Только бы быть с тобой

      Сегодня я открыл кое-что новое не только о тайнах семьи Джуна, но и о самом себе… Я — трудоголик. Наверное, не совсем честно использовать именно это слово, но как иначе назвать себя, я не представляю.       Это был первый день моего отпуска. И игра в детектива — единственная интересная его часть. По возвращении домой я не смог выспаться, потому что не сумел заснуть. Я валялся в постели, крутился под легким летним одеялом, но сонливость меня так и не навестила. Вспоминались слова Джулиана, которыми он плюнул мне в лицо через стекло душевой кабинки: «Твоя за­дач­ка — го­товить мне еду и за­ботить­ся обо мне. Вот и си­ди до­мохо­зяй­кой в квар­ти­ре, а в улич­ные мои за­нятия не лезь…» Если бы не это, я обязательно включил бы какое-нибудь глупое, абсолютно ничем не наполненное ток-шоу ради шума на заднем плане и приготовил бы с нуля пиццу. Или лазанью. Брускетту, на худой конец! Ведь просто обожаю итальянскую кухню. Но в голове назойливо звенели слова этого мелкого тирана, и я отказывал себе в развлечении. Да, его нет дома, я могу приготовить и сразу же все съесть, не оставив никаких улик. Однако сам-то я буду знать, что сделал ровно то, чего Джун от меня и ожидал. Маленький паскудник…       Что я делал в прошлые свои отпуска?.. Когда я вообще брал отпуск в последний раз?.. Не припоминаю. В этом году меня практически вынудили «пойти отдохнуть»: что-то лопотали про нормы условий труда и буквально выпихивали за дверь…       Будь я сейчас на работе, как и в любой другой будний день, то выполнял бы свои обязанности вполсилы, но все же достойно; в перерыве за стаканчиком кофе и сэндвичем разговаривал бы с почти незнакомыми коллегами, годными лишь на то, чтобы развлекать беседами во время пережевывания пищи; по пути домой после окончания отличного рабочего дня заскочил бы в бар или ресторан, чтобы расцветить вечер и найти приятную компанию. Спутница, наверняка, оказалась бы набитой дурой, но если б я хотел покопаться в чужом интеллекте, то просто бы взял из дома книгу!       В итоге, искренне скучая по работе с ее маленькими социальными радостями, я покинул постель и коротал время до четырех часов за чтением на диване: ну, раз уж вспомнил про книги, то почему бы и нет…       Я не знал точно, когда у Джуна заканчиваются уроки, однако раньше четырех часов он освободиться никак бы не смог, учитывая академическую нагрузку старшеклассников. Без пятнадцати четыре моя машина уже стояла на том же самом месте, где мы с Джуном распрощались, и, дочитывая научно-фантастический роман, я ждал, точно шофер богатенького мажора.       Ждал.       Ждал…       Все еще ждал, даже когда на часах короткая стрелка уткнулась в пятерку. Да где носит этого паршивца?! Зло хлопнув дверью, я покинул прохладный салон и направился в школу. Собственно говоря, долго рыскать по этажам я не стал — с пунктом назначения определился практически сразу: ну где этот гибрид стриптизерши и рокера может зависать еще, кроме как в оккупированном туалете? Школьные коридоры были пусты, и мои шаги отдавались бы громким эхом, если б не глушащий любые звуки потертый линолеум. До нужного туалета я добрался быстро, но за пару-тройку ярдов до приоткрытой двери заметно замедлился. Будь я случайно оказавшимся здесь школьником, от услышанного мои уши бы горели. Но я — бесстыдный взрослый, так что разгорался только мой интерес. Подкравшись к двери, я заглянул в щель.       Пальцы Джуна крепко сжимали край подоконника, у которого его в скором темпе грубо трахал черноволосый сверстник. Кажется, именно с ним целовался Джун, когда я впервые наткнулся на их компашку в этом же самом туалете. Со спущенными до колен штанами, Мелиссин «ангелочек» раскованно стонал в полный голос — именно это я и услышал, приблизившись к туалету. Изредка он проходился языком по розовым, уже лишенным черной помады губам. Правая его рука выпустила подоконник и обхватила член, принимаясь быстро его надрачивать.       Наблюдая за, стоит признать, эстетически прекрасной сценой, я от души порадовался своему возрасту: хорошо быть взрослым и уметь управляться со своим стояком. За всю жизнь я ни разу не был даже близок к тому, чтобы называться бисексуалом — «в джазе только девушки». Но стоны Джуна, движения его подтянутого тела, охваченного таким простым и ясным каждому удовольствием, его округлая задница, что уж греха таить, — все это, без сомнений, распаляло меня. Однако стоило всего разок нарисовать в воображении бабулю в полупрозрачном пеньюаре — и опасность перевозбуждения мгновенно была устранена!       — Я… скоро кончу… — простонал дружок Джуна, продолжая резкие движения. — Сожми меня… О да… — Еще немного помычав от достигнутого оргазма, мальчишка вышел из Джуна и снял презерватив.       — Эй, — сурово окликнул его Джулиан. — Я вообще-то еще не кончил.       — Ну, не мои проблемы, — пожал плечами тот и закинул резинку в мусорную корзину.       Самодовольно ухмыльнувшись, Джун ударил приятеля по ногам, и тот завалился у теперь уже опрокинутой мусорки. Толкнув сидящего на полу брюнета к стене, Джун ткнул влажной головкой ему в лицо. Такой приказ проигнорировать было сложно, и член Джулиана оказался в плену горячих губ и языка. Мальчишка с цветастой шевелюрой осклабился и оперся ладонями на голубой кафель, повелительно двигая бедрами. Он вгонял член почти целиком около минуты и наконец с полурыком-полустоном финишировал. Брюнет закашлялся с членом Джуна во рту. Как только удовлетворенный Джулиан отстранился, по губам его партнера потекла сперма, и «минетчик по принуждению» по-варварски сплюнул все на пол.       — Взаимная вежливость, Энди, взаимная вежливость, — проговорил Джун, одеваясь.       — С этим старпером, присматривающим за тобой, тоже так развлекаешься? — в меру сердито спросил с пола брюнет. — Мог бы ему в рот спускать, а не мне.       «Старпером»?.. Да как он смеет: мне и тридцати-то нет…       — Буду я еще трахаться с этим занудой, — фыркнул Джун, застывая перед зеркалом. — Носится везде со своими правилами, душит ими, жить не дает…       — Так чего ты его не шантажируешь?       — Мои угрозы — как об стенку горох. Он прознал, какой досуг мне нравится больше всего, и может накапать матери — и вот ему-то она как раз поверит!       — Нашел проблему: трахни его на камеру, причем по-жесткому, с «Нет!», «Не надо!», «Дяденька, перестаньте!» — волшебное видео сделает его покладистым и услужливым, сможешь о него ноги как о половичок вытирать.       Разглядывая в зеркало свою красивую мордашку, Джун в предвкушении сверкнул улыбкой.       — А ведь отличная идея, — усмехнулся он, отворачиваясь от отражения и прислоняясь задницей к раковине. — И будет это проще простого! Он за пару дней у меня начнет команды исполнять. — Его рука скользнула в задний карман рваных джинсов и извлекла мобильный телефон. — Ух ты, времени-то, — присвистнул Джун, взглянув на экран. — Пойду-ка я, чтобы моя нянька не обозлилась окончательно. Мне ведь теперь на руку его расположение, — коварно рассмеялся Джун, и я понял, что пришло время сматывать удочки.       Почти бесшумно — благодаря спасительному линолеуму — я помчался по коридору прочь с этажа и сбежал по широкой лестнице, пропуская по две-три ступеньки. Я припустил не из страха оказаться обнаруженным: с какой стати мне бояться гнева ребенка? Не-е-ет, мне выгодно было оставить Джуна в неведении, ведь раз я знаю про его маленькую игру, смогу обыграть его и отлично повеселиться. Все-таки что может поднять настроение больше, чем издевки над кем-нибудь?       Только я успел влететь на водительское сиденье и вцепиться в перевернутую вверх тормашками книгу, дверь школы открылась, и к машине заторопился Джун. Я далеко не сразу понял, что держу томик неправильно — отдышаться после забега было несколько важнее, но Джулиан не смог бы заметить мою промашку, ведь издание было старым: одноцветная обложка меня при всем желании не смогла бы выдать, а позолоченные буквы на левой ее стороне были обращены от пассажирского сиденья, которое занял Джун.       — Нас задержали на дополнительных занятиях, — необычайно правдоподобно солгал мальчишка. — Мне так жаль, что тебе пришлось меня ждать. — Лицо Джулиана никогда еще не было настолько человечным! На секунду я даже поверил, что этот выращенный волками звереныш способен испытывать сочувствие.       Как можно скорее захлопнув книгу и сунув ее под оставленный на заднем сиденье пиджак, я завел мотор.       Ну что же, Джун свой первый ход сделал. Значит, игра началась!