Paint Me In A Million Dreams

Луи проснулся от того, что нежные руки прижимали его бедра к матрасу. Его член был твердым и болезненно пульсировал, и Луи чувствовал себя таким нуждающимся, нуждающимся в том, чтобы эти сильные руки опустились всего на несколько сантиметров ниже к члену. Теплые губы целовали его шею, а ресницы щекотали подбородок. Вздохнув, Луи поднял руки и провел по гладким плечам, запуская пальцы в каштановые кудри. Хихиканье щекотало его кожу, горячо дыша возле точки пульса Луи. Он немного сжал волосы и столкнул их губы вместе. Не было никакого колебания, никакого сопротивления. Их губы двигались синхронно. Луи приоткрыл рот, впитывая все чувства. Он был одержим этими милыми, греховными губками. Он целовал его так, будто вся жизнь зависела от него, и получал то же самое в ответ. В комнате стояла гробовая тишина, прерываемая лишь шорохом простыней и влажных звуков поцелуя. Наконец-то, наконец-то, одна из теплых рук скользнула вниз по бедру. Луи вздрогнул. — Хочу отсосать тебе, детка. Хочу тебя в моем рту. Луи гортанно простонал, дергая бедрами. Он почувствовал на своих губах улыбку, и губы, которые ловили тихие стоны и маленькие нуждающиеся вздохи. Если он не получит эти греховные губы на своем члене, Луи умрет прямо сейчас. Он вздохнул, не в силах произнести ни звука. Он разрушался от нужды. — Гарри, пожалуйста. Глаза Луи распахнулись, и он нервно выдохнул. Его сердце бешено колотилось в груди, а член болезненно пульсировал. Он потный и горячий, а пальцы сжимали простыни кровати отеля. Только не снова, твою мать. Луи закрыл лицо рукой и простонал, пытаясь расслабиться, чтобы эрекция спала. Ему снился один и тот же сон всю неделю. И иногда даже во время дневного сна. Этот дурацкий поцелуй все испортил. Будто он один раз попробовал вкус крови и теперь его тело жаждало все больше и больше. Будто он подсел на тяжелый наркотик. Он даже не хотел задумываться о том, что главным героем его мокрых снов был Гарри Стайлс. Он был сексуально неудовлетворен и наполовину возбужден почти все время, что, конечно же, было не очень хорошо. Но тот факт, что у него стоял на Стайлса, был в тысячу раз хуже. Щурясь от утреннего солнца, Луи сел, шипя. Было еще довольно рано, и похоже, их ждал еще один теплый солнечный день в Сиднее. Было явно больше двадцати градусов, когда они приехали вчера, и, похоже, сегодня будет столько же. Сразу после заселения, Луи отправился в свой номер. Он все время крутился возле Стайлса, что было физически невыносимо для него. Ему достаточно было просто сидеть рядом с Гарри, и он уже был на грани. После поцелуя Луи не спал всю ночь, коря себя. Он не знал, как с этим справиться, когда наступит утро. Он пробыл в своей спальне, пока их не забрала машина. Во время поездки ни один из них не сказал ни слова, и Луи немного успокоился, когда увидел, что Гарри такой же не выспавшийся и уставший, как и он. Для интервью они снова надели маски актеров. В воздухе не висело напряжение, но как только они покинули здание, Луи держался как можно дальше от него. Гарри, похоже, был доволен этим. Так продолжалось всю прошлую неделю. Луи становилось все труднее с каждым новым днем, но у него не было другого выхода. Если бы он мог отдалиться от Гарри еще больше, он бы, вероятно, справился с этим, но так как он не мог, у него было ежедневное напоминание о случившемся в виде кудрявого парня. Луи должен был признать поражение. Его тело его предало. Он встал с постели и потопал прямо в ванную, чтобы принять душ. Под горячими струями воды, он положил руку на колом стоящий член, откидывая голову. Он знал, что как только он закроет глаза, он увидит Гарри Стайлса. После душа Луи заказал завтрак в номер и оделся. У них будет еще одно интервью, а во второй половине дня еще с остальными актерами. Также было и в Лондоне, и Луи воспринял это как добрый знак, что ему не придется сидеть наедине кое с кем. Если кто и выигрывал от напряжения между Гарри и Луи, так это Джулия. Она управляла всей игрой, идя на поводу у трендов интернета, и всегда говорила им, какие действия воспринимались особенно хорошо. — Луи, дорогой, — сказала она в Москве после первого дня интервью, — У тебя все хорошо получается. Только послушай, — она прочистила горло перед тем как что-то прочитать с планшета. — Они так влюблены, что даже не могли оторвать взгляд друг от друга. И мы тоже не можем оторвать от них взгляд. Как отметили несколько поклонников, Луи практически пялился на губы Гарри, и мы только можем представить, что было, как только выключили камеры. Луи подавился своим обедом, так сильно кашляя, что Олли начал паниковать. Взглянув на Гарри, Томлинсон не увидел никаких эмоций, он просто поджал губы. С высоты сегодняшнего дня, это был последний раз, когда он нормально смотрел на Стайлса. Наверное они должны поговорить об этом. Луи пару раз думал об этом. Заговорить об этом, означало признать это, а Томлинсон не был уверен, что готов это сделать перед Гарри — Гарри — который надавил на него. Не было никаких сомнений, что Стайлс инициировал этот поцелуй, но Луи ничего не сделал, чтобы остановить его. Вместо этого он ответил на него. Стук в дверь вырвал его из собственных мыслей, и Луи открыл дверь официанту. Тот поставил поднос на стол, готовя все для Луи. Когда постучали второй раз, Томмо нахмурился, но все же пошел открывать дверь снова. — Утра, Лу, — сказал Олли, входя в номер. Официант ушел, и Луи закрыл за ним дверь. — Утра. — Смотри, что у меня есть, — Олли поднял листок бумаги со списком на нем. — Что это? — Томлинсон сел за столик, чтобы позавтракать, пока все не остыло. Олли тоже сел и украл один кусочек яблока с тарелки друга. — Со мной связалась команда Лиама. У него завтра концерт. Мы в списке гостей. Луи поднял голову, и на мгновение ему захотелось плакать. Он не знал, что они были в одном городе, но Лиам всегда был в курсе этих вещей. Он позаботится о Томлинсоне, и он был тем, кто вытащит его из всех этих страданий. Не было никаких сомнений в том, что Пейн поможет ему. — У него сегодня куча интервью, но он отправил сообщение, что ждет тебя за кулисами после завтрашнего шоу, — Олли усмехнулся. — Ты можешь взять с собой друзей, если хочешь. — Очень тонко, чувак, — прокомментировал Луи. — Я напишу ему. — Джулия сказала, что это хорошая возможность прогуляться с Гарри. Это последний концерт Лиама в этой части тура, так что будет вечеринка. — Мы же можем позвать кого-нибудь еще? — спросил Луи. — Мы же не будем вдвоем, правда? — Что-то случилось? — Олли нахмурился, скрестив руки на груди. — Кажется, вы будете одни. Луи сглотнул и отпил немного чая. Олли не был подходящим человеком, чтобы поговорить об этом. Это была плохая идея. — Нет, ничего. — У меня ощущение, что вы начали лучше ладить, — сказал он. — Но, похоже, ты больше не разговариваешь с ним. — Он тоже со мной не разговаривает, — заметил Луи, разрезая бекон. — Так что не только я не разговариваю. Олли пожал плечами, меняя тему. Луи был благодарен ему за это, так как понятия не имел, как объяснить это. Скидывать все на Гарри было легко, но долго это продолжаться не может. В конце концов виноват не только Стайлс. — У тебя десять минут, а потом ты должен пойти в номер к Гарри для интервью, — Олли встал из-за стола и достал свой мобильный телефон. Он что-то начал набирать. — У нас есть еще один номер для интервью всем составом во второй половине дня. Итак, на все утро Луи был снова прикован к Гарри. Еще один раунд притворства о том, что он наслаждался компанией Стайлса, притворялся, что он любит его. Луи начал чувствовать себя не очень хорошо от этого. Он закончил завтракать, не загадывая ничего на будущее.

+++

Гарри пошел за Луи, когда их провели через заднюю дверь арены. Снаружи было несколько фанатов, которые ждали Лиама. Они сразу узнали Томлинсона, так что по всему интернету быстро разлетелась весть о том, что они были здесь. Внутри их провели прямо через все приготовления к концерту Лиама. На сцене выступала группа, и их музыка была слышна даже через толстые стены. Несколько человек таскали коробки и реквизит по коридору, у кого-то были планшеты с бумагами, из-за которых они выглядели очень важными, другие носили одежду и сумки, с которыми исчезали в разных комнатах. Гарри постарался держаться подальше от них, чтобы не мешать. — Лиам ждет вас в своей гримерной, — сказал помощник Пейна. — Спасибо, Энди, — Луи по-дружески похлопал его по плечу. Гарри подумал, что они, вероятно, встречались раньше. Луи не обернулся и не признал существования Гарри ни на секунду, когда они продолжили идти по коридору. Стайлс остановился, чтобы тоже поблагодарить Энди, Луи уже не было видно; вот как быстро он ушел. Он даже не удивился. Луи не признавал его до встречи в доме Томлинсона. С тех пор все было очень неловко, и Гарри понимал, что это его вина. Он его поцеловал. И этот поцелуй медленно сводил Гарри с ума. Несколько дней он сходил с ума от того, насколько сильно ему хотелось сделать это снова. Было трудно принять, но его привлекал Луи — Гарри должен был признать это, по крайней мере, для себя. Он чувстовал себя ужасно, но потом понял, почему. Луи и Люк не сильно отличались друг от друга, по крайней мере внешне. Они оба были невысокие, почти изящные и красивые; все милое и соблазнительное. Казалось, что ему нравился определенный тип, и, к сожалению, Луи подходил под него. Это немного успокоило Стайлса. Это было просто физическое притяжение; он мог легко это игнорировать. Когда он вошел в гримерку, он увидел, как Луи и Лиам отстранились друг от друга. Когда он заметил Гарри, Лиам обнял Луи за плечи и притянул к себе. У него была добрая улыбка, совершенно искренняя, когда он протянул кудрявому руку. — Рад, что ты тоже здесь, — сказал он. — Спасибо за приглашение, — Гарри пожал ему руку. — Не беспокойся, — Пейн отвел их на диван. — Друг Луи — мой друг. Присаживаясь на диван, Стайлс взглянул на Луи. Он выглядел каким-то отстраненным. Лиам вздохнул. — Значит вы все еще не ладите? — Не надо ладить, — ответил Луи, откидываясь назад. — Это просто работа. — Нет никаких причин враждовать друг с другом, даже если это просто работа, — Лиам нахмурился. Гарри посмотрел на свои туфли, четко осознавая, что Пейн прав. И снова Лиам не знал всей истории. Он понятия не имел о том, что не только враждебность заставляла их так себя вести. — Мы пришли к золотой середине, — сказал Луи. — И пока это работает перед камерами, все в порядке, разве нет? О какой золотой середине он говорил, подумал Гарри. Любое негласное соглашение было расторгнуто в тот момент, когда они поцеловались. Второй раз. Гарри вспомнил первый поцелуй, тот, который они разыграли для сестер Луи. Для сравнения, это было скучно. Гарри теперь знал, как Луи по-настоящему целуется, как Луи по-настоящему звучит. Боже, эти звуки были самым худшим моментом во всем этом. Он просто не мог выкинуть их из головы; он слышал их каждый раз, когда закрывал глаза. Его кровь каждый раз закипала, когда он думал о том, насколько громко и нуждающееся он мог заставить Луи стонать. — Гарри? Он поднял глаза, его щеки горели. Лиам наклонился, протягивая ему бутылку. — Спасибо, — сказал он, сглотнув, когда взял бутылку. Он снова взглянул на Луи, и когда их взгляды встретились, он увидел, что тот хмурится. Наверное он точно знал, о чем думал Стайлс. — Ты идешь с нами на вечеринку? — спросил Лиам. Гарри оторвал взгляд от шатена. Некоторое время он не выходил никуда, но немного напиться ему не помешало. Может быть он даже подцепит кого-нибудь, чтобы выпустить пар. Обычно, он не поступал так, не желая рассеивать кем-то на одну ночь портрет Люка в своем воображении, однако недавние обстоятельства изменили его мнение. И если от этого он перестанет задерживать дыхание каждый раз, когда Луи краснеет, то он обеими руками за. — Да, все хорошо, — ответил он, улыбаясь. — Я слышал, это твой последний концерт? — Для этого тура, по крайней мере, — кивнул Пейн. — В январе я поеду в Европу. — Ты будешь в штатах на сцене Jingle Ball* в следующем месяце? — спросил Луи. — Да, буду выступать шестым или седьмым. — Лиам забросил руку на спинку дивана у шеи шатена. — Может, мы найдем пару дней, чтобы отдохнуть у меня. — Было бы здорово, — Луи, судя по всему, не было неуютно от прикосновений Лиама. — Мне становится одиноко, когда я остаюсь сам по себе в твоей большой вилле. Гарри вспомнил, как раньше задавался вопросом о характере их отношений. Они казались слишком близкими, даже, скорее, интимными друг с другом. То, как Лиам касался Луи, и то, как Луи наклонялся к нему, подразумевало, что они были не просто друзьями. Гарри попытался проигнорировать внезапное желание притянуть к себе Луи и разорвать их контакт. Это чувство было абсолютно необоснованным и неразумным, он не имел права так поступать. Лиам, вероятно, целовал шатена в миллион раз больше Стайлса и он, очевидно, нравился Луи, что давало ему еще одно преимущество. Актер нахмурился. Он думал об этом так, будто это было соревнование или он что-то чувствовал к Томлинсону. Но это определенно было не так. Гарри проигнорировал дрожь в руках, когда открывал бутылку и старался не слушать, о чем болтали парни. Что бы ни происходило здесь, это сводило его с ума. Все, чего хотел Стайлс, — это снова вернуться к нормальной жизни, где в его сердце существовал только Люк. — Хей! Простите, я опоздал, — Зейн вошел в комнату с немного запыхавшимся видом. — Не волнуйся, — Лиам мгновенно встал на ноги. — Я рад, что ты смог прийти. Они непринужденно обнялись, после чего Зейн пожал руки остальным мужчинам. — Приятно видеть вас снова. — И нам. Лиам не говорил, что ты тоже придешь, — сказал Луи, даже не смотря в его сторону. Его глаза были прикованы к Лиаму. Гарри слегка нахмурился. Это была какая-то вопиющая демонстрация ревности. — Если бы ты писал мне хоть когда-нибудь, ты бы знал, — ответил Лиам, также протягивая Зейн бутылку. — Как вы познакомились? — спросил Гарри. — Лиам выступал на показе мод весной, — Зейн сел напротив. — Мы заговорили и просто… поладили? — Потом мы встретились еще на нескольких событиях, — кивнул Лиам, взяв бутылку воды и для себя. Луи что-то промычал, будто он слышал нечто недосказанное, самую интересную часть. Гарри нахмурился ему, но тот его проигнорировал. Точно так же, как он игнорировал Гарри на протяжении всей недели. Вероятно, так и будет продолжаться, пока их контракт не истечет в январе.  — Лиам, — позвали за дверью, и Гарри увидел, как в комнату кто-то вошел. — Кейтлин хочет увидеться с тобой. — Спасибо, Энди. — Лиам встал и похлопал по плечу Зейна. — Я скоро вернусь. Энди кивнул и снова вышел из комнаты, оставив дверь открытой. Лиам повернулся к остальным, все также продолжая держать руку на плече Зейна. — Это мой специалист по вокалу, — объяснил он. — Вы, ребята, можете остаться здесь до начала. Знаете, где ваши места, не так ли? — Мы в порядке, — ответил Луи, махнув рукой, будто бы прося друга скорее свалить. — Иди. Не пропусти свой разогрев. Мы не хотим, чтобы ты ужасно спел. Иначе я потребую свои деньги обратно. — Ты даже не заплатил, — фыркнул Лиам. — Все равно, — усмехнулся Луи. — Иди. Еще секунду Лиам поколебался, но в итоге отпустил плечо Зейна и подошел к двери. Он снова повернулся, просто чтобы обвести всех взглядом, прежде чем покинуть комнату. Настало неловкое молчание и Стайлс стал смотреть то на Малика, то на Луи, размышляя, стоит ли ему начать разговор, если он недостаточно хорошо знал первого, а с шатеном вообще не разговаривал. — Итак, — внезапно начал Луи, откидываясь на спинку дивана. — Зейн. — Да? — повернув голову в его сторону, Зейн казался совершенно невозмутимым. — Что происходит? — спросил Луи. — О чем ты? — Между вами есть нечто большее, — скрестил ноги Томлинсон. — Я могу сказать то же самое и о вас, — с задумчивой улыбкой брюнет сделал глоток воды. И это не было неправдой. Гарри присматривался к их лицам, размышляя, как отреагирует Луи. — С тех пор как ты с ним спишь, я думаю, ты знаешь, что мы с ним просто друзья, — как и Зейн, Луи был невозмутим. — Кто сказал, что только потому, что он спит со мной, он не может спать с тобой? — спросил Зейн. — Ты сейчас серьезно? — После недолгого молчания все-таки спросил шатен, скептически поднимая бровь. — Не волнуйся, — улыбнулся Малик, качая головой. — Думаю, мы оба знаем, он бы так никогда поступил. — Никогда, — согласился Луи. Гарри сжал губы в тонкую линию, игнорируя прилив облегчения в груди. Этому даже не было причин — не его дело, с кем спит Томлинсон. — В любом случае, — Луи наклонился вперед, кладя руки на колени. — Ты мне нравишься. Можешь остаться. — Сама любезность, — поднял бровь Зейн. — Может, тогда я тоже позволю тебе остаться. — Я пришел первым, — рассмеялся Луи. — Ты, — Зейн указал на Стайлса, — можешь остаться. Я уже подумал об этом. — Какая честь, — Гарри не мог не усмехнуться. — Он ничего не сделал для этого, — пожаловался Луи, будто обиженный ребенок. — Я не прикапывался к нему, — повернулся к шатену Гарри. — У тебя нет причин заботится о Лиаме, — шатен скрестил руки на груди. — Но может, у Гарри есть причины заботиться о тебе, — вдруг сказал Зейн. Стайлс почувствовал, как Луи напрягся рядом с ним, из-за чего напрягся и сам. Он уставился на Зейна, не зная, что ответить. — Или вы больше не встречаетесь для пиара? — нахмурился Малик, почувствовав замешательство. — Все еще встречаемся, — подтвердил Луи, немного поколебавшись. Судя по всему, он был настроен так же скептически, как и Гарри. Зейн кивнул, глядя на них, будто это делало все предельно ясным. — Было бы хреново для репутации, если бы кто-нибудь подумал, что у вас с Лиамом что-то происходит, не так ли? — Я говорил тебе, что люди могут неправильно понять то, что ты живешь у него! — повернулся Гарри, указывая на него. — Я просто время от времени останавливаюсь у него, — закатил глаза Томлинсон. — В этом нет ничего такого. — Однако это может быть неправильно понято, — стоял на своем кудрявый. Они встретились взглядами и его желудок скрутился под напряженностью взгляда Луи. — Все знают, что мы лучшие друзья. — Пока остается в секрете, что Лиам — гей, — добавил Зейн. Гарри ожидал, что Луи как-то прокомментирует это, однако тот молчал. Вместо этого он повернулся к Зейну и направил на него такой взгляд, будто пытался рассмотреть насквозь. Гарри не был уверен, что это должно было значить, но он мог видеть, что Зейн понял, что происходит в сознании Луи. — Нам пора усаживаться на места, — встал Зейн, решив не развивать эту тему. Гарри последовал за ним, быстрым взглядом заметив, что Томлинсон выглядел совершенно нормально. Хмурость ушла, и он догнал Зейна, вовлекая того в незначительный разговор. Стайлс тем временем размышлял, что же происходит за этими яркими голубыми глазами. Он не мог читать Луи, не понимал, как работает его голова, да и понятия не имел, что с ним делать. И все же, как ни странно, Гарри чувствовал себя в каком-то роде ближе к нему, как будто в нем самом была какая-то частичка Луи, которую он прекрасно понимал. Крошечная часть, которую Гарри мог видеть насквозь, и которая очаровала его, не собираясь более отпускать. Олли вышел из-за угла, останавливая Зейна и Луи. Когда он заметил Гарри, то жестом пригласил присоединиться к ним. Гарри остановился рядом с Луи, оставив между ними достаточно расстояния, чтобы не занимать личное пространство. — Рядом будет небольшая группа журналистов, — предупредил Олли. — Кажется, это значит, что вам не удастся отдохнуть от выступления в качестве пары сегодня вечером. — Что ж, — сухо ответил Томлинсон. — Когда я вообще отдохну? — Просто убедитесь, что вы ведете себя как парочка, — закатил глаза друг Луи. Когда Гарри взглянул на шатена, то заметил, как тот строит гримасу. Олли пошел дальше, и Зейн последовал за ним, держа руки в карманах джинсов. Стайлс мог слышать волнение фанатов за стенами. Сделав глубокий вдох, он протянул руку Луи. Какое-то время тот просто смотрел на нее, раз взглянув на самого Гарри, но затем, заметно вздохнув, положил свою ладонь в ладонь кудрявого. Она была теплая, и его пальцы были тоньше пальцев Гарри, однако они держали крепко. Странное чувство распространилось от кончиков пальцев Гарри, переходя по рукам к самой груди. Это был первый раз, когда они коснулись друг друга после поцелуя. Когда они вышли из-за кулис чтобы добраться до своих мест, это произвело новую волну фурора фанатов. Гарри уже понял, что поклонники Лиама очень хорошо знали о его дружбе с Луи, а поэтому всегда признавали его. Некоторые девушки кричали их имена, и когда Гарри поднял глаза, то увидел, что они указывают на свои телефоны. Луи осторожно подталкивал Гарри вперед, держа одну руку на его спине. Он остался позади кудрявого, пропуская его первым подняться по лестнице, и Стайлс подумал, что Луи по природе стремится защищать людей. Гарри видел, как тот защищал свою семью, а также людей, о которых он заботился, — и это смутило его, потому что сейчас шатен поступал так по отношению к нему. Безумие продолжилось, даже когда они уже вышли на балкон. Там и оказалась группка журналистов, тут же вытащивших свои камеры, вспышками ударяя по глазам Гарри. Опять же, Луи стал мягко подталкивать его вперед, пока они не смогли присоединиться к своей команде, которая защищала от любопытных глаз. — Разве вы не милашки? — спросила Барбара, поглаживая руку Гарри. — Они берут от вас все. Гарри одарил ее пристальным взглядом, и услышал, как Луи фыркнул позади. Они все еще стояли бок о бок, но были спиной друг к другу. — Просто подержались за руки пару минут, — решил вставить Томлинсон. Гарри слегка нахмурился, но Луи снова заговорил с Зейном. Барбара наклонила голову, даря другу вопросительный взгляд. — Почему он сегодня такой злобный? — спросила она. Гарри пожал плечами, главным образом потому, что у него на самом деле не было ответа на этот вопрос. По крайней мере, какой он мог бы произнести вслух. Неужели Луи хотел, чтобы они больше взаимодействовали? Хотел, чтобы они стали более активно играть на публике? Но ведь он игнорировал Гарри всю неделю и всегда старался быть на максимальном расстоянии от него, когда это было возможно. В конце концов, это он был тем, кто убежал после их поцелуя. Какого черта он хотел от Гарри? Что ж, если Томлинсон хотел, чтобы они делали нечто более, чем просто держались за руки, Гарри, безусловно, смог бы это устроить. Стайлс смог бы предоставить эти отношения в таком свете, что любые сомнения мгновенно бы стерлись. Он немного изменил свое положение, небрежно обнимая шатена за пояс, продолжая разговор с Барбарой. Луи застыл, заметно напрягшись, однако не стал убирать руку мужчины. Гарри опустил руку на бедро Луи и зацепил большим пальцем петлю на поясе его джинсов. Потребовалось немного времени, чтобы актер приспособился, в то время как сердце Гарри, кажется, встало ему поперек горла. Луи был профессионалом, хотя не стал проявлять взаимную активность. Вместо этого, он постарался расслабиться. Позже на балкон вышли сотрудники персонала, раздавая каждому напитки. Гарри взял пластиковый стаканчик с пивом и вручил его Луи, и только потом взял для себя. На короткое мгновение они встретились взглядами и Гарри пришлось проверять дважды, потому что, кажется, щеки шатена покрылись румянцем. В этот момент свет погас, музыка начала играть, и толпа под ними буквально сошла с ума, заполняя криками всю арену. Гарри пришлось оторвать взгляд от лица Луи, делая вид, будто он ничего не заметил. Притворяясь, будто ему все равно. Когда Лиам вышел на сцену, крики стали еще громче. Гарри огляделся, заметив, как одичали фанаты. Рядом с ним хлопала Барбара, Олли и Пол пили пиво, с интересом наблюдая за сценой, а глаза Зейна, все также держащего руки в карманах, были приклеены к Пейну. Он открыл концерт песней «uptempo». Гарри думал, что слышал её ранее, однако он должен был признать, что не слишком близко знаком с музыкой Лиама. Он знал только те песни, что изредка крутили по радио. Лиам отлично звучал вживую, имел чистый голос и превосходно чувствовал себя на сцене. Гарри улыбался, наблюдая за тем, как Лиам бегает с одной стороны сцены на другую, заставляя толпу подпевать. Луи тоже подпевал. Он слегка подпрыгивал рядом с Гарри, пил своё пиво и распевал некоторые строчки песен. Гарри едва мог расслышать Луи, но чувствовал лёгкую вибрацию его голоса. — Моя любимая, — сказала Барбара через некоторое время, когда выступление Лиама продолжалось уже около часа. — И моя тоже, — Луи поднял свой бокал, словно при тосте. Несколько песен назад им подали новую порцию пива. Сейчас Луи стоял рядом с Гарри, и он смотрел через его плечо, пытаясь разглядеть фигуру Лиама на сцене. Он сидел на стуле, а микрофон стоял прямо перед ним. Луи слегка покачивался в такт музыке, чем мешал обзору Гарри. Поэтому Гарри положил руку на бедро Луи, чтобы немного утихомирить парня. Луи сразу же перестал двигаться, и через мгновение его спина коснулась груди Гарри. Он откинул свою голову Гарри на плечо. Гарри затих, а затем положил свой подбородок на плечо Луи. Милая песня заполнила арену, это были строки о любви, извинении и сожалении. «Longing». В этой песне было много тоски по одному человеку. Она задевала Гарри за душу, и он спрашивал сам себя о том, почему же эта песня так тронула его. Сидя с Луи в своих руках, поглощаемый запахом его одеколона и травяного мыла, Гарри думал о Люке. Каким-то образом, Гарри редко думал о нём на прошлой неделе. Все его мысли были заняты Луи, каждая клеточка его тела была сосредоточена на том поцелуе; и ему хотелось большего. Дотрагиваться до Луи теперь казалось таким лёгким действием. На мгновение он потерялся в этой песне и в том чувстве, что охватывало его. Гарри понятия не имел, когда это произошло, когда ему стало так легко притворяться. В Луи было что-то такое, что делало все проще и приятней. Песня закончилась и на мгновение арена затихла, прежде чем крики и аплодисменты снова стали оглушающе громкими. Лиам поднял глаза, и Гарри показалось, будто он смотрит в их направлении, улыбаясь краешком губ. — Я хочу исполнить новую песню, — объявил Лиам, когда толпа слегка успокоилась, — я её еще даже не записал. Но сегодня мой последний концерт, и я хотел бы, чтобы вы её услышали. Публика будто бы сошла с ума после этих слов. Потребовалась пара мгновений, чтобы стало достаточно тихо, и можно было расслышать мелодию. Гарри нахмурился, ему снова показалось, что Лиам послал взгляд именно в их с Луи сторону. Когда Лиам начал петь, Гарри понял, что он смотрел совсем не на них. Это был Зейн. Он лишь проверял, обращал ли Зейн на него внимание. Луи напрягся в руках Гарри. Гарри мог видеть, как его костяшки побелели от того, насколько сильно он вцепился в барьер. Он пробормотал что-то неразборчивое, но как только Гарри вслушался в слова песни, он сразу понял, в чём дело. Лиам пел о том, что он чувствует себя, будто в клетке, что им управляют, а он теряет собственную волю. Он пел о том, что чувствует себя свободным и целым только лишь рядом с одним человеком. Гарри посмотрел на Зейна, обнаружив, что тот открыто пялится на Лиама. Он даже ни разу не моргнул, щёки его были красными, а пальцы впивались в пластик его бокала. Он казался шокированным, но не польщённым. Когда песня закончилась, Лиам больше не поднимал глаз. Вместо этого он представил новую песню, начав вести себя так, будто бы ничего не произошло. Луи всё ещё был немного напряжён, а выражение лица Зейна не изменилось. Гарри прикусил губу, не будучи уверенным, что Лиам поступил правильно. Что бы ни происходило между ними, Зейн, похоже, не хотел, чтобы о нём писали любовные песни, и, кажется, не оценил этот жест. Какими бы ни были их отношения, казалось, что они находятся на разных страницах.

+++

Он должен был добраться до Лиама раньше остальных. Особенно раньше Зейна. Луи должен был добраться до Лиама раньше Зейна. В противном случае, всё это может закончиться катастрофой. — Почему ты так торопишься? — Спросил Гарри, следуя за ним. — Он же ещё даже не закончил последнюю песню. У Луи не было времени разбираться с Гарри прямо сейчас. Он взял его с собой только для того, чтобы никто не смог подумать, что он просто сбежал, оставив Гарри на одного на балконе. И, возможно, Гарри сможет как-нибудь пригодиться. — Мне нужна твоя помощь, хорошо? — Луи повернулся к нему. — Как только Лиам спустится сюда, мне нужно будет поговорить с ним наедине. Не впускай никого к нам. — Эта песня была о тебе? — Гарри моргнул. — Что за… — жестикулировал Луи, — ты был там? Я имею в виду, насколько я помню, ты был рядом, когда он посмотрел на Зейна перед тем, как он исполнил эту песню. Гарри кивнул; осмысление заняло у него всего минуту. — Мне нужно немного времени наедине с Лиамом, так что не пускай никого. Особенно Зейна. — Разве не для этого нужны телохранители и менеджеры? — Гарри наклонил голову. — Ради бога, Стайлс, — застонал Луи, закатывая глаза, — ты поможешь мне или нет? — Хорошо, ладно, — Гарри скрестил руки, — но ты мог бы и вежливее попросить. — Не мог бы ты помочь мне с этим, пожалуйста? — Луи не смог сдержать улыбку на губах. — С удовольствием, — ответил Гарри, ухмыляясь. Боже, Луи не мог сейчас позволить себе думать о Гарри. Всё начало рушиться, когда Гарри взял его за руку сегодня. Его будто бы магнитом тянуло к Стайлсу. Он не мог ничего сделать, не мог избежать этого. То, как Гарри касался его раньше, всегда чувствовалось лучше, чем должно было быть; особенно учитывая то, что они всего лишь притворялись. — Вот и он, — сказал Луи, открывая дверь в гримерку Лиама и взглянув на Гарри, прежде чем закрыть её за собой. Прошло всего несколько секунд, прежде чем Лиам вошёл, выглядя истощённым и взволнованным сразу. Он был потным и немного задыхался. — Лу, — сказал он, удивленно смотря на него, — вот почему Гарри стоял снаружи. — Он просто хочет убедиться, что я останусь с тобой наедине, — сказал Луи, садясь. — Что ты думаешь? — Лиам взял полотенце и проехался им по шее и груди. — Я думаю, что ты сошёл с ума, — ответил Луи, — о чем ты только думал? — Что? — Лиам замер и уставился на Луи. — О чем ты говоришь? — Это песня для Зейна? — Откуда ты знаешь? — челюсть Лиама отвисла. — Боже, Лиам, я не глупый и не глухой! — Луи поднял руки в раздраженно жесте, — Зейн тоже не такой. — Думаешь, он догадался? — в голосе Лиама было полно надежды. — Я знаю это, — мгновение Луи колебался, не уверенный, готов ли Лиам услышать то, что он собирался озвучить. Однако другого выхода не было, — и ему это не понравилось. — Что? — Выражение лица Лиама тут же изменилось. — Ему не понравилось, что ты спел эту песню публично, Лиам. — Но я же не говорил, что это о нём. Никто даже не знает, — пытался защититься Лиам, — никто не знает о нас. — И ты не думаешь, что для него это может быть проблемой? — Спросил Луи. Лиам плюхнулся на диван рядом с Луи. — Нет, — сказал он, подумав, — это не так. Он не ищет ничего серьёзного, Луи. Мы просто друзья с привилегиями, я думаю, — он уставился в потолок. — Тогда почему ты поёшь ему песни о любви? — спросил Луи, напевая. — Разве это не очевидно? — спросил Лиам, даже не глядя на Луи. Это был пиздец. Или даже хуже. — Но ты не сможешь выйти из шкафа в ближайшее время, не так ли? — А смысл? — спросил Лиам, и Луи знал, что он не ждёт ответа на этот вопрос. — Мы никогда не сможем быть вместе. Луи крепко сжимал губы. Он слишком хорошо знал, каково это — застрять в определённой роли, не имея возможности вырваться из неё. Луи, однако, не был безнадежно влюблен. — Прости, Ли, — сказал он, протянув руку и положив её на плечо Лиама. — Он хотя бы остался? — Спросил Лиам. — Он всё ещё был там, когда мы с Гарри ушли. — Ты с Гарри, да? — Лиам повернулся, чтобы посмотреть на него. — Вы выглядели довольно мило. — Мы должны были, — Луи заставил себя не отворачиваться, — там была парочка журналистов. — Выглядело вполне естественно, — прокомментировал Лиам. — Мы актёры, — отметил Луи. — Будь честным, — Лиам понимающе улыбнулся, — между вами что-то происходит. На мгновение Луи задумался. Он должен был закрыть эту тему и снова заговорить о Зейне. Но это же Лиам. Если он и мог кому-то доверять, так это ему. — Мы целовались. — Я видел это, да, — Лиам наклонил голову и поднял брови, — твоя сестра выложила это в снэпчат, а пресса сошла с ума. — Это было инсценировано, — Луи покачал головой, — Я… он остался у меня в Лондоне на ночь. — Ох, — глаза Лиама расширились, — Ох! — Это просто случилось, — Луи прикусил губу, — он поцеловал меня, а я поцеловал его в ответ, и это было довольно горячо, если честно. — А потом? — Лиам рассмеялся. — Мы не разговаривали неделю, — признался Луи, — думаю, сегодня я впервые прикоснулся к нему с тех пор. — Ты влюблён в него, — озвучил Лиам то, в чём Луи ни разу не смог себе признаться. — Я ненавижу это. Снова рассмеявшись, Лиам откинул голову назад. — Ну, ни один из вас, казалось, не хотел отстраняться сегодня вечером. Пока Лиам смеялся, Луи думал об этом. Если Гарри сегодня вёл себя так же, как и Луи, то, возможно, о поцелуе он думал то же самое, что и Луи. Может быть, их мысли были схожи на счёт всего происходящего. Это было ужасно, в каком-то смысле. Месяц назад Луи смеялся над любым, кто намекал на его влюбленность в Гарри Стайлса. Но теперь… Гарри привлекал Луи, и он был намерен изучить это чувство. Он хотел бы повторения их поцелуя, и это было невозможно отрицать. Может, они с Гарри и не очень-то ладили, но химию между ними явно невозможно было контролировать. Между ними что-то было, и то, как Гарри касался его сегодня, говорило о том, что он тоже это чувствует. О Боже, что вообще происходит? Когда он начал поддаваться этим мыслям? Когда Луи потерял рассудок? Луи не собирался спать с Гарри. Вместо этого он мог бы найти кого-то другого. Связаться с привлекательным парнем и забыться, чтобы Гарри Стайлс больше не влиял на него. Это не может быть таким трудным, верно?

+++

Когда они приехали, вечеринка была уже в самом разгаре. Лиам в одно мгновение стал самым главным человеком, понятное дело, что все пытались привлечь его внимание. Луи заметил, как на парня буквально налетела парочка женщин, вовлекая в пустой разговор. Он молчал всю дорогу. Луи, конечно же, понимал причину этого. Вскоре после того, как они покинули гримерку, Лиам получил сообщение от Зейна, в котором сообщалось, что ему нужно уехать и что он позвонит ему позже. Подобные сообщения обычно означали только одно: этот человек больше никогда не позвонит. Луи знал это, и Лиам тоже. Здесь тоже были люди из прессы. Пейн предупредил шатена об этом по дороге. Когда они вышли из гримерной, Гарри разговаривал с Энди, активно жестикулируя руками. Тот смотрел на него с явным скептическим выражением лица, но стоило ему увидеть приближающихся парней, как оно сменилось на искреннее облегчение. Гарри гордо улыбнулся Луи, показывая большие пальцы, и Томлинсон не смог сдержать расплывавшуюся на лице улыбку. В Гарри иногда появлялось что-то такое детское и невинное. Это было восхитительно и очень мило, и Луи был уверен, что тот прекрасно знал об этом. Вот почему он не влюбился в него. Сейчас Томлинсон повернулся, чтобы проверить, шёл ли за ним Гарри. Но Луи обнаружил его, идущего под руку с Барбарой. Она над чем-то звонко смеялась, и актёр ухмылялся, выглядя довольным собой. Луи остановился и, засунув руки в карманы, подождал, когда они подойдут к нему. — Вокруг полно прессы и папарацци, — сказал Луи. — Думаю, у нас здесь тоже не будет перерыва. Веселье тут же пропало с лица Гарри, и он мгновенно оглянулся. — Не похоже, что разыгрывать парочку, для вас вынужденная рабочая обязанность, — прокомментировала Барбара. Она выглядела немного озадаченной. — Было бы неплохо немного вести себя естественно, — ответил Гарри. Затем он пожал плечами. — Думаю, нам недолго придётся разыгрывать всех. Здесь так много людей, так что рано или поздно они потеряют нас из виду. Луи кивнул. Гарри, вероятно, был прав. Люди из прессы, наверняка, тоже захотят расслабиться и выпьют, поэтому через некоторое время им станет всё равно на двоих парней. — Хей! Вот ты где, — воскликнул Олли, появившись из неоткуда. — Я занял столик вон там. — Отлично, — сказал Луи и отошёл, пропуская вперёд Барбару и Гарри. Он последовал за ними, положив руку кудрявому парню на талию. Их команда уже сидела за столом, как и компания каких-то людей, которых Луи никогда не видел раньше. Они поприветствовали их, прежде чем сесть. Томлинсон быстро выяснил, что незнакомцы были в основном друзьями Зейна, люди из модельного бизнеса. Лиам, по-видимому, пригласил их для Малика, как понял Луи и снова почувствовал жалость. Поговорив с некоторыми из них, он узнал Криса Лайалла. Шатен не смог сдержаться и не повернуться к Гарри, проверяя его реакцию. Но тот, судя по всему, ещё не заметил слишком знакомого парня. Луи прочистил горло и наклонился. — Стайлс. Гарри перевёл на него взгляд, и в следующее мгновение Томлинсон осознал, насколько близко их лица находились друг к другу. Зеленоглазый часто заморгал и посмотрел на чужие губы. Луи незаметно для самого себя облизал их, забывая, о чем хотел сказать. Ведь все, о чем он мог думать в тот момент, так это о выражении лица Гарри. Внезапно Стайлс отстранился и резко вдохнул. Он глупо моргнул, глядя на актера перед собой так, будто его только что заставили проснуться и подняться с постели: глаза застилала сонная дымка, а рот был слегка приоткрыт. — Я… — Луи тяжело сглотнул, подбирая нужные слова. — Я просто хотел сказать… Крис здесь. Гарри снова моргнул и перевёл взгляд с парня, ища глаза нужного человека. Он уставился на кого-то, и Томлинсон заметил, как промелькнул целый букет эмоций на его лице: смятение, осознание, беспокойство. Увидеть бывшего твоего… Луи поджал губы, размышляя. Что конкретно было между Гарри и Люком? В любом случае от встречи с Крисом и перспективы их разговора Стайлс не выглядел счастливым. Внезапная идея пришла в голову Луи, и он, слегка нахмурившись, обернулся, чтобы получше рассмотреть Криса. Они встречались раньше несколько раз, и всегда неплохо общались между собой. Только парень был тогда занят, так что Луи никогда не думал об этом. Теперь же, когда тот был свободен от Люка, возможно, был шанс, что он искал коротких отношений без обязательств. Луи точно надо было действовать. Он находился в постоянном напряжении из-за взаимодействия с Гарри, их глупого влечения друг к другу и не менее глупого поцелуя. Ему нужно было расслабиться, сбросить пар. Ему было необходимо найти способ, чтобы избавиться от мыслей о кудрявом парне. И, возможно, Крис был подходящим человеком, который мог помочь с этим. Встав со стула, Луи подошел к нему и плюхнулся рядом с ним на скамейку. — Привет, — сказал Томлинсон, закидывая руку на спинку сидения. Лицо Криса озарилось. Одной рукой он убрал темные кудри, упавшие на лицо. — Луи! Давно не виделись! Я так рад встретиться с тобой. Что ты здесь делаешь? Чем занимаешься? — Действительно прошло много времени с последней нашей встречи, — согласился Томлинсон. — Сейчас занят пресс-туром для промо нового фильма. А ты? — Модный показ, — пожал плечами Крис. — «Vetements». — Круто, — Луи кивнул, помолчав минутку. — Может, выпьем? Крис изучил лицо актёра скептическим взглядом, но затем на губах появилась улыбка, и он кивнул в сторону бара. — Да, пойдем выпьем чего-нибудь. Луи встал и подождал Криса, когда тот поднимется. Он пошел вперед, а Томлинсон на мгновение оглянулся, находя глазами Гарри, который наблюдал за ними хмурым взглядом и с глубокой складкой, залёгшей между бровями. Луи отвернулся. Просто потому, что они должны были быть парой на людях, не означало, что им нужно находиться рядом друг с другом каждую секунду, будто сиамские близнецы. На вечеринке было вполне естественно, что они могли быть в разных местах и разговаривать с любыми людьми. Они пришли вместе и уйдут вместе. По крайней мере, для прессы. Никто не должен был знать, кто сегодня окажется в постели Луи.

+++

Гарри хотел напиться до беспамятства. Он был в баре, музыка оглушающе громко играла за ним. Барбара куда-то делась и вся команда, которая пришла с ними, тоже. Пол подошёл к нему и отдал ключ-карту от одного из номеров в отеле, где проходила эта проклятая вечеринка, а затем также пропал из поля зрения. Утром его и Луи заберут отсюда. Таким образом, они могли наслаждаться вечеринкой, не беспокоясь о возвращении в свой отель. Пол договорился, чтобы вещи Стайлса привезли и оставили в номере, так что ему не о чем было переживать. Гарри сильнее нахмурился, глядя в свой стакан. Не о чем переживать. В течение последних пяти лет он постоянно переживал из-за Криса Лайалла. Гарри беспокоился обо всём, что было у этого парня, но не было у него. В основном, предметом всего внимания актера был не кто иной, как Люк. Но теперь, даже когда ненавистный парень расстался с ним, Гарри не покидало чувство ревности, и он не знал почему. Крис и Луи сидели за одним из столиков, разговаривая между собой, близко наклонив головы друг к другу. Их губы практически соприкасались, когда они пытались расслышать слова сквозь громкую музыку. Ладонь Томлинсона лежала на бедре парня, и его поза была открытой и расслабленной. Любой, кто имел способность видеть, мог понять планы Луи на модель. Гарри опустошил свой бокал, желая наконец почувствовать себя хоть немного подвыпившим, но этого не случилось. Взамен он застрял на тупой вечеринке и вынужден наблюдать, как его фейковый парень пытался соблазнить кого-то другого. Кого-то, кого Гарри ненавидел с первого дня знакомства. Что такого было в этом Крисе, что делало его привлекательным? Что могло помочь ему привлечь любого человека, которого он захочет? Боже, может быть, Гарри в итоге опьянел. Он повернулся, чтобы заказать еще один напиток. Что это были за мысли? Откуда они взялись? Луи мог делать все, что хотел и с кем хотел. Это не касалось Гарри, и он явно не имел права ревновать. Взяв вновь наполненный бокал, Стайлс за раз опустошил половину и покачал головой. Может быть, он не ревновал, а просто рассердился, потому что Луи открыто флиртовал с кем-то другим на мероприятии, где они должны были вести себя как пара. Он поступал непрофессионально, и Гарри уже мог предсказать, какие статьи появятся в таблоидах завтрашним утром. Джулия будет сердиться; Ник, вероятно, даже позвонит (а он никогда не звонил, когда Стайлс был за границей, если правда не случилось что-то важное). Но если они всё испортили и полностью, чёрт возьми, спалили их пиар-отношения, то, вероятно, это был как раз тот случай, когда Гримшоу свяжется с актёром в ближайшее время. Он точно промоет ему мозги, когда Гарри даже еще окончательно не проснется, чтобы придумать что-то в своё оправдание. И во всём будет виноват Луи. Гарри надоело стоять около бара, так что он допил крепкий напиток и присоединился к толпе на танцполе. Парень сразу заметил Барбару, и она притянула его ближе, в круг людей, с которыми танцевала. От неё немного пахло потом, порошком, который девушка обычно использовала, духами и шампунем — все смешалось в один странный, но приятный запах. Поэтому Гарри подольше удерживал её в объятьях, плавно покачивая из стороны в сторону и вдыхая аромат. Когда он отпустил, она поцеловала его в щеку, сразу же стирая большим пальцем пятно от помады, которое осталось на гладкой щеке. — Где Лу? — спросила она. — На данный момент, возможно, целуется с Крисом, — ответил Гарри. Барбара усмехнулась, закусив нижнюю губу. — Ты ревнуешь? — Просто злюсь, потому что здесь вокруг полно журналистов, и они точно завтра напишут о нашем расставании в газетах, — Гарри почувствовал на себе пристальный взгляд и повернул голову, замечая высокого, широкоплечего парня, наблюдающего за ним с другой стороны танцпола. Актёр присмотрелся повнимательнее и узнал его. Он слегка коснулся руки Барбары, извиняясь, и направился к нему. — Джейсон, — поприветствовал Гарри, мгновенно обнимая парня. — Что ты здесь делаешь? Тот обнял его в ответ и ответил: — У нас скоро пройдет товарищеский матч с австралийской командой. Услышал, что где-то здесь проходит эксклюзивная вечеринка, поэтому мы пришли проверить. Гарри рассмеялся. — Конечно, как ты мог пропустить это? Пришла вся команда? Джейсон покачал головой. — Всего несколько парней. Лиам завтра пойдет на игру. Почему бы тебе не прийти? — Я только с удовольствием! — Гарри почувствовал, как засиял, услышав приглашение. Он не видел Джейсона, по-хорошему, целый год, именно с того дня, когда их контракт истек. — Ты можешь пригласить своего нового фейкового бойфренда, — подмигнул футболист. — Я обещаю, что не буду закатывать сцены ревности. — Если это польстит тебе, то ты был пока лучшим из всех бойфрендов, — сказал ему Гарри. — Это действительно так, — Джейсон поднял свой бокал, будто сказал тост, и сделал пару глотков. — Но если вы оба актеры, то играть на публику не должно быть так трудно. Гарри пожал плечами. — Ты понятия не имеешь. — Он идёт к нам, — сообщил парень, и на его губах появилась улыбка. — И он не выглядит весёлым. — Джейсон Саммерс, — поприветствовал Луи, останавливаясь рядом с Гарри. Крис же встал прямо за ним. — Какая честь встретиться с тобой. Я твой огромный фанат. Футболист пожал руку Томлинсону. — Благодарю. Приятно познакомиться. — Ты был на концерте? — спросил Луи, и его голос был приторно сладким, что было не похоже, что он действительно был заинтересован в этом. — Я тебя там не видел. — К сожалению, нет, — Джейсон покачал головой. — Мы не знали, что Лиам выступал сегодня вечером. Просто узнал о вечеринке, потому что мы с командой поселились в этом отеле. Луи кивнул. — Какая жалость. Бьюсь об заклад, Лиам хотел бы, чтобы ты был на концерте. — Он придёт завтра на игру, — сказал Джейсон. — Я только что пригласил и Гарри. Теперь маска безразличия с лица Луи пропала, и он выглядел искренне взволнованным. — Правда? — Конечно. Мы были бы рады, если бы еще болельщики из Англии подбадривали нас. Гарри потянулся, чтобы легонько коснуться руки футболиста. — Я буду болеть громче всех. Саммерс улыбнулся, накрыв ладонь парня своей, прежде чем Луи обхватил запястье другой руки и потянул на себя. — Извини, мы можем отойти на минуточку? — спросил Томлинсон и, не дожидаясь его ответа, потащил за собой. Гарри закатил глаза, взглянув на Джейсона, но пошел за Луи. Он не догадывался о том, что шатену могло понадобиться от него прямо сейчас, но ему бы очень хотелось это узнать. — Ты сошёл с ума? — зашипел Луи, когда они скрылись в каком-то тихом и затемненном углу. — Я? — Гарри нахмурился. — Там куча прессы, а ты открыто флиртуешь со своим бывшим, о котором между прочим все прекрасно знают, и еще здесь как бы нахожусь я, — Томлинсон скрестил руки на груди. — Я не думаю, что их это волнует, ведь у них уже есть чудесная история о тебе и Крисе Лайалле и о том, как вы замечательно проводите время вместе, пока я в одиночестве напиваюсь в баре, — огрызнулся Гарри. — Что за хрень ты несёшь? — Луи возмущенно уставился на него. — Я просто разговаривал с ним. — Да, конечно, — фыркнул Стайлс. — Я тоже просто разговаривал с Джейсоном. Луи зарычал, и выражение его лица помрачнело. — Боже, а я же почти забыл, почему терпеть тебя не могу! — Приятно слышать, потому что ты никогда не позволяешь мне забыть, почему я не могу терпеть тебя, — Гарри тоже скрестил руки. — Мы должны были изображать пару, но ты, блять, флиртовал с другим парнем всю ночь. Не очень-то профессионально. — Ты хочешь, чтобы мы тут устраивали шоу? — спросил Луи. — Хочешь, чтобы я убеждал каждого человека в этой комнате, что кроме тебя меня больше никто не интересует? — Ну, было бы достаточно, если бы поверила хотя бы только пресса, — сказал Гарри с вызовом. — Не думаю, что уже возможно что-то спасти. Ты угробил все два напитка назад, когда шептал ему на ушко свои грязные секретики. — Боже, иди нахуй, — вздохнул Луи. — Ты сводишь меня с ума, — он схватил мужчину за руку и потянул к танцполу. Томлинсон без предупреждения притянул Гарри к себе, и их бедра соприкоснулись, когда пальцы Луи сильно сжали талию Гарри. Губы Гарри непроизвольно распахнулись, и он хотел запротестовать, но тут Луи качнул бедрами, и актер потерял любую связную мысль. В конце концов он обнял шатена за плечи и стал двигаться вместе с ним. Ритм песни был медленный, басы глубокими, и движения Томлинсона прекрасно сочетались вместе с этим. Он склонил голову, задевая губами челюсть Стайлса. Закрыв глаза, Гарри позволил себе расслабиться. Он знал, как сейчас слаб, но ничего не мог с этим поделать: прямо сейчас все его влажные мечты за последнюю неделю слились в это мгновение. Луи, такой компактный, но в то же время сильный, был в руках Стайлса и двигался рядом с ним самым соблазнительным образом. — Давай покажем им, — прошептал Томлинсон, что Гарри едва мог разобрать из-за громкой музыки. — Заставим их поверить, что больше никого не существует. И никого не было. В этот самый момент Гарри не замечал никого, кроме Луи, которого хотел так сильно, как никогда раньше. Он так хорошо пах, прям как когда Гарри обнимал его во время концерта. Шатен двигался мучительно медленно, и каждый сантиметр их прикосновения горел на коже Стайлса. Луи обернулся, прижавшись спиной к Гарри, из-за чего второй потерял ритм. Он знал, что они на публике, но не мог заставить себя проверить чью-либо реакцию. Он не мог заставить себя думать хоть о чем-нибудь или ком-нибудь, кроме Томлинсона, который продолжал покачивать бедрами, но теперь у них был свой собственный ритм, который становился все жестче. Господи, Гарри был возбужден и они все еще находились на публике. Луи поднял руку, чтобы оставить ее на задней части шеи Стайлса, притягивая его ближе. Гарри переместил свои руки с талии шатена на живот, легонько надавливая и потирая его. Томлинсон не отстранился, поэтому руки Гарри стали двигаться ниже, останавливаясь на поясе джинсов. Луи вздрогнул, и Гарри закрыл глаза, утыкаясь лицом в шею мужчины. Стайлс опустил одну из рук еще ниже, отчаянно желая выяснить, мучился ли Томлинсон от возбуждения так же, как и он сам. Из его рта вырвался судорожный вздох, смешанный со стоном, когда его рука опустилась на промежность Луи, обнаружив выпуклость: его стояк заметно выпирал под молнией жестких джинсов. Луи задрожал, и Гарри подтянул его ближе, чуть ли не упуская момент, когда рука Томлинсона накрыла его, мягко сжав. Он мог чувствовать очертания члена Луи, чувствовать, как тот пульсирует в их руках. Стайлс хотел продолжения, но он ничего не мог с этим поделать, ведь они были на гребанном танцполе. Боже, он должен подготовится к самому жесткому утреннему стояку. Луи обернулся, выглядя так, будто задыхался: щеки покраснели, а взгляд казался стеклянным. — Мы должны идти. Томлинсон взял его за руку, и он последовал за ним, не оглядываясь. Он даже не посмотрел на окружавших их людей, сосредотачиваясь на спине Луи, занимая мысли тем, что только что произошло. Он знал, что будет жалеть об этом утром, однако сейчас было все равно. Они подошли к лифту, и Луи повис на руке Гарри, не в силах ровно стоять на месте, пока двери не открылись. Стайлс последовал за ним в лифт, стискивая его у зеркала и, наконец, возвращая губы обратно к шее шатена. — Ты сумасшедший, знал это? — спросил он. — Я? — Луи уставился на него, широко раскрыв глаза. Гарри не мог не усмехнуться. Эти слова звучали знакомо, и когда Стайлс произнес их в прошлый раз, это привело к их бездумному поцелую. Внезапно, Луи резко отстранился, отшатываясь от Гарри. Он нажал кнопку, и двери лифта закрылись. — Надеюсь, теперь ты доволен. — Что? — Гарри моргнул, поворачиваясь, чтобы взглянуть шатену в лицо. Тот продолжал как можно сильнее отстраняться от мужчины. — Мы устроили шоу, — сказал Луи, прочищая горло. — Так что никто не будет сомневаться, что мы проведем ночь вместе, а не по отдельности. Лифт остановился, и Томлинсон быстро вышел в коридор. Гарри последовал за ним, но он понятия не имел, что происходит. Разве они не обжимались на танцполе? Луи остановился перед дверью, и Стайлс заметил, что его номер находится буквально следующим после его собственной комнаты, которую забронировал Пол. — Полагаю, миссия выполнена, — Луи даже не обернулся к мужчине, пока открывал дверь. — Увидимся утром. Гарри пронаблюдал, как шатен исчез в комнате, закрывая за собой дверь. Он просто стоял там, слишком ошеломленный, чтобы начать что-то делать. Он все еще был наполовину возбужден, и до сих пор не мог осмыслить, что произошло. Медленно, он повернулся к своей двери и открыл ее, проходя внутрь. Он прислонился к ней спиной, когда закрыл, и уставился в кромешную темноту комнаты. Они вернулись к тому, с чего начали, прямо как тогда, после поцелуя в квартире Луи — все с трудом достигнутые успехи в их общении были стерты. И теперь всю следующую неделю, вероятно, они не произнесут друг другу и слова, и будут негласно соревноваться в игнорировании друг друга. Гарри закрыл глаза и откинул голову назад. Что он делал? Луи Томлинсон был самым раздражающим и бесящим человеком, которого он только встречал. И что бы они не делали сегодня, Гарри не мог притворяться, будто ничего не произошло. Он должен был уйти прямо сейчас и найти парня на одну ночь. Да, это уже давно не интересовало его, потому что он мечтал о серьезных отношениях, но, видимо, Луи свел его с ума. В последнее время он не мог даже думать о Люке. Какого хрена Томлинсон вел себя так, будто ничего не случилось? Он позволил Гарри касаться его там, где определенно нельзя трогать на публике. Он, черт возьми, рехнулся? Простонав, Стайлс уткнулся лицом в свои руки, но как только закрыл глаза, к нему тут же вернулись образы и чувства, когда Луи прижимался к нему и плавно двигался, заставляя кожу гореть. Боже, Гарри больше не мог этого терпеть. Он должен был что-то сделать. Иначе он сойдет с ума.

+++

Луи прошел в даль комнаты, ероша свои волосы и кусая ногти. Он сумасшедший? Душевнобольной? Мазохист? Возможно, все из этого. Он явно потерял рассудок. Как он смог отвергнуть Гарри? Он позволил ему касаться собственного члена, черт возьми. Под одеждой, но все равно. Рука Стайлса находилась на его члене, но как только Луи потерял этот контакт, то сразу сделал вид, будто ему все равно. Господи, он был такой твердый. Как он мог? Вероятно, теперь Гарри больше никогда не взглянет на Луи. Скорее всего, он уже нашел замену, чтобы тот позаботился о нем сегодня ночью, а Томлинсон упустил свой шанс, потому что слишком боялся признать, что ошибался, убеждая каждого, что его не привлекает Гарри. Свернувшись на кровати, он уставился в потолок. Он знал, что, закрыв глаза, он увидит Гарри, и это вернет его к мокрым снам, которые он видел на протяжении всей последней недели. Он не мог рисковать, не мог снова уйти в душ справляться со стояком в одиночку, представляя, что могло бы только что произойти. Он был таким жалким, это было смешно. Стук в дверь заставил его резко сесть, широко распахнув глаза. Бешено стучащее сердце подкатило к горлу, и пока он шел к двери, успел раз споткнуться. Руки дрожали. Он глубоко вздохнул, прежде чем открыть ее, готовый встретиться с Гарри лицом к лицу. Однако сердце упало, когда он увидел Олли. — Просто хотел сообщить, что я в шестьсот тридцать четвертом номере, — предупредил Олли. — Если тебе что-то понадобится. — Просто, — Луи провел рукой по лицу. Он знал, что друг пришел только из лучших побуждений, но прямо сейчас он был последним, кого Томлинсон хотел бы видеть. — Напиши мне в следующий раз, хорошо? — сказал он и захлопнул дверь. С разочарованием, разлившемся в груди, он потащился обратно к кровати. Но когда он снова плюхнулся на нее, прижимаясь лицом к мягкому одеялу, за дверью раздался новый стук. Луи закатил глаза, зная, что Олли собирается выяснить причины плохого настроения Луи. Когда он снова подошел к двери, то открыл ее сразу с объяснениями, лишь бы поскорее закончить: — Слушай, я знаю, что я… Слова застряли в горле, когда он обнаружил Стайлса. Время остановилось, и Томлинсон мог смотреть только на него, в то время как Гарри отвечал тем же. Ни один из них не двигался, но Гарри, похоже, был зол: это можно было выяснить по напряженно сомкнутым губам и сильно нахмуренным бровям. Банданы не было, так что кудри свободно свалились к плечам. Луи моргнул, и в следующий момент Стайлс оказался в его личном пространстве. — Боже, я тебя так сильно ненавижу, — своим глубоким голосом сердито прошептал он. Не дожидаясь ответа, он просто наклонился и впился губами в губы Томлинсона, так страстно, что Луи растерял все преследовавшие его мысли. Гарри прошелся языком по губам Луи, и тот встретил его на полпути, не сдерживая стон наслаждения. Он услышал, как закрылась дверь, перед тем как сильные руки прижали его к стене. Руки Стайлса были повсюду: гладили, сжимали, тянули. — Ты сумасшедший, — продолжал лепетать Гарри, пальцами находя низ футболки Луи, готовясь снять ее. — И меня делаешь таким же. — Поцелуй меня, — просто ответил Луи, прекрасно зная, что разговоры не имеют никакого смысла. — Просто продолжай целовать меня. Гарри не возражал, снова затыкая их обоих поцелуем. Он прикусил нижнюю губу Томлинсона, прежде чем отступить, чтобы снять его футболку. Губы спустились вниз, нападая на обнаженную шею Луи, который наклонил голову и закрыл глаза, руками пытаясь найти пуговицы на рубашке Стайлса, чтобы расстегнуть ее. Когда она наконец распахнулась, он смог позволить себе гладить гладкую кожу актера. — Мне нужно, — выдохнул Гарри, посасывая кожу шеи Луи. Его руки нашли для себя место на заднице Томлинсона, которую он сжал, глубоко застонав. — Пожалуйста. Луи почувствовал, как на этих словах кровь стала все больше приливать к его паху. Он опустил руки к ширинке Гарри, одним движением расстегивая молнию и спуская джинсы сразу вместе с боксерами. Он немного поколебался, но все же опустил взгляд, увидев изогнутый, толстый и твердый член Стайлса. «Большой», подумал Луи, облизывая губы. Гарри тем временем быстро расстегнул джинсы Томлинсона, но он не стал снимать их, вместо этого просовывая руку внутрь, сжимая эрекцию Луи. Колени шатена подкосились, и он заныл, подталкивая бедра вперед в попытке почувствовать необходимое трение. Это не было… красиво. Не было ничего изящного, нежного и ласкового в том, как они касались друг друга. Стайлс тяжело дышал в рот Луи, когда тот обхватывал его член пальцами и потирал его круговыми движениями. Но главное, Томлинсон не жалел. Он уже на протяжении нескольких лет только и мечтал о том, чтобы взять в руки чужой мужской член, и он должен был признать, что член Гарри не был плохим вариантом. Луи потер головку, собирая немного естественной смазки, чтобы облегчить движение ладони по всей длине члена. Гарри вздрогнул, своим лбом опираясь на лоб Луи, оба потные, хотя никто и не обращал внимания. Пальцы Стайлса крепко обхватили шею шатена, удерживая его на месте. Губы касались друг друга в коротких поцелуях, и Луи простонал в знак протеста, когда Гарри вытащил руку из его джинсов. — Ш-ш-ш, — Гарри сжал заднюю часть шеи Луи, и второй только сейчас заметил, насколько зелеными были глаза мужчины, когда тот посмотрел прямо на него. Они резко контрастировали с его розовыми губами и это было невероятно. Стайлс оттащил джинсы Луи вниз своей свободной рукой и положил их на бедра Томлинсона, чтобы прижаться своими бедрами к его, трясь друг об друга. Луи непроизвольно закатил глаза, не зная, что точно он чувствовал: боль или наслаждение. Он просто хотел расслабиться и позволить себе открыться. Его голова опустилась на плечо Гарри, покусывая его, когда тот коснулся обоих их членов. Гарри протянул руку между их телами и сжал яйца Луи, перекатывая их между пальцами. — Пожалуйста, — прохныкал Томлинсон, пытаясь притянуть Гарри ближе. Стайлс оттолкнул его руку, своими длинными пальцами обхватывая и сжимая оба их члена. Они легко стали скользить вместе, и Луи качнул бедрами, позже захватив одну из ног Гарри своей. Он поднял лицо и прикусил челюсть Гарри, прежде чем снова соединить их губы. Мужчина тяжело выдохнул в поцелуй, проводя большим пальцем по чувствительной головке Луи. Томлинсон чуть ли не вскрикнул, когда Гарри сжал пальцы сильнее, и его движения стали грубее. В низу живота собрался жар, и Луи услышал самого себя, бормочущего невнятные слова, пока кончал. Он смотрел, как его собственный член извергал белесые капли по их животам. Гарри кончил вскоре после него, и их сперма смешалась вместе, стекая на пальцы Стайлса. Запыхавшись, Луи опустил голову, наблюдая, как Гарри разжимает пальцы с их стволов. Он громко дышал в ухо Томлинсона, и его ладонь вспотела, все еще держась за шею шатена. Завитки его волос липли к щеке Луи. — Блять, — пробормотал Томлинсон, поднимая голову. — Я… Он не смог больше ничего сказать, потому что Гарри поймал его губы в новом поцелуе. Томлинсон решил сосредоточиться на нем, скользнув руками под распахнутую рубашку мужчины, складывая руки у него за спиной. Он слегла наклонил голову, предоставляя Стайлсу больше пространства. — Ты такой раздражающе сексуальный, — сказал Гарри, отрываясь от его губ. — Я не могу выносить это. — Я тоже, — прошептал Луи. — Я так зол, просто потому что хочу тебя. — Я почти купился на ту сцену в лифте, — Гарри немного поменял угол, снова облизывая языком губы Луи и проникая им в рот. Он провел рукой по спине шатена вниз, опуская руку на одну из ягодиц, пальцами впиваясь в его кожу. — Но ты плохо играешь, когда возбужден. Луи простонал и отступил назад, чтобы взглянуть на Стайлса. — Пошел ты. — Ты такой раздражающий и противный, — рассмеялся Гарри, кладя руку на волосы Томлинсона. — Не меньше тебя, — сказал Луи, щипая Гарри за руку. — Но было забавно, — признался Стайлс, улыбаясь. Его губы были насыщенней после укусов, щеки покрасневшими, а сам он пах сексом и ванилью. — Бороться с тобой. Луи снова притянул его к себе для глубокого поцелуя. Гарри с удовольствием вернулся ближе, и Луи почувствовал, как тепло распространилось по его телу. Он хотел поспорить, но в чем смысл? Он получил то, что он хотел, и, Боже, это было великолепное чувство. Это было забавно. — Если мы закончим на этом, то да, — согласился он, подталкивая Гарри к кровати.

===