Гарри Поттерам закон не писан

Гарри всегда мог ворваться в кабинет Гермионы без стука, когда как никто кроме него в Министерстве такими привилегиями не обладал. Разумеется, он же был ее лучшим другом, крестным Розы, Героем и, на худой конец, главным аврором, - он мог многое себе позволить в Министерстве, но позволял только это. Было на их памяти время (где-то через три года после Войны), когда они даже видеть друг друга не могли. Гермиона была беременна, а Гарри, как оказалось, не выносил беременных женщин. Стоило им столкнуться в коридоре, как это столкновение плавно перетекало в ссору, а затем, частенько, и в магическую дуэль. Ничего серьезного, разумеется, да и Гарри нарочно промахивался - прежде всего, Гермиона была подругой, а уже потом бешеной беременной ведьмой, - но факт остается фактом. Каждый раз врываясь подобным образом в ее кабинет, Гарри забывал, что у человека могут быть свои личные, даже несколько интимные дела. Так он несколько раз застал подругу в неглиже, когда она переодевалась, пару раз отвлек ее во время еды, однажды наблюдал, как подруга от отчаяния в прямом смысле этого слова становится на голову («Чтоб мозги заработали», - как ни в чем не бывало пояснила она знатно обалдевшему тогда Гарри), и даже умудрился помешать одному кормлению Розы. А уж сколько раз они в четыре руки Розу переодевали - даже сосчитать было сложно. В этот раз, явившись на полчаса раньше заявленного и решив проведать подругу, Гарри снова распахнул дверь, считая, что он готов решительно ко всему. Ко всему, кроме картины того, как его подругу напористо целовала другая женщина, а сама Гермиона активно ей отвечала, обхватив руками за шею, а ногами - талию. Гарри так и замер в распахнутых дверях с «Привет, Миона!», застывшим на губах, и осоловело наблюдал, как знакомые с детства смуглые пальцы зарываются в черное прямое каре. Каре, однако, развернулось, являя ему уже ставшее знакомым лицо. – Дверь закрыл, – сквозь тяжелое дыхание прохрипела Забини, метнув в Гарри испепеляющий взгляд, – с другой стороны. Гарри, совершенно несолидно для взрослого мужчины и сурового служителя закона пискнув, вылетел за дверь, с грохотом ее захлопнув и прислонившись к ней спиной. Натянуто улыбнувшись проходящей мимо паре архиваторов, он глубоко вдохнул и протяжно выдохнул, пытаясь успокоиться. С Гермионой им еще предстоит долгий разговор о «субординации и пристойном поведении на рабочем месте», которыми она так любила его попрекать, а пока нужно было их прикрыть, потому что, судя по выражению лица Забини, заканчивать она не собиралась. Помогало то, что у Гермионы была репутация цербера, и ее боялись если не все, то добрая половина сотрудников всех министерских ведомств, включая самого Кингсли, и без особой необходимости к ней старались не заходить и вообще на глаза не попадаться. Гарри как раз провожал очередной искусственной улыбкой группу невыразимцев, которые по своему обычаю даже не взглянули в его сторону, когда с противоположной стороны коридора раздался голос, от которого каждый волосок на теле встал дыбом. – Поттер! Вычурно выругавшись у себя в голове и стараясь побороть мурашки, Гарри развернулся. Он ожидал увидеть сложенные на груди руки, прямую осанку, пренебрежительно нахмуренный нос и ехидную ухмылку, а по факту получил совсем иное. Драко светился, как только что отчеканенный дракон на полированном галеоне, и улыбался так широко и искренне, что Гарри невольно оглянулся посмотреть, не было ли возле него еще какого Поттера. – Не думал, что когда-нибудь скажу это, но я рад тебя видеть, Поттер, – Драко протянул ему ладонь, и Гарри пожал ее быстрее, чем успел вообще задуматься над этим жестом. Зато задумался как только почувствовал тонкие прохладные пальцы в своей руке и, сам того не ведая, задержал их несколько дольше, чем следовало при простом рукопожатии. – Не думал, что когда-нибудь услышу это, Малфой, – Гарри вернул улыбку и нехотя выпустил, наконец, его ладонь. – Я тоже соскучился, – искренне добавил он и ощутил жгучую потребность побиться головой о стену, когда скулы Драко окрасил легкий румянец. – В смысле, я тоже рад тебя видеть! Живым, – Драко нахмурился. Гарри захотелось провалиться под землю. – Вживую! – исправиться решительно не получалось, потому Гарри отбросил эту идею. – Давненько не виделись, да? Драко медленно кивнул и прочистил горло. – Учеба на колдомедика отнимает много времени, тем более на хирурга моего профиля. – Пластическая хирургия, да? – подхватил Гарри, медленно отходя от двери и пытаясь отвлечь внимание Драко на себя. – Я видел Забини. И, знаешь, ты действительно хорош. Кончики ушей, выглядывающие из-под собранных в низкий хвост волос, вспыхнули. – Если бы я знал, какую рекламу мне сделает Блейз, я бы не согласился, – Драко пожал плечами и чуть поморщился. – Смена пола это, вне всяких сомнений, интересно, но вся эта шумиха серьезно затормозила мой главный проект. Гарри кивнул и прочистил горло, пытаясь заглушить совсем уж непристойный звук, раздавшийся из кабинета. – Да, метка, – сказал он, на что Драко вздрогнул и шокировано округлил глаза. – Слышал, тебе удалось ее свести. Это… круто. Драко медленно опустил взгляд на рукав строгой черной мантии, обтягивающей его руку до запястья, и также медленно перевел его на Гарри. – Слышал? – переспросил он, прищурившись. – И где, позволь узнать, ты об этом слышал? Сердце Гарри зашлось бегом от резко взлетевшего адреналина. Дурак, круглый идиот, ну откуда он мог об этом узнать? Ни одного знакомого, ни одного источника новостей… – Забини! – почти выкрикнул Гарри, облегченно вздыхая. Драко же наверняка рассказал лучшей подруге о своем успехе. – Забини мне рассказала. Мы же с ней теперь вроде как коллеги, а коллеги любят перекинуться парочкой сплетен, сам знаешь. – Забини, значит, – медленно повторил Драко. – Эта женщина - моя погибель, видимо. Гарри заставил себя рассмеяться, внутренне облегченно выдыхая. Поверил. – Я, собственно, шел к Грейнджер, – сказал Драко, стоило между ними воцариться молчанию. – В справочной сказали, что через нее мне удастся договориться о встрече с Министром быстрее, чем ждать его ответа совой. А мне срочно нужно обсудить с ним… – он замялся и молча кивнул на левую руку, а затем - на небольшой серебряный сундучок, что держал в руке. – Не знаешь, она у себя? «У себя, но не в себе», – нервно хохотнуло гаррино подсознание, но вместо этого он запустил пальцы себе в волосы, ероша их еще сильнее, и виновато улыбнулся. – У нее там… прием. Если можно так сказать, – Драко вопросительно вздернул бровь. – Там… Забини. Ну, знаешь… читает ее руны Судьбы. Драко пару раз непонимающе моргнул, а затем громко фыркнул и покачал головой. – Языком, я так понимаю, – Гарри смущенно промычал, и Драко верно истолковал это мычание за согласие. – Быстро она. Гарри снова рассмеялся, на этот раз расслабленно, и облокотился на стену. – Зато Гермиона будто сквозь тернии к звездам, – фыркнул он, кидая теплый взгляд на дверь. Теперь же это не такая уж и тайна, верно? – Кажется, с четвертого курса она заглядывалась на ваш стол. – Опережает Блейз на два года, – кивнул Драко, улыбаясь уголками губ. В кабинете что-то с грохотом упало, но вслед за этим донесся глухой стон удовольствия, а еще секундой позже дверь полыхнула зеленым и золотистым. – Силенцио и Коллопортус, – отметил Гарри скорее для самого себя, чем для кого-то еще. – Думаю, мы здесь более не желанные гости, – кивнул Драко, склонив голову к плечу. «Он так похож на Нарциссу», – пронеслось у Гарри в голове, и он не смог сдержать улыбки. – А мы ими вообще были? – весело спросил он. Драко, однако, веселья не разделял. – И как мне теперь попасть к Шеклболту? Мордредова Забини, – вздохнул он, потирая переносицу подушечками пальцев. – Если хочешь, я могу тебя провести, – под внимательным взглядом Драко Гарри вздрогнул. – Ну, я вроде как тут на особом счету, так что… – Ну разумеется, – перебил его Драко. – Великий Гарри Поттер, должно быть, родился с золотым ключиком от Министерства Магии в руках, – саркастично протянул он, однако в его голосе не было ни намека на желчь или язвительность. – Ну не с серебряной ложечкой в аристократичной заднице, как некоторые, и на том спасибо, – также беззлобно вернул шпильку Гарри, проходя мимо Драко и нарочито пихнув его плечом. – Так ты идешь? Или будем дальше стоять здесь и обсуждать школьных возлюбленных? – Гарри и сам не понял, как это вырвалось, но вспыхнувшие скулы Драко того стоили. Правда, краски мгновенно сошли с его лица, и цепкие пальцы жестко схватили Гарри за запястье. – Что еще тебе рассказала Забини? – хрипло, даже несколько агрессивно спросил Драко, чьи зрачки расширялись с каждой долей секунды. Гарри непонимающе моргнул, а затем до него дошло. Забини же знала, в кого влюблен Драко, и раз она якобы рассказала об успехе с темной меткой, то и о влюбленности тоже, теоретически, могла сболтнуть. Но все это было ложью, которая, как Гарри чувствовал, наверняка утащит его на дно, но сейчас важнее было успокоить Драко. – Мы не говорили о школе, Малфой, – как можно спокойнее сказал он, осторожно высвобождая руку из такого желанного захвата. – И о войне тоже, – на всякий случай добавил Гарри. Драко, тяжело дыша, еще минуту изучал его лицо, а затем кивнул и глубоко вздохнул, успокаиваясь. – И чего, спрашивается, ты стоишь, Поттер? – Гарри всегда восхищался тем, как быстро Драко брал себя в руки и возвращал голосу надменный тон хозяина жизни. – Веди меня к Министру. Гарри красноречиво закатил глаза и уверенно зашагал по извилистым коридорам. Глухой стук шагов сбоку успокаивал, а тишина совершенно не давила. Снова появилось ощущение легкости и правильности, - идти бок о бок с Драко Малфоем вот так, свободно, не боясь ни косых взглядов, ни осуждений, было правильно. И если бы он взял Драко за руку, это тоже было бы правильно. И даже если бы он затащил его в тот вечно пустой коридор в отделе архивов и прижал бы к стене, как Забини прижимала Гермиону, это было бы… – Гарри, мистер Малфой, – зычный бас Кингсли был самым узнаваемым голосом магической Британии. – А я вас везде ищу, – широкая ладонь опустилась Гарри на плечо, и тот шагнул в сторону, пропуская Министра вперед. – Мистер Малфой, очень рад, что вы здесь, не придется лишний раз напрягать крылышки Гермеса. Пройдемте в мой кабинет? – Драко кивнул Кингсли и, кинув на Гарри благодарный взгляд, прошел в гостеприимно распахнутую дверь. – Для меня есть поручения? – спросил Гарри, кивнув Драко в ответ и переведя взгляд на Министра. – Ох, точно, – Кингсли глухо хлопнул себя по лбу. – Патил не могут найти дела Пожирателей, можешь им помочь? – Гарри согласно кивнул. – Передай папки девочкам и можешь быть свободен. – Понял, – он кивнул еще раз, наблюдая за тем, как Драко с преувеличенным интересом рассматривает дубовый стол и притворяется, что не подслушивает их разговор. Шеклболт хлопнул его пару раз по плечу и скрылся за дверью, на которую тут же легло Силенцио. Это Силенцио, казалось, отпечаталось и на самом Драко, когда он вернулся к себе в кабинет гораздо позже тем же днем. Он молчал, выглядел несколько нервным, но на губах играла счастливая улыбка, а рукава водолазки были закатаны до локтей. Метки не было, и одного этого хватило Гарри, с налетом тревоги наблюдающего за осторожными, крадущимися движениями Драко, чтобы успокоиться. Все было хорошо. Драко, должно быть, просто перенервничал.

~~~//~~~

– Я не буду извиняться, – звонко проговорила Гермиона в который раз за последние полчаса. – Угу, – привычно кивнул медитирующий над кружкой Гарри, стараясь держать глаза открытыми. Темпус издевательски показывал 03:27, и Гарри понятия не имел, как намекнуть подруге, что в данный момент его совершенно не волнует, с кем, сколько раз и где она целовалась. – Потому что мне не за что извиняться. Я взрослая женщина и сама решаю, с кем мне быть. – Угу. – Сама решаю, кого мне целовать. – Угу. – Я с ней переспала, – вдруг как-то жалобно сказала Гермиона, рухнула на стул и спрятала лицо в ладонях. – Угу, – автоматически кивнул Гарри, но в следующий момент чуть не подавился глотком чая. – Погоди, ты что? Гермиона тихо то ли простонала, то ли мяукнула и подняла на Гарри большие испуганные глаза. – Это было так… так необычно и так знакомо, – сбивчиво заговорила она, снова вскакивая на ноги и возобновляя крестный ход по кухне. – Я сначала так волновалась, а потом рука будто сама знала, как нужно двигаться, чтобы… – Стоп, остановись, Миона, – вскрикнул Гарри, показательно зажимая себе уши ладонями. – Моя квартира - зона свободная от лесбийского секса. – О, Гарри, боюсь, твоя квартира - зона свободная от любого секса, – издевательски проговорила Гермиона, но улыбалась при этом так тепло и слегка печально, что Гарри только и оставалось, что улыбнуться в ответ. – И то правда, – он сделал еще один глоток и поморщился. Чертов Кричер. – Так... в чем проблема? Тебе не понравилось? Миона тяжело вздохнула и пристроила ладони на горячей керамике своей чашки. – Понравилось, и даже очень. Куда больше, чем с Роном, – Гарри снова поднял ладони к ушам, и она покачала головой, давая понять, что тему развивать не станет. – Просто… вдруг у нее это на один раз? Что-то вроде списка «Что я хочу успеть до смерти», и пункт шестьдесят восемь звучит как «Трахнуть зубрилку из школы», – в голос Гермионы пробрались слезы, и она поспешила сделать успокаивающий глоток. – А для меня это так… Как… как открыть музыкальную шкатулку, что была у тебя в детстве, и прослушать мелодию. И мелодия эта тебе до слез знакома, но с высоты своих лет начинаешь слышать в ней что-то, чего раньше не было. Она замолчала, потупив взгляд. – Я говорил с Драко, – первое, что вырвалось у Гарри после минутного молчания. – Он шел к тебе, просить об аудиенции с Кингсли, а я как раз прикрывал вас до тех пор, пока вы не вспомнили, что в нашем мире вообще-то существует магия, – Миона фыркнула, а Гарри продолжил. – Как мне стало известно из этого достоверного, в плане Забини, источника, Блейз влюблена в тебя с шестого курса, – Гермиона так быстро вскинула голову, что Гарри испугался, как бы она не отвалилась. – Так что не думаю, что ты для нее - развлечение на одну ночь. По смуглой щеке скатилась одинокая слеза, и Гермиона вскочила со своего места, чтобы спрятать ее на плече Гарри. Он с готовностью обнял ее в ответ, зарывшись носом в копну кудряшек. – Все будет хорошо? – приглушенно спросила Миона, изредка тихонько всхлипывая. – Обычно, когда мы были неуверенны в своем будущем, мы спрашивали твоего мнения, – с веселыми нотками в голосе ответил Гарри, за что получил легкий тычок под ребра. – Но если тебе интересно мнение Мальчика-Которому-Не-Светит, то да. Все будет хорошо. Гермиона тихо фыркнула и отстранилась, смахивая слезы ладошкой. – Ты его сегодня навестишь? – тихо спросила она. Легкую икоту не победил даже чай. – Или просто пошлешь сову? Гарри нахмурился. – Есть повод? Да и сегодня пятница, а у меня… – …ритуал, я помню. Но, Гарри, на календаре пятое июня, – Миона одарила его взглядом «Не заставляй меня поверить в то, что ты - дебил, а не то я действительно поверю». – А пятого июня у нас..? – Не у нас, у Малфоя! – Гермиона всплеснула руками. – У него день рождения, Гарри. Гарри замер, так и не донеся кружку до рта. В голове сразу всплыли слова Нарциссы «Я обязательно навещу тебя в пятницу», и он почувствовал себя полным идиотом. Чертовы Дурсли! Вечно ему было, чем забить голову летом вместо даты рождения любимого человека. – Миона, я не знал, – тихо выдохнул он, потеряно опуская чашку на стол и посмотрев на нее так, будто видел подобную вещь впервые в жизни. – Я понятия не имею, что ему подарить. – Блейз сказала, что он любит цветы, – Гермиона улыбнулась, ероша ему волосы. – Не лучший подарок, конечно, но для начала неплохо. – Кажется, мне начинает нравиться идея ваших отношений, – пробубнил Гарри, сосредоточенно приманивая к себе перо с пергаментом. – Нужно сделать заказ в цветочном. Знаешь хоть один круглосуточный? Гермиона метнула в него взгляд «Ты спроси, чего я не знаю» и села возле него. – Записывай.