Что останется на дне ящика Пандоры

      Готовясь к встрече с Роквеллом, компания столкнулась с неожиданной проблемой. Аудиенция назначена в поместье баронессы Гринфилд, однако это поместье Рейнсвортов. То, что граф поедет в место довольно известное, друзья поняли слишком поздно. В прочем, алхимик заявил - не о чем беспокоиться. Если только контрактора не будет с ним, не составит труда запудрить Роквеллу мозги с помощью магии.       Шерон оставила Мэделина разбираться с технической стороной встречи, сама следила за тем, чтобы слуги убрали всякую вещь, сообщающую о жизни здесь королевского рода. Через несколько часов работы Оз не узнал привычный роскошный дом. Портреты, дорогая мебель, символы рода, даже любимые азалии герцогини были убраны в чуланы. Ничего более не напоминало о том, что здесь живут Рейнсворты. Вместо изящной дорогой мебели принесли мебель попроще, выкроили откуда-то портреты неизвестных дворян и развесили их по стенам.       Озу и прочим велели не высовываться из комнат и быть тише воды, ниже травы, пока граф не уйдёт. Сидеть поодиночке в комнате не для ударной команды, поэтому все, кроме Шерон, собрались в просторной комнате в левой части поместья.       Всё ещё обиженная Алиса оккупировала диван, надув губы и скрестив руки. Больно счастливый Оз осторожно пристроился на микросантиметре дивана и не отводил от девочки мечтательного взгляда. Элиот сидел напротив и отчаянно желал сказать что-то колкое, но нужные слова почему-то не подбирались. Юноша оправдывал себя тем, что в комнате Ада и в её присутствие не стоит говорить бяки про её старшего брата. Найтрею ещё было непривычно осознавать, что Ада – это та самая скромно одетая дама, чьё благонравие и скромность привлекли его взгляд на приёмах у Роквелла, но нет-нет да посматривал на неё, сидевшую в оббитом дорогой тканью кресле. - Интересно, что понадобилось графу? – задумчиво проговорила Ада. – Он даже не стал ждать приёма. Брейк, вы ничего не слышали от Оды? - Нет, миледи, - ответил альбинос, у которого, в прочем, сейчас были чёрные волосы, - пока я не упоминаю дела Роквелла, чтобы не вызвать у девушки подозрения. - Братик, а ты как думаешь? - Ну не знаю, - счастливо пропел Оз, - Шерон потом расскажет. - Тебе что, даже неинтересно? – удивился Элиот. - Не-а.       Элиот громко фыркнул. - Безариус, ты отвратителен. - А? – Оз попытался вдуматься в сказанное другом. - Да, кстати, ты в курсе, Оз? – Брейк опёрся о спинку дивана. – Со стороны выглядишь довольно мерзко. - Как и твоя приторная физиономия, Брейк, - ухмыльнулся Безариус. - Вот ты поганец, - прошипел альбинос. - Стараюсь, - пропел юноша. - Где Водоросль? – пробубнила Алиса.       Несколько недель она не могла видеть Оза, не могла бутузить Гила и вопить на Брейка, а вчера Гил не реагировал на кличку, Брейк захлопнул перед её носом дверь, Оз и Элиот играли в догонялки на выживание, Шерон возилась с мебелью, а Ада только пожимала плечами. Цепь ох как хотела на ком-нибудь сорваться. Лупить Оза она не стала, памятуя о том, что вроде как ушибла ему голову. Судя по неописуемо счастливому выражению лица последнего, так оно и есть. - Да, кстати, где Гил? – Оз закрутил головой, но слуга в поле зрения не попадал. - Я не видел его, - Элиот пожал плечами. - Тоже мне, слуга, - фыркнула Алиса, - Оз и тот от своей хозяйки не отходит. - Гил не слуга! – взвился Элиот. – Он благородный дворянин из рода Найтрей! - Ага, и с пяти лет слуга в доме Безариус, - ухмыльнулся Оз. - По-моему, это бесконечный спор, - заметил Брейк. - Кстати, Гил тут собирался заявить о себе, - вспомнил Оз, - собирался поставить тебя на место.       Оз на минуту испугался, что невольно подписал Гилу смертный приговор, но Брейк только заливисто рассмеялся. - Не переживай, Оз, мне всегда есть, чем ему ответить. - Мне интересно, Брейк, - Элиот заинтересованно посмотрел на своего кумира, - тебе никогда не попадало от Рейнсвортов? - За что? – удивился альбинос. - Ты очень смело разговариваешь с герцогами и их детьми. Для слуги Пандоры это чревато. - Вот-вот! – вступила Алиса. – Уважай других, клоун! - Ты вообще цепь, - фыркнул юный Найтрей. - Я дворянского происхождения между прочим! – громче юноши фыркнула Алиса. - Ты дворянка?! – подивился Найтрей. – У цепей что, бывают титулы? - Оз, он ещё большая бестолочь, чем ты, - пожаловалась девочка, на что Оз язвительно ухмыльнулся, а Элиот приготовился к бою, - я человеком была, человеком, ясно, второй водорослевоголовый?! - Как мило, они сейчас подерутся, - оживился Брейк. - Человеком? Что-то сомневаюсь, - протянул Элиот. - Вот интересно, если они подерутся, кто победит? – Брейк уже прикидывал в уме, на кого ставить. – Элиот для школьника неплохо машет мечом, а Алиса по старой памяти – косой. - Победит Шерон, - хохотнул Оз, - когда услышит грохот, она обоих одним веером уделает. - О, это точно, - закивал Брейк. - С цепью всё ясно, - Элиот обиженно фыркнул, - но, Брейк, ты не ответил на вопрос. Ты не боишься даже герцога Барму, а ведь ты простой рыцарь Пандоры.       Безариус с интересом посмотрел на Шляпника. Брейк часто выводил из себя Барму, дразнил дядю Оскара, не прекращал издеваться над Гилом, не говоря о взаимных подколках с самим Озом. Ведь на самом деле, по-хорошему, ему за это должно было прилично влететь. - Это всё моя харизма, - пропел на свой манер Брейк, - к тому же рыцарь для меня не должность служащего в Пандоре, а родовой дворянский титул. - Ведь точно! – воскликнул Оз. – Ты же из древнего рыцарского рода, а значит, дворянин, хоть и невысокого сословия. - О, и вправду! – подивился Элиот и с ещё большим восхищением посмотрел на Брейка. - Между прочим, Гил вообще изначально ни к какому сословию не принадлежал, - заметил альбинос. - Не понял, - нахмурился Элиот. - Спроси братишку. - Я сейчас подумал, - Оз оглядел присутствующих, посмотрел на Алису, - только сейчас по-настоящему понял смысл фразы «не было бы счастья, да несчастье помогло». - С чего это вдруг? – удивился Брейк.       Несмотря на то, что сейчас все загримированы, но в этой комнате сидели вполне здоровые Оз, Алиса, Элиот, Ада и Брейк, а на первом этаже суетилась Шерон. Стычка с Баскервиллями заставила разыгрывать в доме Роквелла представление, но и дала возможность побыть всем вместе. - Да просто что-то на сантименты потянуло, - улыбнулся Безариус, - для полноты картины не хватает только дяди Оскара. - Снова с бутылками вина? – усмехнулся Брейк. – Чтобы ты ему снова вторые глаза нарисовал? - Я то ему только вторые глаза нарисовал, - Оз ехидно скосился на товарища, - а ты вообще подрисовал усы и козявку. - Зато как впечатляюще он выглядел, когда в таком виде отправился домой, а утром в Пандору! - И как он не убил тебя после этого? – искренне удивился Оз. - Он привык, - Брейк пожал плечами, - мы не раз отлынивали от работы вместе. Госпожа Шерил даже как-то предложила открыть в Пандоре вытрезвитель. - И нестыдно тебе над герцогом издеваться? – впрочем, это был не укор. - Он сам виноват, - хмыкнул альбинос, - всё мечтает выиграть у меня. - Ясно, - хохотнул Оз и подумал, что это у них родовая особенность – пытаться осуществить неосуществимое, - кстати, когда вы успели сдружиться? Раньше Безариусы и Рейнсворты не пересекались. - Мы познакомились тогда, когда ты попал в Бездну, - пояснил Брейк и заозирался в поискал конфет, потому что его запасы Шерон отобрала ещё вчера, - когда мы ещё с Шерон забирали Гила для шпионажа в доме Найтреев.       После этих слов Оз быстро посмотрел на Элиота. Тот, конечно, помрачнел, но взгляд его уже не выражал гнев и ненависть. - Пока мы строили общие планы по возвращению тебя из Бездны, много общались, - продолжил Брейк. - Дядя Оза очень добрый и общительный, другой бы тебя давно удавил, - ухмыльнулась Алиса. - Ну, у нас много общих интересов, - Брейк продолжал рыться в карманах в поисках завалявшейся конфеты, - в конце концов мы фактически ровесники. - Хм, точно ведь! – Оз хлопнул себя по лбу, а Алиса от этого испуганно вздрогнула. - Погодите! Я теперь окончательно запутался! – надрывно протянул Элиот. – То Шерон говорит, что Брейку за семьдесят, сейчас он говорит, что ровесник Оскара Безариуса, но ведь тому сорок пять. - Так и мне, в общем, сорок с маленьким хвостиком, - Брейк со вздохом констатировал отсутствие конфет. - Как так? – Элиот потряс головой. – Я совсем ничего не понимаю. Кому сколько лет, кто кого сословия?! Безариус, ты просто мастер запутывать людей! - Что, плохо с арифметикой? – ухмыльнулся Оз. - Оз, я тоже ничего не поняла, - честно призналась Алиса, - и что такое арифметика? Болезнь что ли?       Брейк за диваном подавился смехом. - Это манипуляции с цифрами, - попытался объяснить Оз, - так, сейчас распутаем клубок. Я Оз Безариус, дворянин по рождению, полнокровно прожил пятнадцать лет, десять проскочил из-за Бездны, так что официально мне двадцать пять. Брейк по рождению рыцарь, полных лет, если Лиам не врёт, сорок один, тридцать проскочил из-за Бездны, так что официально семьдесят один. Кстати! – Оза вдруг осенило. – Брейк, ты и впрямь практически ровесник дяди Оскара. Дальше. Алиса по рождению Баскервилль, хотя о её родителях мы пока ничего не знаем. Это герцогский род, так что Алиса – дворянка. Вот с Гилом проблемы. Кажется, он жил сто лет назад, но был слугой в благородном доме. Вроде даже служил Джеку. Если не считать сто лет, которые он перескочил, то ему двадцать четыре. - Спасибо, распутал, - фыркнула Алиса. - Ладно, проще, - со вздохом сдался Оз, - мне пятнадцать, Брейку сорок один, Гилу двадцать четыре. Так всем понятно?       Цифровой парадокс разрешился. - Забавно, - улыбнулась Ада, - я внезапно оказалась старше старшего брата. - Точно, - Оз соскользнул с милисантиметра дивана и пристроился на полу, - могу снова почувствовать себя ребёнком. Это не так уж и плохо. Можно снова дурачиться без зазрения совести.       Оз с улыбкой посмотрел на Алису, вспоминая, как они штурмовали улочки Ливеры, носились вместе с Гилом в поисках шляпы, запугивали жутким подвыванием мелких бандитов и ходили на карнавал.       В груди защемило. Будет больно терять. Нельзя обманывать себя. Они должны справиться, но битву с Баскервиллями без потерять не выиграть. Кто-то победу с ними уже не встретит. Поэтому нужно запомнить как можно больше их улыбок и как можно чаще заставлять их злиться и смеяться.       Так решил про себя Безариус и солнечно улыбнулся Алисе.       Дверь тихонько скрипнула и медленно открылась. Оз с любопытством посмотрел в дверной проём. Кто мог так нерешительно входить? - Что это? – Безариус растерянно хлопал ресницами.       В дверном проходе стояло множество подносов с сытными блюдами на тонких длинных ногах. - Это цепь такая что ли? – подивился Элиот. - Оз, мне неловко просить, но не мог бы ты снять верхнее блюдо, я не могу протиснуться в проход, - прокряхтел знакомый голос.       Только тогда до всех дошло, что это никакая не чудаковатая цепь, а просто нагруженный десятками блюд Гил. Оз подскочил к слуге, встал на цыпочки и снял верхнее блюдо, которое рисковало перевернуться, если бы Гил попытался с ним пройти. - Зачем так много? – Оз растерянно смотрел на огромную гору еды. – Шерон решила нас закормить? - Это не Шерон, - робко ответил Гил из-за тарелок, - это… я. - А? – теперь Оз совсем ничего не понимал. – Мы же здесь на час, а не на год. - Это… это Брейку… - запинаясь, выдавил Гил.       Брейк, Оз, Ада, Алиса и Элиот разом выпали в осадок. Гил медленно протиснулся в проход, навьюченный тарелками, медленно дошёл до столика и очень аккуратно сгрузил на него поклажу. - В общем, - Гил виновато смотрел на Брейка, точно как ребёнок, тем самым взглядом четырнадцатилетнего робкого Гила, - это мои извинения. - Своеобразный способ, надо сказать, - заметил озадаченный Брейк. - Вот почему тебя всё утро не видно было, - Оз поджал губы. - Просто, - Гил виновато опустил глаза, - я столько дел наворотил в последнее время… Из-за меня ты использовал Шляпника в Сабри, я наставил на тебя пистолет, в доме Ислы Юры ударил… В общем, я прошу прощения! – и Гил согнулся в поклоне, отчего единственный глаз Брейка расширился до размера блюдца. – И ещё! Ты говорил, что тебе за несколько недель не давали сладкого. Тут сверху есть торт. - Кстати, Водоросль! – встряла Алиса. – Мы только что выяснили, что ты всё равно младше клоуна, и вообще, он дворянин, а ты нет!       Гил минуту стоял и осознавал услышанное, потом весь осунулся, совсем уж сник и на полусогнутых ногах направился к двери со словами: - Пойду ещё пару десертов приготовлю… Одного торта мало… - Оз, по-моему, вместе с цепью мы заблокировали Гилу мозги, - Брейк шепнул на ухо Безариусу, Оз молча закивал. - Это ж сколько здесь еды?.. – Элиот обходил стол вокруг, пытаясь сосчитать блюда.       Тем временем Брейк соизмерял количество блюд и размер собственного желудка, и ему заранее стало плохо. - Знаешь, Оз, тебе лучше пойти следом за Гилом. А то он, чего доброго, наготовит на целую Пандору. - Да уж… - прокряхтел Оз и двинул к выходу. - Алиса, - Брейк обратился к цепи, - ты ведь наверняка голодна? Ты же любишься стряпню Гила? Можешь есть, сколько хочешь. - Я могу съесть что угодно? – девочка нерешительно посмотрела сперва на блюда, потом на альбиноса. - Именно.       Глаза Алисы заблестели. Она уже давно заметила, блюда в поместье Рейнсвортов вкусные, но то, что готовит патлатый слуга Оза ни с чем не сравнится.       Девочка уже крутилась вокруг горы блюд, принюхиваясь и решая, что съесть первым. Элиот с небольшим отвращением смотрел на всё это. - Что тебе так не нравится? – заметил Брейк. – Что твой старший брат готовит? - Дворянину не пристало возиться на кухне, как простолюдину! – сказал Элиот. - Что же плохого в том, что человек ищет способы порадовать близких тогда, когда радости почти не осталось?       Элиот замер. - Порадовать, да?.. – юноша глянул на блюда, вспомнил, как давно не был на семейных праздниках, как давно не видел счастливыми лица отца и Лео, как давно уже не думал про себя: «Сейчас я счастлив», и в душе разлилась тёплая любовь и благодарность к бестолковому, но бесконечно доброму старшему брату. – Пожалуй, и я попробую. Ада, а ты?.. - С удовольствием, - девушка улыбнулась и встала.       Пока в комнате разворачивался небольшой банкет, Оз добрался до кухни Рейнсвортов. Опасения Брейка о намечавшихся блюдовых масштабах оказались ненапрасными. Гил, казалось, распотрошил все кладовые и сейчас отчаянно мыл, чистил, резал, варил, жарил, тушил, запекал украшал всё, что только мог и приговаривал при этом: «Так, ещё вот это блюдо, вот то, ещё пирожных, ещё рулет…». - Эм, Гил, ты бы успокоился немного, - Оз даже не знал, как остановить этот бум готовки.       Безариус не знал, что вчера, когда раскрылась личность Брейка, Гилу вдруг стало ужасно стыдно за себя. Он пришёл к себе и всю ночь не мог уснуть, потому что его терзала совесть. Он всё бурчал на Брейка, упрекал, что тот делает недостаточно, а оказалось, что тот, хоть его и силой заставили, выполнял свою роль на высший балл. А потом и вовсе вспомнил, что в последнее время наделал и что хотел ещё поиздеваться из-за возраста и статуса, потом судорожно соображал, как же ему загладить вину. - Гил, что это вдруг с тобой? – Оз посмотрел на бледное лицо друга.       Гил посмотрел на Оза и помрачнел. - Когда я увидел его вчера, бледного и худого, вспомнил, сколько раз за последнее время он был ранен, сколько крови потерял, ведь его тело на пределе. Оз, я вдруг испугался, что этот сильный и умный человек может умереть, - лицо Гила действительно было растерянным и напуганным.       Сейчас сказанное Вороном осознал и Оз. - А я даже не знаю, чем помочь, - сокрушался мужчина. - Гил, никто не знает, что будет в конце, - Оз серьёзно посмотрел на слугу, - мы не знаем, кто из нас останется в живых. Сейчас всё, что ты можешь сделать для Брейка, всё, что мы можем сделать друг для друга, это быть рядом, - юноша положил руку на плечо Найтрея, - большего ему и всем нам и не надо.       Гил улыбнулся и потрепал чёрные волосы Безариуса. - Ты прав. - Может, хватит блюд? – Оз с опаской посмотрел уже на готовую гору тарелок. – А то Брейку будет плохо. - Верно, - рассмеялся Гил, - пожалуй, сделаю ещё один торт, и всё.       Аромат готовых блюд заинтересовал даже самого Оза. - Ты ведь научился готовить из-за Брейка? - Верно, - улыбнулся Гил. - Кстати, бабушка Шерон рассказала мне, что Брейк подсел на сладкое из-за тебя. - Это моя месть за сигареты, - усмехнулся мужчина.       Оз расплылся в улыбке, хорошая зная, что ни на какую месть Гил не способен. - Хоть ты сильно вырос, выглядишь теперь внушительно и даже устрашающе, но в душе всё такой же добрый и заботливый, Гил. Я рад, что ты мой друг, - Оз снова солнечно улыбнулся, и Гил тоже улыбнулся ему так солнечно, как когда-то теперь уже в далеком детстве. ***       Дилижанс Роквелла остановился у парадного входа поместья Рейнсвортов. Слуга встретил гостя и сопроводил его в дом. Ада спустилась к Шерон, чтобы поприветствовать Роквелла как мнимая хозяйка.       Эрлинг Роквелл, одетый с иголочки, с тростью в руках вошёл в холл и, увидев баронессу Гринфилд и маркизу Вилладсен поклонился им обеим. - Благодарю вас, баронесса, что позволили провести аудиенцию в вашем поместье, - сказал мужчина. - Для меня это честь, милорд, - Ада ответила реверансом. - Маркиза Вилладсен, - теперь Роквелл обратился к Шерон, - спасибо за то, что согласились принять меня. - Что ж, граф, я со всей внимательностью выслушаю вас, - Шерон лишь немного склонила голову.       Слуги уже подготовили комнату, которая хорошо подходила как для чаепития, так и для обсуждения важных дел. Когда гость и Шерон разместились в удобный креслах, прислуга внесла чай, чтобы атмосфера не напоминала политические беседы. - Итак, какое дело привело вас ко мне? – спросила Шерон, добавляя в речь чуточку акцента. - Миледи, позавчера вы высоко отозвались о моей приёме, - Роквелл не стал ходить вокруг да около, - поэтому я бы хотел попросить вас выступить моим покровителем. - Покровителем? – Шерон лишь немного подняла бровь. – Объяснитесь. - Мне бы хотелось, чтобы до своего отъезда вы присутствовали на каждом вечере и давали потом положительные отзывы всем знакомым, - аккуратно сформулировал Роквелл.       Шерон изобразила небольшую задумчивость. Роквелл спокойно ждал, но Шерон ощущала, как на самом деле ему не терпится скорее получить положительный ответ. - Милорд, вы, вероятно, немного заблуждаетесь, - Шерон посмотрела на графа несколько холодно, - вы просите покровительства после того, как я оценила вечер. Один вечер, - девушка выразительно посмотрела на Роквелла, - да, вы впечатлили меня, но лишь единожды. Все предыдущие вечера были однообразны и достаточно скучны. Вы показали цветочную сказку, но мне доводилось видеть театр теней, маскарады, зал фонтанов, драгоценную радугу, праздник красок, праздник птиц и ещё много невероятного. Боюсь, я не могу дать вам моё покровительство.       Роквелл поблёк, а в его глазах ясно стала видна паника. - Я посещу ещё раз ваш приём, но хочу предупредить, - Шерон говорила очень спокойно и безынтересно, - если и этот приём окажется обычным, более мне здесь нечего будет делать. Я вернусь в Альбин и, возможно, расскажу о цветочной сказке. - Что же мне делать, миледи, чтобы заслужить ваше внимание? – испуганно спросил он. - Заинтересуйте чем-то необычным, милорд, - Шерон изящно пожала плечами. - Чем-то необычным? – задумчиво повторил Роквелл.       «Отлично, - подумала Шерон, - он мыслит в верном направлении». Задумчивое, несколько напряжённое выражение лица другого дворянина вовсе бы не заинтересовало. Лишь Шерон, как член Пандоры, понимала причины необычной задумчивости. Рейнсворт очень хотелось ещё одним тонким намёком подтолкнуть графа к нужному ей решению, однако страх вызвать подозрение был сильнее. Нужно было обставить всё так, словно Роквелл принял решение сам. - Что ж, - Шерон отставила чашку и элегантно сложила руки на вышитым золотой нитью веере, - если у вас более нет дел ко мне, думаю, нашу встречу можно считать оконченной.       Роквелл без лишних слов встал, поклонился Шерон и в угрюмой задумчивости удалился вслед за слугой. Не прошло и пяти минут, как в комнату ссыпалась бравая компания, почему-то с помятым Элиотом. - Шерон, что? Удалось? – ещё с порога выпалил Оз.       Шерон загадочно улыбнулась и расправила складки платья. - Скажем, следующий вечер станет моментом принятия очень важного решения господином Роквеллом. - Если всё удастся, миледи, я снимаю шляпу, - Брейк приземлился рядом с дражайшей принцессой. - Значит, мы практически закончили? – Элиот пригладил растрёпанную шевелюру. - Не стоит спешить, - единственный глаз Брейка сверкнул, - что-то мне подсказывает, это ещё не конец. - Не стоит нагнетать, - дверной проём загораживала довольно широкая высокая фигура.       Солнце било в лицо, и Озу пришлось прикрыть глаза, чтобы разглядеть входящего. - Дядя Оскар!       Золотая шевелюра сверкнула в радужном свете, блики отразились на очках. Они не виделись уже несколько недель, и Озу показалось, что его дядя стал ещё выше и сильнее. Немолодой герцог сверкал молодой энергией, глаза горели, как у подростка, заражая неповторимой оскаровской жизнерадостностью. - Дядя! – расцвела Ада. - Господин Оскар! – Гил даже позабыл о сигарете, которую секунду назад собирался зажечь. - Гляжу, все мои дети здесь! – пробасил мужчина, сгребая в охапку Оза, Аду и Гила. – Ты погляди! Что там с вами алхимик наворотил? Оз, ну ты точная копия Бернарда Найтрея! - Знаю, - рассмеялся Оз и скосился на Элиота, - и кому-то это не очень нравится. - Я не говорил, что мне это не нравится, - Элиот сложил руки на груди, - просто… странно как-то.       Оскар уже крутил в руках, подбрасывал и чмокал Аду, будто бы она сама была крохотным премилым котёнком. Ада цвела, точно яркий весенний цветок.       Шерон любовалась семейной идиллией, Брейк же с любопытством поглядывал на Элиота. - Очень интересно, - протянул Шляпник. - Что интересно, Брейк? – спросила Шерон. - Миледи, вы ничего не замечаете в Элиоте? - Разумеется, - хитро сощурилась девушка, - но нам не нужно вмешиваться. Молодость хороша первыми шагами. - Моя леди, вы говорите точно престарелая дама, - усмехнулся Альбинос.       Девушка с огромным трудом подавила желания отвесить оплеуху своим крепким веером. - Кто бы говорил, - проговорила она вместо этого, - немолодой мужчина с умом подростка. - Вы научились язвить, - Брейк положил голову на плечо Шерон, - не перестаёте меня удивлять.       Служанки уже размещали угощения на столах, а Оз с коварной усмешкой поглядывал на бутылки с вином. - Доброго здоровья, Зарксис! – Оскар помахал Брейку. - Приятно вас видеть, герцог, - Брейк для приличия встал и поклонился. - Ой, да брось! – отмахнулся Оскар и сгрёб Брейка в охапку. – Сто лет не виделись, к чему официальность? - Я так понимаю, в Пандору ты завтра не собираешься? – Брейк так же, как и Оз, скосился на бутылки.       Оскар заливисто расхохотался. - Отдохнём немножко! Всё-таки я так давно вас не видел! – мужчина приземлился на диван и занял добрую его часть своей обширной фигурой. – Пандора ох как меня замучила. - Что герцог Барма? – Оз уселся рядом. – Что-нибудь сообщал? - Нет, - задумчиво отозвался Безариус-старший, - я ведь даже сказать не могу, он на собраниях сидит или не он. Баскервилли не появлялись, всем это уже кажется странным. Некоторые полагают, что герцог Найтрей с ними в сговоре. - Это не так! – в голос выкрикнули Оз и Элиот и тут же переглянулись. - О причастности Заи вообще никто не говорит, и вот это уже кажется странным мне, - Оскар взял наполненный вином бокал. - Хотите сказать, в Пандоре предатели? – нахмурилась Шерон. - Хотелось, чтобы это было не так, - отозвался мужчина, - но если Заи с ними, нет гарантии, что нет и других заговорщиков.       Дело значительно осложнялось. Медлить больше нельзя было. Оставалось надеяться на то, что Роквелл и впрямь скоро откроет дорогу к камню. - Нам придётся попросить быть нашими глазами и ушами в Пандоре, - обратилась к Оскару Шерон, - бабушка может больше, чем многие дворяне, однако и её возможности небеспредельны. - Я так и не научился хитрить, - вздохнул Оскар, - было бы легче, если герцог Барма помогал, но я никак не могу поймать его для разговора. После собраний он ускользает, точно туман. - Иллюзия? – Элиот посмотрел на Оза и Шерон. - Поди же знай, - снова вздохнул Безариус-старший, - ладно! – мужчина хлопнул себя по коленям. – Не время грустить! Пока я здесь, надо это отметить! - Не вздумай спаивать детей, - пригрозил Брейк. - Так я ж никого не заставляю! – невинно пропел мужчина. - Хитрый старик, - усмехнулся Шляпник.       Оскар подхватился бутылку. - Сегодня я тебе не уступлю! – воинственно заявил Оскар. - Оз, - шепнул Брейк на ухо юному Безариусу, - держи краски наготове.       Оз ехидно улыбнулся и кивнул. ***       Первый дилижанс отъехал от поместья Рейнсвортов. По утреннему указанию Мэделина на приём сначала выдвинулись Оз и Элиот, затем Алиса и Ада, потом Брейк, и последними должны были уехать Шерон и Гилберт. - Оз уже уехал? – спросил Оскар, потирая голову. - Да, - ответила Шерон. - Дети уже повзрослели, - протянул Безариус-старший, - не лицом, но Оз уже напоминает зрелого мужчину. - Что ж, - улыбнулась Рейнсворт, - кажется, пришло его время. - Да, - кивнул Оскар и тут же поморщился от боли, - я влюбился в его же возрасте. Наверное, для Оза это даже хорошо, что происходит именно сейчас. Он может получить силу большую, чем уже имеет. - Нам всем не помешала бы такая сила, - отозвалась Рейнсворт с загадочным блеском в глазах, который, в прочем, Оскар не заметил, - Глэдис, сделай для господина Оскара ромашковый чай, чтобы снять похмелье.       Дилижансы стучали по дороге, а жилка стучала в голове у обоих юношей, сидевших внутри. Оз изо всех сил старался выглядеть достойно и не показать муторную головную боль, а Элиот как бы невзначай приложил к виску холодный мужской веер. - Шерон займётся Роквеллом сама, - заговорил Оз, - Брейк вполне справляется. Нам теперь не нужно ничего делать. Будем, как изначально, наблюдать. - Верно. И теперь нам не нужно прятаться от баронесс Йоншим и Гринфилд, - Элиот отнял от виска веер и выразительно посмотрел на Оза. - Точно, - улыбнулся Оз. - Оз, она ведь цепь, - Элиот решил всё-таки поговорить на сердечные темы, - а ты её контрактор. Я уже заметил твои чувства. Что ты будешь делать, когда контракт закончится? - Пусть когда-то она была человеком, пусть сейчас она цепь, Элиот, это уже не важно. Для меня она Алиса, просто Алиса, не Кровавый Кролик, не Алиса Баскервилль, а просто Алиса. Алиса, которую я люблю.       От такой прямоты и честности Элиот невольно выдохнул и посмотрел на Оза, некогда назойливую эгоистичную малявку, с удивлением и даже восхищением, и тем больше его восхищала та серьёзность в голосе и во взгляде, серьёзность зрелого мужчины, с которой говорил Безариус. - Элиот, я не намерен так просто сдаваться. Мне всё равно, что скажет дворянство, что скажет отец. Я понял, как мелочно злопыхательство общества, когда попал в Бездну и когда снова вернулся в свой светлый мир. После мира абсолютного отчаяния и кроха счастья – океан. Алиса для меня весь мир. Я люблю её, Элиот. Я помню твой урок, поэтому приложу все силы, чтобы защитить её и себя. Всё оказалось очень просто, правда? – на этот раз Оз выразительно посмотрел на Элиота. – Ты ведь чувствуешь то же самое?       Элиот вздрогнул. Этот вопрос застал юношу врасплох и даже обезоружил, так что Элиот почувствовал себя абсолютно открытым. Тем более потому, что до этого он сам себе не мог признаться. - Я заметил, хоть и недавно, - Оз улыбнулся, - и давно ты?.. - Я… не знаю… - Элиот в растерянности отвёл взгляд, потом усмехнулся над самим собой и посмотрел в глаза другу, - я действительно не знаю. Может, ещё в Латвидже. Она как шар света и энергии. Я ничего не могу поделать. Можешь злиться на меня, сколько хочешь. - Лови время пока я добрый, - сощурился Оз, - потом я могу тебе ненароком голову оторваться. - Стал благодаря алхимику выше, так теперь думаешь, что сильнее? – ухмыльнулся Элиот. - Может, проверим, кто сильнее? – Оз сжал пальцы в кулаки и выставил их перед собой. - Не сейчас, - Элиот потёр голову. - Пожалуй, - Оз повторил его жест, и оба юношей широко улыбнулись. ***       Роквелл не стал дважды обильно украшать залы цветами. Вечер пока ничем не отличался от предыдущих приёмов, кроме разве что особенно задумчивого напряжённого лица графа. Слова маркизы Вилладсен застали его врасплох. После успеха он искренне верил, что добился полного расположения иностранной гостьи и совсем не ожидал отказа. Казалось, к чему расстраиваться? Иностранных гостей всегда хватало на приёмах. Однако мужчина всем нутром чувствовал, что подобного царственного великолепия он больше не встретит, а потому может упустить шанс прославиться за пределами страны.       Весь оставшийся вечер Эрлинг Роквелл провёл в глубоких раздумьях. Маркизу тяжело удивить. У него оставался туз в рукаве, но… сокровище, которое он совершенно неожиданно получил, не для каждого. Слишком многие имеют виды на то, что рьяно прячет Пандора. Заполучить это – значит, заполучить билет в Пандору, а значит, сблизиться с герцогскими домами, королевским родом и самим королём. Если он покажет сокровище маркизе Вилладсен, как она поступит? Не захочет ли она присвоить его себе? Что если маркиза найдёт повод и отберёт сокровище? Ход чрезвычайно опасный. Роквелл чувствовал, как раскачивается на весах.       Настроение графа было заметно практически каждому. Роквелл объяснял его усталостью от тяжелого трудового дня, и это объяснение вполне удовлетворяло любопытство гостей. Граф так долго промучился терзаниями, что не успел придумать ничего особенного для нынешнего приёма. Настроение брата тревожило Оду, однако и играло на руку одновременно. В своих раздумьях мужчина не замечал перемен, происходивших с сестрой.       Окрылённая после беседы с графом Нандхардом, Ода точно бабочка порхала по поместью. Слухи были ей теперь вовсе не важны. Сейчас ей хотелось выглядеть лучше всех и скорее увидеть снова иностранного гостя.       Он прибыл рано и теперь сразу же направился к ней. - Миледи снова скучает? – мужчина поклонился. - Уже нет, - ответила девушка и сразу же смутилась из-за своих слов, потому что так нельзя, нельзя сразу сказать о своих чувствах, - ведь уже прибыло много гостей, - спешно добавила Ода. - Тогда идёмте к ним. - Вилфред, ты ничего не замечаешь? – спросила Шерон у Гила и при этом не отводила взгляд от Брейка. - Касательно чего, миледи? - Взгляни на графа Нандхарда. Ничего странного в его поведении нет?       Гил старательно вглядывался в каждое движение Брейка. Тот беседовал с Одой Роквелл и гостями. Конечно, он играл свои роль, но даже при этом ничего подозрительного Гилберт в упор не видел. - Никак нет, миледи, - сказал наконец он. - Наверное, ему показалось, - задумчиво проговорила девушка. - Кому? – не понял Найтрей. - Не обращай внимания, Вилфред. Мои размышления вслух. И, пожалуйста, сделай шаг назад и поменьше говори. - Прошу прощения, госпожа, - зарделся Найтрей, поспешно прикрыл рот рукой и подумал, что дегустировать вчера вместе с Оскаром ароматный напиток было плохой идеей. Очень плохой.       Шерон же продолжала наблюдать за своим слугой. Вечером, когда шумная компания с бокалами разбрелась по саду, Оскар завёл странную беседу. - Как дела у Зарксиса? - Почему вы вдруг спрашиваете? – Шерон спокойно пила свой любимый чай, так как не стала подключаться перед приёмом к общей дегустации. - Как бы вам сказать, миледи, - Оскар задумчиво поглядывал на фигуру нелегального контрактора, видневшуюся в глубине сада, - в нём будто что-то изменилось. - Изменилось? – удивлённо переспросила Шерон. – Вы имеете в виду… - Нет, не внешность, - покачал головой герцог, - когда я беседовал с ним, мне показалось, он серьёзнее обычного. Может, конечно, я уже достаточно захмелел, но что-то с Брейком не так. Хотя я сам в последнее время то слишком подозрительный, то слишком сентиментальный, - Оскар встряхнул пятернёй буйную золотую шевелюру и заливисто рассмеялся.       Больше Оскар не заговаривал об этом, но Шерон с той минуты начала тревожиться. Брейк бывал серьёзен только в экстренных ситуациях, потому что шутки и смех – его самозащита. Однако сейчас и Гилберт, и Рейнсворт ничего необычного в поведении альбиноса не замечали.       Приём ничем не удивлял. Гости беседовали друг с другом, часто бросали взгляды на прекрасную иностранную маркизу, а Шерон же старательно изображала скуку, чем делала Роквелла ещё мрачнее.       Гости в танце закружились по залу. - Миледи? – Брейк протянул Оде руку.       Стоило быть сдержаннее и скромнее, но скорее, чем это поняла, Ода уже протянула свою тонкую ладонь. Пара закружилась в танце. Сейчас, когда Оз знал, что граф Нандхард – это Брейк, он ещё больше поражался его танцевальным умениям. - И как он только смог научиться? – дивился Безариус.       Алиса на другом конце зала хмыкнула. Она всё видела, всё знала и сейчас подумала, клоун немного всё же заслуживает её уважения. Может, стоит дать ему другое прозвище? - Время же танцевать? – Элиот поставил бокал. - Точно, - улыбнулся Оз, - теперь можно приглашать баронесс без зазрения совести. - Тогда чего мы ждём?       Юноши переглянулись и быстрыми шагами направились к девушкам. - Прошу, потанцуйте со мной, миледи, - произнесли они одновременно, и так же одновременно две тонкие руки протянулись в ответ.       Гости, Брейк с Одой, вот уже и Оз с Алисой и Элиот с Адой кружились в танце. Шерон не завидовала. Такое чувство, как зависть, в семье Рейнсвортов не рождалось. Возможно, тоска, лёгкая горечь, но это часть её собственной жизни.       Шерон невольно высматривала в зале одного гостя. Нашла она его быстро. Маркиз Авертира стоят у стены и танцевать не спешил. Шерон с приятным чувством отметила, что за все вечера Рэндольф ни разу ни с кем не танцевал. Даже тоска и горечь отступили, и Шерон вдруг пожелала, чтобы Гилберт ненадолго отошёл. Но это неосмотрительно. Сейчас общее дело, не время до личных планов. К тому же он ещё тогда дал понять… - Моя госпожа, позвольте отлучиться? – вдруг сказал Гилберт. – Есть кое-что, что меня обеспокоило, и я хочу это проверить. - Разумеется, Вилфред, ступай.       Стоило побеспокоиться, что же заинтересовало Гилберта, но мысли Шерон без спросу кружились вокруг маркиза.       Оставаться незамеченной она не могла. Красное платье с богатством золота снова делало невзрачными платья остальных гостий. Рэндольф в скуке разглядывал зал и наткнулся взглядом на беловолосую иностранку. Хэймонд как раз отвлёкся на беседу с графом Уэнри, поэтому Рэндольф недолго думая направился к роскошной гостье.       Шерон уже научилась успокаивать волнение своего сердца и сейчас просто спокойно ждала, когда маркиз к ней подойдёт. - Добрый вечер, - поприветствовал Рэндольф. - Добрый вечер, - ответила Шерон с лёгким полупоклоном. - Кажется, вы не выглядите сегодня заинтересованной, - заметил юноша. - Верно, милорд, - кивнула девушка, - граф не удивил. Та же обстановка, те же разговоры. Мне действительно скучно. - Что же вас может заинтересовать? - Вечера и званые приёмы есть для того, чтобы развеять серые будни. Однако, пожалуй, я так привыкла заниматься делами рода в Альбине, что сейчас мне не хватает рабочей суеты, - и эти слова отнюдь не были выдумкой.       Маркиз в удивлении вскинул брови. - Вы ведёте дела рода? - Да. Что же вас так удивляет? – спросила в своё очередь Шерон. – Кажется, и в вашей стране есть дворянские семьи, которыми управляют женщины. - Вы правы, есть, - согласился Рэндольф, - королевским родом Рейнсворт сейчас управляет герцогиня Шерил Рейнсворт. Однако это необходимость. - Разве из членов семьи ей никто не помогает? – Шерон внимательно смотрела на маркиза, а он в свою очередь не замечал ничего необычного в этом внимании. - Кажется, из членов семьи у герцогини осталась только внучка, Шерон Рейнсворт, но она ещё слишком мала. - С чего же вы взяли? – спросила девушка с некоторым холодом в голосе. - Я видел её, миледи, - ответил Рэндольф, - она ещё ребёнок. - Если кто-то выглядит как ребёнок, ещё не значит, что он им является, - Шерон резко расправила веер и неспешно им обмахивалась.       Едва уловимый гнев в последнем жесте немного сбил с толку юного маркиза. Он смотрел на медленные взмахи веера и пытался понять, почему же маркизу обидела его слова. - Чтобы управлять делами рода, надо обладать достаточной мудростью и опытом, - попытался объяснить маркиз. - Обстоятельства делают человека старше, чем он того хочет. Приходится рано приобретать умения, а опыт идёт за ними. - Кажется, вам приходит непросто. Прошу простить, если мои слова вас обидели, - Рэндольф склонил голову. - Я принимаю ваши извинения, - Шерон кивнула, - мне действительно непросто, однако благодаря этому, я чувствую себя полноценной личностью, полезной своему роду и своей стране.       Юноша несколько минут не отрывал от маркизы взгляда, а после сказал: - Признаться честно, я впервые слышу от девушки такие слова. - Вы думаете, я играю? – Шерон вскинула брови. - О нет, я уверен, это ваши искренние слова, - спешно сказал маркиз. - Кажется, вы редко встречаете интересных дам или просто многого не замечаете, - Шерон сложила веер и поклонилась, - прошу прощения, кажется, граф Роквелл хочет мне что-то сказать.       Маркиз ответил молчаливым поклоном, и Шерон удалилась, чувствуя себя более достойной и статной, чем когда-либо. - Что вы хотели, милорд? – спросила Шерон у Роквелла. - Маркиза, у меня есть то, что вас удивит. Если вы придёте на следующий званый вечер, то увидите это.