Да будут обманщики обмануты!

Большие руки прижимают меня к горячему белоснежному телу, я вдыхаю и не могу насытиться его запахом. Он сжимает мои волосы, и тянет вниз, впивается зубами в мою шею. О, Господи! Я не свободна! Что же мы делаем? Остановись! Но я протягиваю руки и впечатываюсь ногтями в его ребра. Я вижу героя моего сна. Это Асманд! Черт! И такие сны почти каждую ночь в течение полутора месяцев. Я, наверное, слишком соскучилась по нему. У доктора Халланда все-таки диагностировали сотрясение мозга и отправили лечиться. Как-то неприятно этот год начался. Месяцы разлуки: то я болела и не видела Асми, то Чарли уезжала, и я не видела ее, теперь вот Асманд в отпуске по болезни… - Кофеварка сломалась, я сварю тебе кофе в турке. Ничего? – откладываю книгу, встаю со стула. Чарли, наконец, проснулась и выползла на кухню. - Я не буду кофе. Если ты не заметила, я его уже месяц не пью. Диета запрещает. - Серьезно? – раскрываю глаза. – Понятия не имела, - чмокаю ее в щеку. – Доброго утра, любовь моя, - сажусь обратно на стул, подтягиваю колени к груди, кладу на них книгу. Это произведение авторства мамы Асманда. У нее какое-то непроизносимое имя, я даже прочесть его не могу. Она была детским хирургом, но уже в зрелом возрасте ушла в микрохирургию. «Врожденная патология развития глаза» - гласит название. Ее посоветовал прочесть доктор Этеллен на семинаре по новообразованиям в глазах. – Вот мама одного из наших хирургов. Взяла и сменила род деятельности. И это почти в тридцать пять лет! Еще и книги на эту тему пишет. - Чем она занималась? – Чарли разбирается со своим завтраком. - Раньше оперировала детей. Теперь возвращает людям зрение, - кусаю губу. - Ничего себе! Совершенно другое дело. Сколько нужно переучиваться? - Эмм, - прищуриваю глаз. – Очень долго. Сначала университет, потом практика, интернатура, и куча всего. Не меньше десяти лет. - Я бы так не смогла. А ты смогла бы? - Терять столько лет? Нет! – раскрываю глаза. - Представь, - засовывает в рот ложку с арахисовой пастой. – Если бы не хирургия, то что? - Ну, ты же училась на экономическом. Пошла бы за тобой, - жму плечами. - Ты, разбирающаяся в выгодных вложениях и венчурных капиталах? Боже! – смеется она. – А если бы меня не было? - То хирургия. - Холи! Не строй из себя идиотку! – злится. – Чем бы занялась? - Чем? – кладу телефон между страниц книги, откладываю ее. – Хм, - упираюсь подбородком в колено. Действительно. Я никогда не задумывалась. – Мне всегда нравились занятия по испанскому и португальскому. Я в совершенстве владею русским и ирландским, у меня способность к ивриту. Я могла бы преподавать языки. Выучила бы французский и… Эмм… Какой-нибудь необычный. Типа норвежского или арабского. А еще бабушка учила вязать спицами. Я могла бы вязать и продавать одежду через интернет. - Помнишь, ты увидела объявление в газете, что школе на Бикон Хилл нужен преподаватель актерского кружка и сказала об этом Клер? А еще уговорила Дейзи поступать вместе с тобой на медицинский. - Вот! Могла бы стать агентом актеров или рекрутером, - смеюсь. - Может, подумаешь о преподавании языков серьезнее? - Зачем? – поднимаю голову. - Ну мало ли… Если сменим место жительства… - Чего? Чарли, ты опять? – злюсь. – Ну куда мы уедем отсюда? Зачем? - Я просто так сказала, - кладет тарелку в раковину. - Я как подумаю, что придется из клиники уйти, - не видеть больше Асманда, - расстаться с практикой, мечтой… - Ой, все, Холи! – закатывает глаза. – Угомонись, мы никуда не переезжаем. Только ныть не начинай, прошу тебя, - уходит из кухни. - Мы же не переезжаем? – кричу. - Нет! Отвали! – шипит в ответ. Ну и слава Богу! Возвращаюсь к книге. Миссис Халланд поднимает очень интересные темы в своей книге: послеоперационные спайки, пересадка частей глаза и его самого. А еще рассказывает очень душещипательную историю о проблемах со зрением своей пациентки, которая в итоге скончалась от рака придатков глазного яблока. Уже к вечеру, дочитывая книгу, я ловлю себя на мысли, что очень хотела бы познакомиться с мамой Асманда. Она невероятно умная, и со знанием дела рассуждает на тему зрения. «Не забывайте, что на очках от солнца экономить нельзя, лучше найдите другую статью расходов в вашем бюджете, которую сможете сократить. Ведь не важно живете вы на побережье Тихого океана, или среди непролазных снегов Северной Норвегии, защищать глаза нужно обязательно», - хорошо сказано! - Я все! – закрываю книгу, кладу ее на прикроватную тумбу. - Ага, - Чарли тычет пальцами в ноутбук. Она такая сосредоточенная сейчас, кусает губу и то и дело сводит брови. Красивая! - Может, уже хватит? – запускаю ладонь под одеяло, кладу ее на прохладный живот моей любимой. - Ага, - не отвлекается она. - Чарли,- двигаюсь к ней, прижимаюсь грудью к ее плечу. - Сейчас допишу. - Я подожду, но не долго, - прикасаюсь губами к ее уху. Она морщится и чуть отстраняется. Я хихикаю. Моя! - Холи! - Я не сильно тебя отвлеку, - покрываю ее плечо поцелуями, спускаюсь ниже. – Убери ноут, он мне мешает тебя раздеть. - Не надо меня раздевать. Подожди, - печатает. - Мы с декабря не наслаждались друг другом, - сажусь перед ней на колени. - И что с того? – наконец поднимает на меня глаза. – Моя интимная конституция такая. Что поделать? - Да? – игривое настроение пропадает. – Раньше мы могли неделями из кровати не вылезать, а теперь твоя конституция вдруг изменилась. Очень интересно. - Я взрослею. Меняюсь. Было бы странно, если бы я остановилась в развитии на уровне двадцатилетки. - Тебе же еще не сорок. - Но и не двадцать! – она строга. – Отвали, пожалуйста! Я работаю. - Как обычно. На работе работаешь, дома работаешь. - Мне вспомнить про наш доход и твою зарплату? - Не надо, - проползаю на свое место, ложусь на подушку, укрываюсь. – Что плохого в том, что я тебя хочу? - Ничего. Но я тебя не хочу, - жмет плечами. Чего? Не хочешь меня? Она перестает барабанить по клавишам. Повисает тишина. – Холи… Я не это имела в виду. Не тебя. Черт! Дело не в тебе. Я тебя хочу в принципе. Но не сейчас. Твою мать! Я секса сейчас не хочу. У меня рабочее настроение. Дело не в тебе. Эй! – сжимает мою ладонь в своей, целует пальцы. - Малышка! - Я, кажется, услышала все сейчас. И даже то, чего не хотела. - Я не это имела в виду и больше говорить я ничего не собираюсь. То, что ты обиделась на мои слова – это только твои проблемы. Мне грустно от того, что ты испытываешь такие эмоции, но виноватой я себя не считаю, потому что я сказала не то, что имела в виду. Все. Вопрос закрыт, а разговор окончен, - возвращается к своему компьютеру. Прекрасные слова часто используемые в гештальт-терапии. Жаль, я зависима от тебя, дорогая моя жена. - Пойду в гостиной сериал посмотрю, - откидываю одеяло, поправляю сорочку, встаю с постели. - Не смотри, пожалуйста, Сынов анархии без меня, - просит. - Да, конечно, - собираю волосы в хвост. Я уже трижды пересматривала его от начала и до конца. Не могу перестать смотреть на Чарли Ханнэма. – Я не досмотрела седьмой сезон эмм… Моста, - вру. Там правда всего четыре сезона. - Что за Мост? – спрашивает. - Датско-шведский. Детектив. Тебе не понравится. - О, Боже! И что же они там на семь сезонов-то размазали? - Убийство бабульки в метро Хельсинки, - вру, забираю телефон. - Так Хельсинки это же Финляндия. - Отвали, ладно? – выхожу из комнаты. - Дура! – бросает мне в спину. Иди к черту! Не хочешь меня? Ну а я больше предлагать не буду. Кому ты сдалась? Ходи и радуйся своей вялой интимной конституции. Хотя, такими темпами у меня она тоже скоро завянет. Но я просто больше не могу. Я устала все время соблазнять тебя. Захочешь – скажи. Я всегда готова. Шагаю на кухню, наливаю вина до краев бокала и осторожно передвигаюсь в гостиную только бы не пролить на пол. - Где долбанный пульт? – перекладываю подушки на диванах с места на место. – Ты опять пульт в холодильник положила? – ору Чарли. - Сама ищи! – рявкает. Закатываю глаза, но на всякий случай проверяю полки в холодильнике на наличие несъедобного предмета. Она как-то случайно положила его в дверку и мы три дня не могли найти. – Твой телефон орет! - Я слышу! – несусь в гостиную, поднимаю трубку. Дейзи. – Да? Привет! Что-то случилось? - Нет. Почему ты спрашиваешь? – подруга озадачена. - Уже поздно, а ты звонишь. - Поздно? Восемь вечера только. - Серьезно? – смотрю на часы. И вправду. – Мы сегодня ставни не открывали. Весь день в темноте просидели. - О! И кое-кто не ходил на работу? - Нет. Она все выходные дома. - Ясно. Не хотите выбраться в бар? - Бар? Мы вдвоем? – хмыкаю. - Ну вообще-то мне нужна ты, но приглашать тебя одну было бы как-то некрасиво. - Она точно не поедет. Да и я уже в сорочке. - Вам по сколько лет? По сотне что ли каждой? Восемь вечера, а вы спать собрались. - Ну, это чтобы проснуться в пять и поставить печь булочки для наших внуков, - шучу и Дейзи смеется. - Я хотела кое-что обсудить к свадьбе, и найти место для девичника. Мы ужинали у Падди. Они с Билли поехали на баскетбол, мама посидит с Эдди, а мы с актрисулькой решили вытащить тебя выпить в бар. - Я хотела выпить вина и посмотреть Ривера. - Холи, ты смотрела Ривера уже тысячу раз! - А что? Стеллан Скарсгард номер один для меня среди всей вселенной престарелых мужиков, которые в молодости были секси, да и сейчас ничего. - Одевайся, через двадцать минут заедем. - А если Чарли будет против? – сама в это не верю. - Ну если такое впервые в жизни и случится, то мы тебя отпросим. - Как в школьные годы у родителей, - хмыкаю. – Окей. Я успею за двадцать минут, - отключаюсь. – Иди ко мне, - улыбаюсь моему бокалу вина и выпиваю все до капли. – Дейзи и Клер заедут за мной сейчас. Поедем в бар обсудим девичник и свадьбу. Ты не против? – прохожу мимо комнаты в гардеробную. - Я когда-то была против? Надеюсь, мне не нужно тащиться с вами? - А когда-то было нужно? – передразниваю ее. - У нас идиллия с тобой, Холи! Понятия не имею, чем ты вечно недовольна, - слышу, что улыбается. - Всем довольна. Никаких претензий, - натягиваю на себя джинсы. – Надеюсь, у тебя их тоже не будет, когда будем делить имущество, - втягиваю живот, чтобы застегнуть пуговицу. Чарли смеется. - Я все тебе отдам, моя завоевательница, - вырастает в дверях. – Надень черную рубашку. Ты в ней восхитительно выглядишь. Как-то строго-сексуально. - Серьезно? – играю плечами. – Жаль, что не ты будешь глазеть на меня, - надеваю рубашку. - Знаешь, что такое комперсия? – подходит ко мне, помогает застегнуть пуговки. - Да! Знаю. Фу! – морщусь. – Ты испытала бы радость от этого? - Ну, мне бы определенно понравилось, узнай я что весь бар хотел мою малышку. Но она только моя! – чмокает меня в губы. - Кажется, это не совсем комперсия, - свожу брови. - Да наплевать! Ты у меня самая красивая, - целует меня, просовывая язык в мой рот, и у меня начинает кипеть кровь. – Ты вкусная от сладкого вина, - шепчет. - Может к черту все, - сжимаю ее задницу, крепко впиваясь пальцами. – Я никуда не поеду, и девчонкам скажу, чтобы не приезжали,- бормочу между поцелуями, спускаясь на ее шею. - Поезжай, - отстраняется она, - я вернусь к работе. Я теперь на две фирмы работаю. Не забывай, - уходит из гардеробной. - Клянусь, Штейн, я когда-нибудь зажму тебя в углу и изнасилую, - пробегаю по дому. У ворот стоит такси – девочки приехали. - Буду ждать, любовь моя, - улыбается. - Я недолго. Постараюсь много не пить, - забираю из ее рук сумку. - Можешь припоздниться и быть в стельку, - целует меня и я выбегаю из дома. - Мы ехали до тебя полчаса. Я описаю весь туалет в баре! – бормочет Клер. - Кто-то выдул несколько пинт? – чмокаю Дейзи в щеку и ищу в сумке помаду. - Мама снова рассказывала про Изабель, и все причитала, а Клер… Вот… Насопереживалась. - У! Моя актриса сегодня пьяна? - Не настолько чтобы испортить сиденье такси. - Эй! - подает голос водитель. Мы с Дейзи ржем. - Я не описаюсь! – визжит Клари. – Только везите скорее! - Я не пущу эту студенточку на свою свадьбу. Не хочу! Но отец захочет, чтобы она была. Черт бы ее побрал! А мама? Она ведь все волосы ей повыдергает. - Какое ей дело? Они развелись сотню лет назад, - пытаюсь накрасить губы в темноте машины. - Спроси, как встретишь, - фыркает Дейзи и утыкается в телефон. - Прости, - двигаюсь к ней, нежно целую в щеку. - О! – наигранно стонет она. – Я понимаю Чарли, - прижимает меня к себе. Дальше едем в тишине. - Вашу мать! – орет Клер. – Тормозите тут! У баров. Я больше не вытерплю! - Чтобы я еще раз подвозил ирландок… - причитает водитель, паркуясь у тротуара. Клари вылетает из машины. - Иди, я заплачу, - выгоняю Дейзи. – Сколько там? – смотрю на счетчик. – Сорок баксов? – раскрываю глаза. – Они из Вирджинии что ли ехали? – открываю кошелек. Он пустой. – Чек возьмете? - Мисс, чеки это… - Я знаю, - втягиваю нижнюю губу. – Есть карта, но у меня нет кода к ней. Если пройдет без него то… - Давайте чек. И если там нет денег, то это на вашей совести, - предупреждает меня. Ой, к черту иди! - Я кто, по-вашему? Мошенница, которая выписывает тут фальшивые сорокадолларовые чеки? – злюсь, ставлю сумму и подпись на бумажке. - Мисс, я не хотел вас обидеть. Но вы должны понимать мы тут безответственных тоже возим. Меня полгода назад ограбили, чуть ли сиденья из машины не вынесли. В Джамайка Плейн. - Траву что ли искали? – отдаю ему чек. – Я хирург, мистер. И обманывать вас не собиралась. Не великие деньги, - выхожу из машины. – Прощайте, - хлопаю дверью. Чей-то знакомый голос сбоку. Поворачиваю голову. Халланд. Стоит у входа в бар в компании двух парней и девушки. Все еще красивый, чертов викинг! Трясу головой, чтобы волосы закрыли лицо и проскальзываю внутрь. Он какого черта здесь делает? Клер и Дейзи уже заняли столик и уткнулись в меню. - Я не пойму, где мы? – сажусь. - Норт Энд, кажется, - Клер вытирает руки салфеткой. - А где именно? – смотрю по сторонам. - Это же линейка баров. Позади Армениан Харитедж. - Армениан Харитедж? – рычу. Дом Асманда здесь! Поэтому я его встретила. Он же болеет. У него же сотрясение. Почему он не в постели? И что там с ними за девка, мать его? – Никогда тут раньше не была. - Да? – удивляется Клер. - Я не люблю этот парк, - вру. - Пописаю снова, - Клер уходит. - Чем вы там ее напоили? – прыскаю. - Обычное пиво. Может, простыла, - подруга смотрит на меня. Слишком пристально. Прямо в глаза. - Чего? – смущаюсь. – Что-то на лице? Грязь? Я в такси губы красила. Размазала? - Нет. Может расскажешь что-нибудь? - Например? – свожу брови. – О! Прочитала сегодня книгу мамы Халланда. Помнишь? - Понятия не имею о чем ты. Я же спала. - А точно! - Кстати о Халланде, - кусает губу. Я напрягаюсь. – Уильям от него в восторге. Мы ужинали вместе на прошлой неделе. Он будет участвовать в церемонии. Пройдут парни, потом девчонки, и Асманд будет замыкающим. За тобой, - кашляет. - Нет, - качаю головой. - Организатору нужен замыкающий. В брюках. - Чарли будет в брюках. - Она не участвует в церемонии. - Ну так поставь ее! Она моя жена! Патрик будет стоять за спиной твоего мужа, и это при том, что он твой брат, а не Уилли! - Окей! Чарли так Чарли! - Еще несколько месяцев назад он считал тебя бестолочью, которая хотела отпилить парню руку, а теперь ты навещаешь его, он становится другом твоего жениха и вдруг будет участвовать в церемонии твоей свадьбы. - Ну прости, что теперь он не хочет отправить меня на повторный год обучения. - Я не это имела в виду, - скрещиваю руки на груди. - А что тогда? – не понимает она. - Может между вами что-то есть! – веду плечом. Если ты спишь с Халландом, я этого не вынесу! - Ты идиотка? – морщится она. – Вот серьезно ответь. Не ври и не шути. Тебе мозги дождь залил? Ты серьезно думаешь, что я познакомила будущего мужа со своим любовником? Зачем, Холи? - Все, я поняла, - отмахиваюсь. - Что у тебя в голове происходит, раз ты могла такое про меня подумать? Ты меня совсем не знаешь? - Угомонись уже! – злюсь. – Подумаешь, глупость сказала. Но ты отрицаешь так рьяно, что можно подумать… - Идиотка! - Иди к черту, - отворачиваюсь. - Пойду выпью, чтобы забыть ту ересь, которую ты придумала, - прижимает к себе меню, уходит к барной стойке. Заказывает три шота, выпивает. - Где Дейзи? – садится на свой стул Клер. Киваю на стойку у бара. – Чего она там? Заказ делает? Тут же приносят. - Она рассказала что Халланд будет участвовать в церемонии. Я спросила с чего вдруг и предположила, что между нами… Ними! – как же это я ошиблась? – Что-то есть. Она наорала на меня и ушла. - Ну ты и дура! – подруга машет официанту. - Да, да. Я в курсе, - закатываю глаза. - Между ним и тобой ведь что-то происходит. Дейзи никогда не стала бы… - Ничего между нами нет и не было! – рычу. - Можешь поклясться? – смотрит мне в глаза. - Моя религия запрещает это делать, - кусаю губу. - Христианство? – раскрывает глаза. - У ортодоксов все немного по-другому, - отвожу взгляд. – У меня есть любимая жена, и я бы не стала. - Уже выбрали? – улыбается нам парень с блокнотом. - Амаро со льдом и диетическую коку, - делаю заказ. - Есть, - кивает парень. - Мохито. И следите за наполнением, - кокетничает Клер. Парень уходит полностью очарованным. - Ты не забыла, что ты замужем? – улыбаюсь ей. - Перестань. Я настолько глубоко замужем, что наш с Падди флирт ограничивается переговорами через дверь ванной, пока я принимаю душ, а он грозится войти. - Только лишь грозится? – достаю из сумки телефон, кладу его на стол. - Только, - кивает. - Эдди ведь попросится с нами… - закатывает глаза. - И не слышал больше ничего. Наркоз штука такая, - хихикает Дейзи, опускаясь на свое место. С кем она? - Хорошо, что не очнулся, - голос сверху. А! Все понятно. - Привет! – белоснежный человек плюхается на стул, который только что пододвинул. - Клари, ты помнишь Асманда? Моего коллегу? – Дейзи игнорирует меня. - Да! Как ты? – машет ему Клер. - Привет, - тяжело сглатываю глядя на него. - Здравствуй, - он кивает мне. - Я думала, у тебя постельный режим, - не могу отвести взгляд. - Месяц прошел. Что же мне вечность лежать? - Ну да. Лучше шляться по барам с друзьями и выпивать, - сама не пойму я то ли беспокоюсь за него, то ли все еще злюсь, за то что в момент аварии в его машине была парочка шлюх. - Отвали, ладно? – рычит на меня Дейзи и я молча опускаю глаза. Они продолжают втроем болтать, а я только и думаю, как бы не разреветься прямо здесь. Зря я начала психовать, когда Дейзи рассказала мне о церемонии. Какое вообще мне до этого дело? То, что между нами было, давно закончилось, и я просто не имею права больше вспоминать это и как-то странно относиться к Асманду. Ну было и было! Что с того? По сути, это ведь просто секс. Что-то чисто механическое, поступательные движения и выброс серотонина. Все. Что я на этом так зациклилась? У меня что чувства к нему какие-то? Нет же! Нет! Смотрю на него, ловлю взгляд нежно-голубых глаз и ярко ощущаю, как окситоцин уже плещется в гипофизе готовый вот-вот впрыснуться в кровь. Какие это были поступательные движения, мать их! Почему от этой механики хотелось выть от удовольствия и прямо на стену лезть, только бы совладать с этим оргазмом. Черт! Я мысленно произнесла слово оргазм. Широченная улыбка наползает на губы. Быстро прикрываю их ладонью. - По одной, и я побежал, друзья ждут в соседнем баре, - Асманд снимает с подноса официанта выпивку. Я раздосадовано выдыхаю. Не хочу, чтобы ты уходил! – Это чего? – почти опускает нос в мой коктейль. - Эй! – тяну руку. – Еще скандинавских козявок мне там не хватало. Отдай! – жду свой бокал. - Не бойся, О’Доннелл, они волшебные, - ставит его передо мной. - Фу! – морщусь. - Ты сама начала, - улыбается он, и я не могу сдержать ответной улыбки. Хватит пялиться! - За встречу и за предстоящую свадьбу, будущая доктор Юберг! – Асманд протягивает свой шот в центр стола и мы все прислоняем свои бокалы к его. - Нужно привыкнуть, - Дейзи откусывает кусочек дольки лайма. – Миссис Уильям Юберг, миссис Юберг, доктор Юберг. - По-моему звучит круто, - кивает Клер. - Да. Строго. С тобой не забалуешь, миссис Юберг, - трясу ладонями. Дейзи улыбается и сжимает под столом мое колено. Она простила меня за глупость сказанную ранее. Другого выбора у ее не было, она ведь поручила мне важнейшую миссию на своей свадьбе – не пропустить на первые ряды подружку ее отца. И я с этим справлюсь!