Только бы быть с тобой

      Гений я или идиот — не знаю, ведь им обоим не нужен повод для того, чтобы делать то, что хочется. Но в этот момент я больше смахиваю на второго, чем на первого — прячась за каждым столбом. Происходи все вечером или ночью, моя задача остаться незамеченным была бы проще, но ярко светит солнце, на небе ни облачка, и я от всей этой беготни немного перегрелся. Пот течет ручьями, кружится голова и буквально полминуты назад появилась нечеткость зрения. А Джун все идет и идет, петляет подворотнями, спасающими меня хотя бы на некоторое время от палящего солнца.       Мне бы стоило повернуться и поехать домой, но этот мальчишка так долго добирается пешком: будь путь дольше, он поехал бы на метро или автобусе, так что, получается, место, куда он идет, уже недалеко. Мне надо потерпеть совсем немного, чтобы добиться своего…       Джун свернул за угол, и я скользнул за ним, думая, что там меня ждет очередная темная, лишенная губительного солнечного света подворотня. Но я ошибся: на небольшой расчищенной площади раскинулось летнее кафе с красными зонтиками и белыми пластмассовыми столами и стульями. Прятаться мне было не за чем, и я в легкой панике уселся за первый попавшийся столик. Вовремя — Джун в это время обернулся.       — Простите? — удивленно посмотрела на меня влюбленная парочка, сидящая как раз за этим столиком.       — Я на секундочку, не обращайте на меня внимания.       Я извернулся на стуле, полностью скрываясь за его спинкой, и в прорезь продолжил следить за размалеванным мальчишкой. Через столик от меня ему кто-то помахал, и Джун без каких-либо обычных человеческих проявлений радости подсел к знакомому.       Зонт славно скрывал меня от солнца, и четкость зрения ко мне вернулась. Я присмотрелся. За свой столик Джуна пригласил отнюдь не школьник, а взрослый мужчина с легкой сединой в волосах. Что ему может быть нужно от ребенка? Сидит, улыбается, руками размахивает — как только ни привлекает внимание Джуна к себе. Жаль, этот малолетний дьяволенок сидит ко мне спиной, и я не вижу его лица.       Мужчина пододвинул к Джуну конверт. Не мешкая, мальчишка открыл его и пересчитал деньги. За что он их получил, интересно?.. Взрослый пододвинулся вместе со стулом к школьнику, и я совсем напрягся. Какой-то мутный тип…       — А кто этот мужик такой? — шепотом спросил меня совершенно незнакомый парень. Он вместе с девушкой так же, как и я, сполз под стол, и теперь мы втроем наблюдали за Джуном.       — Не знаю, кто он, как раз хочу узнать.       — А мальчик? — сдавлено пискнула девушка, стараясь говорить как можно тише.       — А мальчика знаю.       — А мужик — преступник? — загорелся азартом парень. — Вы ведь следователь или типа того?       — Типа того.       — А мы помогаем Вам следить за опасным преступником? Мы потом…       — Да тише Вы! — шикнул я. — Не отвлекайте. Лучше смотрите в оба.       Они притихли, продолжая вместе со мной слежку.       Через столик от нас происходило что-то совсем сомнительное: Джуна уже гладили по голове и трепали по плечу. Почему он сидит и терпит? Не могу допустить, что ему подобное внимание нравится — как собаку, только что принесшую газету хозяину, благодарят. Джун бы такое просто так не стерпел. И кто знает, что будет дальше! Надо вмешаться.       Как ни в чем не бывало я вылез из-за кресла и отряхнул колени.       — Слежка окончена? — огорченно спросил парень.       — Да, пора действовать. Спасибо за помощь следствию.       Уходя от их столика, я слышал, как парочка восторгается уникальнейшим из всех свиданием, о котором будут вспоминать и в глубокой старости. Я почти дошел до столика Джуна, поддерживая полную незаметность, как…       — Следователь! — закричала мне в спину девушка. — До свидания!       Парень одернул ее, в полукрике объясняя, что так делать нельзя, но рыбка сорвалась с крючка: седовласый мужчина вскочил с места, едва не опрокидывая столик, и во всю прыть побежал от летнего кафе, вихляя меж столов. Джун в шоке уставился на меня. Ему нечего было сказать: он никак не ожидал, что произойдет нечто подобное.       Я, руководясь правда незнамо чем, пустился в погоню за убегающим незнакомцем, расталкивая удивленных людей с криками: «Полиция! Пропустите!» У своего столика девушка продолжала кричать мне вслед: «Вперед, следователь, вперед!» Слышался и яростный крик ее парня, до которого ей прямо сейчас не было совершенно никакого дела. Она попала в настоящий детективный боевик и была этому нескончаемо рада! Как и я…       Кафе осталось позади — мы бежали по полупустой аллее. Я выдыхался, но и у преследуемого мной человека сил было не больше. В какой-то момент я приблизился к нему на достаточное расстояние, рискнул и прыгнул вперед, заваливая его на выложенную плиткой дорогу. Я победил! Я поймал его! Сработал чисто и красиво, совсем как детектив из богатого на впечатляющие сцены фильма! Я гордился собой, наверное, так же сильно, как если бы получил медаль на олимпийских играх.       — Какого черта?!.. — ругался подоспевший к нам Джун.       Тут я пришел в себя — я совершенно ничего не мог ему ответить. Зачем я побежал за этим типом? Почему я вообще следил за Джуном? Какая муха меня укусила, какое шило воткнулось в мягкое место?       — Пусти его немедленно, придурок! — яростно дернул меня за одежду Джун.       — Для начала объясни, кто он! — Для пущего эффекта я приложил честно пойманного пленника лбом о землю. Он застонал, но сопротивления не оказал.       — Ты еще торговаться смеешь?! Напал на ни в чем не повинного человека! Слезь с него, пока я…       — Пока ты что? Тебе вообще водиться с такими подозрительными личностями запрещено! Кто он такой? Или отвечаешь, или веду его в полицейский участок! Ты ведь явно не хочешь, чтобы он там оказался? Да и он особым желанием не горит: как сорвался с места, только заслышав о том, что я следователь… За плечами имеются темные делишки, да? — тряхнул я незнакомца еще раз.       — Слезь с него! — ударил меня ладонью по затылку Джун.       — Почему?! — вскочил я, ногой становясь на спину лежащему и не давая ему тем самым подняться и сбежать.       — Потому что это мой отец!       Я покачнулся, на секунду потеряв равновесие. Мой пленник умело воспользовался этой заминкой, в результате чего я оказался лежать на земле, а он скрылся за ближайшим углом.       Джун стер со лба испарину и осмотрелся: взгляды всех окружающих были прикованы к нам.       — Что значит «отец»?..       — Давай не здесь, — раздраженно отмахнулся он. — Устроил сумасшедший дом… Ты же не сыщик — ты клерк. Или визитка была поддельная?       — Настоящая, — прохрипел я, поднимаясь.       — Так чего погнался за ним, как Брюс Уиллис?!       — Люблю фильмы с ним, — выдавил я из тисков усталости улыбку.       — …Я тоже… Не смей лезть в мои дела! — опомнился Джун, отвешивая мне новый подзатыльник.       — Эй, это мои дела тоже, пока ты живешь под моей крышей!       — Как будто я делаю это добровольно!..       — А мне плевать, по какой причине ты это делаешь: ты живешь там, значит, обязан следовать всем правилам!       — Боже, ты точно такой же лицемер, как и все! Рассказывал мне о нескончаемых правилах, а теперь придумываешь новые?! Ты же сам говорил: что то, чем я занимаюсь вне стен твоего дома, тебя не касается и вообще не интересует?!       — Ты совсем идиот?! — в ответ орал я на всю улицу. — Как я, по-твоему, должен реагировать на подобное: со стороны выглядело так, будто этот старый хрен себе мальца для жаркой ночи покупал…       — Не смей так говорить о моем отце!       — А ты вообще заткнись! — Я ступил вперед, коршуном нависая над Джуном. — Меня действительно не интересуют любые твои дела, но Мелиссе я должен вернуть тебя живого, здорового и хотя бы внешне не использованного в качестве шлюхи! А если что-то тебя не устраивает, звони своей матери и разговаривай об этом с ней сам, потому что меня это дерьмо уже порядком достало! Сейчас ты закрываешь свою пасть на добрых два часа, и мы едем в школу, где я тебя оставлю до вечера, а потом заберу — и если ты посмеешь уйти с уроков, я поговорю с администрацией школы настолько основательно, что тебя даже в толчок без школьного охранника отпускать не будут, ты меня понял?!       Джун дышал так громко и яростно, что на секунду я забеспокоился, а не довел ли я его своим криком до приступа астмы. Злость и ненависть ко мне разрывала его на куски, но выразить их он не посмел. Стиснув челюсти и чуть обнажив зубы, он сверлил меня взглядом, пока я не схватил его за запястье и не повел домой, где на подземной парковке стояла моя машина. За всю дорогу, что пешком, что на машине, он не вымолвил ни слова, отказываясь даже глядеть в мою сторону. Пали последние надежды завязать с ним хоть какие-то «дружеские» отношения, годные на то, чтобы просто сожительствовать вместе, не принося друг другу новых проблем. А мне ведь всего на секунду показалось, что этот неловкий и нелепый случай с его отцом сблизит нас настолько, чтобы ссоры прекратились, и время до тех пор, пока не вернется Мелисса, прошло в полнейшем спокойствии. И с чего я так решил…       Но нет, нейтральное сожительство без скандалов и стычек — иллюзия! Я еще не успел притормозить у дверей школы, как Джун вышел из машины и оглушительно хлопнул дверью, доказав мне правильность моего неутешительного вывода.       Я заглушил мотор и лег на руль. Голова гудела, как и усталые ноги. Боже, за что мне все это?..       Как-то не к месту вспомнились слова Кима: «Муж ее пропал без вести вот уже сколько лет назад, все это время от него нет ни слуху ни духу, где он и что с ним неизвестно…» Неизвестно, значит?.. Похоже, это секрет для всех, кроме самого Джуна. Его отец так испугался полиции — выходит, он прячется от властей. Еще бы, злостный алиментщик, десять лет уклонялся от своих прямых отцовских обязанностей. Но вдруг в нем проснулась совесть, и он решил наверстать упущенное, отдать все долги сыну, чтобы не встречаться с бывшей женой?.. Только что же он такое сделал, раз Джун его простил?.. Или, может, дьяволенок всегда был в курсе того, где находится и чем занимается его отец, получал от него весточки и просто не показывал матери, как его, вполне возможно, и просил папаша?..       Эх… У меня совершенно не было сил разбираться во всей этой истории. Слишком сложный день.