Нелюди. Часть II - Привязанность

Телефон, выставленный на беззвучный режим, тихо зажужжал, и на экране высветилось имя Шерлока, но Майкрофт лишь зажмурился, отпихивая аппарат подальше от себя. «Хочешь сообщить мне о том, что я и сам уже знаю, братец? — с горечью подумал он. — Не надо. Грегори мертв, и что бы ты ни сказал, это уже ничего не изменит». Он даже не замечал, что по лицу катятся слезы, вспоминая, как каких-то двенадцать часов назад осторожно выбрался из объятий Лестрейда и направился к себе — на цыпочках, чтобы не разбудить. Даже не поцеловал его перед уходом. И не было никаких дурных предчувствий! Разве Майкрофт мог знать, что видит его живым в последний раз? Сколь бы многое он ни мог в сравнении с людьми, но предвидеть будущее не был способен. Как и менять прошлое. Сейчас он, не задумываясь, отдал бы все, что имеет, за возможность вернуть назад эти двенадцать часов и задержать Грегори дома. Под любым предлогом! Уговорить, напугать, соблазнить… И неважно, что тот подумал бы о Майкрофте. Зато был бы жив… Телефон периодически принимался жужжать, потом снова замолкал. На экране уже светилось полтора десятка пропущенных вызовов от Шерлока. И ещё пять от Натана. Ну разумеется… Лестрейд наверняка получил ранение на работе, его должны были отвезти в больницу… Теперь это все неважно. Вообще ничего больше не важно. В приёмной раздался шум, Антея что-то проговорила на повышенных тонах, и в следующую минуту дверь распахнулась, а в кабинет вихрем ворвался Шерлок. — Я уверяю вас, мисс, мне сюда можно! — прокричал он, прежде чем захлопнуть дверь перед носом помощницы Майкрофта. А потом повернулся к брату и прошипел: — Какого черта ты не отвечаешь на звонки? Думаешь, что тебя это не касается? Седжвик в ярости, ему пришлось в одиночку блокировать воспоминания половине больницы! Ты должен был быть там! — Зачем? — без особого интереса спросил Майкрофт. — Потому что Лестрейд — твой муж, вообще-то! Или ты забыл об этом? — Лестрейд… — Холмс-старший снова закрыл глаза и бессильно откинулся на спинку кресла. — Шерлок, неужели ты не в силах понять?.. Прошу тебя, прояви хоть немного такта, оставь меня одного. — Ты… — голос младшего брата дрогнул. — Майкрофт… что ты такое несёшь? — Что? — этот вопрос вырвался вместе с глухим рыданием. — Шерлок! Я потерял человека, которого люблю. И ты ещё спрашиваешь… — В каком смысле — потерял? — недоуменно выдохнул младший Холмс. — Ты же не хочешь сказать?.. Да ладно, не может быть! Вы связаны, ты первый должен был почувствовать, что твой Лестрейд выжил. — Выжил… — Майкрофт неверяще уставился на него. А потом сорвался с места, толкнул брата к стене и с силой сжал его плечи. — Если это твоё очередное издевательство, то ты перешёл все границы! И я требую, чтобы ты прекратил! — Ах требуешь… — Шерлок закатил глаза. — Ладно, я прощу тебя, учитывая, в каком ты состоянии. Но исполнить твоё требование не в моих силах. Я никак не могу прекратить издеваться, потому что даже и не начинал. Лестрейд жив, братец, хотя никто, включая Седжвика, не понимает, как такое возможно. Пуля попала в грудь и задела коронарную артерию. К тому моменту, как его привезли в Сент-Томас, сердце остановилось. Он действительно был мертв — слишком долго для того, чтобы можно было надеяться реанимировать. Врачи, конечно, все равно попытались, но через десять минут сдались. Отметили время смерти, накрыли ему лицо. И собирались уже отключить приборы — ровно в тот момент, когда на мониторе снова появился сердечный ритм. Говорю же, Седжвик сам в шоке. И ему пришлось блокировать память всем, кто был в операционной. Потому что истории про ожившего покойника не нужны никому из нас. — Ты не шутишь, — Майкрофт выпустил его плечи и бессильно сполз на пол. Его трясло, как в лихорадке. — Нет, братец, не шучу, — младший Холмс присел рядом и обнял старшего за плечи. — Я понимаю, ты почувствовал, что он умер. Но как могло случиться… Ты ведь должен был первый понять, что Лестрейд вернулся к жизни! А мне ещё и доказывать тебе пришлось! — Связь… — мертвым голосом проговорил Майкрофт. — Ее больше нет. И ты не хуже меня знаешь, что она исчезает только со смертью… — Подожди, я совсем запутался, — Шерлок растерянно моргнул. — Как это — связи больше нет? Вы оба живы, она должна быть! Старший брат лишь покачал головой. У него не было сил объяснять что-то после пережитого эмоционального шока. — Охренеть! — младший стремительным движением поднялся и нервно забегал по кабинету. — Ты хоть понимаешь, что случилось?! Выходит, способ разорвать связь все-таки есть! Клиническая смерть около пятнадцати минут… ну, возможно, больше — у него ведь сердце ещё в скорой остановилось. — Вряд ли кто-то захочет воспользоваться подобным способом, — устало проговорил Майкрофт. — Слишком большой риск не вернуться… К тому же мы ещё не знаем, выжил ли Грегори — или только его тело. После такого длительного кислородного голодания мозг, скорее всего… — он сглотнул, не в силах закончить свою мысль. — Будь он обычным человеком, каким-то чудом выкарабкавшимся после такого, наверняка стал бы растением, — Шерлок нервно хмыкнул. — Но он не вполне человек. Причём даже в большей степени, чем ты думаешь. Его мозг восстановится. — Что значит — в большей степени? Детектив закусил губу, вспоминая СМС Лестрейда: «Пожалуйста, не передавай Майкрофту содержание нашего разговора. Не хватало ему беспокоиться ещё и об этом!» Смысл этой просьбы был вполне понятен: инспектор не желал напоминать Майкрофту о проявленной им слабости. — Связь повлияла на него очень сильно, — тщательно выбирая слова, проговорил Шерлок. — Сильнее, чем на других людей, которые проходили через церемонию с кем-то из наших. Я не могу обьяснить, в чем тут дело. Вероятно, в каких-то особенностях самого Лестрейда. Но факт остаётся фактом: он изменился настолько, что стал почти подобен нам. До такой степени, что я воспринимаю его как своего старшего родственника. Проговорив это, младший Холмс скорчил гримасу. И продолжил: — Однажды на месте преступления он приказал мне извиниться. — Я знаю об этом, — перебил его Майкрофт. — Грегори был сильно расстроен произошедшим и в тот же день пришёл ко мне за советом. А я, признаться, так и не смог объяснить себе, как могло случиться то, что случилось. Даже собирался при первой же возможности обсудить это с тобой. Чтобы убедиться, что ты его не разыграл. — Зачем бы я стал такое делать? — детектив раздраженно фыркнул. — Думаешь, я сам был в восторге? Увы, братец, все это произошло на самом деле. Я физически не мог проигнорировать приказ Лестрейда. — Я не понимаю… — И я тоже, — Шерлок ухмыльнулся. — Но на всякий случай провёл эксперимент. Предложил ему сказать мне что-нибудь без слов. Он справился! Ты хоть раз слышал, чтобы человек научился подобному? — Нет, — Майкрофт задумчиво потёр переносицу. — Это всегда оставалось исключительно нашей способностью. — Теперь это не так, — младший Холмс снова стал серьёзным. — Потому я и убеждён, что его мозг полностью восстановится. У Джима ведь восстановился! А он выстрелил себе в голову. Говорю же, скорее всего дело в какой-то индивидуальной особенности Лестрейда. И я бы на твоём месте помалкивал об этом! Равно как и о том, что вы разорвали связь. Ты же понимаешь, насколько все это… необычно? И если не хочешь, чтобы Совет начал изучать его, как подопытную мышь… — Да, ты прав, — Майкрофт с трудом поднялся с пола. — Нам следует это скрыть! — И между прочим, чем больше времени проходит, тем подозрительнее выглядит твоё отсутствие у постели любимого супруга, — Шерлок подмигнул. — Будь вы по-прежнему связаны, ты не страдал бы тут в одиночестве, а уже давно примчался бы в больницу и сидел бы рядом с ним. — И в этом ты тоже прав, — старший брат распахнул дверь так поспешно, что Антея едва не выронила коммуникатор. И резко приказал: — Отмените все встречи на ближайшие пару дней. Я не буду доступен ни для кого. Никаких видеоконференций, никаких звонков. Разве что начнётся третья мировая, во всех остальных случаях — не беспокойте меня. А потом повернулся к брату, маячившему за его спиной, и добавил: — Поехали в больницу. *** Первой, кого Майкрофт увидел в приемной Сент-Томаса, была темнокожая помощница Грегори, которая с потерянным лицом сидела на стуле. Щеки ее были мокрыми от слез. Сержант Донован, вспомнил он. А потом мысленно поправил себя: нет, уже не сержант. Она получила повышение после того, как Лестрейд стал старшим инспектором. В следующую минуту Салли подняла глаза и заметила Майкрофта. — Мистер Холмс… — дрожащим голосом проговорила она. — Грег… он… — Тяжело ранен, — закончил за неё Майкрофт. — Мне сообщили. Как это случилось? — Мы брали одного выродка, — Донован шмыгнула носом. — Взорвал бомбу на Бонд-стрит и пытался смыться из города. А Грег… он был без бронежилета! Она снова заплакала. — Я говорила ему, — слова звучали невнятно, перемежаясь громкими всхлипами. — Но он… Грег и без того на нервах в последнее время… одно из дел его просто с ума сводит… а тут ещё это… много раненых… Салли вытерла слезы, отчаянно пытаясь взять себя в руки, и тихо добавила: — Короче, он так завёлся, что напрочь забыл о безопасности. Думал только о том, как бы арестовать ублюдка побыстрее. А тот выстрелил… — Ясно, — Холмс сглотнул, но в горле все равно стоял ком, и потому голос звучал хрипло. — А что преступник? — Его подстрелил один из наших, — ответила Салли. — Но до суда доживёт. А вот Грег… — С ним тоже все будет в порядке, — заверил ее Майкрофт. — Врач, который его оперировал, мой давний друг. Он не сомневается, что Грегори полностью поправится. — Значит, вот почему фрик… то есть я хочу сказать, ваш брат… Он поэтому настоял, чтобы Грега отвезли именно в Сент-Томас? Больница Западного Мидлсекса была значительно ближе, но фр… Шерлок появился на месте стрельбы почти одновременно со скорой, оттащил врача в сторону… и тот тут же согласился с ним, хотя до этого возражал. Уж не знаю, что он ему сказал… — Шерлок поступил правильно, — Холмс подавил вздох. Он знал, что брат сделал. Разумеется, тот не стал разбираться в средствах, чтобы доставить Грегори в нужную больницу. — Возможно, ваш начальник жив только потому, что его привезли сюда. Доктор Седжвик — лучший в стране специалист по таким… сложным случаям. — Я хотела увидеть его, — Донован вздохнула. — Но к нему никого не пускают. — Меня пустят. А вам лучше вернуться к своим делам. Навестите Грегори позже, когда он будет в состоянии принимать посетителей. — Но… — Я распоряжусь, чтобы моя ассистентка регулярно докладывала вам о здоровье Лестрейда, — едва проговорив это, Холмс увидел в конце коридора Седжвика и поспешил распрощаться: — Всего хорошего, детектив-инспектор Донован. — Майкрофт! — Натан заметил его и кинулся навстречу. — Наконец-то! Он с силой сжал плечо Холмса и поспешно втолкнул в свой кабинет. И лишь когда они оказались за запертой дверью, подальше от любопытных ушей, Седжвик облегченно выдохнул. — Черт, — пробормотал он. — Ты не представляешь, что тут творилось! Так вымотался, сил нет. Между прочим, я пытался тебе звонить. — Знаю, — Холмс вздохнул. — Прости. Мне следовало быть здесь и помочь тебе… ликвидировать последствия. Много было… свидетелей? — Порядком, — Натан устало покачал головой. — Врачи в приемной, мои ассистенты в операционной… Хорошо, что Шерлок подключился. Надо же было справляться быстро, пока слухи не расползлись по всей больнице. Кто-то мог и газетчикам позвонить… А ты-то где пропадал? — Я потерял сознание, — признался Майкрофт. — Вероятно, в тот момент, когда у Грегори перестало биться сердце. И довольно долго не приходил в себя. — О, понятно, — Натан сочувственно покачал головой. — Ничего удивительного. Никто не может легко перенести смерть своей второй половины. Ведь в этот момент умирает и та его часть, что отдана тебе. Но все обошлось, твой супруг жив. Хотя это самая удивительная вещь, с какой я когда-либо сталкивался. А я повидал немало, уж поверь. — Верю, — Холмс слабо улыбнулся. — Нам с Грегори обоим сильно повезло. У него всегда был крепкий организм, а связь сделала его еще сильнее. Хотя судя по тому, что я почувствовал… и по тому, что рассказал Шерлок, такое ранение могло убить и любого из нас. Так что да, это чудо. И я благодарен тебе, что продолжал бороться за него даже тогда, когда… надежды уже не осталось. Возможно, именно твоё упорство помогло ему вернуться. Проговорив это, Майкрофт с непередаваемым чувством пожал руку Седжвика. Тот слегка смутился. — Я не волшебник, друг мой. И в конце концов тоже сдался. Победить смерть можно не всегда. Но твой инспектор справился. — Как он? — Лучше, чем можно было ожидать, — Натан наконец слегка расслабился и заговорил деловым тоном. — Мозговая активность в порядке, тело довольно быстро восстанавливается. Как только мы извлекли пулю, кровотечение остановилось само, и рана почти сразу закрылась. Он скорчил гримасу и добавил: — Ещё одна вещь, о которой моим ассистентам пришлось забыть. Потому что объяснить такой феномен с точки зрения медицины было бы невозможно. — Могу я его увидеть? — Не просто можешь, я даже собирался на этом настаивать, — серьёзно проговорил Седжвик. — Сильный организм или нет, но твой муж побывал за краем. И присутствие рядом связанного партнёра ему просто необходимо. Да ты ведь и сам знаешь. — Точно, — Холмс постарался сдержать волнение. Конечно, Натан не подозревает, что они с Грегори больше не… И как бы сильно Майкрофт ни доверял старому другу, эту тайну лучше не раскрывать даже ему. Потому что дружба дружбой, а любопытство ученого может оказаться сильнее. До сих пор ещё не было прецедента, чтобы брачная связь прервалась при жизни обоих супругов. И Лестрейд не заслужил того, чтобы сделаться объектом изучения. Подопытной мышью, как выразился Шерлок. — Я уже уладил все формальности, — сообщил Седжвик. — У тебя будет постоянный допуск в палату инспектора. Он вручил Майкрофту медицинский халат, который тот набросил поверх пиджака, провёл его по коридору мимо поста охраны и открыл одну из дверей. Грегори лежал на постели, весь опутанный проводами капельниц. Грудь его была перевязана бинтами, на которых, прямо над сердцем, проступило несколько красных пятен. Холмс почти бегом кинулся к раненому и поспешно взял его за руку. Теперь, когда связи между ними не было, ему требовалось прикоснуться к Лестрейду, чтобы понять, в каком он состоянии. Впрочем, Натану такой жест не показался подозрительным, поскольку он счёл его проявлением чувств. Только дотронувшись до Грегори, Майкрофт ощутил облегчение. Потому что наконец лично убедился, что его тело регенерирует и смертельное ранение больше не представляет опасности для жизни. — Я хотел бы забрать его отсюда как можно скорее, — пробормотал он, не в силах отвести взгляд от любимого лица. — Это было бы самым лучшим вариантом, — согласился Седжвик. — Но слишком многие знают, что инспектор поступил в больницу с пулей возле сердца. Конечно, я позаботился о том, чтобы все забыли, как долго на самом деле он был мертв, но… все равно, тяжесть его ранения очевидна, и обычно такие больные проводят в реанимации недели. — Мы можем поступить так, как обычно поступаем с Шерлоком, — заметил Холмс. — Ты подготовишь документы для перевода якобы в другую больницу, я его заберу, и ты будешь говорить всем, что муж пациента — большая правительственная шишка, и он, то есть я, настоял на продолжении лечения в закрытой клинике для сильных мира сего. — Это все равно невозможно в ближайшие дней десять, — вздохнул Натан. — Будь твой инспектор обычным человеком, транспортировка куда-либо в первые дни после такого ранения его гарантированно убила бы. Но ты не волнуйся, Майкрофт. Я сам буду им заниматься. И немного скорректирую данные, чтобы никому даже в голову не пришло, что этот пациент восстанавливается чересчур быстро. — Хорошо, так и поступим. — Главное, объясни ему, что он не должен пытаться вставать и даже садиться на постели, пока он здесь, — Седжвик криво улыбнулся. — И что после того, как он отсюда выйдет, ему придётся минимум месяц скрываться от всех знакомых. Его подстрелили на глазах десятка полицейских, и если инспектор появится в Скотланд-Ярде слишком рано… — Я объясню, — Холмс с нежностью дотронулся до лба Лестрейда и слегка пригладил растрепавшиеся седые волосы. — Не волнуйся, Натан. В отличие от моего брата, Грегори очень ответственный и старается никогда не подводить других. — Ты сам-то как? — во взгляде Седжвика было неподдельное волнение. — Это же… — Было ужасно, да, — сознался Майкрофт. — Боюсь даже представить, что ты пережил, — Натан уселся на стул и закрыл лицо руками. — Когда Габи… когда она перестала дышать, мне казалось, что с ней умер и я сам. А ты ещё и прочувствовал все это физически… вы ведь связаны! — Я плохо помню, — пальцы Холмса пробежались по скуле Грега и скользнули к подбородку. Он попросту не мог заставить себя перестать прикасаться к нему. — Сильная боль, в глазах темно… а потом я отключился. — Тебе нужно держаться, — глухо проговорил Седжвик. — Я думаю, что кризис позади, но если инспектору станет хуже, только ты и сможешь ему помочь. «Если бы, — с тоской подумал Майкрофт. — Самое страшное, что я теперь не способен сделать для него совсем ничего. Но и сознаться в этом не могу тоже!» — Я понимаю, — тихо проговорил он вслух. *** Грег пришёл в сознание глубокой ночью. Увидев склонившегося над ним Холмса, он слабо улыбнулся. — Майкрофт? — прошептал он. — Что ты здесь… После чего он, видимо, вспомнил, и глаза его расширились. — О черт! Меня же подстрелили! — С тобой все будет в порядке, Грегори, — мягко проговорил Майкрофт. — Самое худшее уже позади. В эту минуту в палате появился Натан. — Пришёл в себя? — с порога спросил он. — В моем кабинете установлена система, отслеживающая показатели приборов. И они фиксируют всплеск… — Здравствуйте, доктор Седжвик, — Лестрейд снова слабо улыбнулся. — Значит, теперь я ваш пациент? — Именно, — отозвался тот. — Как вы себя чувствуете, инспектор? — Странно, — Грег слегка нахмурился. — Как будто… что-то не так. Чего-то не хватает… «Ни слова больше! — беззвучно предупредил его Майкрофт. — Ради всего святого, Грегори!» «Майкрофт, что со мной случилось?» — мысленный голос Лестрейда звучал неуверенно. Но Холмс все равно вздрогнул. Итак, Шерлок не ошибся! Грегори действительно умеет то, чего человек просто не должен уметь. «Потом объясню», — ответил он и принуждённо улыбнулся Натану. — Скажи уже моему мужу, что все части его тела на месте, — произнёс Майкрофт, стараясь говорить легкомысленным тоном. — Что пуля попала ему в грудь, и ты не ампутировал ему руки и ноги. А его странные ощущения — это последствия наркоза, скорее всего. — Все так и есть, инспектор, — Седжвик хмыкнул. — Вы совершенно целы, если не считать дыры в груди. Я извлёк из вас несколько граммов свинца, но вряд ли вам не хватает именно их. — Майкрофт прав, наверное дело в наркозе, — Лестрейд зевнул и закрыл глаза. — Продолжу спать, пожалуй. — Правильная мысль, — горячо согласился Натан. Через некоторое время Грег и вправду уснул. Седжвик ещё раз проверил показания приборов, заметил, что никаких ухудшений в состоянии раненого не намечается и посоветовал Холмсу тоже отдохнуть. Тот покачал головой, и доктор удалился проверить остальных пациентов, ещё раз напомнив, что в случае любых изменений нужно вызвать его немедленно. Майкрофт посмотрел на закрывшуюся дверь, тяжело вздохнул и поцеловал Лестрейда в лоб. «Связь, — грустно подумал он. — Ты почувствовал ее отсутствие. Вот только ты так и не научился правильно взаимодействовать с ней, потому для тебя неочевидно то, что я понял в первые же секунды. Мне придётся рассказать тебе, что случилось. А потом отпустить тебя. Все вышло так, как ты хотел, Грегори. Связи больше нет, я в безопасности. Даже если мое существование без тебя будет сложно назвать жизнью, физически я буду в порядке. От разбитого сердца не умирают». Позже Майкрофт станет думать, что это была самая тяжёлая ночь в его жизни. Ночь, когда он всматривался в бледное, расслабленное лицо Грегори, понимая, что никого дороже у него никогда не было и не будет. И прощался с ним. «Я поступлю так, как будет лучше для тебя, любовь моя, — с тоской размышлял он. — Даже если ты не сразу это поймёшь, даже если будешь бороться со мной… возненавидишь меня! Однажды, ты все равно придешь к мысли, что все было к лучшему. У тебя больше нет обязательств передо мной. Но остаются обязательства перед ребёнком: такие же надуманные, навязанные тебе Советом. Ты не выбирал эту участь — и я избавлю тебя от неё. Прости. Это для твоего же блага». Лестрейд проснулся на рассвете. Скользнул взглядом по осунувшемуся лицу Холмса и улыбнулся. — Привет. Ты что, всю ночь тут сидел? — Да, — тот устало прикрыл глаза. — Но скоро мне придется уйти. Можешь пообещать мне кое-что? — Конечно, — Лестрейд нахмурился. — Что не так, Майкрофт? Почему у тебя… такой странный вид? — Твое ранение было смертельным, — Холмс тряхнул головой, стараясь прогнать кошмарные воспоминания. — Будь ты обычным человеком, тебя бы не спасли. Но ты не обычный, и потому не просто выжил, но и очень быстро идешь на поправку. Думаю, через неделю об этом происшествии тебе будет напоминать только шрам на груди. — Так это же хорошо, — Грег натянуто улыбнулся. — Или нет? Ты чего так напряжен? — Есть много сложностей, — Майкрофт вздохнул и прикоснулся к его руке, переходя на беззвучную беседу: «Ты был мертв больше пятнадцати минут. И этого хватило, чтобы прервать связь». — Что?! — глаза Лестрейда распахнулись в потрясении. — Но вы же говорили… «Тише, — Холмс сильнее сжал его пальцы. — Об этом никто не должен знать. Я не смог скрыть от Шерлока, но всем остальным следует думать, что мы по-прежнему связаны. Иначе последствия могут быть… весьма неприятными». «Значит, способ все-таки есть? А вы оба уверяли меня…» «Мы не знали, — Майкрофт снова закрыл глаза, стараясь взять эмоции под контроль. — Никто не знает. Похоже, мы с тобой первые, кому удалось нечто подобное. Но раз мы оба живы, никому даже в голову не придет… Если только ты не проговоришься. Прошу тебя, будь крайне осторожен!» Лестрейд нахмурился, прежде чем ответить. «А не то ваш Совет вспомнит про приговор?» «Грегори, просто поверь: нужно скрыть факт, что связь прервана». «Я не слишком хорош во вранье, — он помрачнел еще больше. — А без этого никак?» «Врать не придется, — успокоил его Майкрофт. — Никто не спросит. Говорю же, мы с Шерлоком тебя не обманывали. Брачная связь исчезает только со смертью одного из супругов». «Я был мертв, ты сам сказал». «Да, — Холмс сглотнул, чувствуя, как горло сдавливает от волнения. — Но ты вернулся, и все уверены, что связь между нами сохранилась. А мог бы и не вернуться! Если мы расскажем, что нашли способ разорвать связь, им все равно никто не захочет воспользоваться. Подумай сам, кто решится почти убить себя или своего партнера? А вдруг… вдруг не удалось бы оживить? Ты бы стал делать это нарочно?» «Нет, — твердо ответил Грег. — Ни с собой, ни, тем более, с тобой. Я с самого начала говорил тебе, Майкрофт, что не хочу быть убийцей. Мне проще смириться со связью, чем с мыслью, что я стал причиной твоей смерти». «Ты и не стал, — Холмс выдавил из себя натянутую улыбку. — Все кончено, Грегори. Я вне опасности, и ты больше не обязан быть рядом, чтобы сохранить мою жизнь. Но я тоже намерен тебя защитить! Потому прошу: пообещай, что мы никому не скажем». «Хорошо, — Лестрейд отвёл взгляд. — Думаю, ты лучше знаешь… своих родичей. Я буду молчать». «Сейчас я уйду, — продолжил Майкрофт. — У меня много дел. Не спрашивай про меня никого, особенно Натана. Ладно?» «Ладно», — Грег явно хотел задать ещё какой-то вопрос, но в этот момент открылась дверь, и Майкрофт поспешно отдёрнул руку, прерывая физический контакт. — Как бы то ни было, я рад, что ты в порядке, — бесстрастно проговорил он вслух. — Но постарайся, чтобы никто в больнице не заметил этого. Кроме доктора Седжвика, разумеется. — Это важный момент, инспектор, — Натан плотно прикрыл дверь. — Я сделал так, чтобы никому из персонала не пришло в голову заходить в вашу палату, но вставать с кровати вам все равно нельзя. У нас и без того было немало хлопот, связанных с вашим… случаем. — Догадываюсь, — Лестрейд фыркнул. — Не волнуйтесь, доктор, я буду паинькой и честно изображу умирающего. Вам больше не придётся использовать свои… особые силы, чтобы избежать огласки. Обещаю. — Отлично, — Седжвик слегка нахмурился, уловив в тоне Грега раздражённые нотки, и вопросительно посмотрел на Майкрофта. Тот преувеличенно равнодушно пожал плечами. — Грегори не приходит в восторг от мысли, что мы умеем управлять сознанием людей, — прокомментировал он. — Ему это кажется… чудовищным. С этими словами он поднялся со стула, на котором провёл ночь, и расправил затёкшие от долгой неподвижности плечи. — Всего хорошего, Грегори. Надолго ты здесь не задержишься, обещаю. — Ты уходишь? — изумился Натан. — Да, — Холмс бросил на Лестрейда выразительный взгляд и поманил доктора к двери. — Но перед этим мне нужно с тобой поговорить. Пойдём в твой кабинет.