...и бутылка рому

ЯСМИН       Таверна «Кроличья нора» пестрила цветами различных факультетов. Чёрный — для земли; красный — для огня; синий — для воды; ну, а для воздуха, естественно белый. В этих четырёх цветах мы с Лайтом стали белыми воронами в серой форме нашего учебного заведения. Но, поскольку мы с ребятами сидели за самым дальним столиком, на нас почти не обращали внимания.       Всё-таки адепты Университета Эминара собирались в «Заячьей харчевне». Хотя, вряд ли кто-то из первокурсников заметил наше отсутствие — знакомых у нас с Лайтом не завелось. — Итак, что мы имеем, — задумчиво вертя в руках кружку проговорила я. — А имеем мы то, что Лера, наша небезызвестная подружка, пропала. — Откуда ты знаешь, что именно пропала, а не мертва? — нетерпеливо перебил Люк и, получив локтем в бок от Аэрона, возмутился: — Что? Ясмин так и не сказала откуда взялись эти сведения, только: «Едем в Академию Стихий» и даже не объяснила, с какой радости вы с Лайтом поступили в Академию Эминара!       Я недовольно покосилась на Аэрона. — Да, Люк, ты прав, не объяснила. Но начну с самого начала. Как мы все думали, Лера не удержалась на корабле и во время шторма вылетела за борт. До некоторых пор я тоже считала, что она умерла, но… Помните я пару дней провела на Острове Русалок? — Это там, где тебя чуть не сожрали, потом чуть не утопили, затем чуть не закопали, — загибая пальцы начал перечислять Лайт. — Да, именно там, — прервала я поток его воспоминаний. — Но туда я отправилась не просто потому что мне так захотелось. — Так, Ясмин, а теперь попробуй им всё объяснить! — У меня возникли некоторые подозрения. Однажды Аэрон сказала, что стихия разумна.       Видя мои затруднения, сам Аэрон поспешил объяснить: — До меня это дошло, когда помимо воды — её получает каждый левиафан — я получил и дар огня. Огонь… Я не знаю как, но он… Говорил со мной. Образами. — Как огонь мог говорить с тобой, пусть даже и образами? — скептически спросил Лайт. — Змей, у тебя либо глюки из-за белой горячки, либо глюки из-за сумасшествия. Ах да, это же одно и то же, так что у тебя даже выбора нет — ты чокнулся.       Аэрон недовольно поморщился, но всё-таки объяснил: — При инициации стихия может говорить образами… — Короче, просто прими как факт, — перебила я и продолжала прерванный рассказ. — Так вот со мной образами общалась вода. — Стой-стой, — удивлённо воззрился на меня Бран. — Но ты же не маг! — Я знаю, что я не маг, а до того момента и не представляла, что вода живая! В конце концов, вы можете просто дослушать? Итак, я видела, как вода выносит на берег Леру. Но до Острова Русалок у меня были сомнения. Как вы знаете, русалки встретили меня не очень дружелюбно. Но пойти я могла только к ним. — Почему? — спросил Аэрон. — И ты могла пойти в левиафанам! — Да, конечно, — протянула я. — Они б меня сначала казнили, а уж потом задались бы вопросом, кто я, и что мне надо. К тому же, они не умеют общаться со стихией. Итак, я пошла к русалкам. Да, Лайт, ты был прав, сначала мне пришлось от них побегать, но потом Итиэль всё-таки согласилась пустить меня в Священный грот. — Бред, — перебил Люк. — Даже если я поверю в эту чушь про одушевление стихий, то в то, что Итиэль на что-то согласилась — уж точно нет. — Верь не верь, а это так. Там я окончательно убедилась в том, что Лера жива. — Но с чего ты взяла, что она поступила в Высшую Академию Стихий? — спросил Бран. — Мы ведь для этого здесь?       Я, как всегда, восхитилась другом. Он умел молчать, слушать и делать выводы. Даром, что из всеми забытого городка, куда почта идёт несколько месяцев. — Помните, как она об этом мечтала? А ещё я поспрашивала кое-кого и узнала, что Лера не просто поступила в Академию Стихий. Она ещё и участвовала в Восьмом Королевском Турнире. — И, не обращая внимания на то, что ребята усиленно пытались хоть как-то соскоблить челюсти с пола, в двух словах закончила. — Именно поэтому мы с Лайтом и поступили в Академию Эминара. — У меня два вопроса, — медленно, после небольшой паузы, проговорил Люк. — Во-первых, с чего ты взяла, что нас, первокурсников, возьмут в команду, где вообще-то не больше шести человек? Во-вторых, зачем нам участвовать в турнире? — Затем, что именно после турнира Лера пропала. Ну, а первый вопрос… Я не думаю, что именно меня возьмут в команду. Всё-таки, драться я умею… ну так себе. Но если меня — нет, то Лайта должны обязательно. Он же учится с шести лет. — Так и знал, что даже здесь меня догонит моё происхождение… — проворчал упомянутый. — Не злись, всего один турнир. Ну, а что касается вас, — я обвела взглядом адептов Академии Стихий, — в вас я верю. — Мы очень польщены, — съязвил Люк, — но это невозможно. — Ребята, — и это застонала даже не я, а Лайт. — Обратите на себя внимание, придумайте что-нибудь… — Не-воз-мож-но, — по слогам произнёс воздушник, но его перебил Бран: — Надо — сделаем. — Спасибо, — я благодарно улыбнулась. — Вообще-то, не обязательно все должеы попасть в команду, но вместе существует бóльшая вероятность нарыть что-нибудь хорошее. — Ты для этого поступила в Академию Эминара?       Я улыбнулась и кивнула. — Ладно, — Люк хлопнул в ладоши и поднял свою кружку. — За дальнейшую учёбу и за то, чтобы Джерам меня не убил. — За то, чтобы Оралд меня не убил, — поправил Лайт. — Весёлая компания, вы что, не можете без происшествий? — в голос застонал Аэрон. — Просто за то, чтобы не загнуться во время обучения. — Поддерживаю, — без тени улыбки заявил Бран.       Мы чокнулись кружками, пожелали друг другу удачи, пообнимались, поплакали на прощание и разошлись по общежитиям. — И всё-таки мне не нравится моё место в этой истории, — недовольно проворчал Лайт уже когда мы подходили к Академии Эминара. — Я — спарринг-партнёр Оралда и у меня должно получится убедить его взять меня в команду. Уж кого-кого, а нашего ректора не обманешь. — Кто-то мне всё время хвастается тем, что его обучали самые лучшие учителя империи, — весело заметила я. — Вот и отрабатывай свой хлеб. — Сражаться с корсарами и с ректором — разные вещи, — вздохнул друг. — Ладно, что-нибудь придумаем…