудь приятный коллега…       — Кто прибудет в роли сопровождающего небольшого отряда?       Заместитель скосил глаза вправо, видимо, проверяя список сотрудников. Через несколько секунд он ответил:       — Калеб Басински.       Откинем идею про приятного коллегу.       — Достаточно одного отряда из одного автоматика M-специальности, пяти автоматиков G-специальности и одного автоматика TS-специальности, — я замолчал, обдумывая своё решение. Ещё раз прикинув все «за» и «против», я продолжил: — Это всё. Пока вспомогательный отряд не прибыл, я оценю ситуацию, непосредственно связанную с проектом.       — Отряд выдвинется сразу после нашего разговора. В течение следующих сорока восьми часов жду от вас отчёт по завершении экспертизы.       — Вас понял.       Не прощаясь, замрук вышел из канала связи. Мой взгляд еще какое-то время был направлен в монитор, на котором теперь плавали иконки функций терминала на фоне абстрактных фигур. Потратив некоторое время на осмысление всего разговора, я звонко ударил себя ладонью по лбу. Отказаться от живого человека в роли сопровождающего, каким бы неприятным он ни был, да ещё и вызвать дополнительных железяк в местность с риском возникновения магнитных помех — чтобы найти решение глупее, нужно было бы постараться. Хотелось удариться головой о полимерную столешницу, чтобы вытрясти и головы весь идиотизм, которым меня, видимо, наградило недавнее кислородное голодание. Я потёр руками лицо, решив, что сделанного всё равно не воротишь, и принялся исследовать комнату в надежде найти сменную одежду и какую-нибудь съедобную провизию. В животе заурчало в такт мыслям, и я засуетился, чувствуя тянущую боль в желудке.       В шкафу обнаружились несколько стандартных комплектов одежды, заботливо предоставленных корпорацией. Они были идеально развешены на перекладине, будто бы являясь какими-то декорациями в кукольном домике. В таких местах, где во всём царит идеальный порядок, всегда чувствуешь себя неуютно — природная тяга к энтропии шептала перевернуть всё вверх дном, чтобы не чувствовать подвоха в слишком совершенной системе. Застёгивая тёмно-синюю куртку, я усмехнулся собственным мыслям. Инженер, чувствующий себя комфортно в беспорядке и хаосе — что за нелепое сочетание противоположностей?       Раздался стук. Сначала я напрягся, не ожидая никаких визитов, однако тут же вспомнил о собственном требовании вызвать к себе автоматика, составлявшего отчёт. Я крикнул «Войдите!», продолжая сборы.       Дверь бесшумно открылась, и в комнату вошёл Майкл. Я быстро окинул его взглядом и приметил некоторые отличия в серийном номере на кадыке, а также куртку другого фасона — куртка на Майкле была похожа на бушлат, в то время как стоящий передо мной автоматик был одет в нечто, похожее китель. Лица у этих двоих были абсолютно одинаковые — чисто из экономических соображений. Дизайн черт лица для человекоподобных роботов был достаточно дорогим удовольствием, поэтому внутри специальности все роботы были на одно лицо. Незнакомый мне автоматик сделал два шага за порог и представился:       — Мистер Смит, меня зовут Джим, я автоматик G-специальности. Я занимался отбором и анализом пробы грунта на данной территории.       — Отлично, Джим, — помня о фактических ошибках, совершаемых Майклом, я намеревался сначала проверить нового знакомого. — С твоим коллегой Майклом не происходили никакие странные вещи в последнее время?       — Были замечены задержки в действиях, — почвовед смотрел на меня немигающим взглядом, будто гипнотизируя. По спине пробежал холодок. — После третьей волны ЭМИ у него начались сбои в работе.       Я уставился на автоматика в ответ, не веря собственным ушам. «Третьей? В каком смысле третьей?!» — я чувствовал, как эмоции меняют друг друга на моём лице, однако роботу передо мной было невдомёк, что они означали, и он продолжал бесцветно смотреть на меня. Я переживал полный спектр чувств — от раздражения на чёртового Майкла, который и слова правдивого мне не сказал за всё моё пребывание на объекте, до отчаяния, что я могу застрять здесь, среди неисправного металлолома, на неизвестный срок. «Что тут, блядь, происходит вообще?» — мысленно выругавшись, я кое-как заставил себя успокоиться и продолжил опрос.       — Сколько всего импульсов было здесь за всё время?       — Четыре, включая тот, что произошёл несколько часов назад.       «Я в жопе,» — обречённо пронеслось в голове. Пытаясь контролировать выражение лица, не выдавая крайнюю степень безысходности, я снова обратился к своему механическому собеседнику, подсознательно опасаясь дальнейших ответов.       — В отчёте Майкла я читал про остаточную радиацию. Действительно ли вы обнаружили, что МЭД гамма-излучения колеблется в пределах 0,35-0,40 мЗв/час?       Джим изобразил озадаченное лицо. Как я и думал, он не понимал, о чём речь.       — Мистер Смит, радиационный анализ показал удовлетворительный результат, также как и все прочие химические и биохимические анализы.       Я закрыл глаза и глубоко вздохнул, пытаясь унять нервную дрожь в руках. Проделав короткое дыхательное упражнение, я снова посмотрел на автоматика и тихо произнёс:       — Мне необходим лабораторный журнал и заключения контрольной группы. Через пятнадцать минут всё это должно быть у меня.       — Будет сделано, сэр, — почвовед развернулся и начал подходить к двери.       — И ещё кое-что… Где здесь столовая? — я замялся, чувствуя, как невпопад звучит мой вопрос. Мой желудок, вторя моим словам, издал звук, похожий на гул аэрополос снаружи.       На лице автоматика, однако, не отразилось ни единой эмоции, и он, снова смотря на меня вполоборота своими неживыми глазами, кивнул в пригласительном жесте.