Статья

Двери заперты, а за ними, уже очень долго, не слышно хотя бы малейшего намёка на жизнь. Сегодняшняя ночь была прохладнее, чем предыдущие. Всё-таки зима наступала на пятки, с каждым днём намекая на своё скорое появление. Ким уже битый час сидел под дверью Сони, которой, по-видимому, не было дома. Трубку никто не брал, игнорируя постоянные звонки. Ноги начинали неметь от неудобного положения, из-за чего их приходилось всё время разминать. Молодой человек себе места не находил, бегая со стороны в сторону под входом в чужое жилище. Жильцы соседних квартир с опаской поглядывали на брюнета, когда сами после рабочего дня возвращались домой. — Возьми трубку, — злобно цедил сквозь сцепленные зубы, сидя на корточках под чертовой дверью и вцепившись в собственные, растрёпанные волосы. Редактор нервно колотил носком правого башмака об бетонный пол, закрывая глаза и представляя, что могло произойти с Ли. Он впервые так сильно за кого-то переживал кроме себя и своих друзей, тем более за девушку. Когда и почему она успела стать ему такой близкой? — Сука, — прошипел он, сжимая смартфон в сильных руках так, что по дисплею разбегалась радужная рябь. Она не может просто так уйти, ничего не сказав ему, она просто неспособна. Джин поднял уставшие от перенапряжения глаза и встретился с такими же измученными, красными и знакомыми. Девушка молча стояла перед ним, опустив руки и не выказывая каких-либо эмоций. Словно безжизненная кукла, она стояла перед ним и таким же холодным и пустым взглядом пробиралась в душу. — Сони, — тихо произнес Сокджин и привстал, аккуратно касаясь её холодной руки. — Сони? — повторил он, обеспокоенно осматривая брюнетку. Красные глаза хорошо оттеняли такие же покрасневшие щеки, нос и губы. Толи из-за холода, толи из-за того, что проплакала на холодном асфальте. Растрёпанные волосы на макушке и смазанный контур губ, который блестящей полоской красовался на её подбородке. Он встал вплотную, подтягивая девушку к себе за локоть и заглянул в глаза, в надежде прочитать хоть что-то и не оставаться ранены её безмолвием. Холод. Он не может. Пустота его пугала, но ещё больше пугала причина этой пустоты. Сокджине не знал её, он просто не узнал девчонку, не узнавал глаза, которые так любил читать. А что сейчас? Как будто пилена, не позволяющая ему распознать Ли. До безумия пустые и безразличные глаза пробирали до костей и проходились шершавым языком по их поверхности, до образования невыносимого скрипа в душе. Неестественно голубая поволока поглотила жизненные блики и сейчас Сони больше напоминала бездушную куклу. — Сони, — тихо прошептал он, потеряв всю надежду хотя бы что-то узнать, а внутри неё дрогнули тонкие струны, распространяя мелкую дрожь по всему примёршему телу. Ким прижал её к себе так сильно, как только мог, как никогда раньше. Он и не заметил, как эта дурёха стала для него такой родной и близкой. Противная девчонка, простушка из клуба, до одури странная, но такая любимая. Длинные, тёмные волосы медленно скользит между мужскими пальцами, когда Джин раз за разом гладил её по голове. А ей больно, где-то там, глубоко внутри, разрываются тросы и распускаться с диким визгом, который рвётся, как дурной, наружу. Тонкие, женские пальцы сжимают ткань куртки на его лопатках, а дрожащая грудь прижимается в ответ. Лёгкие жадно захватывают воздух в перерывах между всхлипами, а слёзы не перестали скатываться градом по щекам. — Поехали, — приказал он, после того как на последок сильно напрягся, что можно было ощутить дрожь от напряжения в его руках. Ли не возмутилась, когда тот взял её ладонь в свою и нахально потянул вниз по лестнице. Ступеньки им обоим казались бесконечными, ведь на протяжении всего пути каждого терзали свои переживания, а они, как известно, словно тупыми ножом режут воспалённую плоть, медленно обрекая погибель. Девушка не заметила, как уже сидела в машине редактора, возле самого хозяина. Он агрессивно давил на педаль газа, не жалея автомобиль, а на светофорах нервно постукивал пальцем по кожаному рулю, иногда поглядывая на брюнетку. *** Дверь знакомой квартиры открылась и Джин выпустил меня внутрь. Такое ощущение что за этот месяц в этом жилье ничего не изменилось, даже некоторые вещи всё так же лежат, как и четыре недели назад. В квартире было холодно и темно, а в конце коридора, за аркой, виднелся бежевый диван, который отражал от себя свет, тем самым выдавая свои очертания. Один щелчок и яркие лампочки стали резать глаза, которые и до этого сильно пекли. Кожа вокруг покраснела, а реснички слиплись. Ким обогнал меня и направился вглубь, зажигая огоньки и в той части дома. Я не спеша стянула кроссовки и поставила рядом с мужской обувью, которая была пристроена с краю. Словно приведение поплыла тихими шагами за Джином и прошла в гостиную. Недолго думая приблизилась к брюнету и залезла на барный стул около стола. Джин возился с чашками, пока на подставке кипел чёрный чайник с фиолетовой подсветкой. У него мурашки бегут, когда ощущает мой взгляд на себе. Мною любимые, широкие плечи иногда вздрагивали, пропуская по хорошо сложенному телу мелкую дрожь, словно разрядом тока. Окно позади нас было напрочь открыто впуская в помещение холодный, практически зимний воздух от чего появлялась гусиная кожа. Я следила за каждым его движением, не в силах оторваться от его быстрых и чётких действий, а парень иногда кидал мимолётные взгляды через плечо, одаривая меня вниманием. Разворот на 180° и передо мной оказывается чашка с горячим шоколадом, пар которой тонкими нитями поднимается вверх, щекоча лицо и давая почувствовать приятный, сладкий аромат. Я осторожно прикоснулась к посуде и так же осторожно принесла её к чуть синеватым губам, опасаясь обжечься. Горячая жидкость приятным теплом разливалась по всему телу и глаза на секунду покрылись, наслаждаясь моментом. Парень упёрся руками в столешницу передо мной и с какой-то грустной улыбкой наблюдал за моими действиями. Я протянула ему чашку с напитком и легонько кивнула, после чего Ким взялся за ушко и тоже сделал глоток.  — Вкусно? — спросил редактор, оторвавшись от керамического ободка и облизнув кончиком языка пухлые губы. — Очень, — тихонько промямлила я и распласталась по поверхности стола, вытягивая руки вперёд и игриво рассматривая на молодого человека. Так хотелось отвлечься от мыслей о Лукасе и его словах. — Почему ты такой хорошенький? — немного полюбовавшись парнем, совершенно на серьёзных щах спросила я, чем ввела его в ступор. Он поджал губы в лёгкой улыбке и говорил себе который раз, перестать удивляться моим словам и выходкам. В этом мы были похожи с ним. Каждый мог просто посреди разговора вставить не связный бред, а потом следить за реакцией окружающих. Меня это всегда забавляло, когда Ким редко такое выдавал и зачастую был очень спокойным и серьёзным. В шумной компании он был хорошим собеседником и всегда поддерживал весёлую атмосферу, но дома это было редкостью. Задумчивое серьёзное лицо я видела чаще, чем его улыбку, когда мы оставались вдвоём. И такие моменты, как сейчас становиться для меня настоящим праздником, глотком воздуха, которого так не хватало мне раньше. Раньше, когда он просто мог на ровном месте подколоть меня, раньше, когда мы общались свободнее. Сейчас я сама же зажимаю себя в тески, закрывая рот обеими руками и держу, пока внутри растёт желание кричать, которое громкими рыданиями выплёскивается наружу, по ночам, когда его нет рядом. Парень пожал плечами, параллельно размещая чашку на пару сантиметров дальше от моих рук. Приподнятая бровь, кривая улыбочка и глаза в виде полумесяца. Двусмысленный взгляд заставлял сердце колотиться, а кровь в венах закипать. Я нуждалась в нём каждый божий день, ждала вечера в предвкушении нашей встречи, когда он приезжал ко мне, просто так, потому что хотел. Мы не вмешиваемся в жизни друг друга, но с каждым днём хотелось знать лучше, быть ближе, понимать без слов и просто быть нужным. Порой хотелось друг друга до боли в груди, до натянутых, тугих узлов внизу живота. — Идём, — приказал Ким. Взяв меня за руку и потащил по коридору, уже к знакомой двери. Я плелась сзади и попросту улыбалась, рассматривая широкие плечи, которые так по-особенному возвышаются надо мной. Кусала губы и поджимала плечи, стараясь не пищать от счастья. Нас встретила тёмная спальня с тусклой лампой, на небольшом столике перед кроватью. Аккуратно застеленная кровать и зеркальный шкаф, который отражал неяркий свет на стену. Я переступила порог вслед за хозяином дома и затаила дыхание, пытаясь усмирить бурю эмоций внутри. Мутные мысли о недавних событиях растворились в сознании, пропуская через плотные шторы желания одинокое ожидание продолжения. Ким подошёл к двери шкафа, отражающего его идеальное лицо, которое навсегда останется в моём сознании. Я медленно и почти бесшумно подошла сзади, проводя рукой вдоль широкой, мужской спины, от жилистей шеи, вплоть до самого ремня на чёрных джинсах. Никак не отреагировав на мои действия, Джин продолжил копошиться в шкафу, а я раздражённо фыркнула и убрала руку, скривив губки в недовольстве. Я наблюдала, пока брюнет резко не развернулся, чем напугал меня, от чего я подскочила на месте и тихонько ойкнула. — Одевай, — он протянул мне белую футболку, которая явно была великовата на меня, а я, отойдя от небольшого испуга нервно выхватила её из его рук и цыкнула, злобно покосившись на него. Он был доволен тем, что не сорвался, после моих прикосновений и это с лёгкостью читалась на его лице. — Лучше бы сказал снимать, — я показательно толкнула его в плечо, когда подошла ближе к шкафу, а он отошел назад и издал тихий смешок, поправляя ткань на моих плечах. Играет. — Отвернись, — холодно выдала я, бросая мимолётный взгляд на редактора. — Серьёзно? Что я там не видел? — заявил тот размещаясь на кровати, слаживая руки на груди и с ехидной улыбкой поглядывая на меня. Я развернулась к нему спиной и кинув белую футболку на всё тот же стол, перед кроватью, скрестила руки на краях одежды и медленно потянула вверх, занырнув в теплый мрак. Секунду позже голая спина уже ощущала его внимание. Колючую и неподдельную заинтересованность, обжигающею лопатки, поясницу и изгибы тонкой талии. Я невольно усмехнулась, когда представила, что сейчас ощущал парень, при виде того, как белая ткань его футболки скользит по мягкой коже, покрывая каждый сантиметр и останавливается на бёдрах. Джинсы тоже сползли вниз, после того как пуговичка над молнией расстегнулась, и я сперва освободила правую ногу, а затем и левую. — Что с настроением? — его голос звучал так спокойно, безмятежно так же, как и вопрос, но это било меня в самое сердце, дрожью охватывая острые коленки, под которыми сейчас прогибался матрас. Я медленно подползала к нему и слегка задевала бёдра руками, рассматривала губы и глаза. Он просто молчал, а мне, в свободное мгновение, приходилось думать над ответом. Джин сорвётся и просто забудет обо всём, но не сейчас, когда перед глубокими, карими глазами всё ещё стоит мой пустой взгляд. — Сони? — он остановил меня у самых уст, не позволяя целовать, а моё имя тёплым потоком воздуха прошлось по лицу. — Что происходит? — эти слова я слышу так часто, в последнее время меня воротит от звучания этого вопроса. Хочется разрыдаться, выговориться, получить банальной поддержки, но не могу. Никто не может принять моих слёз и простого крика несчастной души. Мужские ноги не дрогнули после того, как я опустилась на них, возле самого ремня, разместив руки на чужом поясе. Ким прерывисто вздохнул и нервно прошёлся языком по высохшим губам. Он не видел моего лица из-за волос, под которыми спряталась моя мордашка. Я сидела, опустив голову, устремив взор на ногти, которые выводили линии на кожаном ремне. — Работа, — прошептала я и сдержала первые слёзы. — У меня небольшие трудности возникли, и я очень переживала, — наконец-то соизволила поднять глаза на него, сжала губы до боли, не в силах остановить маленькую капельку, которая чертила тоненькую дорожку по моей скуле. Мышцы его лица напряглись, как и всё тело, что я могла отчётливо чувствовать сидя сверху. — Я чем-то могу помочь? — обеспокоено спрашивает он и притягивает ближе. Он самое любимое и близкое, что у меня сейчас осталось, а я и ему нагло вру, глядя прямиком в глаза. Сердце щемит, в горле ком, который не получается глотнуть, а солёные крупицы продолжают скапливаться в уголках покрасневших век. — Нет, — я через силу улыбнулась и холодной ладошкой провела по щекам, смахивая влагу. Его руки, по-прежнему, оставались на моих тощих ногах, согревая кожу под собой. — Мне долго не приходила зарплата, вот я и переживала, но оказалось это проблема с банковской карточкой. Ничего серьёзного, мне пришлось потрепать себе нервы в банке, но надо ещё пару дней поездить и разобраться с кое-какими моментами, — нагло лгала ему и не краснела, фальшиво улыбаясь. — Я очень выматываюсь, а это меня выбило из колеи, — говорю несладко, выделяя каждое слово, а его руки с каждым звуком сжимают меня сильнее. Тяжёлый вздох и мимолётное облегчение, я успокаиваюсь, давая парню надежду, что всё не так уж и плохо. Ком, не так давно подступивший к горлу, наконец-то исчез и наступило облегчение. Пусть и я сказала лишь малую часть правды, но это снова дало возможность сердцу биться спокойнее, а сказанной лжи — сильнее душить по ночам. — Всё? — он дал возможность выговориться, свободно и небось, а теперь сидит в ожидании чего-то посильнее, чем эта невесомая для него проблема. Брюнет каждый день сталкивается с подобным на работе и решает не только свои проблемы. А мои «трудности» сейчас кажутся ему смешными, но парень просто не позволит себе что-то сказать, что всё это детский лепет и я просто преувеличиваю. Ким тихо и трепливо слушает, делая скидку на то, что я — слабый, ничего не понимающий ребёнок, когда на его паху сидит двадцатилетняя девушка и бессовестно клепает. — Нет, — добавляю я после недолгого молчание, которое повисло между нами, после того как его голос последним прозвучал в этой комнате. — Есть один противный редактор, который устроил мне допрос, вместо того чтобы просто взять, — эти слова с натянутой улыбкой вырвались из уст и неприятной щекоткой прошлись по спине Джина. Я улыбнулась и закрыла глаза от смущения. — Что?! — воскликнул тот, сводя густые брови над переносицей, а мои руки упёрлись о мужскую грудь, ища опору и я в ту же минуту оттолкнулась, быстро поднялась и соскочила с кровати, направившись к двери. — Э! Куда собралась?! — его тон вынудил улыбнуться, но уже искренне. — Мой горячий шоколад остынет! — успела бросить и закрыть дверь, после того как парень дёрнулся в мою сторону. Я неслась с всех ног, слыша позади топот его, но как бы сильно не старалась быстро бежать, меня догнали в конце небольшого коридора. Ноги оторвались от земли под мой визг, и я оказалась прижата к стене, обхватила талию парня, пока руки ютились меж нами, оставляя маленькое расстояние между грудью обоих. — Повтори — на выдохе приказал он и только сильнее вжал, показывая разницу нашей силы. я ощущала всем телом каждую его мышцы, которая играла под кожей при малейшем движении. — Я говорю только один раз, Сокджин, — тихо сказала, охватывая руками его шею и прижимаясь ближе, отрывая лопатки от стены. Парень ухмыляется, кончиком языка проходиться по губам и целует. Целует жадно, властно, задавая ритм движениям, покусывает губу, останавливается и слегка оттягивает нижнюю. Я вся горю, как и он. Оба пытаемся держать себя в руках и как можно дольше продлить это мгновение. Я припадаю к пухлым, зацелованным губам снова, а Ким углубляет его, делает грубее и страстней. Наши языки сплетаются воедино, даря друг другу тепло, мокрые прикосновения. Воздуха не хватало обоим от чего голова начинала кружиться, а всё вокруг качалось. Всё было похоже на пошлую и развратную игру двух тел, нежели на горячие прелюдия. Я нетерпеливо стянула майку с парня, оголяя его туловище. Ненужная вещь упала вниз, приземлившись где-то около ног Джина, а рука брюнета пробрались под майку, очерчивала изгибы тали и забираясь под бюстгальтер, который только мешал. Его голый торс ощущал влажную ткань трусиков, пока ладонь сжимала грудь, касаясь пальцами чувствительных участков. Я невольно мычала в поцелуй, а он улавливал каждый звук и превращал его в тихий стон. — Джин, ты дома?! — мужской, но такой звонкий голос прервал процесс на самом интересном месте. — Есть кто живой? — прозвучал уже знакомый низкий тембр, в котором я узнала шатена. — В смысле? — я первая отстранилась и удивлённо посмотрела на парня, который тоже был не в восторге от происходящего. — Кто? — прерывисто выдала что-то несуразное, пока Ким восстанавливал такое же сбитое дыхание. Внезапно показалась светлая макушка. Первым в поле зрение попал блондин. За Чимином следом зашёл недовольный Тэхён, который внимательно и с некой осторожностью осматривал комнату, пока не увидел нас в коридоре. Их лица вытянулись в молчаливом оцепенение и блондин даже дёрнулся от неожиданности. — Су-ка… — протянул парень, который в такой неудобной ситуации всё ещё прижимал меня всем своим весом к стене. Я тихонько взвыла, расцепляя ноги и освобождая Джина. Он аккуратно опустил меня на пол и нервозно дёрнул собственную майку, тем самым прикрыл мои обнажённые бёдра. — Можно, блядь, звонить?! — резко воскликнул он, от чего я зажмурилась и стала по стойке смирно. В его голосе проскакивала жёсткость и хрипота, которую мне доводилось слышать лишь однажды. — Ты трубку не брал! — возмутился второй Ким, пока Чимин разглядывал ламинат, как и я. — Айщ, — сквозь зубы пропустил Сокджин и наклонился, дабы поднять с пола вещь, которую я нетерпеливо стянула с него минутой ранее. — Просто поменяю пароль, — тяжело вздохнул. — Я просто, сука, поменяю пароль, — повторился он и потряс скомканной одеждой у себя в руках. Минутная тишина прервалась возмущением редактора. Он зарылся рукой в взъерошенные волосам и посмотрел на меня, а я только поджала губы и часто заморгала. — Ммм, — протяжно промычал он и провёл по моему плечу до кончиков пальцев, а после удалился в глубь квартиры. — Давно не виделись, Сони, — когда фигура брюнета скрылась за дверь, ко мне подошёл Чим и заключил в крепких и очень неловких объятиях. Он был прав, мы давненько с ним не виделись, даже вспомнить не могу, когда общалась с этим потрясающим молодым человеком. Чим постоянно искрился и как будто излучал простое человеческое тепло, которого так не хватает в нашем мире. Я приоткрыла глаза и посмотрела на всё так же не подвижного шатена. Тэ наблюдал за нами, хмыкая себе под нос, но его натура не заставила долго ждать. — Чимин, брось каку, где твой инстинкт самосохранения? — он измывался надо мной и любовался, когда моё лицо показывала кардинально разный спектр эмоций, зависимости от сказанных им слов. Блондин хихикнул и отпустил меня, направившись вслед за хозяином дома, а я осталась с этим безжалостным энергетическим вампиром наедине. — Здравствуй, — процедила я и двинулась ему на встречу. Он даже не шелохнулся, а только язвительно наблюдал за тем, как я закрываю окна, а после подхватываю остывший, так и недопитый горячий шоколад. — Ты тут уже успела прописаться или только планируешь? — его вопрос вынуждал закатить глаза, что я благополучно сделала. — Смотри осторожнее, застрянут, а ты от испуга склеишь свои шаловливые лапки и отойдёшь на тот свет, — он стоял напротив, и я могла лицезреть потрясающую игру его мимики и молиться скорому возвращению Пака, вместе с Джином. — Что страшно? — залилась смехом, после того как протянула руку к нему, а тот как ошпаренный отскочил от стойки и попятился назад. — Конечно, — воскликнул тот и обнажил ряд белоснежных зубов. — Рядом с тобой сейчас такая влажность, что нормальному человеку невозможно выжить в таких условиях, — он состроил милую рожицу и вернулся на своё место. Каким бы он не был, всё равно Ким обладал своеобразным очарованием, которое притягивало к нему людей. Такой себе очаровательный засранец. — Собирайся принцесса нам надо ехать. — Не поняла, куда ехать? — я склонила голову набок, сводя брови на переносице, когда шатен подошёл и стал в такую же позу и изобразив токае же выражение лица, как и я. Мы простояли секунду в такой тишине, а у меня уже начинался нервный тик. — Ладно, не очень та интересно. — Постойте, Госпожа! Если хотите остаться дома, то мы можем выпить чаю и поговорить о новой дораме, — заладил Тэхён, обогнув стойку и схватив меня за плечи, тем самым не дозволил покинуть его компанию. — Вы правы, в вашем преклонном возрасте надо больше отдыхать, а раз пошла такая пьянка предлагаю сыграть в шахматы, — он наигранно улыбнулся, но с таким талантом надо было поступать в театральное. — Ты заболел? — на серьёзных щах спросила у него и Ким сделала вид что задумался. — Собирайтесь, проваливайте и можете Джина забрать с собой, — я состроила многострадальное лицо и пожала плечами, умаляя Тэ прекратит этот театр одного актёра. — Хорошо, как скажите, Госпожа Ли, — Ким отпустил меня и отошёл, слегка приподнимая руки вверх, в знак того, что он сдаться. Я вздохнула с облегчением, но моё спокойствие продлилось не долго. — Чимин! — заорал тот на всю квартиру. — Хватит помогать Джину с его стояком и тащи пазлы! — продолжил он, а я себя ударила рукой по лицу. Это точно слышали все соседи, но ТэТэ всё равно, он тут не живёт, а вот Сокджин уже верещал в ответ из другой комнаты. — Замолчи, — словно змеюка шепталась, припавши к губам парня ладонями. Я заткнула его и стала проталкивать к выходу, надеясь на то, что Пак уйдёт более мирным путём. Шатен продолжал что-то бубнить мне в ладонь, попутно отрывая мою ручонку от своего лица. — Тэхён, отпусти её! — рявкнул Джин, как только вошёл в комнату. Ким недовольно покосился на нас и раздражённо вздохнул, пока блондин благополучно нашёл мой холодный напиток и допивал с чистой совестью. — Она первая! — возмутился шатен, оторвав мою ручонку от губ. — Одевайся, засранка! — приказал он, после того, как я перестала пялиться на Сокджина и посмотрела на него, выдав ехидное и фальшивое «Хаха». — Тэхён! — старший повысил голос. — Ко мне тоже появиться снисходительность, если я буду с тобой спать, хён? — его вопрос был таким болезненным, как серпом по моим несуществующим яйцам. Измена? С Тэхёном? Это было весьма интересно, но такое заявление не улучшило испорченное настроение Джина, а Чимин уже валялся на полу, заливаясь звонким смехом. — Эээ! — я резко остановилась, пока шатен толкал меня в лопатки, в сторону спальни и просил одеться. — Мне кажется или ты путаешь берега? Голубая лагуна в другой стороне, парень! — не очень тонко намекнула на специфический клуб в соседнем квартале нашего района. Я запрокинула голову назад, испепеляя его лоб и глаза взглядом. — Не волнуйся, Сони, ты обделённой не останешься, — он ехидно усмехнулся. — Мы тебя третей возьмём… Я отскочила от него, а по телу проскакали табуны муравьёв, которые противно щекотали кожу своими маленькими, колючими и волосатыми лапками. Меня слегка подёргивало, Джин стоял, оперившись об стену и потеряв всякую веру в нашу разумность, а Пак давно крючился на полу и немо смеялся. Я очертила взглядом небольшой треугольник между молодыми людьми и натянув майку редактора ниже, посеменила в сторону необходимой мне комнаты. — Что это было? — брюнет обратился к другу, который продолжал стоять и пялиться в пустой коридор, но от шатена не последовало никакой реакции. — Тэхён, — чуть громче позвал старший Ким и парень обернулся. — А? — Тэ забегал глазами по лицу Сокджина, а потом пару раз моргнув и прейдя в себя вспомнил слова хёна. — Знаешь, она ещё совсем юная, — он грустно улыбнулся и снова посмотрел на пустующий коридор. — Иногда так и хочется побыть таким же беззаботным, как она. — Тэхён? — Джин недоверчиво прошёлся по фигуре и сощурил глаза, закусывая внутреннею сторону щёки. — Прости, что помешали, — напомнил о наглом вторжении. — Но вы ещё сто раз успеете потрахаться, а сегодняшняя ночь слишком замечательная, чтобы тратить её на какие-то плотские утехи. *** Дверь неспешна открывается и на него смотрит само очарование. Девушка растеряно оглядывает силуэт молодого человека, на какое-то время останавливая взгляд на довольной улыбке. Она застыла перед ним с растрёпанными волосами, без капли макияжа и в розовой пижаме с единорогом. Такая домашняя и тёплая, что он на секунду застопорился, оглядывая эту милоту. Шатенка пришла в себя и поняв кто стоит перед её дверью тут же намеривалась захлопнуть её. — Убери руку, — прошипела девушка. Чон быстро среагировал и опрометчиво решил подставить руку, чтобы та не смогла запереться в собственной квартире. Парень сжал губы в тонкую линию и зажмурив глаза болезненно вдохнул. Его правое предплечий и плечо было зажато меж дверью и косяком. — Чонгук! — вскрикнула О и открыла. — Пустяк, — сдержано, очень самодовольно сказал он и провёл нешаблонной рукой по противоположному плечу, будто смахивая пылинки с любимой куртки. Ему было не сладко. Боль розошлась по телу, от чего мышцы сжались. Девушка планировала захлопнуть, но Чон испортил все планы, а теперь она чувствует себя виноватой, не смотря на его слова. — Ты что-то хотел? — она виновато подняла на него глаза и парень довольно улыбнулся. Смысла спрашивать не было, он не мог просто заглянуть к ней в гости, всегда должна была быть причина и сегодня он пришёл не без предложения. — Ты свободна? — сощурив глаза поинтересовался тот, хотя его это мало волновало. — Ладно, не важно, — так и не дождавшись ответа от барышни продолжил говорить, упуская эту не нужную болтовню. — Одевайся, милочка, — Ёнджу свела брови на переносице и недоверчиво покосилась на приятеля. — Давай, проведёшь эту пятницу со своим любимым Гуки — Это плохая идея, Чонгук, — она слегка улыбнулась его «Гуки», но тут же девичье лицо показалось слишком серьёзным и опечаленным. — В прошлую пятницу я согласилась с тобой пойти в клуб и это плохо закончилось, а сегодня я хочу остаться дома, — она монотонно проговаривала всё, рассматривая золотистую дверную ручку. — Ой, ты преувеличиваешь. Ничего такого не случилось. Ну валом, что ты не чего не помнишь? У меня постоянно такое бывает. Давай, соглашайся, я же вижу, что ты хочешь, — он лепетал о своём, пока она продолжала сверлить не в чём неповинную ручку. — Бывают такие дни, когда ничего не хочется, Чон, — опять серо ответила она и не посмотрев на него. — Даже больно думать о чём-то, — настроение ни к чёрту, а он стоит у неё над душой, пытается достучаться к прежней О, которая ушла в воспоминания. — Пф, — брюнет задумался на мгновение, но тут же вернулся обратно в реальность с новой мыслью, которую тут же озвучил. — Можно было просто сказать, что у тебя месячные и не закручивать, — между молодыми людьми повисла неловкая пауза. Не успел парень моргнуть, как дверь перед его носом захлопнулась, а девушка скрылась за ней и слова не проронив, только щелчок замка провёл его в чувства. Гук прижался лбом к холодной поверхности и закрыл глаза, воображая лицо противной девчонки, а она с другой стороны облокотилась спиной подавляя желание снова открыть. — Мне кажется, что ты будешь рада кое-кого повидать, — ели слышно произнёс макнэ и слегка улыбнулся. Эти слова были его последней надеждой на снисходительность шатенки, и он попал в точку. Щелчок. *** Вонь палёных шин витала в воздухе, а запас костра дополнял эту композицию. Вокруг было множество людей, в основном молодёжи. Компании собирались вокруг машин, усаживаясь на их капоты и багажники, распивая алкоголь из пластиковых стаканчиков. Где-то слышались крики и хохот, тоненькие голоса испуганных девушек и рёв моторов. Кто-то выделывал всякие трюки на мотоциклах, а кто-то рвал двигатель своих тачек, стоя на месте и создавая небольшой дымок, который вздымался в верх и перемешивался с кислородом. Пару ребят сидели прямо на холодном асфальте и играли в картишки, бросая от злости купюры денег друг другу в лицо. Своеобразное местечко находилось на окраине столицы на давным давно перекрытой трассе. Вокруг возвышались небольшие холмики, а в дали виднелись небоскрёбы самого города. Я быстро перебирала ногами, следуя за Джином, который крепко сжимал мою холодную ладошку в своей, тёплой. Мы ловко огибали людей продвигаясь в неизвестном для меня направление, хотя эту «тусовку» я знала очень хорошо, но всё равно держалась за молодого человека, боясь отпустит и потеряться в толпе. С каждым шагом мы всё ближе подходили к большому, но не высокому зданию, которое тёплыми огнями светилось изнутри, привлекая людей, как мотыльков. У входной двери было не протиснуться, поэтому Ким подтянул меня ближе к себе и обхватил за плечо. Я как напуганный птенец, спряталась под его крылом и поджала руки к груди, иногда отрывая их от сердца и расталкивая прохожих. Жизнь внутри кипела полным ходом. Здание по своему строению чем-то напоминало клуб Намджуна, но в отличии от него полностью возвышалось над землёй. Второй этаж был на подобие балкона, а с потолка на длинных бутафорских проводах свисали лампы. Само помышление напоминало своим дизайном старый Американский, заброшенный завод. Крашеные, кирпичные стены, металлические трубы с покарябанным бронзовым покрытием, заторные наждачной бумаги и вскрытые лаком столы дополняли большие, коричневые диваны и деревянные стулья. Посреди огромного помещения красовалась круглая барная стойка, за которой располагалось около пяти — барменов. За их спинами находился двухметровый тоже круглый стеллаж с различной выпивкой, а лампочки, встроенные в предмет интерьера, выгодно подсвечивали напитки. Подходя ближе к столикам народ рассасывался и уже можно было спокойно идти, но Ким всё равно продолжал меня держать. Повсюду сидели люди, о чём-то болтали, делились впечатлениями, запивая алкоголем. Кто-то очень громко свистнул и звук луной разошёлся по помещению, отбиваясь от высоких стен. Я подняла глаза и посмотрела вперёд, замечая рыжее чудо, что задорно махало нам рукой. С Хосоком за одним столом расположился Мин, который целиком и полностью завладел женским вниманием, пока Хоби высматривал приятелей. Чон был не единственным рыжим созданием в этой местности. Возле стола крутилась Мэри, хрупкая девчушка, которая в перерывах между учёбой подрабатывала в этом месте. Тэхён шёл впереди, ведя нас за собой, он приблизился к девушке со спины и звонко шлёпнул по попке. Она уже была готова возмутится, но как только обернулась — замолчала. Тэ игриво улыбнулся уголком губ. Девчонка была иностранкой. Голубые глаза прожигали мужчину, а поднос она прижала к груди. Она смущена, но ему голубоглазая позволяла всё. — Виски, — прошипел ей на ухо, а та согласно кивнула головой и поспешила к барной стойке, выполнять просьбу этого сердцееда. Парни стали здороваться между собой, пока я робко стояла за широкой спиной редактора и только изредка улыбалось Хосоку. Юнги не спускал глаза с меня, от чего я смотрела на него так же, пытаясь вызвать у парня те же эмоции, но, видимо, ему было плевать, он только ехидно улыбался. Я посмотрела за его спину, рассматривая потрясающие витражи, на которых были изображены не очень приличные вещи. мне даже не удолось понять что именно там было, но как только мой мозг сложил картинку голой женщины, то сразу отвела глаз в пол и невольно смутилась. — Сони! — позади послышался визг и как только я обернулась, сразу оказалась в крепчайших объятиях во всём бело свете. — Не делай больше так, слышишь? — уже спокойнее сказала она, крепче сжимая в своих руках. В горле ком, который не проходил и не давал сказать и слова, я только сжала подругу в ответ, а совесть снова дала о себе знать. — Прости, — промямлила я в её волосы, вдыхая такой знакомый запах родного человека. — Боже, прелестное воссоединение семьи, дамы и господа, доставайте свои носовые платочки, сейчас будем плакать все вместе, — на заднем плане язвил Тэхён, но Чим быстро заткнул его, надавав тому по ушам. — Молодец, Гуки, — пролепетал второй Чон. — Я не сомневался в твоих способностях. Даже глазом моргнуть не успели, а вы уже тут, — парень пропустил Пака в глубь столика и в это время пожал руку младшему, в знак приветствия. Я нехотя оторвалась от подруги и уселись друг напротив друга. Она оказалась зажата между блондином и Чонгуком, но не жалела о такой компании. Я же пропустила Тэхёна, чтобы между мной и Мином было хотя бы какое-то препятствие. — Красиво, — заворожённо протянула, наслаждаясь свечением лампочек над головой. Брюнет невольно улыбнулся и закинув руку мне на плечо прижал к себе. Я обхватила торс парня обеими руками, тем самым грея их по нагретой курткой. — А где Намджун? — резко спохватилась я снова оглядела всех. — Он обиделся на нас, — без капельки грусти сообщил рыжий, разливая по стаканам жгучею жидкость. — Он же не может бросить клуб в пятницу, а мы пришли сюда, вот он и психанул, — Хоби пожал плечами и продолжил своё дело. Тут играла громкая музыка и я не сразу поняла от куда она исходит, потому что она была слишком не обычной. Чуть позже Джин объяснил, что здесь играют живую, на втором этаже стоят барабанная установка, мольные колонки и каждые выходные сюда приезжает новая группа. Мы попали на каких-то рокеров. Мелодия была очень живой и активной, но никоем образом не мешала болтать. Очень много времени прошло с того момента, как мы так собирались, жаль, что не полностью, но сегодня эта дружная компания снова в строю ночных тусовок большого города. Мы болтали с Ёнджу о незамысловатых вещах и просто наслаждались компанией друг друга. Меня беспокоило то сообщение, которое получила шатенка пару часов назад и пре мысли о нём перед глазами повставал образ русоволосого и его слова. — Ты что-то будешь? — обратился ко мне брюнет, кивая в сторону огромного количества алкоголя, что стоял посреди стола. Я закусила губу, пробегаюсь глазами по наименованиям, но таких названий я отраду не слышала. — То, что и ты, — поджав губки посмотрела на него. Я понимала, что в моей ситуации о алкоголе и речи идти не может. Я не ела со вчерашнего вечера и то, что это был рис надо не напоминать. — Дурёха, я пью крепкое, — оскалился парень. — Выбирай что-то другое, — я обиженно посмотрела на него, а потом перевела взгляд на многочисленные бутылки. Ёнджу пила то, что и все остальные и только я сидела и хмурила брови. Разум посчитал, что это знак свыще, поэтому спустя получаса я не претендовала на выпивку, пока все бурно толкали бессмысленные речи и звенели стеклянными стаканами. Мне и так было хорошо, по крайней меря я пыталась себя убедить в этом. — Почему не пьешь? — спросил уже довольно-таки хмельно Чимин. — Нельзя или стала слишком правильной? — парень усмехнулся и сделал глоток. Он заливал почти залпом и был активнее всех в речах, но его смутил тот факт, что я даже не пригубила, а только обнимала Кима и болтала. — Ага. Беременна, — улыбнулась в ответ, а за столом повисла напряжённая тишина. Джин от неожиданности поперхнулся и вопросительно покосился на меня. — Да ладно вам, я просто ляпнула, — мои слова не внушили им доверия. Ребята стали переглядываться между собой, но больше всего все таращились на брюнета. — Блядь, — раздражённо прошипела и потянулась к руке парня, забирая стакан с крепким напитком. Глоток за глотком я опустошила его и демонстрируя пустой сосуд, посмотрела на каждого за столом. — Ебать, — внезапно подал голос Чонгук и все обратили внимание на него. — Пиздец, я уже ей поверил! — воскликнул он, а Пак стал поддакивать. Все снова расслабились и продолжили болтать. Я смотрела на пустой стакан и чувствовала, что мой желудок не в восторге от такого сюрприза. Жидкость пекла не только во рту, но и в животе. Сильный спазм чуть не сложил меня пополам. Я мужественно держалась, пережидая режущею боль. — Испугался, — я протянула пустой сосуд Джину и о виновато посмотрела на него, пока руки и ноги сводило от боли. — Нет, — совсем безразлично ответил он. Уже была глубокая ночь, но людей не становилось меньше. На улице кричали и кого-то поддерживали, а мы всё также сидели, проводя время друг с другом. Глаза норовились сомкнуться, принимая такой долгожданный сон, но совесть не позволяла заснуть прямо на молодом человеке. Голоса друзей становились приятным фоном, мышцы постепенно ослабевали, и я была не в силах держать собственную голову. — Джин! — воскликнул тоненький, женский голосок. Я от услышанного приоткрыла глаза и увидала знакомую блондинку. Пак Юна щеголяла на своих каблуках, поматывая бёдрами, тем самым превеликая многочисленные взгляды сильного пола. Я не подняла головы, а только с прищуром наблюдала за девушкой. — Где ты пропадал, сладкий, — блонда уселась возле Кима и совсем не стесняясь остальных чмокнула того в щёку. Никто из ребят даже бровью не повёл после уведенного, только Ёнджу осуждающе покосилась на Сокджина, а после вопросительно посмотрела на меня. Я слушала её щебетание и только сильнее сжимала торс парня под джинсовой курткой. Они продолжали вести диалог и своей мирной беседой вливались в общее настроение. Женская ручка будто невзначай оказалась на мужском колене и так же свободно, беспрепятственно поползла в верх. Я почувствовала, как тело брюнета напряглось, а довольная ухмылка Юны стала последней каплей. — Мы вам не мешаем? — показалась из-за парня, чем сильно изумила барышню. Она в удивление приоткрыла рот и захлопала глазами с пышными, наращёнными ресницами, но рука продолжала оставаться на мужском бедре. — Нет, нисколечко, — прейдя в себя продолжает всё так же лепетать, что раздражает меня ещё сильнее. — Что-то мне подсказывает, что мешаем, — я, наконец-то, отлипаю от парня и выпрямляюсь, от чего слегка возвышаюсь над ней. Рука Джина, которая до этого спокойно покоилась на моём плече и изредка наматывала длинные, тёмные волосы на пальцы, ущипнула, отдёргивая от происходящего. Карие глаза прошмыгнули, цепляя взгляд девушки, а потом обратила внимание на наманикюреную лапу. — Ты ничего не путаешь? — Хах, — выдавила она, надменно и наигранно. — Ну, может самую малость, — Пак деланно улыбнулась и кокетливо бросила мимолётный взор на Джина. Больше всего бесила реакция молодого человека, который просто тяжело вздохнул и неловко отпил содержимое своего стакана. В данный момент его так мучала жажда? Я была готова на месте запхать этот стакан поглубже в глотку стервы, пока она косилась на молодого редактора и будто невзначай проводила по губам мокрым языком. — Отлично, всё решилось само собой! — довольно заявила я. — Можешь поднять свою задницу с кресла и проваливать, чтобы я не видела твоего декольте в радиусе десяти метров от этого столика. Сечёшь? Блондинка застыла, за столом повисло молчание, а я в душе удивлялась собственной дерзости. Какая-то несчастная студентка дерзила одной из самых успешных журналисток. Тэхён пытался вставить своих пять копеек, Юнги с интересом за всем этим наблюдал, как Чонгук и Ёнджу, пока Хосок и Чимин обхохатывались. — Сони, — раздражённо прошипел Ким, прислонившись тёплыми губами к моему виску. — Вот это наглость, — ответила блондинка, а потом задумалась. — Поправь, если ошибаюсь, но разве ты не присутствовала на мероприятие в Инчоне? Я вас видела вместе, — сообщила девушка, бегая глазами между мной и красавчиком. Я положительно качнула головой. — А, так и знала, вы коллеги? — Можно и так сказать, — начал Сокджин, не давая мне вставить и слова. — Сони моя девушка, - добавил в конце, а от его слов внутри всё переворачивалось. За всё время он не говорил кто мы друг другу, а я уж тем более не поднимала этот вопрос, чего-то боясь. — Да? — она вопросительно посмотрела на меня. Моя выражение говорило само за себя и на радость моей душеньке светловолосая отдернула руку, сжав её в небольшой кулачок. — А ты мне ничего не говорил. Конечно, на что я рассчитывала? Ты месяц не выходил на связь, — с претензией глянула на парня. — С меня достаточно, — поднимаясь со своего места заявила и поклонилась, тем самым прощаясь со всеми. Я нагло перелезла спинку дивана, вызвав улыбки на лицах друзей, шок на морде этой пигалице и уставшую улыбку на лице молодого человека. Он был рад, что хоть и в такие моменты проявляется эта странная натура, которая с самого начала запала в душу. Наивность и беззаботность, что сейчас сменились недоверием и постоянными переживаниями. *** — Сони, — окликнул он меня, как только мы переступили порог его квартиры и я, быстро стянув обувь скрылась за углом. Он догнал меня при выходе из заведения и насильно посадил в машину к своему знакомому, который любезно согласился подвести нас до дома. Всё дорогу я молчала, игнорируя все попытки брюнета заговорить. — Эй, обиженный ребёнок, скажи же мне, что хочешь или без слов продолжим начатое? — он подкрался со спины и сильно сжал в своих руках, после потянулся вниз и аккуратно расстегнул пуговицу на моих джинсах. В спальне было тихо, пока я не решилась ответить: — Продолжай с Пак, — ядовито выплюнула я и сорвав его руки сама стянула плотную ткань. — Почему ты не останавливал её? Или он знает где надо прикасаться, чтобы ты не возражал? — я обернулась и чуть исподлобья посмотрела на него, прожигая несквозную дыру меж глаз. — Что? нечего ответить? Ладно, всё бы ничего, но ты спал с ней, — продолжила я, пока мужчина стаскивал свитер с меня. — Раньше, — добавил тот и положил мою вещь на стол со всякой дребеденью. — Я думал, что ты не из тех, кто берёт во внимание прошлое… Может и так, но сейчас всё совсем по-другому, — его тёплое дыхание обожгло лоб, а губы дарили нежное прикосновение. — Ложись спать, ты наверняка устала. Всю ночь я беспокойно спала и ворочалась во сне, до тех пор, пока Джин не обнял меня, утыкаясь носом в мои волосы, на протяжении какого-то и не начал тихо нашёптывать, что всё хорошо и не о чем волноваться. Я встречала уже второе утро в этой квартире и видимо по словам Сокджина так будет продолжаться дальше. Моему счастью не было предела, когда впервые за два дня удалось нормально и сытно покушать. Ким великолепно готовил и то, что кто-то с огромным аппетитом ест его стряпню — самая лучшая похвала. Нет желания дуть щёки на этот тёплый комочек нежности, который первую половину дня полностью посвятил мне, валяясь в обнимку на диване и попивая вкусный чай или что-то покрепче. Я и представить не могла, что такое может случиться со мной, но нехорошие мысли периодически лезли в голову. Откуда он знает это место? Неужели он там раньше бывал? А может не только выпивал в том заведение? Помимо весёлых компаний и живого звука каждые выходные это место славилось своими незаконными гонками, которые жёстко пресекались. На момент, когда там стали появляться мы с Ёнджу, организаторы договаривались с правоохранительными органами и отваливали им не малые деньжата, в обмен на свою неприкосновенность. Но разве Джин может в таком учувствовать или же как-то быть замешенным в это всё? Пока парень сидел возле меня, за не большим кофейным столико и перебирал какие-то бумажки по работе, я решила принять душ и просто промыть таким образом мозги. Тёплая вода всегда была моей слабостью. Комната постепенно заполнялась паром, а тело чувствовало блаженство. Впервые за последнею неделю я почувствовала себя счастливой. Ноги и руки не ломило от постойной работы, а живот не сворачивался в кокон, от постоянного недоедания. Хотелось визжать от радости, но любимый человек, за дверью, точно бы не оценил такого поведения. Я быстро перебирала ногами, укутавшись в большое, махровое полотенце, которое вручил мне брюнет. Спальня была самой светлой комнатой в этой квартире, поэтому нравилась мне больше всего. Моя тоже находилась на солнечной стороне дома, и я давно привыкла к лучам, наревевшимся меня будить. Мои вещи лежали у меня пред глазами, на всё том же столике. Я решила, что достаточно щеголять в чужой футболке и одних трусах. Быстро натянув на себя родные предметы гардероба, аккуратно сложила чужую вещь и поставила на место, где до недавнего времени покоились мои. Глаза невольно зацепились за что-то блещущая и стали рассматривать предметы на стеклянной поверхности. Большое количество самых разный часов, одеколонов и даже колец красовались перед кроватью, будто их специально тут поставили, чтобы дорогие и красивые штуки радовали глаз хозяина. Я поправила обычный чёрный галстук, который собирался упасть на ковёр, свисая с самого края столешницы. Внимание привлекла небольшая бумажка, размером А5, что небрежно пряталась под аксессуаром. Я быстро пробежалась по листу. Сердце отбило тяжёлый удар, казалось, что оно сейчас остановиться и больше никогда не продолжит свое движение. Дыхание участилось, ресницы и губы стали подрагивать от напряжения, что с каждой секундой возрастало во мне, когда я продолжала всматриваться в страшные буквы и убеждать себя: — Нет, не может быть. Мне это кажется. Сони, ты рехнулась! — эхом звучало в моей голове, пока трясшееся руки тянулись к бумаге с надписью: «Справка с наркологического диспансера». Мужская рука резко перехватила мою за запястье и сильно сжала в своих тисках. Я и слова не могла сказать, только судорожно дышала, пытаясь усмирить дрожь во всём теле. Джин глазами проследил за недавней траекторией моей неуверенной ладошки и только сильнее сдавил конечность. Не успела моргнуть как страшный документ пропал, словно ужасающий мираж и молодой человек отпусти меня, оставляя один на один с вопросами. — Джин! — вскрикнула, словно силой вытаскивая его имя из груди. Мужчина остановился в дверном проёме, но так и не обернулся ко мне, а я не смогла выдавить и слова больше. — Куда? — тихий вопрос на мои действия. Брюнет сидел спиной ко мне, продолжая разбираться с документами. Я прошла к входной двери и тихонька натянула обувь, когда его вопрос застал меня врасплох. — Я говорила, что мне надо разобраться с банком, — быстро нашла правдоподобную отговорку. — Джин, я переночую дома, — тихий и осипший шёпот доносился до него, но он продолжал неустанно печатать что-то на своём чёртовом компьютере, пока я выжимала себя, стоя позади него. — Хорошо, — выдержав паузу ответил он, не отвлекаясь от процесса. Это звучало совсем безразлично и сухо, до боли резало слух и вонзалось в грудь тупым ножом. Почему он так спокоен? Неужели ему всё равно, что произошло пять минут назад в той спальне? — Ёб твою мать! — яростно раскидывая документы, выругался редактор и схватился за голову, сжимая в кулаках тёмные волосы. Ноги сами несли меня я не желала останавливаться, а просто шла к собственному дому. Хотелось закрыться на сто замков и не впускать никого, хотелось слышать его ответы, но он молчал, как последняя сволочь, душил меня своим безмолвие. Что мне делать? Молчать? Неужели Лукас и Дон что-то знают о нём? Я бестолково билась в воображаемой клетки и искала лазейки, чтобы пробраться в его жизнь. У меня получилось, а сейчас я стою посреди дороги и сжимаюсь от пронзающей боли, которая проходит через всё обмякшее тело. *** «Millenton» 23:58 Я не знаю этого места, не знаю людей. Как другой мир, на другом конце города. Просто назвала название ночного клуба и через 20 минут оказалась на месте, неуверенно шагая во внутрь здания. Дорогой центре, модный район и просто место, где отдыхают богатенькие люди. Как два лагеря, которые находиться порознь, разделённые рекой. Клуб пепельноволосого и этот. Вроде бы одно и тоже, но чувство совершенно иные. Тут страшно, непонятно и холоднее. Люди не такие, музыка другая, даже сигаретный дым воняет по-другому и запах алкоголя не так дурманит разум. Но я пришла сюда не за этим. Моя цель сидит в самом центре внимания, превеликая взгляды многих в том числе и мой. — Я знал! — хмыкнул русоволосый, когда из толпы показалась я и без малейшего привлечения внимания зацепила его взгляд. — Присядь, нам есть о чём поговорить. Сейчас этот шаг решал всё, что будет дальше. Относительно небольшое движение — шаг, но как тяжело он мне даётся.