Это женский танец

      По всему дивану чувствовалась слабая вибрация, которая более чётко ощущалась у правого бедра. Она раздражала, щекотливое чувство, разрастающееся в районе кармана спортивных штанов, уже начинало надоедать. Вибрация повторилась пару раз, в разные промежутки времени. И только когда она совсем затихла, Кит сонно приоткрыл глаза и начал ощупывать ноги, чтобы достать телефон. Его пальцы коснулись чьих-то волос, после скользнули чуть ниже, мимолётно задевая чужое ухо, только после чего прошлись по линии бедра и наконец достигли кармана. Достав телефон, парень глянул на пришедшие сообщения. Сообщения были от брата. Их было три. Кит немного напрягся, потому что обычно Широ так активно не пользовался СМСками. Разблокировав мобильный, подросток начал было читать, зацепился глазами за первую фразу в довольно приказном тоне, но осёкся, почувствовав на своих коленках движение.       Кит сейчас вяло понимал, где он и что происходит. Оставив ненадолго прочтение сообщений, он отодвинул руку, в которой держал телефон, в сторону, и посмотрел на свои колени. На них тихо, мирно сопел хореограф. Кита словно током ударило от осознания того, в каком сейчас положении он находится. Человек, к которому он испытывает симпатию, лежит прямо перед ним, да ещё и на его коленях, боже мой. Стараясь игнорировать разошедшееся по всему телу колящее тепло, Кит смог соориентироваться со днём, временем, местом, где он сейчас был. Это всё так же была студия, это был всё тот же день, когда Кит увидел Лэнса в другом свете… Нет, скорее это был день, когда Кит смог побыть ближе к Лэнсу. Настолько ближе, что даже уснуть вот так вот на диване, слушая убаюкивающую песню.       Кит глянул в сторону окна, заметив, что в студии было слишком темно для середины дня. А точно ли была середина дня? Вновь посмотрев на дисплей телефона, подросток очень сильно удивился, заметив, что на часах уже было шесть вечера. А ведь он пришёл сюда в начале второго. Кит хотел было выбраться из-под головы хореографа, но только потревожил того, из-за чего Лэнс сначала сдвинул к переносице брови, по-ребячески хмурясь, а затем и разлепил глаза, узрев перед собой потолок. Подросток затаил дыхание, вновь теряясь в ситуации. Он попросту не знал, что делать в подобных случаях. От дрожи, мимолётно скользнувшей по его рукам, Кит даже выронил телефон.       Повернув голову, Лэнс посмотрел на замеревшего парня с искренним недопониманием, затем приподнялся на локтях, в последствии чего уже сел, сонно зевая и потирая глаза. — Ты чего проснулся? — бросив на подростка мимолётный взгляд через плечо, Лэнс потянулся вперёд в попытке размять затёкшие мышцы. Тело неприятно ныло, несмотря на то, что диван всегда был мягким, а колени парня стали удобной подушкой для дневного сна. — Чего я проснулся? — удивлённо переспросил Кит, округляя глаза. — Ты говорил, что мы посидим десять минуточек, а не несколько часов, — он был возмущён произошедшим. А ведь хореограф и понятия не имел, как усердно себя подготавливал Кит к сегодняшнему занятию. Морально подготавливал. — Ну, никто же не ожидал, что сон будет та-ак сладок, — хитро протянул Лэнс, скидывая с дивана ноги. — Да и разве не ты ли не хотел до этого заниматься? — Так мы же договорились, что сегодня будем заниматься, я морально был готов к твоим танцам, а ты… — Кит резко встал, из-за чего голова немного закружилась, но всё быстро пришло в норму. Парень выпрямился и осмотрелся, отмечая свой помятый вид в зеркале. — А ещё мне казалось, что сегодня у тебя занятие с группой. — Тебе казалось, — уклончиво ответил Лэнс, не смотря на подростка. Всё-таки спать днём была не лучшая из затей. Но в любом случае, Лэнс считал, что всё это было не зря, и был доволен потраченным на сон временем.       Недовольно хмыкнув, парень вновь глянул в зеркало, недолго постоял, задумавшись о своём и внезапно вспомнил, что ему писал Широ. Суетливо обшарив карманы, Кит обернулся и в таком же суетливом темпе подошёл к дивану, на ощупь пытаясь найти телефон. Чёрный мобильный было трудно заметить в тёмном помещении. В особенности на диване с тёмной обивкой. Наконец наткнувшись на него, подросток схватил сотовый и за считанные секунды вернулся к присланным сообщениям. Их Широ отправил ещё в часа четыре дня, и они не несли в себе какой-либо радостный подтекст. Поэтому, если бы Кит постарался сейчас на них ответить, то явно бы получил от брата нагоняй за свою непунктуальность. Лэнс же, сидя на диване, следил за тем, как меняется в лице подросток с каждым прочитанным словом. И такой расклад дел ему совсем не нравился. Теперь он почувствовал себя виноватым, накрутив себе идею о том, что именно из-за его прихоти, из-за желания Лэнса, Кит сейчас с чем-то разбирался. Мгновение, и парень заходил по студии, не зная, следует ли ему идти в раздевалку, переодеваться и бежать домой, или же не стоит торопиться. Хореограф непонимающе следил за его нерешительностью, но, как только это начало надоедать, он прервал хождения подростка: — Что случилось, Кит? — поднявшись с дивана и сунув руки в карманы штанов, спросил Лэнс. На него посмотрели обеспокоенным взглядом, что взволновало больше прежнего. — Мне написал Широ, — неуверенно начал он, сжимая в руках телефон. — Он сказал, что папа сейчас в участке. И ещё сказал мне немедленно идти домой. — Ну и почему ты ещё стоишь здесь? — с недопониманием оглядев внешний вид парня, поинтересовался хореограф. — Тебе, наверное, надо уже быть дома. — Если я туда приду, то… — Кит опустил голову, скрывая от Лэнса глаза под чёлкой. Нет. Это не его проблемы, Лэнсу не обязательно знать о том, что происходит у подростка дома. — Хорошо, ладно, ты прав. Нужно идти.       Парень ушёл в раздевалку, оставляя хореографа в одиночестве. Тот же стоял и смотрел в окно, после того, как потерял подростка из виду. Тучи тянулись по небу, плотно прижавшись друг к другу. Нахмурившись, Лэнс покачал головой. Возможно, к ночи пойдёт дождь. Засмотревшись на серое небо, Лэнс и не заметил, как из раздевалки вылетел Кит, который по началу ринулся к двери, но остановился, развернулся и подошёл к хореографу, в полупотёмках пытаясь разглядеть выражение его лица. — Я очень хочу прийти на следующее занятие, — настойчиво сказал подросток, сжимая ладони в кулаки. — Но есть вероятность, что у меня не получится прийти. И… Ну, я просто… Наверное, просто хочу, чтоб ты знал.       Закончив на этом, Кит вновь повернулся, удаляясь к выходу. Он хотел уйти отсюда скорее, чем Лэнс скажет что-либо в ответ. И ноги, в угоду желания своего хозяина, скорее понесли его из этой студии, из этого здания, по холодной улице. Они вели его домой. Но Кит знал, что, раз отец был в участке, ничего хорошего его там не ждёт. Парню было тяжело дома. Ведь он был никудышным младшим братом, который рос в тени старшего. Обычно, как казалось подростку, больше внимания уделялось младшему ребёнку. Но не в его семье. Кит никогда не мог сделать что-либо так, как требовалось. Он мог выложиться на полную, вложить душу в занятие, порученное ему отцом, но в итоге его всё равно не похвалили бы. Лет в двенадцать, если не раньше, парень понял схему и перестал стараться. Ему уже осточертело уходить разочарованным в свою комнату. Кит почти не помнил, когда его хвалили. Он ничего из такого не помнил. И единственным, что радовало в жизни до появления хореографа, было лишь время, когда Широ относился к нему лучше, когда был тем самым старшим братом, о котором мог мечтать каждый. Сейчас же он повзрослел и был слишком серьёзен в отношении Кита и его дел. И всё из-за того, что единожды подростку пришлось ввязаться в драку. На кого же подумал обозлённый отец, пришедший забирать отпрыска из участка? На единственного, кто вообще попал в участок? А после ведь эти драки продолжались. Кит не знал, чем он так привлекал этих хулиганов, бандитов, — да кем бы они не являлись.       До того, как Широ привёз парня в танцевальную школу, Киту было совершенно по барабану. И на драки, и на домашние аресты, следовавшие после разбирательств с дяденьками-полицаями. На всё было параллельно. Но сейчас, когда действительно появился интерес к чему-то… к кое-кому определённому, Кит просто не мог быть сейчас наказан. Он бы не вынес недельного пребывания дома. Раньше, конечно, он мог спокойно сесть в комнате за чтение книги или же просмотр какого-нибудь аниме, потому что никого за пределами дома не волновало, выйдет сегодня подросток на улицу или нет. Но сейчас, как ещё в начале говорил Широ, парень был готов на колени перед родственниками встать, лишь бы не пропускать занятий в студии. Хотя, вероятность, что его вообще послушают, была очень близка нулю. Но надежда ведь умирает последней. Вот и своей Кит пока ещё не бросал, крепко цепляясь за неё руками.       Когда парень подходил к дому, с неба начали падать редкие капли. А вот и дождь. Остановившись ненадолго перед лестницей, ведущей на крыльцо дома, Кит задрал голову наверх, к небу, с которого в то же мгновение несколько дождевых капель упало на лицо, стекая по щекам к шее, вызывая щекотливое, холодное чувство. Поёжившись, подросток опустил голову, взбежал по ступенькам и подошёл к двери, накрывая холодную дверную ручку своей ладонью. Он уже знал, что скажет, когда строгий брат поинтересуется, где пропадал Кит, чем он занимался, пока отец разбирался в участке, а он, Широ, сидел и ждал прихода подростка. Они же оба сейчас там на нервной почве сидят, наверное. Как только Кит ступит за порог, ему придётся столкнуться с ними лоб в лоб. И поэтому, ещё раз взвесив всё, подумав, готов ли он к такому, парень всё же открыл дверь и вошёл в дом. Скинув ботинки и отпихнув их ногой в сторону, он прошёл по коридору. На этот шум из гостиной вышел Широ, держа руки скрещенными на груди. Его суровый взгляд обжигал кожу и давил на совесть. Но Киту не за что было стыдиться, он ведь ещё ничего не сделал. Отца пока нигде не было видно, что означало, что мозготрёпки будет куда меньше, чем ожидалось. — Почему ты так долго? — в таком же повелительном тоне, как и его сообщения, спросил Широ, отворачиваясь от брата и проходя в гостиную. — Не ты ли был тем, кто решил записать меня в танцевальную школу, м? — язвительно вопросом на вопрос ответил Кит, следуя за ним. Вот они и столкнулись в этом разговоре. Теперь стоило тщательнее подбирать слова, чтобы не проиграть в споре своему брату. — Хочешь сказать, что ты ходишь туда? — с наигранным удивлением поинтересовался молодой человек, усаживаясь на диван. — Как-то даже мало верится. — Ох, простите, что не внушаю доверия, — разведя руками, проговорил подросток. Он положил сумку рядом с креслом, стоящим ближе всего к выходу. — Но если ты действительно хочешь запариться над этим, то тебе ничего не мешает позвонить моему преподавателю и во всём разобраться.       Бросив на парня угрюмый взгляд, Широ сдержанно вздохнул, подбирая с кофейного столика перед собой свой сотовый. Он недолго в нём копался, пробегаясь глазами по дисплею: скорее всего читал сообщение от отца, как предположил Кит. Широ ещё некоторое время молчал, затем посмотрел на подростка с толикой печали в глазах, но продолжил говорить так же серьёзно, как и прежде: — Кит, прошу, не ври мне. Ты ведь не ходишь в студию, — молодой человек не спрашивал, он утверждал, и это очень удивило парня. Кит даже неосознанно сам раскрыл рот, поражаясь таким выводам. — Отца опять вызывали в участок. Тебе нужно понять, что в итоге это ни к чему хорошему не приведёт. — О чём ты вообще говоришь? — возмущённо воскликнул Кит, весьма драматично всплеснув руками. — Широ, я тебе не вру. Я без понятия, почему папу опять позвали в участок. Но я к этому никак не причастен. Абсолютно. Если ты настолько сомневаешься во мне, то просто возьми и позвони Лэнсу, я серьёзно. Он докажет, что я был на каждом занятии, начиная с того момента, как ты меня туда привёл! — Не приплетай сюда этого парня, — сухо отрезал Широ, кинув телефон обратно на кофейный столик. — Ты мог бы спокойно обо всём с ним договориться. Кто знает, что ты сейчас вообще умеешь… Но тем не менее, ты должен сейчас сказать мне, почему на тебя поступила жалоба. — Какая ещё жалоба? — изумляясь услышанному, искренне поинтересовался подросток, хмурясь. — Я не понимаю… Что происходит? Широ, если ты пытаешься меня разыграть, то знай, что у тебя это получилось, и стоит заканчивать с этим. — Кит, я не шучу. Отца вызвали из-за того, что в участок поступило заявление о том, что двух ребят из младшей школы избили ты и твоя компания. Мальчишки не знали точно, но твоё имя они слышали чётко и часто. Когда полицейские увидели его в заявлении, то, не раздумывая, сразу позвонили нам, чтобы во всём разобраться. — Что? — парень даже тихо посмеялся. — Это действительно какой-то розыгрыш. У меня уже давно нет компании, с которой я бы гулял. Если это не какая-нибудь ошибка, то определённо подстава.       В гостиной повисло молчание. Широ долго смотрел на младшего брата. Просто он уже разучился понимать, когда Кит врёт, а когда говорит правду. А если быть точнее, то Широ просто разучился понимать своего младшего брата. И сейчас разобраться в сложившейся ситуации было очень тяжело. Просто под влиянием своего отца молодой человек привык считать, что Кит — ребёнок, которого можно было причислить к потерянному поколению. К тому поколению, которое перечило старшим, любило погулять, выпить, побуянить. Поэтому в один момент Широ просто перестал даже пытаться понять подростка. И даже сейчас он не хотел верить в слова парня. Это уже было внутренним барьером.       Встав с дивана, молодой человек сначала посмотрел в окно. За тюлью было плохо видно, идёт ли дождь или нет. Но отчётливо слышимые в тишине удары капель о стекло, постепенно усиливающиеся, давали чётко понять, что в скором времени дождь перерастёт в ливень и, возможно, будет идти до следующего утра. Поджав губы, Широ перевёл взгляд с окна на младшего брата, который сейчас ждал его вердикта, как приговора. Он стоял, сжимая кулаки, слегка приподняв и сведя брови к переносице. Весь его вид говорил о том, чтобы Широ не произносил проклятых слов, которые бы порушили все его планы. Но, как и говорилось раньше, Широ уже давно разучился понимать своего младшего брата. — Иди в свою комнату, — тон был не грустный, но и не строгий. Голос молодого человека казался нейтральным, как будто он не знал, какие чувства сейчас испытывать по отношению к подростку. — И с сегодняшнего дня ты под домашним арестом, пока мы не разберёмся во всей этой ситуации с заявлением. — Нет… — выдавил из себя Кит, немного пошатнувшись и сделав неуверенный шаг назад. — Не надо так… Широ, почему ты не можешь просто поверить мне? Или почему ты не можешь позвонить Лэнсу? Или в регистратуру? Да хоть ребят из студии спросить? — Кит был подавлен. Его сердце часто и жалобно стучало в груди. От этих сильных неровных ударов было больно. — Мне не за чем врать тебе. Потому что я хочу ходить в эту студию, мне действительно там нравится. Не нужно опять этих арестов. Я ни к чему не причастен… — Я своё слово сказал, Кит, — уже строго прикрикнул Широ. — Отец тоже настоял на этом.       Парень вобрал в лёгкие воздух и, казалось, после этого не мог выдохнуть, не то, чтобы слово сказать. Кит начал слабо качать головой из стороны в сторону в знак протеста. — А теперь иди в свою комнату, — старший брат отвернулся, подходя к окну.       Довольно громко и чётко цокнув языком, Кит подхватил с пола свою сумку и выбежал из гостиной, взбегая по лестнице на второй этаж и скрываясь в своей комнате, громко захлопывая за собой дверь. Бросив сумку перед собой на пол, парень недолго на неё смотрел. В ней же лежали вещи для занятий. Штаны, кроссовки. И невольно подросток вспомнил, что сказал хореографу перед своим уходом. Это ещё больше расстроило. То ли взвыв, то ли прорычав от злости, Кит со всей дури пнул несчастную сумку так, что она аж отлетела в окно, находящееся напротив двери. Ударившись, она упала на пол с глухим стуком. И тут парень понял, что, даже несмотря на слова старшего брата, у него в любом случае есть выход.       Раньше, когда Кит только начал избегать общения с семьёй, он частенько сбегал на ночь из дома через окно, чтобы прогуляться по городу и немного остудить голову. В более младшем возрасте это было трудно, но сейчас выбраться из окна и спуститься с дома, пройдясь по крыше крылечка, не составило бы огромного труда. И с разгорячённой головой парень решил, что уйдёт из дома. Не навсегда. Хотя бы на ту же самую ночь. Даже не взирая на приближающийся ливень. Если раньше ему удавалось найти место, чтобы спрятаться где-нибудь от внезапно грянувшего дождя, то и сегодняшний случай не будет исключением. Кит только хотел дождаться более подходящего времени. Ближе ко сну, ближе к комендантскому часу, ближе к тому времени, когда на улицах почти не останется людей. И, чтобы скоротать время, он пока решил продолжить чтение книги.       За чтением время пролетело быстрее, чем поначалу казалось подростку, но это только играло на руку. Поставленный на нужное время будильник завибрировал на столе, съезжая к его краю. Кит тихо выругался, потому что сюжет постепенно подходил к развязке, а прочитать он это не успел, но вернуться к этой книге он ещё всегда успеет. Поднявшись с кровати, парень обул кроссовки, которые лежали в сумке, натянул толстовку, поправил перекрутившиеся на ногах джинсы и только после этого подошёл к окну. Перед тем, как открыть его, Кит посмотрел в своё тусклое отражение, нахмурился и накинул на голову капюшон. Немного проблематично было вылезать из окна, потому как оно было узкое, а за несколько лет парень успел подрасти и поправиться. Но, немного попыхтев и попотев, он всё же выбрался на улицу, хватаясь за раму окна: кроссовки скользили по карнизу крыши из-за того, что она была мокрая, но это было несмертельно. С особой осторожностью можно было спокойно добраться до края и спрыгнуть. Постаравшись закрыть своё окно настолько, насколько получалось, Кит, прижавшись к стене дома, начал боком продвигаться к краю. Всё шло успешно, пока из окна, к которому он подошёл, не послышался шум телевизора. Это была комната отца. И, чтобы уйти совсем незамеченным, нужно было так изогнуться, чтобы и не показаться в окне, и не скатиться с тем же успехом по наклонной промокшей крыше.       Усевшись на корточки и максимально вжавшись в стену дома, Кит продолжил путь, шкрябая спину о выступающие деревяшки. Окно было почти пройдено. До края оставалось совсем чуть-чуть. Но, как на зло, отец решил посмотреть на ночную улицу и подышать свежим воздухом перед сном. Кит замер, стараясь не подавать шуму. Мужчина же высунулся в окно и осмотрел малоосвещённую улицу. Чмокнув губами, он что-то пробурчал по поводу ливня и вернулся в комнату, закрыв за собой окошко. Кита спасли несколько обстоятельств: спустившиеся на город сумерки и небольшой выступающий на улицу от окна подоконник. Уже более смело он дошёл до края и спрыгнул оттуда. Перебравшись через небольшой забор на улицу, Кит прошёлся между двумя оградами: своего дома и соседнего, — и, как только вышел на тротуар, дал дёру в сторону старых улиц.       Говоря о старых улицах. Кит любил тот район, потому что там жили большие семьи. Во всяком случае, он часто видел именно таких в тех местах. Когда несколько лет назад он сбегал из дома и приходил сюда, парень постоянно наблюдал за тем, как хорошо тут крепким и дружным семьям, как там все друг друга любят и оберегают. Да, конечно, не всё было идеально, хотя бы отмечая то, что это был район, где жили те люди, у которых были проблемы в материальном плане. Некоторые дома здесь и вовсе пустовали. И именно в одном из них собирался переночевать Кит. Через несколько пролётов он уже бежал по побитому, неухоженному тротуару знакомых улиц. Толстовка начинала неприятно липнуть к телу.       Выдохнувшись, Кит остановился у двухэтажного ветхого дома, облокотившись о забор, который его огораживал. Он наклонил голову вперёд, замечая, как на кончиках волос начали собираться капли, падая и растворяясь в мокром асфальте. Дыхание понемногу восстанавливалось. И всё уже становилось немного лучше, чем было дома. И не играло большой роли то, что вся одежда, что была на парне, в скором времени облепит его тело, как и то, что после такой выходки он ещё больше рассорится со своей семьёй. Даже то, что подросток после такой прогулки мог серьёзно заболеть, не очень волновало его. Сейчас всё было не менее чем прекрасно.       Помимо шума дождя появились ещё какие-то посторонние шорохи, отвлекающие внимание. Кит вяло поднял голову и увидел перед собой какую-то свору ребят постарше. Они не по-доброму улыбались, видимо узнавая в парне кого-то. Кит насторожился, следя за тем, как его начали вжимать в забор со всех сторон. Этих парней было не так много, но достаточно, чтобы перекрыть пути к отступлению своими телами. Осталось только решить, что же делать.