Под жемчужными парусами

Мэйбл застыла, прижав к груди связанные руки. Сердце билось быстро-быстро, настолько, что, казалось, оно вот-вот выскочит, а сама девушка выглядела, словно запуганный кролик, готовая расплакаться. Она пыталась говорить себе, что всё будет в порядке, что ей нужно быть сильной и держаться, но это золото чужих глаз, блистающее какой-то проходящей насмешкой, буквально обжигало кожу, убивая любые зачатки уверенности. Пайнс здесь, в ловушке, на корабле с кучей пиратов, посреди океана и она нужна Биллу. Что вообще из этих двух фактов хуже?.. — Давай разъясним несколько вещей, Звёздочка, — Сайфер столкнулся с испуганным девичьим взглядом и шумно выдохнул. — Нет, можешь не беспокоиться за свою жизнь, тебя здесь никто не тронет, пока я не скажу. А я не буду ничего говорить, пока ты будешь вести себя, как подобает правильной леди в гостях. Уловила связь? Мэй поёжилась, отведя взгляд. Капитан не сдержал едкого смешка. Её это задевает. Он доволен. — Я не думаю, что тебя можно оставлять после темноты где-то, кроме моей каюты, поэтому будешь находиться здесь. Главное правило этого места: ничего не трогай. Уважай то, что принадлежит мне, и я буду уважать то, что принадлежит тебе, — он кивком указал на зелёное украшение, всё ещё лежащее на столе. Пайнс поспешно закивала, будто бы выходя из транса. Её такой вариант устраивал. — Что ещё можно сказать? Не забывай, где ты находишься, и кто тебя окружает. Не веди себя опрометчиво, Падающая Звёздочка, племянница Форда не может быть глупой девочкой. Соблюдай наши законы и проблем не будет. — Меня убьют, как только вы получите своё, да? — слишком резко начавшая Мэй остановила себя на полуслове, но фраза, сорвавшаяся с кончика языка, уже была сказана. Она не хотела говорить что-то настолько открытое, но сказала. Вот чёрт. Билл серьёзно посмотрел на девушку исподлобья. — Руки болят, наверное, да? — он достал нож из-за пояса и жестом попросил Пайнс дать ему ладони. Она послушно выполнила безмолвную просьбу, протягивая капитану истёртые жесткой веревкой запястья. Так и не получив ответ на свой вопрос, она молчала, теперь ещё более встревоженная, чем раньше. Резанув несколько раз ножом, Сайфер убрал его обратно и чужие руки наконец-то были свободны. — Так лучше. Ты можешь пока идти. Мэйбл осторожно поднялась со своего места, потирая саднящие запястья, и медленно поплелась к выходу, периодически оборачиваясь. У самых дверей девушка испуганно отскочила в сторону, едва ли не сшибленная неожиданно появившимся в дверном проёме человеком. Он был низким, намного ниже Билла или даже Мэйбл, коренастым и очень широким в плечах мужчиной лет сорока. Угрюмое лицо перечеркивал тёмный, рваный шрам, начало которого было спрятано где-то под длинными, тёмными прядями, что, выбившись из неаккуратного хвоста, хаотично спадали на лицо. Рубаха была расстёгнута вверху и перепачкана в багровых пятнах, Мэй очень старалась не думать о том, какого они происхождения, а висящее на поясе мачете дополняло пугающий пиратский образ. Пират поднял взгляд холодных, ледяных глаз на девчушку, заставляя ту тут же, пискнув, вылететь из каюты маленьким ураганом, захлопывая за собой дверь. — Рад видеть тебя в добром здравии, Эд. У меня есть хорошие новости, — мужчина буркнул что-то в ответ, плюхаясь на освободившийся стул и выжидающе глядя на своего капитана. Они были невероятно разными на вид, но ладили на удивление неплохо. — Кажется, у нас наконец-то появился реальный шанс надавить на Форда.

***

Как только за Мэйбл захлопнулась дверь из тёмного дерева, она осталась совсем одна. Остановившись на верхней палубе, она замерла. Казалось, будто бы все, кто только находился наверху, вдруг побросали свои дела, чтобы тоже замереть и уставиться на девчушку, словно на маленького невиданного зверька. Корабль выглядел просто огромным и на каждом его конце были люди, занятые своими делами: кто плёл узлы, кто драил полы, кто рисовал карты, а кто просто сидел, перекидываясь словами с собеседником. Вся эта шумная жизнь была невероятно привлекательной, но всё ещё до боли в животе пугающей. Пайнс поёжилась, переводя взгляд на голубое небо с крупными пушистыми облаками. Всё будет хорошо. Всё будет в порядке. Её никто не тронет. Всё… Всё будет хорошо. Будет ведь, да? Подойдя к борту, Мэй чуть перегнулась вперёд, смотря на волны, шумящие где-то внизу. Морской воздух трепал её и без того запутанные волосы, а саднящая боль в запястьях не давала безвозвратно уйти в свои мысли. Подняв взгляд от воды, девушка перевела его вперёд, на размытый горизонт, за которым скрывалось множество загадок и тайн. Пайнс поймала себя на мысли, что, если бы не отвратительные обстоятельства, она была бы невероятно счастлива сейчас, обретя фантомную свободу, за которой и выдвинулась из дома. Иронично. Шататься по палубе, среди занятых чем-то моряков совершенно не хотелось, поэтому буквально через пятнадцать минут смотрения в бесконечную даль Мэйбл нашла приют между двумя огромными бочками: устроившись в незаметном уголке между ними, она осела на пол, прижав колени к груди и уткнувшись в них носом. Так окружение казалось более безопасным, да и одиночество помогало привести в порядок голову. Пайнс сидела, наблюдая за снующими туда-сюда пиратами, и думала о том, что Билл был прав: несмотря на то, что некоторые взгляды задерживаются на девушке чуть дольше положенного, никто даже не пытается её задеть или тронуть. Этот факт радовал. Прикрыв глаза, Мэй шумно выдохнула, расслабляясь. Девушка не знала, сколько так просидела, но в один момент она почувствовала чьё-то невесомое прикосновение к плечу и тут же очнулась от лёгкой дремы, вжимаясь в стенки бочек от внезапно накатившего страха. Прямо перед ней, присев на корточки, сидел молодой полноватый пират, может, на пару лет её старше. Он легко улыбался и что-то говорил, но Пайнс пришлось применить невероятное количество усилий, чтобы прийти в себя от столь нужного сна и начать воспринимать информацию на слух. — Хэй, ты главное не бойся. Я не хочу сделать тебе больно или что-то такое, ты просто так одиноко сидела… — он неловко взъерошил короткие рыжие волосы, из-за которых его лицо выглядело ещё более широким и полным. Мэйбл застыла, всё ещё раздумывая стоит ли ей отвечать, но после шумно выдохнула, протирая глаза: будь, что будет. — Я не одиноко сидела, я просто отдыхала, всё… всё в порядке. — Я подумал, — парень продолжал, — что, раз ты не ела с самого раннего утра, ты, может быть, голодна, так что… — он протянул девушке небольшую булку хлеба с несколькими кусочками вяленого мяса и массивную кружку с чаем. В любой другой ситуации Пайнс бы сто раз подумала, взвесила все «за» и «против», подсчитала бы, как Диппер её учил, вероятность того, что еда отравлена. Но это всё в любой другой раз. Сейчас она с горящими глазами приняла предложенную еду, уплетая её за обе щеки. От всего происходящего она совсем забыла о том, что действительно не ела уже долгое время. — Я присяду, да? — парень кое-как опустился на пол, неслышно кряхтя. Он скорее неловко плюхнулся рядом, а не осторожно присел. — Спасибо большое за еду! — вдруг вспомнила Мэйбл, на ходу пережёвывая солёный кусок мяса. Несмотря на то, что для неё такая пища была крайне непривычной, она всё равно была рада: хоть что-то. Парень лишь махнул рукой, улыбнувшись. — Это моя работа здесь — снабжать людей едой. Я местный повар, Оливер, — он протянул широкую ладонь с короткими толстенькими пальцами девушке, и она, окинув его взглядом, пожала чужую руку и, стараясь не чавкать, поспешила ответить. — Я Мэйбл. Рада знакомству.