Гарри Поттер — наш король!

— У меня намечается вечеринка, — Дафна сидела рядом с Гарри в гриффиндорской гостиной, облокотившись о его плечо. — Не для всех. Сегодня она нарядилась в белоснежное платье и подняла белокурые волосы в высокую прическу, которую повязала синим шарфиком. Туфли на высоких каблуках подчеркивали грациозность слизеринки, но сейчас она скинула их и незаметно шевелила уставшими ступнями. Такую вольность позволить себе в гостиной Слизерина невозможно, но она заметила, как спокойно это делают гриффиндорские старшекурсницы. И никому нет до этого дела. Никаких сплетен, никаких ядовитых шпилек. Вот так свобода! — О, я об этом слышал, — кивнул Гарри. — Ты приглашаешь меня? Он улыбнулся. Так словно удивлялся этому. Но даже если не брать в расчет, что Гарри — звезда, а его присутствие украсит любую тусовку… — Конечно, ты же мой парень, — с деланной серьезностью напомнила она. — И не только тебя, к слову говоря. — В логово к змеям, — протянул Гарри. — А ты уверена, что меня не похоронят в подземельях после такого? Тогда, чтобы ты могла общаться с моим призраком, тебе придется преподавать в Хогвартсе. Составлю конкуренцию Кровавому Барону. Дафна неожиданно для себя искренне рассмеялась. Звонким, чистым, девичьим смехом. Она знала, что парни любят, когда над их шутками смеются. Неожиданно было почувствовать, что Гарри действительно забавный. С ним не скучно. А еще с ним не страшно. Не нужно бояться, что он видит в тебе только выгодный трофей. Возможно, идея встречаться с ним не плоха не только с точки зрения расчета. Дома ее поступок одобрили. — А я после своей смерти стану мстительным приведением, которое будет преследовать их, — пообещала она. — Не волнуйся, у нас вечеринка не для всех. И проходить будет в нашей с Асторией новой комнате. — А кого ты еще пригласила? — поинтересовался Гарри. — Нескольких друзей, — сказала Дафна. — Всех участников Турнира. Они тоже кого-то из своих школ приведут. Немного веселья не помешает. — Я тоже приду, — Гарри и не заметил даже, что Джинни сидит у камина, уткнувшись в книгу. — Вот как? — удивился Избранный. — Да, меня пригласили. — Приятно слышать, — Гарри искренне улыбнулся. — А кто? Когда перед ним перестала нависать угроза в виде непременной женитьбы на Джинни, он стал куда спокойнее относится к ней. Как к младшей сестре. Сейчас Джинни выглядела как-то встревоженно и даже виновато. — Ну… — замялась она.

***

— Святые кальсоны Безголового Ника! — воскликнула Мэри, одна из однокурсниц Джинни, вбежав в гостиную. Слова Джинни застряли в горле. Что тут еще скажешь? Гарри сидел поглощенный Дафной. При всей личной неприязни к слизеринской королеве у Джинни язык не поворачивался сказать, что Дафна как-то обижает Гарри. Вот какую кампанию устроила, чтобы вытащить героический зад из очередных неприятностей. Если так дальше пойдет, то Гарри больше не будет одним из участников Турнира. К радости Гарри, и разочарованию близнецов. Они постоянно твердили, что именно о нем все говорят, когда делают ставки. Даже слизеринцы к ним подходили. Даже Драко Малфой ставил на то, что Гарри свернет себе шею в первом испытание. Дал Фреду и Джорджу десять галлеонов и потребовал расписку. Они давились от хохота, когда рассказывали, что подсунули ему исчезающий папирус. Хотелось бы поглядеть на лицо Малфоя, когда он поймет, что остался с носом. — Джинни, неужели это твой наряд? — прокричала на всю гостиную Мейбл, другая однокурсница. — Это же Италия, последняя коллекция Диор! — Кто тебе его подарил? — раскраснелась от любопытства Мария, третья из них. Мэри, Мария и Мэйбл. Святая троица. МММ. Так Джинни втайне называла однокурсниц, избегая их сплетен, болтовни и встреч. Она предпочитала зависать с близнецами. Те сейчас сидели, склонив рыжие головы над каким-то свитком и что-то бурно обсуждали. Видимо, обдумывали, что и как представить будущим инвесторам. Джинни улыбнулась. Сейчас или никогда. Скоро ведь всё равно это будет известно. — Гойл. Грегори Гойл, — сказала она тихо, но выразительно. — Я иду с ним на вечеринку к Дафне Гринграсс. Новость была сродни эффекту разорвавшейся бомбы. Вернее говоря, на бомбы тут благодаря Фреду и Джорджу давно никто не реагировал. А тут почти все замерли, раскрыв от изумления рты. Конечно. Если бы Джинни призналась, что любит по ночам натравливать василиска на людей, изумлялись бы меньше. И это ведь скрыли от учеников. Знали только члены семьи, Гарри и Альбус Дамблдор. Ну и Том Реддл, конечно. А ведь он, судя по словам близнецов, может возродиться. Это посерьезней проблема будет, чем межфакультетские розни. Джинни уверенно поднялась и сложила руки на груди, принимая вызов. Долго ждать не пришлось. — Ты идешь с Гойлом? — Рон подскочил к ней с изумленным видом. — С Грегори Гойлом? Это что шутка такая? Джинни увидела, как Фред и Джордж поднялись, отбросив все дела и подошли, встав рядом с ней. Теплая братская поддержка пришлась как раз кстати. Джинни криво усмехнулась. — Тебе подушечный червь в уши заполз, и ты оглох? Да, я иду с Грегори Гойлом, — ядовито сказала Джинни. — В чем тут проблема? — А ты их не видишь? — Рон начал краснеть. — Он же слизеринец! Друг Малфоя. — Моя девушка Дафна тоже слизеринка, — спокойно заметил Гарри, уверенно обняв гостью за плечи. — Нельзя так судить о людях. По факультету. Рон продолжал пунцоветь. Его щеки наливались краской словно спелые помидоры. Их семейная черта — все Уизли обладали таким же огненным темпераментом, как их волосы. — А еще он полный кретин! — воскликнул Рон. — Джинни, это же Гойл. Самый тупой парень школы. Первое место займет на конкурсе идиотов! — Ну положим не первое, — заметила Дафна. — Теперь уже не первое. У нас есть новый претендент в твоем лице, Уизли. Раздались смешки. А потом неуверенные голоса начали задавать разные вопросы. Как назойливые репортеры. Распалившиеся Уизли не обращали на зрителей внимания. Бурные семейные ссоры не были редкостью в их доме. — Что, защищать сестру уже плохо? — огрызнулся Рон. — Уж извините, не хочу, чтобы шла с кретином, да еще из такой семьи. — Какой такой? — фыркнула Джинни. — Мама Грегори сама мне выбирала платье. Очень любезный и милый жест. — А может всё из-за платья? — со злостью спросил Рон. — Ты идешь, потому что он тебе подарок дорогой прикупил. Я видел, как ты журналы мод листаешь постоянно! — Рон! — ахнула Гермиона. — Как так можно говорить? Джинни залилась краской. Гнева, стыда, обиды. Ну нет же! Если бы Гойл был ей омерзителен, она бы никогда… Брат запросто и прилюдно озвучил то, что ее так пугало. Но Гойл ведь сам говорил, что это не попытка купить ее симпатию. Мило себя вел. Никаких вольностей! — Ну спасибо, Рональд, что назвал меня проституткой, — сказала она ядовитым голосом, в котором дрожали слезы. — Еще и дешевкой. — Наша сестра не продастся за какие-то тряпки! — обычно веселый, Фред явно сильно рассердился. — Живо возьми слова назад или я тебе морду набью! — подхватил Джордж. — Засунем тебе палочку туда, где солнце не светит! Рон ловил воздух ртом. — Да нет, — голос Джинни всё еще дрожал от слез. — Он же сказал, что думает. Зачем это… Ее глаза становились подозрительно влажными. К ней подошла Гринграсс. — Тебе стоит пройтись, отвлечься, — сказала слизеринка. — Пойдем? Я тебе дам пару советов по макияжу, чтобы всё было на высоте. Я еще зайду, Гарри! — Дафна мазнула Гарри легким поцелуем в щеку. Джинни неожиданно для себя позволила Дафне Гринграсс вывести ее из гостиной. — Я… училась делать макияж, — подавленно сказала она, решительно не понимая зачем серебряной королеве Хогвартса давать ей какие-то советы. — Я знаю. Журналы мод, — усмехнулась Гринграсс. — Но ты, наверное, хочешь поговорить с Грегом? — Я… — Джинни передернула плечами. — Пожалуй, да. Она уставилась на Дафну Гринграсс. Слизеринка не стала ее подставлять при всех и прилюдно предлагать такое. — Я даже не знаю… может быть не стоит идти с ним? — неожиданно спросила она, идя рядом с Дафной. — Встречусь с ним сейчас, откажусь… Так будет проще. Наверняка сейчас ее весь факультет обсуждает. Возможно, не так как Гарри, но Гарри легче. Он — знаменитость. А Дафна Гринграсс — блестящая аристократка. Красивая, умная, яркая. Никто не будет так уж корить Гарри за такой выбор. Другое дело Гойл. — Если тебе так стыдно с ним идти, то ты сейчас напрасно себя опозорила, — заметила Дафна. — Проблема не в том, что он слизеринец, да? — Я… просто не привыкла видеть его… таким, — промямлила Джинни. — Его ведь вся школа считает… — А тебе он нравится? В отрыве от того, что он из богатой семьи, — поинтересовалась Дафна. — Ты тоже думаешь, что это ради платья? — вспыхнула Джинни. — Я думаю, ты красивая, но бедная, — честно и жестко сказала Дафна. — Ты хочешь нарядов, поездок и впечатлений. А у тебя большая небогатая семья. Красота — это тоже большой козырь, если хочешь мое мнение. Наверное, новый Гойл смог тебя впечатлить и убедить пойти с ним несмотря на предстоящий скандал. Не ради же тряпки ты так унижаешься? Джинни слабо улыбнулась. Лихо Дафна Гринграсс назвала платье из свежей коллекции тряпкой. Но сейчас ее это даже не задело. Как и упоминание ее бедности. Видимо слизеринка видела и замечала куда больше, чем Джинни предполагала. — Нет, конечно, нет. Мы говорили. Он вел себя очень мило и вежливо. Совсем не так, как обычно. Но зачем все эти годы… — Все мы носим маски, — заметила Дафна. — Не лги, что их в Гриффиндоре не бывает. Когда ты видишь своих однокурсниц, ты же их не посылаешь туда, где банши зимуют? Хотя видно насколько вы разные. А Грег… может сама его спросишь? Я приняла его в свою тесную компанию. Считаю, что его дружба большего стоит, чем глупые школьные сплетни. Джинни кивнула. Дальше они шли молча до слизеринских подземелий. Дафна оставила зябко ежившуюся гриффиндорку ждать у входа. Джинни думала о том, что может появиться кто-то из недружественных слизеринцев. Как истинная гриффиндорка она не боялась. В таком настроении она готова была напуститься со сглазом на любого, кто будет цепляться! Благо этого не произошло. Гойл появился очень быстро. — Джинни, — он выглядел встревоженным, — что стряслось? Дафна сказала, что у вас был какой-то скандал… — Да… ничего неожиданного, — Джинни посмотрела в его глаза. Серо-голубые. Она этого никогда не замечала. Стала разглядывать черты слизеринца. Подбородок и челюсть мощные. Волоски уже начали пробиваться на подбородке. Пухлые, но неожиданно красивые губы. Глаза чуть маловаты для его лица, но взгляд выразительный. Не красавец, но и не урод. Фигура как у типичного загонщика. Джинни нравились рослые парни. — Просто мой наряд увидели и я… не стала скрывать от кого подарок и с кем иду. — Сильно мучили? — Гойл подошел к ней, положив теплую руку на плечо. — Мой брат, Рон… — Джинни неожиданно для себя склонила голову, прижав ее к предплечью парня, — он сказал, что я с тобой могу идти только ради наряда… Слезы, которые разъедали ее глаза начали катиться по ее щекам. Она почувствовала, как Гойл всем телом напрягся. — Я ему ребра переломаю! — разозлённо рявкнул он. — Не надо! — испуганно всхлипнула Джинни. — Пожалуйста, не нужно драк. Он ляпнул не подумав. Ему наверняка Фред и Джордж еще устроят веселую жизнь. Они очень разозлились. Но… — Джинни подняла заплаканное лицо к Гойлу, глядя на него сквозь слезы, — скажи, неужели это будет так выглядеть всегда и для всех? И ты… ты меня пригласил, потому что считаешь нищей и более легкодоступной, чем другие девушки? Гойл долго молчал. Неужели ложь какую-то придумывает? Дафна говорила о том, что красота — это козырь так словно это совершенно естественно. Но саму Джинни сейчас била дрожь.

***

— Пойдем прогуляемся, — нарушил молчание Гойл. Он повел ее коридорами, которые Джинни не знала, а вывел… на крышу. Джинни ахнула, оказавшись на открытом пространстве с такой красотой на многие мили вперед. А парень встал позади нее и положил руки ей на плечи. — Из-за моей репутации так выглядит, наверное, — сказал он. — Но я не буду больше играть эту роль. Опротивело. Джинни, я тебя позвал, потому что ты красивая, яркая, веселая. Живая. Не хочу страдать с девушкой, которая хороша для статуса, но мне не нравится. Отец тоже не захотел. Это то, в чем мы похожи. Матушку он тоже выбрал не из нашего круга… Грегори знал, что и с родословной у матери не всё так сказочно. Отец это скрывал от приятелей, конечно. Несмотря на тяжелые отношения скрывал. Были там какие-то полукрови, был даже один маггл-шаман. Но всё это компенсировали три фактора: красота, богатство и темперамент матушки. Гойл не знал какой из них стал для отца решающим фактором. Единственное, что он не учел, это таинственные способности матери. — А в чем мы не похожи… — Грегори задумчиво улыбнулся. — Ему не противна эта мерзкая роль. — Но зачем ему это? — удивилась Джинни. — Все пытаются казаться более умными, а вы… — Это выпутывает из многих паршивых дел, — Грегори задумчиво пожал плечами. — Ты кажешься полным идиотом и от тебя ничего не ждут. Да и Драко не смог бы общаться со мной, если бы я не позволил смотреть на меня свысока. — Зачем тебе вообще такой друг? — спросила Джинни. Гойл вдохнул цветочный аромат ее волос, встав чуть ближе. Ему было приятно возвышаться над такой хрупкой тоненькой девушкой, ощущать ее тепло. — Наследство отца, — Грегори усмехнулся. — Люциус Малфой во многом ему помогал. А для меня стало само собой разумеющимся дружить с его сыном. — Как у вас всё сложно… — протянула Джинни. — Не волнуйся. У нас с тобой будет просто, — сказал Гойл. Он развернул Джинни лицом к себе и посмотрел в ее глаза. — Просто скажи, ты всё еще согласна пойти со мной на вечеринку? — спросил он. Когда Джинни порывисто ответила да, Грегори наклонился к ней и прижался губами к ее губам. Сердце Джинни ухнуло куда-то вниз живота.