Узумаки Рэй: Хроники попаданки

      Рэй задумчиво бродила по читальному залу, не находя в себе сил сесть и успокоиться. Она скользила взглядом по немногим книжным шкафам, машинально поглаживала одного из котят, которого держала на руках, несколько раз едва не наступила на Рожка. А может, то был хвост Яманэко — слишком она была погружена в свои переживания, чтобы заметить.       — С тобой ведь не все в порядке, — стены поглотили звук голоса пантеры, он превратился в бархатистый шёпот. — Я права, Птенчик?       Узумаки не видела смысла скрывать правду и кивнула.       — Я же говорила, что произошло в плену Акацуки. Это был шаг назад.       Яманэко недовольно фыркнула, а кончик ее хвоста коротко задрожал.       — Был бы тут Шио, весь мозг бы тебе вынес.       Рэй виновато улыбнулась, но кошка демонстративно отвернулась и запрыгнула на подоконник. До ушей донеслись приглушённые переговоры. Яманэко косо взглянула на дверь и напряглась, в то время как Рэй вовсе стояла ко входу спиной и была ни слухом, ни духом.       Дверь скрипнула. Время в помещении остановилось, даже пыль словно замерла в воздухе. Сердце в груди тоже замерло и под действием силы тяжести стремительно полетело вниз. Рэй медленно повернулась к вошедшему, в последнюю очередь переводя на него взгляд. Вздох застрял в лёгких.       Волна паники гребнем нависла над девушкой. Комната стала весами, на чьи чаши легли спокойствие и страх. Малейшее давление, и баланс рухнет. Этим давлением оказалось тихое слово:       — Привет.       Рэй стала задыхаться. Пыль показалась раскалённым песком и обжигала горло, тишина звенела. Руки ослабели, с них спрыгнула пантера и вместе со второй взволнованно прильнула к ногам девушки.       Боль не раскатывалась импульсами по телу. Она резко стегнула хлыстом шею и спину, оставляя жгучее послевкусие. Узумаки сдавленно зарычала и зажмурилась.       — Шисуи, отойди назад! — Яманэко соскочила с подоконника и заслонила Рэй. — В самый угол отойди!       Он оставался холоден и спокоен. Без резких движений и совершенно беззвучно подошел к стене, не сводя взгляда с Узумаки, теперь лишь больше напоминая опасного хищника.       Яманэко развернулась к Рэй и ласково ткнулась ей в руку. Тихое мурчание не помогло перебороть панику, но взгляд девушки хоть немного прояснился. Она сделала два шага назад и едва не споткнулась.       — Шисуи, выброси оружие. Оно тебя привлекательнее не делает! — продолжая аккуратно оттеснять Узумаки назад, рявкнула Яманэко.       Рэй замерла, упершись спиной в книжный шкаф. Боль исчезла, но паника накатила с новой силой, когда Шисуи коснулся танто. От его взгляда ничего не укрылось. Плюнув на все, вместе с ножнами он выбросил клинок за дверь, а следом вылетели все набедренные сумки. Где-то в коридоре от снарядов невозмутимо увернулась Цунаде и заинтересованно посмотрел на них Нейджи.       Рэй пыталась глубоко дышать. Она буквально слышала, как пульсирует ее кровь, но постепенно до слуха стало доноситься мерное мурчание трех пантер. Даже Рожок в кои-то веки проявила нежность, взобравшись на плечо и ткнувшись носом в щеку девушки. Ее руки все еще дрожали, воздух казался слишком плотным, а по спине медленно ползли холодные капельки пота, но паника уже не была столь оглушающей.       — Я… спокойна, — не понятно, кому именно предназначался тихий хрип; Рэй смотрела в ноги Шисуи, но обращалась будто сама к себе.       Учиха не решался что-то ей ответить. Он напряженно сверлил девушку взглядом и пытался понять, как лучше действовать. Возможно, уйти?..       — Со мной… кхм, со мной все хорошо, — Узумаки мысленно чертыхнулась на свой охрипший голос и заставила себя посмотреть прямо Шисуи в глаза. — Даже не смей сейчас все прекращать.       Учиха вопросительно вскинул брови и внезапно слабо улыбнулся. Только что ему не оставили выбора, предугадав мысли.       — Не думал, что ты до сих пор носишь эту заколку, — деталь, которую он заметил сразу, как только зашел.       Во всей суматохе парень очень долго смотрел на Рэй, но только теперь смог увидеть ее. Все детали и мелочи, изменения за три года жизни с пантерами. Дрожь и бледность тоже не скрылись от него.       — Ей удобно закалывать короткие волосы.       Девушка даже не шелохнулась. После бури наступило затишье, словно она хлебнула сильного успокоительного. Остатки страха бегали по телу мурашками и отзывались ломотой в теле, от них иногда срывался голос, но больше Рэй ничего не чувствовала.       Шисуи тоже не спешил что-либо говорить еще. Посмотрев на Узумаки, он мог рассказать о ней намного больше, чем она в таком состоянии, что парень и предпочёл.       — Прости.       Это прозвучало так неожиданно, что Шисуи не сразу понял смысл произнесенного. Даже пантеры притихли, удивленно косясь на девушку.       — Я сейчас совершенно невменяемая, — Рэй поджала губы не то от пробившегося чувства неловкости, не то машинально. — Мне тяжело. Я бы хотела с тобой поговорить спустя столько лет, но вряд ли смогу нормально поддерживать беседу. Даже если отвечу, наверняка это будет грубость или пустые слова.       Учиха улыбнулся одними уголками губ. Из него эмоции тоже прямо-таки били ключом.       — Разве мы должны говорить?       Наверное, это были последние слова, прозвучавшие в зале этим вечером. За окном стянулась непроглядная тьма, маленькие пантеры успели уснуть на руках Рэй, но они так и сидели по разным углам комнаты и играли в гляделки. Девушка изучала Шисуи и пыталась привыкнуть к его присутствию. Сложно было не заметить, насколько он изменился. В памяти сохранился расплывчатый образ многолетней давности и плоские картинки с телевизора, но вживую все было иначе. То был уже не четырнадцатилетний гений клана и не упоминаемый персонаж истории, а взрослый парень. Все его худое и бледное лицо было одним контрастом. На нем залегла тень усталости, но сосредоточенный взгляд черных глаз не позволял заметить этого изъяна. Тонкие губы были плотно сжаты скорее по привычке, чтобы придавать еще больше мрачности. Со старым воспоминанием это лицо объединили лишь вечно растрепанные вьющиеся волосы. Тогда они выдавали его скрытую добрую натуру, а сейчас делали не то чертовски уставшим, не то чертовски красивым.       Шисуи расслабленной тенью завис в углу и полностью обратился в мысль. Он тоже не мог привыкнуть, что, не таясь, может показаться Рэй на глаза, но даже так не удавалось установить с ней контакт. Он пронизывал ее взглядом и пытался понять, о чем она думает, но девушка казалась ему слишком отчужденной. Не самая хорошая утеха самолюбию, когда он помнил, как Узумаки ведет себя с остальными.       Рэй и Шисуи были так сосредоточены друг на друге, что не сразу заметили отворившуюся дверь. Цунаде остановилась на пороге и внимательно оглядела помещение. Разрухи нет, жертв нет, истерик нет. Даже удивительно.       — Разбираться, что здесь происходило, я буду позже, — отсутствие подвохов казалось самым главным подвохом. — А сейчас закругляйтесь. Для первого раза достаточно.       Рэй заторможенно посмотрела на Хокаге и испуганно сжалась, когда Шисуи сделал шаг в сторону. Он в последний раз внимательно на нее посмотрел и поспешил скрыться за дверью. За пределами читального зала его перестало что-либо интересовать, и он ушел, ничего не сказав. Зато вслед ему задумчиво глядел Нейджи.       Рэй, напротив, не торопилась уходить. Она аккуратно опустила спящих кошек на пол и попрощалась с Яманэко, отпуская всех троих обратно в Призыв. Двигаться спустя несколько часов подражания памятнику было странно, в первые мгновения разом хрустнуло все, что только могло, а в потом дохрустело то, чему, по идее, такая возможность даже не дана.       — Завтра буду ждать в кабинете с устным отчетом, — пропуская девушку в коридор, сообщила Цунаде.       К ней подошел Нейджи. Выглядел он не слишком довольно, но мрачных взглядов на Пятую не мог себе позволить.       — Ты в норме?       — Без… кхм, без понятия, — Рэй чувствовала, как все еще сдерживает эмоции. — Ощущаю себя потерянной.       Она удивленно скосила глаза, когда на голове нечто пришло в движение. Секунда, и с ее макушки на плечо Нейджи шлепнулась шатающаяся змея. Кажется, она выдернула себя из глубокого сна только ради своего любимчика.       — Не думал, что все так затянется. Прошло практически три часа.       Рэй удивленно икнула и оглянулась на Цунаде. Она утвердительно кивнула.       — Завтра придешь в четыре часа. А сейчас отдыхай.

***

      Требование Пятой никак не хотелось выполняться. Какой там был час? Третий? Пятый? Рэй целую ночь вертелась в постели, но сон ушел в отпуск и игнорировал ее. Не было даже желания поспать или отдохнуть. Вот что значит чувствовать себя потерянно.       — Спать и видеть кошмары мне нравилось больше, — вслух ворчала девушка. — А так — одна морока.       Подушка нагрелась с обеих сторон, татами стало казаться неприятным и жёстким, а тишина давила на уши и мешала сильнее, чем привычный шум природы.       — К черту! Не могу я так…       За несколько часов бездумного таращанья в темноту глаза к ней привыкли, поэтому Рэй спокойно ориентировалась в коридорах. Ее так вымотала бессонница, что попытавшееся заикнуться смущение было в тот же миг послано куда подальше, и девушка нетерпеливо постучала в дверь.       — Чутко спишь, — абсолютно невозмутимо подметила она, когда Нейджи открыл ей ровно через шесть секунд.       — Но это не отменяет того, что я сплю, — недовольно буркнул он. — И тебе бы не помешало.       Рэй нервно фыркнула.       — Вот именно! Что-то, блин, да помешало! Я до сих пор глаз не сомкнула.       Хьюга удивленно вскинул брови. Так сильно бессонницы даже его никогда не мучили. А Узумаки не просто от нее страдала, но еще и поддавалась ее плохому влиянию — стыд, кажется, сейчас напрочь исчез.       — Можно я переночую у тебя?       — Да.       Невероятно, как все было просто. Если спокоен один, спокоен другой. Если один становится слишком отрешенным, то же случается со вторым. Стоит одному сделать шаг вперед, второй сделает два.       Рэй прошла в спальню Нейджи. В другой раз она бы сразу пустила слюни на мягкую, пусть и не слишком широкую, кровать, но сейчас было плевать с высокой колокольни. Девушка присела на пол, упираясь затылком в жесткий матрац, и столкнулась с вопросительным взглядом Хьюги.       — Я все равно не усну, — пояснила она, наблюдая, как парень ложится на кровать.       — Если пришла ночевать, то ложись и спи.       Узумаки откинула голову назад и поняла, что Нейджи подвинулся, освобождая половину кровати. Она открыла рот, чтобы возразить, но додумалась глянуть на часы и с разочарованием обнаружила, что стрелки едва отмерили половину пятого утра. Даже для шиноби подъем слишком ранний.       — Долго еще будешь пол протирать? — недовольно заворчал Хьюга. — Я — не ты, я хочу спать.       Рэй позволила себе скромную улыбку и лениво залезла на кровать. Разместиться вместе с Нейджи на ней было проблематично, и, пока ворочались, она все ближе и ближе подбиралась к соседу, чтобы в итоге вовсе уместить голову у него на груди. Стоило ее щеке коснуться его кожи, как парень замер, не решаясь пошевелиться.       — Задохнешься, — ехидно фыркнула Узумаки, и мимолётное смущение как ветром сдуло.       — Будешь ворочаться, и я спихну тебя с кровати, — мрачно оповестил Хьюга.       Он чуть подвинулся и уткнулся носом в макушку девушки, закрывая глаза. Его мерное дыхание успокаивало. Рэй решила воспользоваться ситуацией и обнаглеть окончательно, обнимая торс Хьюги и закидывая на него ногу. Касания не просто внушали покой, даже больше — они пробивали Узумаки на эмоции. Чувство потерянности, которое не покидало ее весь вечер и ночь, отступало, его вытесняло смущение и удовольствие. Девушка сама не заметила, как, охватываемая все большим роем мыслей, начала проваливаться в сон.

***

      — Ну здравствуй, седьмой круг Ада!       Толкнув одну из десятка одинаковых дверей, Рэй зашла в помещение, но зависла на входе. На нее уставилось несколько пар незнакомых глаз. Все они удивленно моргнули, на секунду оторвавшись от некой карты, но потеряли интерес практически мгновенно.       — Ошибочка… — Узумаки вышла, сделала шаг влево и взялась за следующую ручку двери. — Кхм… Ну здравствуй, седьмой круг Ада!       Глаза вновь уставилась на нее, зато теперь хоть знакомые. В центре, как и положено, стоял стол с единственным свитком на нем, над которым навис Джиро, остальные занимали свои рабочие места по периметру комнаты.       — Не помню, чтобы ты была ранней пташкой, — мужчина скосил глаза на часы, стрелки которых отмерили восьмой час утра.       — Бессонница, — Рэй недовольно фыркнула. Поспать-то она поспала, но от силы полтора часа. — Кстати, про вас то же самое могу сказать. Вы всегда возмущались, что я не давала вам спать, когда приходила с утра.       — Как будто бы я ложился.       Саито склонил голову обратно к свитку, и мешки под глазами были скрыты тенью лица. Рэй подошла ближе и с таким же задумчиво выражением посмотрела на изобретение дьявола. Простота печати мозолила взгляд и играла на нервах. Одно за другим Узумаки начала высказывать предположения.       — Раскладывать пытались?       — Я лично с каждым символом возился.       — Обезвреживать?       — Даже несколькими способами.       — Что-то необычное есть? Чернила? Бумага?       — Мы несколько раз отправляли все на экспертизы. Ничего интересного.       Рэй сдержанно кивнула. Все это она выяснила за бессонную ночь, а сейчас подозрения лишь подтвердились.       — Обычная блокирующая печать. Сокрытие есть? Да, вот оно, — она обвела пальцем несколько закорючек. — Вот чакропередатчики. Столько, сколько и требуется. Вот визуальный эффект. Вот физический. Ну и какого черта тогда?!       Узумаки обиженно посмотрела на свиток, уже имея с ним личные счёты, но внезапно во взгляде засверкал садизм и нотки сумасшествия.       — Значит, как с Проклятой печатью? — она кровожадно оскалилась.       — Путем экспериментов.       Творческий процесс впечатлял. Джиро и Рэй быстро восстановили давно налаженный контакт, работа летела, но каждый раз чайкой пролетала мимо намеченной цели. О том, чтобы за раз обезвредить целиком весь свиток речи уже давно не шло, но попытки сдвинуть процесс с мёртвой точки совершались одна за другой. Фуинщики за сутки испробовали немеренное количество печатей, не всегда это проходило бесследно для окружающих.       Джиро и Рэй скептично посмотрели на новый эскиз печати, который совершенно не внушал доверия. Мельком переглянувшись с мужчиной, словно бы говоря: «Будь что будет» — Узумаки с двумя ручными печатями чакрой выжгла на свитке новый фуин. Мгновение, и бумагу охватил столб пламени.       — Етижи-пассатижи!       — Вот те на…       Фуинщики остались совершенно невозмутимы, а шифровальщики вокруг ошалело уставились на пожар и повскакивали со своих мест. Кто-то попытался затушить огонь своим халатом, двое рванули за водой. Джиро с лицом-кирпичом сложил несколько ручных печатей, и в свиток улетела водная сфера.       — Не знала, что вы еще и стихийник, — от бодрого голоса Рэй у некоторых дернулась бровь.       — И такое случается…       Ухмылка девушки слетела сразу же, как только взгляд зацепился за обугленные края свитка. Защитный фуин не тронут.       — Он не должен был загораться… — перетирая в пальцах пепел, пробубнила она.       Джиро уверенно кивнул.       — Даже при самых неожиданных исходах от применения нашей печати пожара бы не возникло. Защитная функция?       — С наибольшей вероятностью.       Рэй пристально рассматривала свиток, но ни один из тёмных символов не наводил ее на мысль о механизмах самоуничтожения.       — Джиро-сан, Рэй-сан, — оборачиваться не хотелось, но пришлось, ибо звали те самые шифровальщики, убежавшие за водой. — Возможно… Вам стоит сделать перерыв?       Полное непонимание во взгляде двух мастеров фуина и кивок на часы. Одиннадцатый час ночи, рабочий день был давно окончен. В комнате попахивало горелым, со стола капала вода, смешанная с сажей, шифровальщики тактично выпирали Рэй и Джиро из кабинета.