Стажер

Коннор поправлял галстук, пытаясь что-то увидеть в зеркале заднего вида. Хэнк уже вышел из машины и теперь наблюдал за тем, как Коннор пытается то ли еще туже затянуть свою удавку, то ли наоборот слегка ослабить. Хэнк подозревал, что выражение на ебальнике у него крайне сложное. Коннор хмурился, приподнимал брови, вздыхал и точно пытался себя этим галстуком задушить. — Коннор! — окликнул Хэнк, понимая, что это начинает затягиваться. — Завязывай уже! — Я готов, лейтенант, — тут же подорвался этот остолоп и выскочил из машины. Никаких особых изменений с его галстуком замечено не было, так что чего он там пыхтел?.. — Могу я поговорить со свидетелем? — Если я скажу «нет», ты же все равно поговоришь? — уточнил Хэнк, вспоминая, как любит тот влезать в такие разговоры. Коннор приподнял бровь и открыл рот, но, видимо, тоже вспомнил и, неуверенно прогудев что-то под нос, ответил: — … Нет? Хэнк махнул рукой. Он уже привык, что Коннор делает, что хочет и когда хочет. Если Коннор хочет до него докопаться, он придет домой и докопается. Если Коннор хочет расследовать преступление, он его расследует. И ничто его не остановит. Открыла им симпатичная рыжая девушка. — Мы из полиции, — Хэнк показал удостоверение, а Коннор неуверенно помахал им рукой. Девушка насторожилась, и Хэнк, в общем, понимал её. Он тоже каждый раз ждал от Коннора подвоха. — Мисс Трейси? — Нет, я эм… Трейси! Из полиции пришли. У самой Трейси были синие волосы, и она была чертовски красивой, если бы кто Хэнка спросил. Но его не спрашивали, даже не он задавал вопросы, так что он просто оперся о стену плечом и стал слушать их с Коннором разговор. Трейси отвечала по делу, немного нервно, но это привычно: убийства, которые связаны с тобой, и полиция в твоем доме ещё никому не внушали спокойствия и уверенности. Хэнк многое повидал за свою жизнь. Трейси утверждала, что покинула клуб поздно, но до приезда полиции. О том, что случилось с Грэмом, не знала, больше к нему не заходила, никого не видела. — Благодарим за сотрудничество, — очаровательно улыбнулся Коннор и даже слегка поклонился перед тем, как выйти. Хэнк поблагодарил девушек сдержанным кивком и тоже вышел из квартиры. — Ну? Что думаешь? — Чтобы сделать вывод, мне нужно больше данных, — заявил Коннор, задрав подбородок в своей излюбленной манере «я гениальный робот». Хэнку захотелось его стукнуть, но он привычно сдержал порыв. Только утомленно вздохнул. — Нам надо в участок, я бы хотел просмотреть записи с камер, а еще забрать анализы у нашего эксперта. — Только не говори ей, что она выглядит как страшный манекен. — Но она так и выглядит с таким слоем тонального крема на лице. — Все равно не надо. — Как скажете, лейтенант, — вздохнул и откинулся на спинку. — А вы чем хотите заняться? — Выпить, — честно ответил Хэнк, но заметил огорченный взгляд Коннора и тоже почему-то расстроился. — Ну или… погулять с Сумо в парке? — Второй вариант мне нравится больше. Вам следует больше находиться на свежем воздухе, проявлять физическую активность и меньше употреблять алкоголь. — В таком случае, тебе надо меньше работать, завести друзей и научиться развлекаться, — не остался в долгу Хэнк. Раздражение в нем спорило с отеческим умилением, и это тревожило. Он должен был быть просто взбешен тем, что какой-то посторонний идиот так настойчиво лезет в его жизнь. — Ох, — Коннор ошарашено моргнул и, казалось, немного задумался. — Но моя работа не вредит мне, я умею развлекаться. И у меня есть друзья. Есть. Друг. — Что, правда? И кто же твой друг? — Вы, лейтенант, — совершенно честно, абсолютно искренне ответил Коннор, глядя ему в глаза. У него был открытый взгляд, ранимый вид. Хэнк мог бы сейчас сделать ему очень больно, любым неосторожным словом. Но он смотрел на Коннора и понимал, что не будет. Не посмеет. Не сможет. — Ну выбирать друзей ты определенно не умеешь. — Умею, — упрямо возразил Коннор. — Не умеешь. И как ты вообще развлекаешься? — Я… читаю? И смотрю документальные фильмы и фильмы о животных. Хэнк уставился на него. Коннор все так же открыто смотрел в ответ и явно говорил правду. Хэнк открыл рот, пытаясь придумать ответ, но в голове не было ни одной цензурной мысли по существу. — И все? Что насчет вечеринок? Танцев? Секса? Что-нибудь, чем занимаются не роботы? Коннор закатил глаза и мягко усмехнулся. Было в его мимике что-то отдаленно кошачье, так что тут же захотелось почесать его за ушком. — Я бывал на вечеринках, меня приглашали. Там я и попробовал пунш, между прочим, — заметил он, Хэнк повел рукой, предлагая продолжить. — Но мне не нравится находиться в обществе малознакомых людей, находящихся в состоянии алкогольного опьянения. Музыка обычно очень громкая и очень… энергичная. — Танцевальная? Хреновая? — Энергичная, — дипломатично заключил Коннор. — Мне нравятся танцы, но не в такой ситуации. Он замолчал, а Хэнк попытался переварить, что ему только что выдали. Не в такой ситуации? А в какой же, мать его, ситуации? — Ты стесняешься, да? Танцевать и все такое? Ты стесняешься! — догадался Хэнк, и щеки Коннора окрасились легким румянцем. Он слегка сердито буркнул в ответ: — Ничего подобного. — Стесняешься, — довольно кивнул сам себе Хэнк. Почему его так обрадовала и умилила эта информация, он понять не мог, да и пытаться не хотелось, если честно. Он просто отложил это у себя в голове. Коннор немного дулся до самого участка. Хэнк же просто включил «Рыцарей» и откровенно наслаждался. Это была крутая музыка, так что он не собирался спрашивать чьего-то там мнения об этом. И краем глаза заметил, как покачивает головой в такт Коннор и подергивает ногой. *** Он высадил Коннора у отделения. — Точно не хотите поработать над этим делом? Уверен, что, объединив наши усилия, мы раскроем это преступление в два раза быстрее. Хэнк скривился и покачал головой. — Вполне уверен, Коннор. — Пренебрежение должностными обязанностями в дальнейшем может привести к потере работы, — продолжил тот с беспокойством. — Ох, как же я жду этот чертов день, ты себе и представить не можешь, — заявил Хэнк и газанул, оставив Коннора делать то, что ему так хотелось. А его самого… Его самого ждали Сумо и «физическая активность на свежем воздухе», мать её.