Никто не сомкнёт глаз. Часть 2
2 августа 2018 г., 20:20
Слепой король преклонил колени, рухнув на траву; грудь его тяжело вздымалась с каждым новым вдохом. С руками, плотно связанными за спиной, он не мог дотянуться до своего телохранителя, — или в принципе сделать хоть что-либо. В голове все ещё гудело от внезапного удара, поэтому тот факт, что он был в сознании, уже сам по себе являлся чудом.
— Иида? — пролепетал он.
— Я здесь, Ваше Величество, — голос молодого стража звучал твёрдо — даже слишком, чтобы эту решительность можно было принять за чистую монету. Кровь струилась из раны на его лбу, глаз опух так, что меж веками оставалась лишь тонкая щелка. — Энджи ушел — наверное затем, чтобы дать нам пере…
Один из стражей ударил его, заставляя замолчать.
— Для тебя он король Энджи, — поправил мужчина. — Единственный король, о котором тебе стоит сейчас беспокоиться.
— Он мне не король, — прорычал Иида.
Где-то позади послышался звук открывшейся и закрывшейся внутренней двери дворца; мягкие, но стремительные шаги заставили всех присутствующих повернуть головы в сторону источника шума. Иида резко выдохнул, броня на охранниках слегка звякнула, когда они стремительно вытянулись по стойке смирно.
— Ваше Высочество, — поспешно сказал один из них, — мы получили от Вашего отца приказ никого не пус…
— Если хочешь выпроводить меня отсюда, ты волен попытаться. А иначе, попридержи язык, — в голосе принца отчётливо слышались ледяные нотки, которые уже были знакомы обоим пленникам. Игнорируя караульных, он преклонился перед слепым мужчиной и поднес к его губам чашу с водой. — Вот, выпейте.
Король осторожно отпил из сосуда, и прохладная вода очистила его горло. Чашка слегка подрагивала в руках принца, когда он её забрал.
— Спасибо Вам, юный принц, — сказал слепой король. — Спасибо за всё.
Ответа не последовало, и мужчина продолжил:
— Это были Вы, не так ли? В толпе?
— Да, — ответил Шото, отодвигаясь в сторону. Он предложил воды и Ииде, который благодарно отпил из чаши. — …Я не узнал Вас тогда, король Тошинори.
— Всё в порядке, — заверил его мужчина. — Ты и не должен был.
— Спасибо, — пробормотал Иида. — Спасибо за… — он понизил тон, и опасливо оглянулся на стражу.
— Не волнуйся, — беззаботно ответил принц. — Отец и так уже знает, что я помог вашему принцу бежать.
Он отставил чашку прочь и снова приблизился к Тошинори. Шото дотянулся до его лица, аккуратно накрывая правой рукой синяк на лбу мужчины, чтобы его чары немного притупили боль. От этого рукав его одеяния сполз, обнажив запястье.
— Ваша рука, — тихо заметил Иида. — Она перевязана. Энджи?..
— Это не имеет значения. — Шото поспешно накрыл перевязанную руку тканью рукава. — Отец начинает паниковать. Скоро рассвет, и он проиграет, если вы не заговорите.
Иида злобно ухмыльнулся.
— От этого он будет лишь более отчаян в своих пытках, — продолжил принц. Он не мог глядеть им в глаза. — Заговорите вы или нет… Я не знаю, переживете ли вы утро. — Костяшки его пальцев побелели от напряжения. — Мне жаль.
— Судя по тому, что я услышал, — мягко сказал Тошинори, — мне не кажется, что Вы ко многому из этого причастны, юный принц. Так отчего же вам жаль?
— Мне жаль, что вы оказались в этом замешаны, — ответил Шото. — Жаль, что я не могу сделать для вас большего. Я… не могу повторить то, что совершил ранее. Если бы мог, клянусь, я бы это сделал.
— Это опасные речи, Ваше Высочество, — встрял один из стражей. Иида тут же дернулся, за что получил ещё одну пощёчину.
— Полагаю, даже у таких, как Энджи, есть верные им люди, — мрачно заметил Тошинори.
Принц бросил на охранников полный пренебрежения взгляд.
— Их верность куплена и тщательно оплачиваема.
Двери распахнулись вновь, и король, чьи плечи покрывали яростно вьющиеся языки пламени, ступил внутрь. На лице его застыла гримаса злобы.
— Убирайся отсюда, — проронил он, и принц Шото заколебался прежде, чем отступить.
— Ты проиграл, — сказал юноша. — Ты знаешь, что эти двое не заговорят.
— Не смей меня недооценивать, мальчик, — ответил король. — Время ещё есть. Возможно, у одного из них развяжется язык, стоит начать пытать другого.
Иида, стоя на коленях, подался вперед, но один из стражей предупреждающе приставил к его горлу копьё. Иида с вызовом прижал подбородок к клинку.
— С таким же успехом вы можете меня просто убить, — выпалил он; капля крови медленно поползла вниз по его шее. — Я лучше умру, чем дам вам то, чего вы хотите.
— Это ты сейчас так говоришь, — глаза Энджи сверкнули злобой. — Посмотрим, как запоёшь, когда лишишься пары пальцев.
— Энджи, остановись! — взмолился Тошинори, поворачивая лицо в сторону звука. — Это безумие, и ты это знаешь! К тому же, мальчишка ничего не знает. Он лишь стражник, не более — думаешь, я вверил бы такой важный секрет, как личность моего наследника, в руки простому солдату?
— Ваше Величество… — предупреждающе начал Иида.
— Отпусти его, Энджи, — сказал Тошинори. — Пытая его, ты не получишь желаемого. Истинное имя моего сына известно лишь мне.
Энджи медленно к нему повернулся. Лицо его застыло, обезображенное ненавистью.
— Хочешь сказать, — тихо проговорил он, — моя стража схватила тебя, и ты готов отдать мне свою жизнь добровольно?
— Жизнь — да, — ответил Тошинори. — Но не более. Я — тот, кого ты так ненавидишь, не правда ли? Что ж, я на коленях пред тобой, слепой и беспомощный. Моя жизнь в твоих руках. Забери её, если это тебя потешит, но ничего больше ты от меня не получишь.
Энджи ударил его по лицу. Голова Тошинори упала на плечо, кровь полилась изо рта, но он не издал ни звука.
— Однажды я мечтал превзойти тебя, — сказал он. — Ну что за глупая мечта, как оказалось.
— Трус, — выплюнул Иида.
— У тебя ничего не осталось, — продолжил Энджи, игнорируя его. — Твоё королевство принадлежит мародерам. Ты слеп, покалечен — иссохшийся скелет, призрак собственного былого величия. Какой тебе прок от твоего упрямства?
— Я сражаюсь, как могу, по причинам, которых тебе не понять, — ответил Тошинори. Повязки на глазах его насквозь пропитались влагой. — И я люблю своего сына. Я наблюдал, как он растет: с момента, как мы встретились, до того дня, когда я назвал его своим наследником, и я с радостью погибну ради него. Ради его будущего. Его счастья, — улыбка омрачилась кровью на его губах. — В этом весь смысл, Энджи. Наши сыновья станут тем, чем нам никогда не бывать.
Принц Шото смотрел на него с широко раскрытыми глазами. В Энджи ярость воспылала с новой силой.
— Вы слышали, что он сказал, — голос его был тихим, как никогда, вибрирующим от злобы, когда он обратился к охраннику, стоявшему позади Ииды. — Страж бесполезен. Убейте его.
— Энджи, нет! — воскликнул Тошинори.
Стоило этим словам сорваться с его языка, как из-за дворцовых стен послышались крики. Охрана замерла в боевой готовности, готовая покончить с Иидой. Король начал озираться вокруг, забыв от неожиданности о собственном приказе.
Один-единственный крик затмил остальные, и пред глазами тех, кто находился во внутреннем дворе замка, предстала фигура, показавшаяся над вершиной каменной стены. Это был один из дворцовых стражей, пронзительно визжавший весь свой полёт, пока его фигура не сделалась слишком маленькой, чтобы ее разглядеть, и не исчезла в небесной дали. Другой страж, чей пост находился на самой стене, свалился оттуда с тремя стрелами, торчащими из груди.
С обратной стороны дворцовых ворот послышался оглушительный взрыв, за которым последовали ещё несколько. Каждый из них сильно сотрясал ворота, пока они, наконец, не рухнули. Киришима ввалился внутрь по инерции, не способный обуздать излишки собственной силы. Он затормозил, тяжело дыша; стрела, выпущенная в него, скользнула по его коже, не причиняя вреда, словно это была не живая плоть, а камень. Недалеко позади шагали безымянный принц с Ураракой. За ними следовали Бакуго и Каминари, возглавляя толпу вооруженных горожан.
— Близится рассвет, Ваше Величество, — голос принца отчётливо разнесся над ревом толпы. — Вы готовы назвать моё имя?
Пламя короля разразилось яростной бурей.
— Что происходит? — потребовал он ответа.
— Ваши подданные, король Энджи, — пояснил принц. — Они хотели взглянуть на то, как закончится эта игра.
При виде злобы на лице короля, юноша улыбнулся.
— Вы удивлены, Ваше Величество? Я же возвестил Вас о своих намерениях. Прокричать ответы к загадкам на городских улицах, помните? Объявить Вас клятвопреступником перед Вашими же людьми, — он поднял свиток над своей головой, кивнув в сторону принца Шото. — Кроме того, я подкрепил свои показания словом Его Высочества наследного принца.
Король стиснул зубы.
— Думаешь, я не сумею подавить мятеж? Казнить зачинщиков?
— Если Вас устроит перспектива перерезать весь город, Вы, конечно же, можете попробовать, — возразил принц. — Я впечатлён, Ваше Величество. У меня сложилось впечатление, будто Вашим подданным нужен был лишь повод, чтобы обратиться против Вас.
— Ты, мерзавец…
— Верность стоит ничтожно мало, король Энджи, — продолжил безымянный принц. — Доброе слово. Предложенная вовремя помощь. Сдержанное обещание. — Его зубы сверкали белизной, пока он продолжал говорить. — Подумать только, такой богатый король, как Вы, не смог купить меня.
Но прежде, чем Энджи успел ответить, наступил новый день.
Солнце поднялось над горизонтом, касаясь зданий и перекрашивая небо из чернильно-синего в фиолетовый и оранжевый. Раньше стена могла бы скрыть этот свет от глаз, но теперь, когда ворота были разрушены, никто не смог отрицать, что пришел рассвет. Воодушевлённый возглас прозвучал в рядах ополчения, и стражи за спиной Энджи отступили.
— Моё имя Изуку, — улыбка на лице принца сияла ярче поднимающегося солнца. — Я полноправный наследник короля Тошинори, и я победил Вас дважды за эту ночь. Вы проиграли, Ваше Величество.
Хватка Энджи усилилась на эфесе его меча, когда он повернулся к слепому королю, склонившемуся перед ним на коленях.
Никто не заметил, как принц Шото пошевелился. Никто не заметил, как он выхватил меч из ножен шокированного стража и встал между собственным отцом и слепым королём, пока их мечи не сошлись с характерным звуком.
— Даже ты предашь меня, Шото? — взревел Энджи. — Тебя возможно и помилуют как моего наследника, но есть вещи куда хуже смерти!
— Мне надоело ждать, — зашипел принц в ответ, и глаза его осветились хладным гневом. — Мне надоело выживать. Это кончится сегодня, — он бросил взгляд на Изуку. — Скоро здесь будет больше стражи, — сказал он. — Сможешь справиться с ними?
— Я у тебя в долгу, — ответил Изуку.
— Нет, — левая сторона его тела озарилась пламенем, в то время как от его правой по земле расползся лед. — Я до сих пор выплачиваю свой.
Вскоре развязалась битва: стражи высыпали из замка, и разъярённые горожане ринулись им навстречу, ведомые принцем Изуку и тремя бывшими дворцовыми служащими. Урарака в одиночку взялась за охранников, удерживавших Ииду и короля Тошинори. Одного из них она отправила в полёт, другого ранила, прежде чем перерезать верёвки на запястьях Ииды и передать ему меч. Изуку к ним присоединился, чтобы вместе все трое смогли образовать щит вокруг короля Тошинори, защищая того от развернувшейся битвы.
Всеобщая суматоха не тронула лишь короля с принцем, находящихся в самом её чреве. Огонь причудливо танцевал, разгораясь, лёд трещал, скрипел и ломался, пока клинки их сходились воедино.
Когда всё, наконец, затихло, земля оказалась усыпана мертвыми телами. Среди них были и горожане, но стражей, безжизненно лежащих в траве, было куда больше.
Среди поля брани король Энджи, раненый и безоружный, преклонил колени; меч его собственного сына был прижат к его горлу. Он перевёл на Шото полный ненависти взгляд.
— Чего же ты ждёшь, мальчик? Убей меня.
— Я хотел бы, — прозвучал ледяной голос принца. — То, что ты сотворил с мамой, даёт мне на то право. Но я не стану. Я не такой как ты, отец. Мне нет нужды убивать, чтобы получить желаемое.
Принц поднял голову, осматриваясь, и его глаза довольно сверкнули при виде сраженных стражников отца.
— Принц Шото? — позвал Иида. — Он может оказаться весьма проблемным заключённым. Если я могу Вам как-либо помочь…
— Вот тот стражник, — ответил он, кивая в сторону мертвого мужчины. — У него с собой должны быть блокирующие чары наручи. Сдаётся мне, что они нам пригодятся.
К тому времени, как солнце поднялось над горизонтом во всей своей красе, бывшего короля бросили в казематы его же дворца, а убитых оттащили с поля битвы для захоронения. Сразу после того, как Шото убедился, что его отец находится под надёжной охраной, он побежал к изолированной башне дворца, отпер злосчастную дверь и освободил мать от многолетнего заключения. Когда она узнала, что произошло, то разрыдалась от облегчения и раскаяния, ведь это значило, испытания, выпавшие на их долю, были окончены. Принц тоже прослезился; рана, не дававшая ему покоя годами, наконец, начала исчезать.
Изуку понадобилось некоторое время, чтобы перестать плакать, а его слепому отцу — чтобы выпустить сына из объятий. Когда это всё же произошло, когда королева была освобождена и под присмотром, а улыбчивая старушка-целительница взялась лечить раненых, принц Шото незаметно увел Изуку в сторону.
— Ну, вот всё и кончилось, правда? — произнес он, прежде чем Шото сам успел заговорить. — Испытание, казни, всеобщий страх…
— Конечно, — ответил принц. — Ты победил, в конце концов.
Юноша запнулся и бросил взгляд в сторону поднимающегося солнца, прежде чем продолжить:
— Отец нарушил клятву, — сказал он. — Но я так не поступлю. Ты сказал, что не нуждаешься в предложенной награде, но… если ты о ней попросишь…
Принц прикусил губу и повернулся, чтобы взглянуть в лицо Изуку.
— О каком вознаграждении ты собирался просить?
— У меня были планы, — ответил он. — Я взялся пройти испытание, потому что надеялся положить конец вражде между нашими королевствами, заполучить сильного союзника — в последнее время нам нужны друзья. Но точно так же истинна и другая причина, — юноша взглянул на Шото. — Я видел тебя, стоящим на балконе башни, тем утром. То, каким грустным ты выглядел. Загнанным в угол. Мне показалось, что тебе нужна была помощь.
— Это так, — признал Шото. — Что до остального, то могу заявить: любым размолвкам между нашими государствами пришел конец вместе с правлением моего отца. — Его глаза блеснули непоколебимой решительностью. — И если ты просишь о помощи, то ты её получишь. Твои враги отныне и мои.
— Спасибо, — сказал Изуку, вздохнув с облегчением. — И…
Он подошел ближе и мягко сжал ладони Шото в своих.
— Я никоим образом не хочу заставлять тебя или манипулировать тобой. Я не хочу, чтобы ты делал это, потому что вынужден или чувствуешь себя обязанным. Но, раз уж ни один из нас не заинтересован в браке… возможно, ты дашь мне шанс поухаживать за тобой?
Шото густо покраснел, и Изуку поспешил продолжить:
— К-как я и сказал — только если захочешь. Если это так, тогда… мне хотелось бы завоевать твое сердце как положено.
Взгляд Шото потеплел, когда он перевел его на юношу. Он медленно поднёс руку Изуку к своим губам и поцеловал ее.
— Ты говоришь так, словно оно ещё не твое.
Непрошеная улыбка появилась на лице Изуку.
— Шутишь?
Шото опустил его руку, ухмыльнувшись в ответ.
— Больше никаких загадок, значит?
— На время, — ответил Изуку. — Это твое решение, принц Шото. Должно было быть таковым с самого начала.
Следующий поцелуй, нежный и мимолетный, пришелся в уголок его рта.
— Мне нравится, как это звучит, Изуку.
───── ◉ ─────
— У меня есть для тебя одна загадка, — прошептал Изуку много месяцев спустя, после того, как все битвы были выиграны, захватчики изгнаны, города освобождены, а старые раны потихоньку залечены. — Так спрашивай, — пробормотал Шото в ответ, и Изуку мягко напел следующие строки:Вещь, что всех других сильней: Создаёт и разрушает, охлаждает и сжигает, Сломанное чинит, целое — ломает, В равной мере даёт и забирает, Правит миром, людей покоряет, Кто же из вас её имя узнает?
На секунду Шото задумался, разумом витая где-то далеко, и его глаза, наполненные любовью, загорелись. Но ответил он не словом, а поцелуем. Изуку растаял в этих объятиях, таких крепких, что невозможно было понять, где был он сам и где его возлюбленный. Шото заговорил, стоило лишь мыслям испариться из головы Изуку. — Любовь, — прошептал он, и Изуку буквально почувствовал слова на своих устах. — Ответ — любовь. Изуку прильнул к его губам, улыбаясь. — А разве могло быть иначе?
