Экспресс в чистилище, дайте билет в один конец

Нет, вы только подумайте! Ну, и в чём собственно говоря Рон оказался виноват? Ну, сморозил глупость, так что же теперь с ним и вовсе не разговаривать? И вообще, не сама ли умница Гермиона ещё на первом курсе «убедила» беднягу Невилла не загораживать им выход из башни? Рон такому петрификусу даже восхитился и ужаснулся одновременно! А тут она видите ли Малфоя пожалела. К домовым эльфам его причислила, не иначе. Да ещё и Гарри замкнулся в себе, постоянно напряжён… Наверняка только и думает о своём ненаглядном омеге. Вот то и дело поглядывает на слизеринский стол. От этой мысли Рон только бессильно сжимал кулаки. А ведь он ещё тогда предложил Гермионе сразу же выложить Гарри, что им всё известно – не было бы сейчас такой напряжённости между ними. Вместе глядишь и придумали бы чего. У Гермионы мозги, конечно, и так за троих работают, но пока она докопается до чего-нибудь ценного в этой своей библиотеке, они уже все рассорятся, а Гермиона и вовсе с ума сойдёт от пыли и одиночества. Рон вздохнул и бросил косой взгляд на подругу, уткнувшуюся в очередной фолиант. Всё-таки, ему сильно её не хватало. Так не хватало, что даже кусок в горло не лез. Наверное, впервые Рон вот так неосознанно отказывался от пищи. – Рон, – Гарри легонько тронул друга за плечо, отвлекая от грустных мыслей. – Что? – тот резко повернулся, сбив при этом кубок с тыквенным соком. Гермиона даже головы не подняла, только недовольно передёрнула плечами. – Вы с Гермионой поссорились что ли? – Такой заботливый тон. Неужели Гарри действительно волнуется? Рону даже стало немного стыдно за свои мысли и несдержанность. – Да, – тяжёлый вздох – Из-за моей глупости. – Хочешь, я поговорю с ней? – Гарри подбадривающее улыбнулся. Всё-таки любовные переживания переживаниями, а дружба – святое. Невозможно без содрогания смотреть, как эти двое старательно игнорируют друг друга. – Нет, – Рон заупрямился, – Я сам. Уже не дети ведь. Я поговорю с ней. Извинюсь. – Всё наладится, я уверен, что она тоже не хочет быть с тобой в ссоре, – Гарри с облегчением похлопал друга по плечу.

***

Гарри не мог обсудить ничего с друзьями, но очень уж хотелось хотя бы с кем-нибудь поделиться своими переживаниями. К кому обратиться с подобным, если не к любимому крёстному? В итоге у них состоялась весьма занимательная переписка. «Здравствуй, дорогой крёстный! В Хогвартсе всё хорошо, год обещает быть спокойным для всех, кроме меня. Ты не поверишь, но я, оказывается, – альфа! А самое главное, я уже успел найти себе омегу и даже отметку свою оставил. Представляешь? Это вышло случайно, конечно, но сожалеть уже поздно. Теперь вот пытаюсь разобраться со всей этой ситуацией. А как твои дела? Как Клювик? С нетерпением жду ответа, Гарри». «Здравствуй, дорогой крестник! У меня всё хорошо, Клювик, судя по его здоровому аппетиту, тоже в порядке. Быть альфой очень здорово, я, действительно, рад за тебя, но с отметкой ты явно поспешил, впрочем, если между вами есть искренние чувства… В любом случае, Гарри, я тебя всегда поддержу. Не пожелаешь ли ты мне открыть имя своей избранницы? Всегда твой Сириус». «Здравствуй, дорогой крёстный! Советую тебе присесть, прежде чем читать это письмо дальше, потому что то, что я скажу, может тебя шокировать. Во-первых, чувства, если и возможны, то только с моей стороны (но в этом мне даже самому стыдно признаваться), во-вторых, всё это был несчастный случай, в-третьих, мой омега – парень, который меня ненавидит, в-четвёртых, это Драко Малфой. Как итог, мы с ним даже не общаемся, а при стычках пытаемся друг друга покалечить, но от метки нам никуда не деться, и раз в месяц происходит то, что происходит. Разумеется, это тайна, о которой не знают даже Рон с Гермионой. Посоветуй, что мне делать? Я так понимаю, что от метки избавиться невозможно? Если так, то как можно хотя бы немножко начать нравиться своему врагу? Кстати о врагах, Снейп – единственный, кто в курсе дела. Искренне твой непутёвый крестник, Гарри». «Здравствуй, дорогой крестник! Ох, Гарри... Малфой!? Серьёзно? Уж лучше бы хвосторога, честное слово! Сочувствую, Гарри. Даже не знаю, что тебе посоветовать. Понравиться врагу. Это сложно. Чтобы нравиться нужно хотя бы что-то, кроме одного раза в месяц, ну, ты понимаешь, о чём я. Постарайся наладить с ним общение. Ведь вы оба сейчас в безвыходной ситуации. Про возможность снятия метки ещё почитаю, может, что и найду. А с какого вообще Нюниус в курсе? Всегда твой Сириус». «Здравствуй, дорогой крёстный! Это долгая история. Если вкратце, то Малфой не знал, что он омега, а когда у него всё-таки началась течка, я оказался по близости, ну и не сдержался, да ещё и пометил. А Снейп потом Малфоя лечил. Вот. Выходит, что я виноват, а Малфой – жертва обстоятельств, из-за этого он ненавидит меня ещё сильнее. Пытался с ним заговорить, но получил только новую порцию презрения. Что там со снятием метки? С нетерпением жду ответа, Гарри». «Здравствуй, дорогой крестник! Во-первых, ты ни в чём не виноват. В нормальных семьях с детства проверяют принадлежность наследника. Так что это вина Малфоя старшего и только. Во-вторых, поискал про снятие метки. Ничего. Ни зелья, ни заклинания не снимут её. Придётся вам всё-таки породниться и всю жизнь прожить бок о бок. Пока смерть не разлучит вас. Да, метка сходит только после смерти омеги. Но убивать его я бы всё-таки не советовал – Азкабан не самое приятное место, уж поверь мне. Будут ещё вопросы, пиши. Всегда твой Сириус».

***

– Мистер Малфой, задержитесь, прошу Вас. – Профессор, – Драко учтиво кивнул, хотя тон Снейпа ему совсем не понравился. Как только они остались наедине, Снейп нахмурился ещё сильнее обычного. У Драко от его тяжёлого взгляда засосало под ложечкой. – Мистер Малфой, – крайне официально начал зельевар, – Некоторое время назад я принял непростое решение и отослал письмо Вашим уважаемым родителям с просьбой посетить Хогвартс, – Драко после его слов спал с лица, – Однако, принимая во внимания всю сложность Вашей ситуации, я взял на себя смелость пригласить только Миссис Малфой, оставив пока Вашего отца в неведении, – Драко позволил себе выдохнуть, – Конечно, Вы понимаете, что это ненадолго, – Снейп окинул Малфоя долгим испытующим взглядом. – Понимаю, сэр. – Что ж, в таком случае, прошу Вас проследовать за мной. – Здравствуй, мама, – почти спокойно поздоровался Драко, входя в комнату. – Здравствуй, милый. Как ты? Северус сказал, что ты попал в какую-то непростую ситуацию, – Нарцисса была лишь слегка взволнована. – Тебе лучше присесть, – серьёзно сказал Драко. От его тона Нарцисса заметно побледнела и послушно присела на краешек стула, ожидая худшего. – Что случилось? Драко вздохнул и без лишних слов оттянул ворот мантии, открывая взору метку. Нарцисса тихонько вскрикнула и прикрыла рот ладошкой. Долгую минуту она с застывшим ужасом смотрела на шею сына, а потом чуть слышно спросила: – Кто он? Кто твой альфа? – Поттер, – выдавил Драко, стиснув зубы. – Я убью его, – голос Нарциссы прозвучал холодно. – Поттера? – изумился Драко. – Люцуса, – взгляд Нарциссы стал злой и сосредоточенный, – Он был так уверен, что ты альфа, что даже не стал меня слушать, когда я настаивала на проверке. «Мой наследник не может быть омегой» – вот, что он мне тогда сказал. Самоуверенность губительна. И на этот раз его самоуверенность погубила тебя… И кто знает, сколько отчаяния скрывалось за этими словами? Она помолчала, ожидая пока натянутая внутри неё струна ослабнет, и наконец, произнесла: – Прости меня, Драко, – Нарцисса нежно погладила сына. В глазах её застыли слёзы. Она не заплачет. Драко это знает. Но от её взгляда внутри у него всё равно всё сжимается. Как же сильно он любит её… Как же сильно… Спасибо мама… Драко благодарно прижимается щекой к её ласковой руке. – Я поговорю с отцом, – уже совсем мягко продолжает она, – Ты ни в чём не виноват, мой мальчик. Это только наша вина. Но мы всё равно твоя семья и всегда тебя поддержим. Верь мне. – Я верю, мама, – его голос заметно дрогнул. Нарцисса нашла в себе силы улыбнуться. – Всё будет хорошо. Главное, прими себя таким, какой ты есть, – в глазах Нарциссы отразилась гордость, – В конце концов, чтобы стать Лордом Малфоем совершенно не обязательно быть альфой, важно не уронить достойное имя Малфоев. А что же касается Поттера… Как говорится «Обесчестил – женись». Уверена, что Поттер не самое страшное, что могло случиться в жизни. Драко кивнул. После разговора с мамой ему стало гораздо легче.