мальчики налево, девочки направо

За неделю расследование никуда не продвигается. Бакуго в принципе ничего особо и не ждал, ведь это как у змеи ног, теперь хер найдешь кого. В реестре злодейских квирков тоже нет никого, кто мог бы менять пол прикосновением или хоть силой мысли. С отсутствия новостей Киришима ощутимо расстраивается, хорохорится для виду, но Бакуго-то видит, что нос повесил. На такие случаи Урарака верно подбрасывает ему одну идейку. — Пошли на свидание, — как бы между делом предлагает он, пока Киришима укладывает хаер перед зеркалом. Сегодня у них две контрольные и срез по инглишу, и вообще поводов для волнений хватает, но маленько разрядить обстановку тоже надо. Так-то они встречаются и ни разу на свидании не были, а тут как раз случай подвернулся. У Киришимы до сих пор нет нормальных шмоток на повседневку. Ну, мама насобирала ему с собой какие-то дурацкие сарафаны да пару шорт, но для них у него слишком длинные ноги, и вся его шикарная корма напоказ. Поэтому в общаге он туже затягивает шнурок на трениках да залазит в Бакугино оверсайз худи, а гулять они ни разу не выходили. Обуток у него тоже нет, кроме школьных лоферов. В среду после школы они в темпе бросают сумки в комнате и все равно гребаных полчаса ждут Дэку с Ураракой. Бакуго не успел предупредить его, что свидание двойное, но так уж вышло, эти двое сами навязались. Дэку срочно надо что-то там из спорттоваров, Урараке присралось выбирать купальник уже сейчас, хоть до лета целый месяц. С ее подачи Киришима как-то прикольно завязывает футболку узлом на животе. Смотрится рил лучше, нежели мешком. — Ну камон, Круглянка, хули копаетесь там? — Бакуго долбит ей в дверь кулаком и тут же до него с опозданием доходит, что это как минимум стремно, вот так ломиться к паре. Даже если они правда копуши. Когда они с Киришимой зависают вдвоем, весь этаж на цыпочках ходит. Они все ж выходят, молча обуваются второпях и глаз не поднимают. Бакуго тоже решает не говорить, что у Дэку пуговицы на рубашке неправильно застегнуты. По дороге в Кияши-молл он прикидывает, как бы тоже взять Киришиму за руку половчее, потому что они все еще почти одного роста и это не очень удобно. У этих-то карликов дэкурака чуть впереди такой проблемы нет, разница в дециметр позволяет. Бакуго изхищряется так и эдак и в конце концов просто тянет его к себе за талию. Так лучше. И всякие левые мужики меньше на него пялятся. Шароебиться с ним по магазинам Бакуго не любил изначально, потому что ему то жрать, то в туалет приспичит, то туда заглянуть, то сюда за какой-нибудь херней типа влажных салфеток. Они договариваются встретиться через час в KFC на фудкорте и разделяются. Первым делом Киришима тащит его в H&M. Всплывает еще такой нюанс — на статную девушку ростом сто семьдесят как-то тяжко найти вещи по фигуре. Бакуго таскает все размеры с торгового зала и в итоге под шумок пробирается к нему в примерочную. То, что подходит сверху, велико в талии, а в джинсы с нормальной высокой посадкой у него не влазит жопа. Бакуго помогает ему натянуть скинни, прыгает вместе с ним, пока штанины не налазят со скрипом, в открытую ржет, оглядев его сзади. И еще он опять запутался с бюстгальтером, неправильно застегнул, вот и передавило. Бакуго самым коварным образом вжимается в него пахом. Вообще он никогда не страдал чрезмерной озабоченностью, а думал головой, даже когда хотелось головкой. Как-то ж они с Киришимой дотянули до второго курса со всеми этими томными взглядами и воспаленной платоникой, как-то ж Бакуго раньше обходился дрочкой в гордом одиночестве да дурной привычкой подслушивать, как Киришима делает то же самое через стенку. А теперь они офишиал пара, и у Киришимы дойки что надо, и вчера впервые попробовали орал, и Бакуго настигает проблема эрекций в наиболее неподходящее время и повышенная чувствительность в районе члена. И Киришима залипает на него с мечтательным видом на уроках, трется невзначай задницей, такой себе нимфоман. А Бакуго так-то хотел просто лямку поправить. В процессе выясняется, что Киришима даже наклониться в этих узкачах не может. В результате перемеривания полмагазина Киришима хапает где-то в закромах джинсы mom с посадкой выше пупка, и на удивление они как раз норм обтягивают ему бедра и слегка не достают до щиколоток. Бакуго покупает ему голубые и черные, кидает до кучи топик и укороченную толстовку. Естественно, Киришима прет все пакеты сам. В обувном заруливает сразу на кассу с коробкой красных вансов тридцать седьмого размера, хоть Бакуго и топит за лоферы. Они поспевают на встречу в «кифасе» вовремя, но пара гномов уже ждет их. Дэку таращится на Киришиму с офонаревшим видом, и то неудивительно, потому что Бакуго заставил его переодеться из трико и тем самым обрек на всеобщее внимание. Теперь он выглядит прям, ну. Как девчонка. Самая настоящая. Он по привычке прикрывает грудь скрещенными руками. — Тебе идет, Киришима-кун. — Урарака пытается приободрить его, но по-настоящему Киришиму приободряют только Бакугины неумелые комплименты. А Бакуго на них не то чтоб щедрый. Он покупает Киришиме шаву и мороженку Twix, чтоб как-нибудь замять момент.

***

Постепенно Киришима отмерзает и свыкается с необходимостью сдвигать ноги в метро, а не сидеть, развалив рогатку на два места. У него даже получается ходить по-женски, не с прежней устремленностью паровоза и маханием руками во все стороны, а легко, чуть семенящим шагом. Он легче стал во всех смыслах, и в отношении к самому себе в том числе. Все чаще Бакуго палит его за припадками любований в зеркало. У него очень приятное довольное собой выражение. Совместные ночевки плавно входят в порядок вещей. — А ну, иди сюда. Нетерпение в его взгляде тоже новоприобретенное, почти лихорадочное, что ли, и он подсаживается обратно на кровать к Бакуго, чинно складывает ладошки на коленях и с будто б удивленным видком наблюдает, как Бакуго запускает руку к нему под юбочку. Комплекс по поводу длины помаленьку отпал, и теперь Киришима прям как специально натягивает ее повыше, когда они наедине. Бакуго не скрывает нцовых намерений в его сторону. — Катсуки, ну на урок же опоздаем? — Киришима типа возмущается, а сам дышит часто и чуть разводит бедра, чтоб Бакуго погладил черную шерстку под его бельем. Бакуго все равно настаивает, лезет с поцелуями, обсасывая его белую шею. Склонность мокнуть и припухать как надо Бакуго тоже относит к перкам его нового суперохуенного тела. Они не опаздывают на урок, потому что у Бакуго все заебись с тайм-менеджментом и, как выяснилось, невероятно умелые пальцы. Киришима возвращает ему сторицей после занятий.

***

За неимоверную наглость врываться без стука Каминари получает знатных пиздов в двойном размере и долго дымится, корчит из себя коротнувшего дурачка на потеху Джиро. Бакуго для верности отвешивает ему батиного леща и оставляет вверх ногами за диваном, а Киришима вон даже и не смутился. Ну ясное дело, когда-нибудь бакусквад узнал бы, что они ночуют вместе. Правда, Бакуго надеялся, что это произойдет где-нибудь накануне их с Киришимой бракосочетания, но что уж поделать. К его пущему ахуенезу их даже никто не дразнит. Мина пожимает плечами, типа такая «я все знала», как ни в чем не бывало зовет Киришиму подпилить коготки, Сэро тоже не придает особого значения, а на первом курсе они, блять, загнобили Бакуго за тот случай в Камино. Киришиму тоже троллили нещадно, он даже как-то расплакался, что сам себя не понимал, какие уж там только-только проклюнувшиеся чувства. Потом как-то все потеряли к ним интерес и переключились на Дэку с Круглянкой. Там слоуберн вообще пиздец был. — Чего делаете? — Бакуго тоже напускает привычный угрюмый вид и подходит к ним с кухонной зоны, опирается на спинку дивана. Киришима показывает ему обработанную руку, и Бакуго подмечает так же, что Мина слегка его подкрасила. С тушью глазищи его кажутся еще больше, Мила Кунис отдыхает. И еще он наконец победил свою привычку грызть ногти. Мина деловито маникюрит другую его лапку. — Норм? — Он чуть наклоняет голову, и за прошедшие три недели Бакуго слышал вот это его обеспокоенное «как тебе?» уже стописят раз, и всякий раз ему нравилось. Не считая того случая, когда Киришима примерил футболку под платье. Более убогого тренда Бакуго в жизни не встречал, но Киришиме, к счастью, тоже не зашло. Вместо ответа Бакуго наклоняется, чтоб клюнуть его в щеку. Ему тоже стало гораздо легче с проявлением аффекции. Во многом потому, что у них все ж адекватные друзья. Ну и просто мимо Киришимы он не может пройти спокойно. — Уруру, такие милашечки, — журчит Мина, пихая Бакуго локтем, чтоб отвалил и не мешал процедуре. Бакуго абсолютно беззлобно велит ей захлопнуться. Класс тоже приспосабливается к новым расстановкам. Бакуго помнит, как Киришима парился по поводу своего квирка в том году, но теперь как-то все посвободнее стало — Киришима маневренный и научился двигаться изящно, и это смешно даже, грация каменной скалы и внешность фитоняшки в одном флаконе. Все общаются с ним как прежде, он все такой же дружелюбный и открытый. Хороший друг, внимательный одноклассник. Образцовый герой. Любимый человек Бакуго. — Оп. — В душе он подкрадывается к Киришиме неожиданно и прижимается грудью к спине, чтоб членом соскользнуть ему меж бедер. Киришима пугается и обзывает его дураком, а сам выгибается, наклоняясь ниже. Бакуго крепко жмет его к себе за талию, мажет вульву головкой. — Скучаешь? — Спрашивает он зачем-то и тут же прикусывает язык. Киришима смотрит вниз на его стояк промеж своих ног, осторожно водит пальцем. Он тоже возбужден, Бакуго чует. Склизкий весь от смазки внизу. Это такой себе вопрос, не к месту и невовремя. Понятно же, никому б не было комфортно с внезапной переменой пола. Это нормально, стремиться к постоянству, это по-человечески. И бояться по-человечески, и отторгать. Киришима накрывает твердый член его ладонью, стягивает крайнюю плоть, играясь. Ласкается недолго и тут же уверенно направляет Бакуго в себя. — Нет, — отвечает он, чуть приподняв таз и подавшись к нему. Бакуго все равно не двигается. Нет, значит. Ну и славно. Если они смогут освоиться с таким положением дел, будет не так страшно, если виновного не найдут. Если Киришима сможет себя такого принять. Бакуго-то принять он давно готов. — Давай не в общаге, — шепчет Бакуго ему на ухо, чуть куснув мочку. Киришима недовольно цокает и все ж трется о него жопкой, но соглашается на куник с продолжением в комнате. Вообще Бакуго со всех сторон прав и так правда будет лучше, ибо у кое-кого из сквада тупорылая привычка вламываться в неподходящее время, да и стенки тут тонкие, а их первый раз — случай весьма особенный, его запороть нельзя. Бакуго хочет, чтоб нормально все было, теплая постель, презервативы и они вдвоем в пустой хате. Киришима тоже считает, что торопиться некуда, только строит из себя обиженку. Ну, Бакуго дает ему позлиться вдоволь. Он чем злее, тем краше, хоть потекшая от воды тушь выглядит не очень. Они заканчивают быстро, в темпе вальса. Тикать приходится тоже оперативно, а то всем пацанам срочно приспичивает мыться. Счастливой Киришиминой лыбой они случайно освещают общажные коридоры.

***

— Да ну нахуй? — Катсуки, не ругайся. Как тут не ругаться, когда такая несправедливость, Киришима не поясняет. И нет, у Бакуго баттхерт вовсе не потому, что он не умеет проигрывать, а потому что ебучий Дэку как-то смухлевал и не сознается. А Бакуго априори мастер во всем. Даже в «Монополии», в которую ни разу не играл. — Каччан, не злись, — примирительно уговаривает его утырок, приглаживая кудри пятерней. У него с малолетства дебильная повадка так делать, когда он смущается или нервничает. Бакуго закатывает глаза и вполне без психу откладывает игрушечные купюры обратно в банк. — Нужен матч-реванш! — Киришима жизнерадостно вскидывает кулак вверх, и у него от движения сисечки колыхаются под майкой. Бакуго лежит у него на коленях и вовсю мечтает уткнуть нос ему в декольте. — Я больше в этом не участвую, — категорически заявляет он, отворачиваясь на постели лицом в его живот. Киришима с Дэку переглядываются, пытаются завлечь его хоть челленджем в дженгу, но он не реагирует. Заебись, и ржут над ним втихаря. Ну что за. — Пиццу привезли! — Чирикает Урарака с порога, заносит горячие коробки и ставит на стол. Какой черт дернул Бакуго согласиться провести с ними воскресенье, для него самого так и остается загадкой. Ну, он молчит и не отсвечивает остаток вечера, чисто чтоб Киришиму не расстроить, да. Дэку смотрит на него с каким-то странным полунедоверчивым выражением, тихонько улыбается про себя, обмениваясь с Ураракой долгими взглядами. Бакуго достаточно привык к их компании, чтоб не беситься на каждое его лишнее движение, как раньше было. Вообще они часто стали тусоваться парами, с тех пор как они с Киришимой это самое. Стали парой, собственно говоря. Урарака всегда лезла к Бакуго со своими советами, дурында бесстрашная, Дэку знает его лучше всех, как облупленного. Что-то есть в них такое комфортное, что-то домашнее, как у всех давно устоявшихся пар. Привычки быть вместе, пальцы вот эти переплетенные, скилл выносить друг друга в любую погоду, до которого им с Киришимой еще встречаться и встречаться. Бакуго тоже смотрит на них украдкой, помаленьку учится новому. Например, что можно вот так удобно развалиться на своем партнере. Выяснилось, что женские бедра очень мягкие и удобные под головой. — Хули вылупились? Карлики, — ворчит он, по-царски откусив свою ультраострую пиццу. Дэкурака синхронно отворачиваются, и Бакуго думает, что они похожи. Оба большеглазые, неловкие в повседневной жизни, переглядываются что-то там с умными лицами, тянутся за одним и тем же куском и краснеют. Рил пара садовых гномиков, блять. Match made in heaven. Под пиццу Киришима включает с ноута зомби-ужастик, Урарака приносит всем красный чай с кухни. С Киришиминой подначки Бакуго все ж признает, что матч-реванш, так уж и быть, не нужен.

***

Как-то понемножку Киришима начинает подкрашиваться каждый день. Бакуго заходит за ним перед уроками, когда они ночуют раздельно, частенько ловит его за прихорашиваниями, с подводкой и какой-то замазкой синяков под глазами. Раз они с Миной запираются секретничать, и Киришима выходит к нему с кривовато намалеванным свистком. Красного цвета, естественно. После киносвидания Бакуго отводит его в магазин косметоса. Женских вещей у него тоже становится больше. Сперва это невнятные балахонистые худи и футболки прямого кроя, потом он входит во вкус и сам одевается получше, чтоб талию было видно и сухой рельеф пресса. Бакуго не очень нравится, что на него так пялятся все кому не лень, но раньше он вообще круглосуточно насался топлесс и ниче. Теперь хоть все прикрыто, слава небесам. Бакуго даже удается уговорить его сменить рюкзак на шопер. — Ну Катсуки, — выпрашивает он, призывно выпятив филейную часть. Его велюровые домашние шортики откровенно сводят Бакуго с ума, но уроки сами не сделаются, а этому недоискусителю лишь бы плотские удовольствия. И дефлорация вот прям щас сию секунду за идею фикс. Бакуго смачно шлепает его по заднице и велит не раскочегариваться особо. — На следующих выходных, не на этих, — в сотый раз повторяет он. Уже подсуетился и организовал предкам поездку на онсэн. Честно сказал, что привезет Киришиму на ночь, и мамка с батей знают про его ситуацию. Ну вот эту, когда третий размер и дополнительное отверстие в теле. Ясное дело, старая карга уже заебала его своими несмешными приколами. Киришима артистически вздыхает, с видом истовой страдалицы садится за матан. Бакуго понимает, что на уме у него нет ничего приличного и уж точно не интегралы, отвешивает ему любовный подзатыльник и все ж целует в качестве аванса. После ужина у них в программе шестьдесят девятая, но Киришиме пока знать необязательно, а то так нихуя и не сделает. Уже почти месяц он в женском теле. Групповой чат: bakusquad (КИРИБАКУ КАНОН) Создал(а): PinkaMina_Pie Участники: PinkaMina_Pie, wanta_hanta, pikapika, Red_Riot, blasty_mcspl0de (18:12) pikapika: sco pa tu MANAA (18:13) wanta_hanta: заеал уже всех))))))).000 (18:13) pikapika: ноп )))))00000000000111, а воще го в караоке ты платишь ヾ(´〇`)ﾉ♪♪♪ (18:13) wanta_hanta: вот ето поворот хм ну ок (͡° ͜ʖ ͡°) пинки с нами? (18:13) PinkaMina_Pie: е бой шаркбой хапай лавагерл го шариться (18:14) Red_Riot: мы уроки делаем ( (18:14) pikapika: 🙄 пездец (18:14) wanta_hanta: LAAAAAAME XD (18:14) PinkaMina_Pie: ну рили? (18:15) blasty_mcspl0de: пиздуйте сами. (18:15) pikapika: батя в здании (18:15) wanta_hanta: (((((((бля контроша завтра точно ска (18:15) pikapika: БЭМ БЭМ БЭМ БЭМ (18:15) PinkaMina_Pie: ааааа (18:15) PinkaMina_Pie: прикрепил (а) 1 фотографию (18:15) PinkaMina_Pie: бл (18:15) blasty_mcspl0de: вот именно. (18:15) pikapika: ну качанн Каччан 🙏🙏🙏🙏🙏🙏🙏🙏🙏🙏🙏🙏 (18:15) blasty_mcspl0de: нахуй иди (18:15) pikapika: нахуй или в ПИЗДУ ∠(ᐛ 」∠)＿ 😏😏😏😏😏😏 (18:15) blasty_mcspl0de: блЯЯЯЯЯЯЯТЬ (18:16) PinkaMina_Pie: ран форест ран Study date проходит как всегда весело. Дебилы подваливают втроем за шпорами.

***

В воскресенье утром происходит не совсем приятный казус. Бакуго просыпается от резкого крика за стенкой и нихуяшечки сперва не втыкает. Потом его настигает страх. Он вскакивает с кровати прям в трусах и вылетает в коридор без тапок, пинком распахивает Киришимину дверь с такой силой, что аж петли скрипят. Киришима сидит на постели, завернувшись клубком в одеяло, и чего-то то там жалобно всхлипывает. — Эй, ты чё? — Бакуго опускается перед ним на колени, берет за руку. Может, кошмар какой приснился. Ничего подобного не было ни в одну из их совместных ночевок. Киришима взъерошенный со сна и то ли тоже тупит, то ли так сильно напугался. Он не смотрит прямо, только носом шмыгает, и у Бакуго с беспокойства сердце ебашит. — У меня кровь, — мямлит он, прикрывая рот ладонью. Секунду Бакуго бестолково моргает, а потом тревога отпускает его. Месяц же прошел, все сходится. Фух, блять. Всего-то. Чуть до инфаркта не довел, полудурок. Бакуго резко откидывает угол одеяла, и точно — по белоснежной простыне расползается свежее красное пятно. Запах крови всегда привлекал его, будто ищейку, но от Киришиминой солоноватой его слегка подташнивает. Он встает, медленно выдыхает, успокаиваясь. — Блять. Ты совсем тупой, да? Рил волосы вместо мозгов. Вообще он не хотел грубить и конфузить Киришиму дальше, но серьезно же. Киришима непонимающе таращится на него. — Месячные у тебя! — Торжественно объявляет Бакуго. Киришима озаряется осознанием в слоу-мо, один-в-один ленивец из «Зверополиса». — Иди мойся. Я сейчас. — Бакуго отправляет его в туалет застирывать белье, а сам быстро меняет постельное и возвращается к себе за штанами. Еще рано, но, может быть, повезет. В комнату Урараки он даже не стучится, а так, скребется мышенькой одними ногтями, хотя привык долбиться и громко орать, чтоб она пошевеливалась со сборами. Но сегодня воскресенье, вся общага еще дрыхнет, и это ему срочно надо, а не ей, поэтому он прикидывается вежливым. За дверью доносится шорох, потом шарканье тапок. Бакуго вдруг стыдно за свой голый торс. — Йо, Кругляш, — тихонько шепчет он, стоит ей высунуть свой розовый нос в коридор. — Есть прокладки? Урарака хмурится озадаченно и тоже тормозит малость, а потом до нее доходит. Она тут же ныряет в комод и достает ему полную пачку с четырьмя капельками, спрашивает, надо ли тампоны. В комнате у нее еще темно, и пижама на ней с принтом из кроликов, и на кровати ее спит Дэку. С коридора похоже, что это просто подушка в виде гигантского брокколи, а не его кучеряхнутая башня. — Отдам две. Спасибо. — Обращайся, Бакуго-кун. — Она зевает в кулак, лыбится ему сонно, и Бакуго бежит, блять, наутек от этого щемительного теплого чувства благодарности, заворачивает за угол и ныкается в безопасности комнаты. Ну их нахер, дурацкие бабы. Запах Киришиминой крови никуда не выветрился, стал только отчетливее. Киришима люто смущается, но от помощи не отказывается. Бакуго хочет приголубить его, закомфортить хоть как-нибудь, но он грустнеет на глазах и нерешительно разворачивает прокладку. Она большущая, как матрасик, мягкая, с ароматом какой-то хуйни типа ромашки. Разбираться опять приходится на ходу. Вообще Бакуго всю жизнь полагал, что их надо лепить клейкой стороной к шмуньке, а инструкция говорит, что на трусы. Вдвоем они с Киришимой едва ли не по компасу определяют, где перед, а где зад, расправляют крылышки и почти идеально садят ее, чтоб ничто нигде не протекло и не мешало. Киришима тут же пачкает ее кровью. Садится на кровать, с непривычки никак не может удобно устроиться на таком батуте. Бакуго заставляет его надеть теплые носки и нападает с обнимашками. — Живот болит, — жалуется он, почесав нос о Бакугину ключицу. Вообще Бакуго лазил в интернете и вычитал, что это вроде как норма и очень хорошо, значит, у него все работает как надо и нужных гормонов хватает. Но охота ж утешить его. Он валит Киришиму на лопатки, укутывает в плед и строго-настрого запрещает вставать. Только писать, если приспичит. — Хочешь что-нибудь вкусное на завтрак? Киришима поворачивается к нему, замотанный пуще той гусенички, и вот оно, выражение абсолютной вселенской любви со дна красных глаз его, и он обдает ею Бакуго сверху донизу, как собаки облизывают своих ненаглядных хозяев. От этого выражения у Бакуго опять щемит грудину. Будь его воля, он вовек бы не отходил от Киришимы Эйджиро. — Шоколадку «Риттер Спорт». С кокосом. И анпан. Рамэн еще. Колбасу какую-нибудь. Ну, что он горазд пожрать, Бакуго знал с самого начала, но что у него откроется такой жор в менструацию, не мог даже предположить. С магаза он возвращается с огромным мешком всякой снеди и ни в какую не разрешает ему слупить все сразу, даже шоколадку и то дольку. Киришима не обижается. Весь день они нихуя не делают, просто валяются в обнимку и смотрят видосы про женскую репродуктивную систему на YouTube. — Напугал меня с утра, придурок. — Бакуго грызет его за ухо и выкидывает шуршащие пакетики из-под анпанов за борт кровати. Пусть сам прибирает срач, когда полегчает. Киришима урчит по-кошачьи и сверкает отвердевшими сосочками сквозь Бакугину старую футболку. — Извини. — Он усмехается немного печально, морщится, стоит новому спазму в низу живота кольнуть его болью. — Что-то не сообразил. Бакуго собирается возразить, что главное соображало здесь у него, и что на самом деле он готов хоть до конца своих дней менять ему затычки и отстирывать кровавые сопли с простыни за ним, но Киришима наверняка это знает. Это про взаимоуважение, тема всех пар, и старых, и только-только образовавшихся. И взаимовыручку. Дружескую в том числе. Дружить-то его научил именно Киришима, это потом уже их торкнуло, что их история нихуя не про дружбу. Бакуго по-хозяйски мацает его за задницу, осторожно ощупывает толстенький край прокладки под бельем спереди. Ну, течка так течка, это ж нормально, хули. Киришима тянется под подушку за шоколадиной и съедает все в одиночку. (15:48) deku: Каччан, вы как? (15:54) blasty_mcspl0de: да пиздос блять красная армия в наступлении (15:55) deku: пиши если что (15:55) blasty_mcspl0de: ок (16:17) blasty_mcspl0de: спасибо.

***

Киришима кончает течь только через три дня, на четвертый слабо мажет, а на пятый все полностью прекращается. Зато у него начинается нервная трясучка, потому что настают те самые выходные, когда Бакуго планировал привезти его домой. С ночевкой и всеми вытекающими. Коробочка презервативов давно валяется у Бакуго в сумке. Киришима не говорит вслух, но мандражирует так, что за километр видно. Бакуго не выпытывает у него, чего разволновался, потому что сам переживает не меньше, только наружу это не пускает. По пластырям на Киришиминых лодыжках он враз просекает, что рыжий дурачок попробовал брить ноги в душе и от нервов весь изрезался. Ну, в ближайшее время Бакуго тоже немного его покоцает. От одной мысли он не в силах усидеть спокойно. В субботу на занятиях вся физика с матаном проходят мимо него, да и куда там — тут такая химия, с ней не потягаешься. Киришима шлет ему воздушные поцелуи со своего места и красноречиво обсасывает кончик карандаша, и полдня они переписываются в лайне и одновременно получают выговор от сэнсэя, весь обед сосутся в столовке, прикрывшись пустым подносом. Сквад проявляет максимум тактичности и не лезет к ним, хотя обычно они едят впятером плюс минус дэкурака или Джиро. Сегодня от них двоих будто так и прут феромоны. — Скорей бы вечер, — невзначай роняет Бакуго, лизнув милого под ухом. У Киришимы весьма чувствительный подбородок и по шее дрожь идет от прикосновений, и Бакуго не терпится его облапать, а то из-за этих месячных петтинг у них был целую неделю назад. Бакуго специально не дрочил, чтоб сегодня залить его с ног до головы. Киришима напускает ангельский непричастный вид, типа ни разу не провокация, и нежной ручкой гладит его вздыбленную ширинку. В общаге он наряжается как в последний раз — маленькая косметичка пошла в расход, накручен высокий хвост, все тряпки вывалены из шкафа на кровать. Бакуго не торопит его, просто наблюдает, как он пялит те самые мамские джинсы из «эйча» и выбирает к ним кроп-топ. Губы он подмазывает чем-то блестящим, и выглядит так, будто только что член изо рта выпустил. Этот новый красный лифак без лямок Бакуго тоже раньше на нем не видел. Ну конечно же, дома старая ведьма позорит его по полной и вкрай смущает Киришиму. Киришима мнется на пороге, весь розовый и застенчивый, ковыряет штрипку на поясе. Le maman тут же кидается на него коршуном. — Прелесть! Эй-чан, ну какая милаха! Она кошмарит его и тискает, осматривает всего полностью и дергает хвостик, вертит его так и сяк и даже умудряется проверить, настоящая ли грудь. Так-то настоящая, и Бакуго закатывается в фэйспалме, орет ей, чтоб отвалила. Батя робко выглядывает с кухни. — Здрасьте, — блеет Киришима, чуть одергивая топик. Старуха лезет щипнуть его за щеку, но Бакуго вовремя встает меж ними. Не музейный экспонат же, хули она приебалась. Бакуго еще тогда рассказал им, с самого начала. Ужин проходит более-менее адекватно, если не считать какую-то поебень вместо обещанного гюдона на столе. Мамка не шибко мастерица по части готовки, в отличие от Киришиминой матери, а в этот раз словно и вообще не старалась. Бакуго угрюмо тыкает палками сыроватый рис и на капсе требует от нее нормальное жорево. Острое, как положено, мясное, как Киришима любит. На столе красуется лишь тазик беспантового салата. — Приготовьте сами что хотите, я не успела, — отмазывается карга. Им скоро ехать, Бакуго чуть не споткнулся в коридоре о пару чемоданов. Киришима тоже без особого энтузиазма копается в тарелке. — Ну пиздец. От подзатыльника Бакуго уворачивается почти профессионально.

***

Родаки уезжают буквально через полчаса, и этого времени им хватает, чтоб вконец доебать Киришиму расспросами. Что да как, двигается ли расследование, каково ему в новом теле, что еще изменилось и насколько. Как родители отреагировали, а одноклассники, а учителя, а как с другими трудностями. Самое главное — как его вдобавок к такому стрессу угораздило окончательно сойтись с Бакуго. На это Бакуго шумно фыркает и гонит их в машину, а то ушатали уже своим пиздежом. Киришима улыбается и льнет к нему ближе на диване. — Не знаю, что б делал без Катсуки. — Он вздыхает и берет Бакуго за руку, переплетает с ним пальцы, кладет голову на плечо. Батя заметно умиляется, чувствительный ко всяким таким сентиментальностям, охуеть, мамка тоже закругляется с интервью и уносится переодеваться. Наконец-то их вдвоем оставят, ура. Бакуго сам утаскивает их багаж, чтоб побыстрее свалили. — Веди себя прилично, а то пиздюлей получишь, утырок. — На прощание его крэйзи мамаша все ж исхитряется дернуть его за ухо и навешивает кучу заданий типа посуду помыть. С такой несправедливости Бакуго охота что-нибудь взорвать, как раньше все их драки кончались, но он выбирает потерпеть и лишь огрызается. — Да ты головой поехала, старая? Я вообще джентльмен! Киришима с батей переглядываются и тайком хихикают. Солидарность это, что ли. Киришима ведь тоже однажды станет частью семьи Бакуго и в наследство примет от него роль медиатора. Бакуго едва ли не силком выпроваживает родителей за дверь. Без них становится очень тихо. Киришима неслышно подходит к нему и обнимает со спины. Горячий, челка колется. Все мысли у Бакуго устремляются в известное русло. — Хочешь есть? — Зачем-то спрашивает он. У него самого от волнения голод куда-то рассосался и сменился другим желанием, и Киришима пропускает смешок ему в затылок, скользит руками под футболкой, чтоб раздразнить. Так-то прав, ибо они не жрать сюда приехали, а по делу куда более ответственному и важному. Киришима разворачивает его к себе. — Не-а. Пойдем в душ. В душе Бакуго совсем перестает соображать, потому что мозгу крови не хватает. Киришима бойко жмет его грудью к стене, и они целуются и вовсю транжирят воду. Киришима не трогает его, но с собой играется, и Бакуго ловит его за руку, чтоб он захныкал, сам водит пальцы по скользким складкам и цепляет подушечкой клитор. От этого Киришима издает такой звук горлом, что Бакуго приходится себя сдерживать, лишь бы не оттрахать его прям в ванне. Они ж не лягушки. До комнаты на втором бегут наперегонки, и по дороге с Киришиминого бюста сваливается полотенце. На его белом теле порезы от станка выглядят почти картинно. Бакуго укладывает его под себя, пялится как в первый раз. Так-то это и есть их первый раз, и Киришима весь затекший, широко разводит ноги, собирает грудь в кучу — он и мохнатку слегка подстриг, а Бакуго вообще-то нравилась пушистая. С презиком он управляется на раз, потому что тайно репетировал. — Я сейчас резко запихну, а ты ври, что не больно, лады? — Он ложится на Киришиму сверху, мокро тыкается стояком. Киришима кивает с улыбкой, обнимает его за спину. У него такой счастливый вид, будто уже все, а вот Бакуго что-то не по себе. Все равно ж больно будет. Он направляет себя как надо и вводит одним движением. Секунду у него ощущение, будто засунул член в теплый тесный кисель, потом тупняк проходит, и становится просто туго. Киришима ойкает и крепче обхватывает его руками. Это отдельное новое чувство, как у него внутри все окончательно рвется. — Ну как? — Бакуго поддевает щеку его носом, опускается на локти. Киришима сводит брови, кряхтит с непривычки, но все ж принимает его целиком. У него слегка дрожат бедра. — Жить буду. Бакуго расценивает это как добрый знак. После они лежат друг на друге и даже не разговаривают. Бакуго рассеянно гладит его мягкую спину и все думает, что вот так и хотел бы провести свою жизнь. Не голой жопой на окровавленных простынях, нет. А с ним рядом. Всю жизнь. С Киришимой-парнем, с Киришимой-девушкой. Беситься в душе и серьезно соперничать на тренировках. Стать похожими, как дэкурака, тоже пожениться, как его сэнпаи. Может, впрямь родить ребенка. Или двоих. Так далеко у Бакуго устает думалка. Киришима сонно зевает, стряхивает с груди схватившиеся комочки семени, пока совсем не присохли. К числу сегодняшних открытий выяснилось, что Бакуго не может кончить в презервативе, поэтому пришлось под конец вытащить и забрызгать Киришиму сверху. Даже до лица немножко долетело. Бакуго вытирает белесую кляксу с его подбородка. — Ты ж вроде джентльмен, — острит Киришима, вновь вклинивая бедро ему меж коленей. Бакуго мажет сперму на губы его и дает облизнуть палец. У него опять привстает. — Завались. Киришима разворачивает еще один презерватив, карабкается на него сверху. Бакуго тоже потихоньку перестает стесняться.