Под жемчужными парусами

Капитанская каюта выглядела странно. Небольшая, с каким-то жутко неудобным на вид подобием кровати в углу и несколькими круглыми иллюминаторами, она вызывала в девушке ещё большее чувство дикой опасности, чем заброшенная вещами верхняя палуба. Широкий стол из тёмного дерева, заваленный разнообразными бумагами, казался слишком массивным для такой скромной комнатушки. На стенах изредка попадались криво повешенные картины и карты, изрисованные непонятными символами. Мэй быстро отыскала на одной из них примерное расположение своего города. Сейчас, сидя напротив ухмыляющегося человека, девушка начинала осознавать, что её идее о побеге явно недоставало продуманности. Запястья, перетянутые жесткой верёвкой, болезненно саднили. — Ну что ж, Звёздочка, ты назовёшь своё имя? — парень, а по-другому Пайнс его попросту назвать не могла, откинулся на спинку стула, оценивающим взглядом пробегаясь по собеседнице. Девушка стушевалась: этот человек был всего на пару лет её старше, но при этом одним своим присутствием внушал чувство страха. Она хотела, действительно хотела показаться серьёзной и достойной личностью, а не ребёнком, случайно оказавшимся на торговом судне, но единственный глаз, в котором будто переливалось растопленное золото, смотрел слишком пристально. Он пугал девчушку даже больше, чем другой, скрытый треугольной повязкой. Но если правый просто прятал за собой нечто таинственное, то левый, казалось, вот-вот уничтожит незваную гостью, оставляя после неё лишь маленькую горстку пепла. — Элиса, — Мэйбл оторвала взгляд от связанных рук, расправляя плечи и стараясь не позволить голосу задрожать. — Меня зовут Элиса. Девушка, несмотря на свою врождённую способность попадать в неприятности, глупой не была. Она слишком хорошо осознавала своё положение сейчас. В её венах текла кровь аристократического рода, что уже как минимум в два раза повышало уровень опасности. Стоит кому-то узнать, что она «та-девчонка-из-Пайнсов», как её дальнейшее выживание будет определено количеством нулей в сумме, которую предложат родители за спасение маленькой дочурки. Мэй не хотела ставить свою семью в ещё более сложное положение. Может, если она предстанет перед врагами обычным ребёнком, всё обойдётся? — Э-ли-са, — капитан нарочито долго протянул выдуманное имя, ненормально хихикая. Девушка почувствовала, как по спине пробежал холодок, а крепко сцепленные в замок пальцы мелко задрожали. — Элиса, значит, да? Милое имечко для такой прекрасной леди, — Мэйбл показалось, что она заметила озорные искорки, скачущие в золоте чужих глаз. Показалось? — Расскажи же мне, Элиса, что привело столь юную особу на торговое судно? Девушка раскрыла рот, чтобы выдумать очередные детали своей «новой личности» на ходу, но парень лишь махнул рукой, взъерошивая светлые волосы: — Хотя кому какое-дело. Лучше посмотри, что я отыскал, Звёздочка! — он, подавшись вперёд, продемонстрировал собеседнице кулон с зелёным, искрящимся камешком. — Прекрасная работа, правда? Мэй застыла. Оберег, подаренный дядей. Капитан мотал им из стороны в сторону, позволяя насмешливой ухмылке расплыться на губах. Девушка внимательно следила взглядом за изумрудным камешком, не в силах сдвинуться с места. Он будто бы знал. Этот человек будто бы, чёрт возьми, знал. — Интересно, за сколько столь интересную вещицу выкупят коллекционеры? Они обожают что-то такое — необычное и яркое. Наверняка у меня получиться подбить их на невероятное количество золота. «Не смотри на неё так, Мэйбл, эта безделушка людям жизни спасает!» — Или лучше подарить её сиренам, как думаешь, Элиса? Ходят легенды, что эти отвратительные существа не в силах устоять перед блестящими безделушками. Было бы интересно проверить эти слухи на практике, правда? «Поговаривают, она демонов и прочую нечисть отпугивает». — Или может быть, — цепочка выскользнула из чужой ладони и камешек, звякнув, ударился о стол. В золотом глазе искрилось безумие. Мэй молчала. Капитан, хихикнув, резко подался вперёд, вгоняя лезвие взявшегося из ниоткуда ножа в деревянную поверхность, совсем-совсем рядом с украшением. Разбросанные бумаги и карты полетели в стороны. Девушка подалась назад, вжимаясь в спинку стула. Тело била крупная дрожь. — Лучше просто расколоть его прямо здесь и сейчас. Что скажешь, Э-ли-са, как тебе? «Давай, бери-бери, тебе нужнее. У меня вся лавка подобным забита». Мэйбл зажмурилась. Ей казалось, что всё сейчас происходящее — отвратительный, ужасный кошмар. Стоит ей закрыть глаза, вцепиться ноготками в светлую кожу чуть сильнее, и она тут же проснётся. Проснётся дома, в кровати, в любимой шёлковой рубашке и с мягким пледом под боком. Милая служанка принесёт утренний чай, а потом они с Диппером будут вместе смеяться за завтраком, перебрасываясь только им понятными шутками. Она проснётся и всё будет в порядке. — Разве тебя не учили, что игнорировать людей невежливо, Элиса? — чужой голос казался нарочито мягким, спокойным, вежливым, из-за чего руки дрожали пуще прежнего. Раскрыв глаза, Мэй застыла, наблюдая за тем, как капитан остриём ножа перекатывает зеленый камешек туда-сюда. — Мне кажется, идея просто прекрасная. Тебе она тоже наверняка нравится, да, Звё… — Прекрати! — девушка подскочила на месте, едва ли не теряя равновесие, и упёрлась связанными руками в поверхность стола. Нож застыл в руках капитана, всё так же державшего на своём лице эту насмешливую ухмылку. Мэй вдруг осознала, что её выкрик был слишком громким, поэтому поспешила продолжить, уже не настолько уверенно. — П-пожалуйста, не нужно. Я сделаю всё, что ты… — она осеклась, споткнувшись, — что вы скажете. Только пожалуйста, я прошу вас, отдайте украшение. Оно мне очень дорого, сэр, пожалуйста. Капитан удовлетворённо кивнул, убирая оружие со стола. Пайнс шумно выдохнула — получилось! Боже, получилось! Она и не верила, честно говоря, что её тирада к чему-то приведёт, думала даже, что сейчас разозлит пирата своим поведением — и всё. Резкая вспышка радости, сверкающая где-то под рёбрами, исчезла так же быстро, как и появилась. Капитан поднялся со своего места. Мэйбл сильнее вцепилась пальчиками в край стола. — Всё, что я скажу, это, конечно, хорошо, но давай начнём с малого, Звёздочка, — он вновь расплылся в ухмылке, приближаясь непозволительно близко к испуганному девичьему лицу. — Как поживает твой любимый дядюшка Форд?