Ink way. Восхождение Джоуи Дрю

— По одному никто не должен ходить, — уверенно говорил Бенди, возвышаясь над Потерянными. — А лучше вообще тихо-тихо сидеть здесь. Сейчас вы не должны вмешиваться, но если всё будет совсем плохо, то мне нужна будет помощь каждого из вас.       Потерянные одобрительно закивали. Мне казалось, что им не терпится произвести хорошее впечатление на Демона. И я мог их понять. Если бы я оказался на месте кого-то из них, я бы тоже стремился оказаться замеченным своим Божеством. Но я Бенди Божеством не считал. Хотя выглядел он тот момент величественно, в этом спору нет. — А если я хочу сходить к своим друзьям из парка? — громко спросил стоящий ближе всех ко мне Потерянный, и по голосу я узнал Уолли. — Я что, до них теперь не дойду? Я вообще-то обещал там кое-кому молоток отнести. Они там алтарь колотят, он им нужен. Я что, теперь из-за какого-то Джоуи молоток не отнесу?       Кто-то захихикал. Даже Бенди не выдержал и фыркнул. Я с грустной улыбкой посмотрел на Уолли. Он всё такой же простой и открытый парень. Мы были неплохими товарищами тридцать лет назад. Каждый раз, когда я узнавал кого-то, с кем был знаком раньше, у меня просто сердце кровью обливалось. Конечно, мне ужасно жаль всех, кто заточён здесь, но особенно больно было видеть монстров, которых я лично знал людьми. — Так там тоже есть Потеряши? — спросил растерянный Бенди.       Наверное, Уолли имел в виду тех Потерянных, которых мы встретили с Борисом. Неужели Бенди о них не знал? — А где ещё они обитают? — поинтересовалась Алиса. — А то вдруг мы ещё про кого-то не знаем? — несмотря на то, что тон у неё был вполне благодушный, Сэмми опустил голову. — Больше нигде, — беззаботно пожал плечами Уолли. — Только тут. И там. Ну так я молоток могу отнести?       Бенди снова перестал улыбаться. Я видел, что он колеблется. С одной стороны он не решался сказать «Нет», а с другой не мог подвергнуть Уолли опасности. — Пойду с тобой, — наконец, сказал дьяволёнок. — Я как раз познакомлюсь с ними и приглашу их сюда, потому что так надо. Ты ведь не будешь против? — Для меня это честь, — заверил Фрэнкс и даже немного согнулся в поклоне.       На мгновение я растерялся, потому что раньше Уолли подобными жестами не разбрасывался. Но потом я вспомнил, что он, всё-таки, из культа Бенди. Это так странно звучит. Культ Бенди. Когда я рисовал этого дьяволёнка, я даже подумать о таком не мог.       Киномеханик посмотрел на Уолли и пожал плечами. Не знаю, что его удивило. Может, он не понимал, как кто-то, кроме Сэмми, может считать Бенди своим Лордом. Для меня это пока тоже было крайне странно. — Тогда я иду с тобой, — радостно заявил Бенди. — И ещё Сэмми пусть идёт. Может быть, те Потеряшки меня испугаются. — А… можно… я… то…же? — спросил Норман. — Не… Хочу… Сейчас… Оставать…ся…здесь…       Бенди посмотрел на него и почему-то долго после этого молчал. — Да, конечно, — сдержанно ответил он. — Если хочешь.       От меня не укрылось то, как Бенди смотрел на Киномеханика. Это и не страх, и не злость… Может какая-то боль и растерянность. Я мог объяснить это тем, что он до сих пор не отошёл от того, что пришлось узнать, но почему же тогда на Потерянных Демон смотрел не так? Норман тоже это заметил. Он робко пискнул и спрятался за меня. Я ободряюще похлопал его по плечу, и монстр крепко сжал мою руку. — А я останусь, пожалуй, — заявила Алиса. — Мне бы, честно говоря, хотелось отдохнуть.       Бориса я нигде не наблюдал. Либо волк ушёл к кому-то в дом есть суп, либо он просто затерялся в толпе. Но если бы он хотел, он бы пошёл, наверное.       Я тоже решил остаться. Думаю, Бенди с Сэмми и Норманом и без меня отлично справятся.       Зато, когда они вчетвером уже собирались уходить, Борис объявился. С довольной мордой и облизываясь, он вышел, как я и предполагал, из крайнего к реке дома. — А ты знаешь, что у них очень вкусная рыбка? — спросил он меня. — Ещё не знаю, — отозвался я. Хотя от мысли о чернильной и, скорее всего, сырой рыбе я в восторг не приходил.       Тут Борис увидел собирающихся уходить существ и почему-то возгорел желанием присоединиться к ним. Впрочем, стоило мне спросить, с чего такое рвение, как он раскололся. — Насколько ты помнишь, я частично являюсь Уолли, — пояснил он, кивая на Потерянного. — Хочу с ним пообщаться.       Удивительно, что существа с одной душой могут быть такими разными. Сдержанный и спокойный Борис ну никак не был похож на Уолли.       И вот они впятером ушли, а я остался с Алисой и Потерянными. Рядом с ними я чувствовал себя неловко — мне было не по себе от мысли, что с виду я всё-таки человек. А они все так хотят быть людьми.       И когда я подошёл к Алисе, которая снова начала рассказывать мне о том, как храбро дала отпор Джоуи, к прибежище влетел Потерянный. Он громко плакал и что-то кричал. Потом он упал в центре пещеры и начал в панике звать Сэмми. К нему тут же подскочили несколько монстров и стали его успокаивать. — Бедняжка, — прошептала Алиса. — Что же произошло?       Она подошла к Потерянному и, присев перед ним на корточки, ласково спросила: — Что случилось, милый?       Потерянный вытер чернильные слёзы и прошептал что-то дрожащим голосом. Я различил только слово «Искатель». — Что, прости? — судя по озадаченному виду Алисы, она тоже не совсем поняла. — Я говорю, я разговаривал с Искателем! — взвизгнул Потерянный.       Тут же кто-то возразил ему. — Ты не можешь разговаривать с Искателями! Только Пророк может! — Нет, я с ним разговаривал! — возразил монстр. — Это даже не Искатель. Может, наполовину… И вообще, Искательница. Девочка совсем ещё. Голосок такой тонкий, милый. И я её понимал, представляете?! Она ещё знаете, странная очень. Примерно по пояс Искательница, а выше на человека похожа. На тебя, немного, Алиса. Она сказала, что Джоуи Дрю рядом. Что он очень похож на Бенди. И что нам стоит его остерегаться. И ещё, что у него теперь свои Искатели. И ещё он до наших добрался из парка развлечений! Что с ними теперь будет?! — он не выдержал и снова разрыдался.       Пока остальные начали паниковать, мы с Алисой переглянулись. Видимо, в этот момент мы подумали об одном и том же. — Этот Искатель, — нетерпеливо обратилась Ангел к плачущему существу. — Девочка, говоришь? У неё рожек нет? — Есть. — А волосы чёрные, чуть ниже плеч? Вот так с одной стороны на плечо спадают? — Алиса на себе показала то, о чём говорила. — Да.       Мультяшка встала, отряхнула платье от земли и повернулась ко мне. — Генри, думаешь о том же, о чём и я?       Да, я думал именно об этом. Понизив голос, Алиса спросила: — Как же она выжила?

***

      Я начал переживать, когда Сэмми сообщил, что мы почти дошли. Я начинаю привыкать, к тому, что я лорд, но это до сих пор не очень уютно. Все тебе почему-то кланяются, говорят с тобой так вежливо. А может я не хочу? Я хочу с ними дружить! Они ведь все такие хорошие! Но, например, Сэмми бесполезно это объяснять. Он всё равно либо забудет, либо скажет, что с таким, как я, нельзя обращаться плебейски. Я не знаю, что это такое, но лучше, наверное, так, чем быть лордом.       И вот мы пришли. Здесь Потерянных было меньше, чем там. Гораздо меньше. И когда мы вошли, они ничем не высказали своего удивления, представляете?! Они все синхронно встали на колени и согнулись в поклоне. Я бросил на Сэмми уничтожающий взгляд, но пророк не обратил на это внимания. — Привет! — весело сказал я. — А вы меня уже знаете, да? Я Бенди. Очень рад с вами познакомиться! Ну зачем вы это делаете? Вставайте!       Они испуганно переглянулись, но послушно поднялись на ноги. — Мой Лорд, простите, если мы вас задели своим приветствием! — пробормотал один монстр, не отрывая взгляда от пола. — Но ведь вы сами просили нас об этом.       Я раскрыл рот от удивления. Я?! Разве я их просил? Разве я кого-то могу попросить так меня приветствовать? Нет конечно! — Мой Лорд, но разве Вы уже знакомы с ними? — спросил Сэмми, и я покачал головой. — Нет, Сэмми, честно!       Уолли прошёл мимо меня и с облегчением бросил молоток на пол. Я видел, что ему тяжело было его тащить, но когда я предложил помочь, он заверил, что сам справится. Борис и Кино, стоящие позади, ничего не говорили. Но я чувствовал, что они удивлены не меньше меня. Просто… меня же правда тут не было. — Я хотел попросить вас уйти в другое место, — начал я, нарушив напряжённую паузу. — Сейчас здесь может быть опасно, потому что один очень плохой человек может захотеть добраться до вас. — Но вы ведь сказали, что нам нельзя отсюда уходить! — воскликнул кто-то.       Это уже совсем ерунда. Даже Сэмми это понял. Он вышел вперёд и громко объявил: — Лорд Бенди никак не мог это вам сказать. Кто угодно из Потерянных с нижних этажей подтвердит это. Уолли может это подтвердить, я могу это подтвердить. Вы мне верите?       Он так уверенно говорил, что я даже восхитился. Ни капли того страха, который был у него в голосе, когда он разговаривал со мной. Настоящий лидер.       Но существа молчали. Затем один из них отозвался: — Нет, не верим. Это не Бенди.       Потом этот Потерянный сделал шаг в мою сторону, и я невольно сжался под его враждебным взглядом. Он долго смотрел на меня, затем громко спросил: — Ты освободишь нас?       Поскольку я уже знал, что это невозможно, я решил ответить честно — Нет.       Вот тут поднялся шум. Они все начали что-то кричать. Причём не видно, что они расстроились. Они, скорее, злились. — Ты самозванец! — Ты не ведёшь себя как Бенди! — Бенди недавно был здесь, он обещал нам свободу! — Кто ты такой? Неужели Пророк смог спутать тебя с Бенди?!       А потом мы оказались ими окружены. Мне стало по-настоящему страшно. Я почувствовал, что дрожу. Они все были ужасно злы. Они считали, что я не Бенди. Но я же Бенди! А это Джоуи был, я знаю! Уолли сделал попятился назад, пока не врезался в Киномеханика. А Сэмми совершил очень не свойственный ему поступок. Он подошёл, взял меня за руку и прошептал: — Тихо, мой Лорд, тихо. Не бойтесь, сейчас мы во всем разберёмся. Они Вас не обидят.       Киномеханик зарычал и выпрямился. Выглядел он при этом пугающе, и некоторые даже отступили. Но это не отменяло того, что они, кажется, хотели меня убить. — Наш Лорд поклялся нас освободить, — объявил Потерянный, которого я испугался. — Кто бы ты ни был, ты не Бенди. Ты совсем на него не похож. Уходи, пока мы щадим тебя.       Монстры у выхода расступились, давая нам возможность выйти. Я не знаю, что делать. Наверное, сейчас с ними бесполезно разговаривать. Я вздохнул и развернулся. — Пошли, — позвал я.       Сэмми, Борис, Кино и Уолли решили не спорить. Видимо, они тоже понимали, что опасно что-то предпринимать.       Когда мы вышли, я даже не смог сдержать слёзы. Мне было очень обидно. Меня никто не трогал. Наверное, все понимали, что я не хочу разговаривать.       Я поднял визор, который прихватил с собой из прибежища, и через него посмотрел на идущих рядом. Борис, как обычно, Борис. Норман — то есть Кино! — тоже такой же. И Уолли. А вот Сэмми другой. Человек в маске. Я его таким и помню. Правда, мне он тогда не нравился. Он часто на меня кричал и злился. Зато теперь не посмеет, наверное, уже никогда. И всё-таки, почему он один такой? Чем он так отличается от Потерянных, что его тело можно увидеть? Как странно…       А ещё я хочу сейчас отвести их всех в подвал и показать гробы. Мне так страшно! Я не знаю, как Кино прореагирует на то, что он не Норман. Мы же знаем, что у Потерянных души людей, а у него? Он ведь действительно совсем не похож на Нормана. Почему-то мне кажется, что он совсем не Норман.       Когда я сказал, что мне нужно показать кое-что им, у них сразу окончательно настроение испортилось. Наверное, по моей расстроенной мордочке они всё поняли. А я всё равно покажу. Сколько можно скрывать?!       Я отвёл их к первым двум гробам. Когда они прочитали, чьи имена написаны, Борис заскулил, Уолли и Сэмми переглянулись и кивнули друг другу. Будто хотели друг друга поддержать. Кино застонал. — Мне…их очень… жаль… — сказал он.       Бедняга ещё не знал, что его ждёт.       И вот наступил тот момент, которого я больше всего боялся. — Знаешь, Кино, — начал я. — Я бы хотел тебе это показать, потому что очень подло скрывать.       Я протянул ему визор. Он посмотрел на гроб через него, а я зажмурился. Мне так жаль…       Киномеханик отступил назад и издал какой-то странный звук. Что-то между воем, стоном и всхлипом. Борис с болью посмотрел на него. — Если… если он… по…хоро…нен…то…кто…кто… — Кино так и не договорил. Он упал на колени и протянул руки к крышке гроба. — Я… я думал…если…я по…хож…на чел…овека…больше, чем…они, то…может…он…всё-таки…я… Про…сто… я… же помню…как он… мне голо…ву отрезал… Это…было…моё те…ло… Я…помню… он…снача…ла… Нормана…чернилами покрыл… Я ду…мал, я ими просто… облит… А кто я… тогда? Я не… Норман…       Уолли положил руку ему на плечо, его оранжевые глаза излучали только печаль и участие. — Мне жаль, Киномеханик, — сказал он. — Наверное, вышла какая-то ошибка. Кто бы ни назвал тебя Норманом, он ошибся. Ты просто чернильное создание. Но ведь это не плохо! Я всё ещё хочу с тобой дружить. — Правда, Кино, — согласился Борис. — Ты ведь совсем не похож на Нормана. Но мы ведь тебя любим не потому, что ты должен быть им. Мы ведь приняли тебя таким.       Но монстра это мало успокаивало. Он громко взвыл и беспомощно сжался на полу перед гробом. — Прости… прости, Норман… — шептал он. — Я… хотел… быть таким, как… ты… Прости, что на…зывал себя… твоим… именем…       Я не знал, что он чувствовал, но мне было его очень жаль. Для Кино просто мир рухнул. Знаете, в чём дело? Просто те люди, имена которых я видел на других гробах, они всё равно остались собой. И Лэйси, и Сьюзи, и Грант. А Кино на Нормана совсем не похож. Может быть, Норман погиб из-за несчастного случая, а мы так глупо спутали? Потому что, на самом деле, я не верю, что у него душа Нормана. — Наверное, мы тебя оставим, — прошептал я. — Возвращайся, когда захочешь.       Но он не обратил на мои слова никакого внимания. Подавленные, мы ушли. А я всё ещё будто на самом деле слышал тихий плач Киномеханика, который оказался не Норманом.

***

— Здравствуй, Киномеханик, — я поднял голову.       На меня смотрел молодой человек. Почему-то он показался мне знакомым. Он был высоким и телосложением походил на меня. И ещё он протягивал мне руку. У него были добрые зелёные глаза и ласковая улыбка. А ещё мне показалось, что всё-таки он немного усмехается. Человек явно не желал мне зла. А я пытался вспомнить, где видел его раньше. — Я Норман, — сказал человек. Он словно угадал, о чём я хочу его спросить. — Норман Полк.       Я так удивился, что даже не сразу нашёл, что ответить. — Но… Я же Норман, — пролепетал я. — Меня так называла Сьюзи. Значит, я не ты? Не Норман? Я кто-то другой? Я Искатель?       Улыбка на лице Нормана стала ещё шире. Он почему-то рассмеялся. — Посмотри на себя. Какой же ты Искатель? Ты Норман, — успокоил меня он. — Как и я.       Я даже не знал, как на это реагировать. Это странно. Мы же не можем быть одним человеком. Я посмотрел на гроб. Имя ярко светилось, я даже без визора смог его увидеть. — Ты Норман, — повторил я. — Тот, кем меня называют. — Ты разочарован? — на секунду улыбка пропала с лица мужчины. — А кого бы ты хотел увидеть на моём месте? Дай подумать. Лоуренса? Генри? Уолли? Увы, я не похож на них. Но во мне тоже есть плюсы. — Нет! Я не разочарован! Я просто… Я удивлён. Неужели я был таким?       Полк сел рядом со мной. — Знаешь, я постоянно слышу о тебе, — продолжал я. — Они и меня тобой называли. Мне кажется, они надеются, что я буду совершать такие поступки, которые совершил бы ты. Но я ведь не похож на тебя! Я ведь не ты.       Пока я говорил, он снова начал смотреть на меня с какой-то усмешкой. Не злобной. Скорее, будто хотел сказать «Да не переживай ты по таким мелочам. Это же всё ерунда». — Ну всё, успокойся, — он схватил меня за руку. — Давай раз и навсегда договоримся: ты это я, а я это ты. По крайней мере, с моей ролью ты отлично справляешься, — он гордо указал сначала на себя, затем на меня. — Я лучший и самый яркий киномеханик!       Я смотрел на него и не понимал. Неужели этот странный человек смеётся над тем, что с ним произошло? — Да не переживай, Кино, я отлично знаю, что со мной случится, — продолжал Норман. — Я же знаю, какой ты. Знаю твой характер и уверяю, ты ничуть не хуже меня. — А ты бы ведь на моём месте также поступал?       Он уверенно кивнул. — Также. А вот знаешь, нравишься ты мне. Такой хищник, — он провел по моей когтистой ладони. — Потерянных, конечно, убивать не стоит, а вот Искателей Джоуи обязательно.       Я только и мог, что восхищаться им. Он такой добрый, такой хороший. Так вот, чего от меня ожидали. Я тихо пискнул. — Что с тобой? — спросил Норман.       Я помотал проектором и отвернулся. Я ведь совсем на него не похож. Я не смогу быть таким, даже если буду очень стараться. — Давай так. Когда ты вернёшься, ты больше никогда не будешь задумываться о том, кто ты. Ты вообще не будешь переживать по этому поводу. Просто знай — ты Норман Киномеханик Полк. — Хорошо… — Но, конечно, тебе не стоит ходить по студии и в подробностях объяснять каждому встречному, какая между нами разница. — А можно спросить? — решился перебить его я, и Норман кивнул. — А почему ты такой радостный? Тебе так не нравилось быть человеком, что ты рад тому, что станешь таким? Или ты надо мной издеваешься?       Норман озадаченно молчал. Кажется, мои вопросы поставили его в ступор. Я даже пожалел, что спросил. Но только я хотел извиниться, как он всё-таки сказал: — Ни за что не стал бы над тобой издеваться, ты что. Я не думал, что ты оскорбишься. Просто согласись, что это лучше, чем сидеть и страдать. — Конечно лучше, — согласился я. — Просто ты так спокойно относишься к тому, каким станешь.       На лице Нормана снова появилась широкая улыбка. — Да, моя жизнь очень круто изменилась. Я брожу по тёмным местам и жизнь столкнула меня с проекторами. Вот уж разница! Ты уж извини, голова это дело третье. Хотя знаешь, я хотел бы увидеть реакцию Лоуренса на то, что с ним случится. Вообще, сейчас он мне больше нравится. Не ведёт себя, как последний урод. — Сэмми очень хороший, — осторожно сказал я. — Он верный и добрый, заботится о Потерянных и Искателях. Может быть, раньше он был не очень хорошим, но сейчас мне он нравится. — Я знаю. Я всё обо всех знаю.       Я просто восхищался этим человеком. Он совсем не такой, каким я его представлял. Я думал, что он вечно чем-то недовольный и угрюмый. А он такой… На Генри чем-то похож. Значит, я таким был… Это хорошо.       Я так хотел улыбнуться ему в ответ. Он просто замечательный! — Так ты хочешь сказать, что я одновременно и ты, и кто-то другой? — Что-то вроде того. Видишь, отлично же соображаешь! И не надо мне говорить, какой ты дикий хищник. Всё равно не поверю.       Я долго молчал. Очень хотел кое о чём его попросить, но не решался. А Норман тоже молчал, видимо, ждал, пока я что-нибудь скажу. — А… а можно тебя обнять? Я просто так давно хотел увидеть тебя. — Почему бы и нет. На самом деле, я даже рад, что мне пришлось стать тобой. Новые возможности, новые перспективы и профессия остаётся.       Я крепко прижал его к себе обеими руками и счастливо пискнул. Моя мечта сбылась! Я с ним познакомился.       Знаете, мне уже не кажется, что я хуже. Точнее, я и не лучше, просто мы совсем разные. Наверное, глупо сравнивать совсем не похожих. Поэтому мне стало очень легко на душе.       Я почувствовал, что он тоже обнял меня. Он такой хороший, такой тёплый. И совсем не чернильный. Я погасил проектор и тихо заурчал. — Спасибо тебе за всё, — прошептал я.       А потом, когда я снова проектор включил, Нормана со мной уже не было.       Сначала я подумал, что это сон, но затем понял, что сны не могут быть такими реалистичными. А потом я увидел, что что-то лежит на полу рядом со мной. Слегка дрожащими руками я поднял это «что-то». Это оказалось фотографией. Парень на ней счастливо улыбался, рукам опираясь на стоящий на столе проектор. А на обратной стороне было аккуратным почерком написано: «Самому яркому киномеханику от Нормана».