Я хочу

Брайан ждал перемен. Ему больше ничего и не оставалось. Омега бесплотным духом летал по конюшне и делал все за всех. Лишь бы не думать, лишь бы не вспоминать. От мыслей о недавнем выкидыше, в сердце становилось холодно и подозрительно пусто. Брайан и сам не мог понять, почему принял эту маленькую смерть с таким же чудовищным спокойствием, как и, неделю назад, маленькую жизнь. Он словно предчувствовал, что это должно случиться, что не выдержит настолько тяжелого стресса, налетевшего со всех сторон... Омега ощущал себя ужасным человеком, но все, о чем он думал, и пока гнал машину по вечерней трассе, и в кабинете врача, так это о том, как бы скрыть отсутствие течки, не раскрывая при этом правды об очередной прервавшейся беременности. Брайан помнил, насколько болезненно муж переживал его прошлый выкидыш и счел своим долгом оградить Чеда от нового удара, хотя бы на первое время, чтобы позволить ему немного оправиться от и без того тяжелой потери. Джеффри неохотно, но все же пообещал молчать, выслушав короткий убедительный рассказ о паршивом состоянии Чеда и, в общем-то, имея на виду живой пример. Эндрю тоже проявил понимание. Жизнь, казалось бы, потекла своим чередом, но для Брайана все в ней перевернулось с ног на голову. В этом привычном водовороте он ощущал себя брошенным и забытым как никогда. - Как себя чувствуешь? - Терпимо. - Ничего не болит? - Нет. Так выглядели их редкие диалоги с Джеффри. - Какие у нас планы? Это была единственная нескончаемая тема для обсуждения с Эндрю. - Привет, Брайан! Иногда омега начинал сомневаться в том, что дети его племянника знают какие-нибудь другие слова. - Джо, у меня есть полтора часа. Хочешь съездить к реке? - Нет, я сейчас пойду собирать листья для завтрашней работы в школе, а потом буду тренироваться с Итаном и Кеном, мы уже договорились. - Вот как. Может, с листьями помощь нужна? - Да нет, это же просто... Порой Брайану хотелось убежать куда-нибудь далеко-далеко, упасть лицом на землю и заплакать от бессилия. Ну как ему еще вернуть внимание дочери? Начать готовить ей завтраки? Так все равно Джеффри делает это на всю семью... Отвозить в школу? Это тоже компетенция Джеффри... Харрингтон, конечно, понимал, что именно из таких мелочей и строится общение с детьми, но... ведь и в дальнейшем он не сможет регулярно выполнять подобные свои обязанности. Почему Джоан не попытается понять, что отец слишком занят работой и у него просто нет времени, чтобы быть с ней так часто как она того хочет? ...Но зачем тогда рожал ее, если теперь, видите ли, нет времени? Еще и о втором думал. Неудивительно, что ничего не вышло: природа просто охраняет несчастных маленьких существ от родителя вроде него, и... и не только него. С Чедом, признаться, разговор обстоял отдельный. Брайан нередко подмечал, что, встречая мужа по вечерам, словно переносится в другой мир, совершенно абстрагированный от предыдущего, в котором оставались и сама конюшня, и ее обитатели. Даже их с Чедом общей дочери не находилось места в этом странном и совершенно ином пространстве... После похорон матери, Чед совсем переменился. Сторонние наблюдатели утверждали, что он стал более замкнутым, а Брайан, мысленно, что более дерганым. Омега знал, откуда это так неожиданно полезло, но совсем недоумевал почему. Возможно, неприметные предпосылки тому были и до, а боль утраты просто ускорила процесс: Чед стремительно терял уверенность в собственных силах и пытался как-то это скрывать. Он и раньше частенько себя недооценивал, с недоверием относился к успехам и с обреченным согласием - к неудачам, но все это казалось такой мелкой, незначительной слабостью по сравнению с тем достоинством, какое он демонстрировал, умело маскируя внутренние сомнения... Брайан хорошо помнил Чеда еще до того, как они начали встречаться. Тот Чед очень четко осознавал и свое место в жизни, и свою позицию. Он учился, работал, встречался с девушками. Полностью управлял собственным будущим и настоящим, не зависел ни от чьего мнения, ни от чьего кошелька, ощущал себя самодостаточной личностью. Но вот когда вступил в связь с омегой, все что было, медленно пошло под откос. Брайан заметил это почти сразу - из слов, из дел, даже из жестов. «А правильно ли для меня жить с мужчиной?» «А не использует ли он меня?» «А надолго ли это?» - омега неплохо формулировал мысли мужа, постоянно находя их наличию то или иное подтверждение. Поначалу Брайану казалось, что он ломает своего любимого человека уже тем, что находится рядом, но естественно был слишком эгоистичен, для того чтобы отпустить его «на волю». Да и стало бы Чеду легче от такого разрыва? Оба мужчины попросту попали в некую коварную ловушку взаимной любви, которая отравляла им жизнь и в то же время не имела безболезненного выхода... Отношения негласно строились по принципу постоянных опровержений и доказательств. Никто, конечно, не замечал, и даже сами Харрингтоны порой забывали, что именно стоит в основе: просто наслаждались обществом друг друга и нередко были действительно счастливы... Первые несколько лет после заключения брака Брайану постоянно приходилось напоминать, что его чувства к мужу не исчезли и не ослабли. Чаще всего он делал это вскользь, в шутливой манере, но время от времени испытывал совсем нешуточное раздражение... Конечно, в итоге, Чед смог принять эту простую истину. Или хорошо делал вид, что смог. Во всяком случае, Брайан был уверен, что он не подвергает сомнению надежность их союза и даже занимает в нем лидирующую роль... А вот теперь, эти, казалось бы, давно и навсегда заснувшие комплексы, пробуждались вновь: неоправданно и пугающе быстро. Чед резко разуверился во всем. Стал каким-то зашуганым. Почти ничего не ел, в редкие выходные сидел в комнате или выбирал уединенное занятие, чтобы лишний раз не пересекаться с многочисленными клиентами. Говорил мало, неохотно и по большей части с Брайаном. Сколько бы омега, переступая через себя, ни предлагал ему выбраться в город и развеяться - всей семьей или просто вдвоем, наталкивался лишь на усталый отказ, а на предложения хотя бы просто пообщаться с дочерью, Чед отвечал, что сейчас он не в лучшей форме. Что конкретно в понимании мужа является «не лучшей формой», Брайан не интересовался только чтобы в итоге не вспылить... И тем не менее, самой больной темой для них обоих отныне была работа. - Я не уйду из клиники, это не обсуждается, - отрезал бета в ответ на четвертую попытку уговорить его, - мне нравится там, понимаешь? - Всю жизнь не нравилось и вдруг «занравилось»? - не сдавался Брайан, - пожалуйста, подумай еще. - Думал, и не раз. Нет, Брайан, не-е-ет. Я не уйду. - Почему? - омега никогда не отличался терпением, но изо всех сил старался относиться к происходящему с пониманием и спокойствием. - Нравится, сколько тебе повторять? - Нисколько, - в итоге отмахивался Брайан и уходил, чтобы вскоре сорваться на кого-нибудь совершенно невинного. Чед провожал его долгим затравленным взглядом. Брайан не знал, сколько еще подобного кошмара способен выдержать. Он переживал все в одиночку. Смотрел на благополучную семью Блэков и видел, как рушится его собственная... Чед пребывал в состоянии близком к неадеквату. Джоан одну за другой отвергала неуклюжие попытки идти на сближение, даже засыпала теперь, не дожидаясь, пока отец придет поцеловать ее на ночь... И вот Брайан покорно ждал перемен. Ничего другого ему действительно не оставалось. Он уже даже не боролся - так, более-менее поддерживал себя на плаву, забивая голову лошадьми, опилками и надвигающимися национальными соревнованиями. Но перемены все-таки нагрянули. Они застали Брайана на манеже - мужчина как раз гонял Тумана через препятствия. Перемены эти были настолько резкими, что омега даже не сразу понял, что с ним происходит, а когда понял, пришел в такой ужас, что действительно забыл практически обо всем. Последние десять минут он потратил на то, чтобы поспешно закончить тренировку. Когда мужчина вел жеребца с манежа, ощущения, такие знакомые и казалось бы много лет назад ушедшие навсегда, нарастали все быстрее. - Джоан, заведи его, - с трудом выдохнул омега, сдвигая руку, чтобы случайно проходившая мимо дочь смогла взяться за недоуздок. - Пап, я сейчас... - недовольно начала девочка. - Я не ясно выразился?! - рявкнул Брайан и, дождавшись пока заметно испугавшаяся его настроя Джоан, заберет лошадь, буквально убежал в ванную. Трясущимися руками запер дверь, включил воду и, склонившись над раковиной, не сдержал отчаянный стон. Течка. Та самая течка, не оставляющая в теле ничего, кроме слепой похоти... *** - Джефф, как думаешь, сколько можно прожить, находясь в полной заднице? - Некоторые всю жизнь живут, - ответил омега, глядя на друга с искренним сочувствием. Он отложил все свои дела и присел напротив Брайана. - Хочешь поговорить? - Да о чем тут говорить, - Брайан пожал плечами и отрешенно склонил голову набок, - может хоть ты намекнешь моей дочери, что... ну... я идиот, и меня нужно как-то понять, и... - А думаешь, я не пытался? - спросил Джеффри, глядя на свои руки, нервно сцепленные в замок, - твоя дочь слишком Чед, для того чтобы я сумел найти с ней общий язык. - С тобой она общается охотно, - заметил Харрингтон, хмурясь. - Только при тебе, - темноволосый омега отрицательно покачал головой, - в остальном все точно так же. - Я не понимаю... ей шесть лет, а ведет себя на все шестнадцать... такое вообще бывает? - Брайану стыдно было даже упоминать об этом. Впрочем, терять нечего: ни для кого уже не секрет, что он отвратительный отец. Джеффри долго молчал, продолжая разглядывать собственные пальцы. - Я знаю того, кто в без малого тридцать шесть ведет себя на все десять, - произнес он, наконец. - Так что всякое бывает. Ты никогда не обращал внимания, что не можешь совмещать работу, дочь и мужа? - Тоже заметил, да? Что муж и дочь живут отдельно? - Это все заметили, - тихо ответил Джеффри, - только и говорят об этом... - Ясно... - омега не нашел в себе сил ни спорить, ни комментировать. - Я не понимаю, почему ты ничего не делаешь, Брайан. И, тем более, почему ты ничего не сделал раньше. Чед не дурак, а Джоан любит тебя, любит вас обоих, просто очень злится. И не беспричинно! Ты ведь знаешь это. У тебя потрясающий муж, просто что-то случилось с вами обоими, какое-то помутнение... Чеда в последние полгода вообще не узнать. И мне не кажется, что на него повлияла только смерть миссис Харрингтон... - Миссис Бриджерс, - на автомате поправил Брайан. - Не важно, - досадливо отмахнулся Джеффри, - то было в середине сентября, а на дворе начало марта! Есть и что-то другое! Ну не мог хороший человек взять и превратиться в козла! Брайан тяжело вздохнул, не собираясь ничего объяснять. - Чед тогда, в сентябре, так и не вспомнил, что у меня должна начаться течка, - сообщил он, меняя тему, - даже врать не пришлось. - Может, и к лучшему? - резонно предположил Джеффри, - ты хотел скрыть выкидыш, а ему было просто не до твоих течек. - Да, - Брайан снова вздохнул и устало склонил голову. - Наверное, к лучшему... - Между прочим, уже полгода прошло, - неожиданно напомнил друг, - и целых две течки. Тебе пора бы объясниться с мужем, пока он сам не догадался. - Я не знаю, как теперь это сделать. Надо было раньше... - омега задумчиво прикусил губу, - и я думаю, он все еще не готов. - А когда будет готов? - фыркнул Блэк, - ты до конца жизни скрывать собрался? Ладно бы еще проблем не было... а так мне самому больно смотреть как ты страдаешь, притворяясь, что не чувствуешь ничего из ряда вон. Это совсем не дело, знаешь ли. - И что ты предлагаешь? - отрешенно осведомился Брайан. - Да скажи ты ему уже. Извинись, если понадобится. Он обязательно поймет. Снова будет брать отгулы, а там глядишь и решится все через два-четыре месяца. - Например, как? - Например, ребенком, - Джеффри посмотрел на друга как на слабоумного, - теперь он точно нужен. - Не решится ничего, - жестко откликнулся омега после продолжительного молчания, и задумчиво посмотрел в стену. - Врач сказал, что с моими анализами, вероятность выносить ребенка до жизнеспособного срока около десяти процентов. А если помножить это на мой возраст и род занятий: вообще движется к нулю. - Прости... - тихо ответил Блэк, на миг поджав губы, - я не знал. - Да кто же знал... забудь, - Брайан дернул плечами в знак равнодушия к столь категоричному диагнозу. - Идея все равно глупая была: мне и с Джоан не справиться. - Все тебе «справиться», - укоризненно возразил Джеффри. - Просто немного напрячься нужно. Ты уже полгода от проблем бегаешь. Я раньше даже представить не мог, что кто-то на такое в принципе способен. Конечно, это не просто, но жалеть себя - худшее, что можно делать в твоей ситуации. Однажды ведь поздно станет что-то менять... вы все просто привыкнете сидеть по разным углам и молчать. Разве это жизнь? - Не жизнь, - мрачно согласился Брайан, тяжело поднимаясь на ноги, - но, кажется, мы уже привыкли... разговор между нами, да? - Да, - разочарованно кивнул друг, - все-таки скажи ему: чем дольше тянешь, тем хуже. - Я подумаю, - уклончиво ответил Харрингтон и вышел из кухни к денникам. Джеффри во многом был прав, пусть и не понимал некоторых тонкостей: нынешнее состояние Чеда совсем не внушало уверенности в том, что рассказать - хорошая идея. Омега стоял у деревянной перегородки и задумчиво разглядывал длинноногого жеребенка, топчущегося в стойле рядом с матерью. Брайан чувствовал некую смутную тревогу всякий раз, когда пытался подобрать наилучшие слова для описания произошедшего. Не понимал, почему именно, но на удивление точно знал, что новость, донесенная до Чеда с задержкой в полгода, ничего не разрешит. С другой стороны, было бы здорово заполучить мужа на всю следующую течку... с первой до последней минуты, как и семь лет назад. Может, действительно взять себя в руки и сказать ему? Может, действительно все обойдется? Нельзя узнать, не попробовав. Брайан снова не смог определиться, чего хочет сильнее... но потом с работы вернулся Чед. Как всегда хмурый и молчаливый, старающийся улизнуть от любого диалога, скорее всего, в опасениях, что речь снова зайдет об уходе из клиники. Когда омега обнял мужа, отчасти притворяясь, будто рад его возвращению (нет, он не разлюбил Чеда, но этот скрытно-неразговорчивый настрой не представлял собой ничего приятного), тот отреагировал тоже, скорее дежурно, нежели искренне. Поцеловать его Брайан как-то не решился и тем не менее, сразу заметил: - Что-то ты рано сегодня. - Да, всего-то полдесятого, - тихонько хмыкнул Чед, на короткий миг становясь прежним. - Ну, в любом случае, мы можем что-нибудь сообразить? - омега слегка отстранился, чтобы требовательно заглянуть мужу в глаза. К величайшему удивлению, вместо ответа, Чед склонился вперед, и чуть сдвинув растянутый ворот свитера, прижался губами к его плечу. Брайан блаженно запрокинул голову, опасаясь спугнуть, подаваясь навстречу этим осторожным и, в последние месяцы, совсем нечасто случающимся прикосновениям. Почему все не может быть так просто? И почему единственное, что осталось от их семейных отношений - это редкий, недолгий секс? - Думаю, мне придется заранее компенсировать тебе следующую командировку, - прошептал бета, покрывая шею и ключицы мужа неторопливыми поцелуями. - Ты и без командировок можешь забыть обо мне на неделю, - выдохнул Брайан, с трудом осознавая услышанное. - Первый день выпадает на двадцатое, - пояснил Чед немного смущенно. - И...? - напрягся омега, наконец, догадавшись о неком вероятном подвохе. - Судя по пометкам на календаре, течку тебе придется коротать без меня. - Стоп, что?! - мгновенно опомнился Брайан. - Как без тебя? Нееет... - чуть ли не в панике протянул он, сразу же вырвавшись из объятий мужа, - это же шутка такая? - Нет, - откликнулся тот, недоуменно хмурясь, - мне казалось, что после рождения Джоан ты можешь безболезненно с ней справляться. - Не в этом дело! - омега нервно повел руками и отошел к окну, стараясь успокоить себя тем, что нет пока реального повода бояться, - ты можешь как-нибудь перенести или отказаться? - спросил он как можно ровнее. - Нет, а что такое? - всерьез насторожился Чед. - Совсем не можешь? - спросил Брайан, кусая губы. Леденящий ужас проникал внутрь вместе с осознанием, что путь к отступлению разрушен. Даже если муж сейчас согласится, то все равно не отстанет, не узнав причины... и нет времени придумывать убедительную ложь. - Ну, совсем не могу, - Чед пожал плечами, явно начиная раздражаться. - Ты действительно обходился без меня раньше, что вдруг изменилось? Омега отвернулся и мучительно зажмурившись, выдохнул: - Течка вернулась. Она теперь такая же, как была. - Это после того выкидыша? - пораженно уточнил Чед. - Нет, - Брайан повернулся обратно, чувствуя себя немного увереннее, когда самый тяжелый первый шаг остался позади, - ты бы заметил раньше. - Вот и мне так подумалось, - кивнул бета, пытливо вглядываясь в его лицо. - Я чего-то не знаю? - В этом сентябре был еще один. Я тогда поздно узнал о своей беременности и даже не успел рассказать тебе, - честно ответил Брайан, с облегчением ощутив, как огромный камень валится с души. - А потом случилась эта история с твоей мамой и прямо на следующий день... - И ты все это время молчал? - перебил Чед, недоверчиво щурясь. - А что мне следовало делать... добить тебя еще и этим? Хорошим бы я был мужем... Вмиг камень вернулся обратно. Брайан, конечно, и не ожидал благодарности, но все равно его немало насторожила интонация, которой бета отреагировал на запоздалое признание. - Ну, через два дня, ну через неделю, - горячо воскликнул мужчина, - но не через полгода! - Чед, я хотел сказать, правда, хотел! - омега снова не очень представлял зачем, но просто почувствовал, что должен оправдаться. - Так почему не сказал? - не унимался Чед. - Ты же все понимаешь! - Нет, я не понимаю! - бета лишь мотнул головой, - как это вообще можно понять?! - Я объяснил! Сколько раз мне надо повторить, чтобы ты услышал? - Брайан постарался унять постепенно овладевающее им бешенство. - А если бы проблемы с течкой не вернулись? Как долго ты собирался от меня скрывать? - ответы мужа становились все громче и резче. - Ничего я не собирался скрывать! Что за истерику ты устраиваешь?! - Истерику?! Мой ребенок умер, а я узнаю об этом случайно, спустя столько времени! Между нами осталось хоть какое-то доверие?! - закричал Чед, тяжело дыша и гневно раздувая ноздри - эта черта, унаследованная от краснокожих предков, проявлялась у него неосознанно и только в моменты особенной злости - Брайан не очень давно это приметил и оттого сейчас пугался все сильнее. - Ты отлично знаешь, что я доверяю тебе больше чем кому-либо другому! Я просто старался оградить тебя от нового потрясения! - возразил он, стараясь говорить спокойно и убедительно. - С каких это пор я перестал быть устойчив к потрясениям?! - Чед немного остыл, но ничуть не успокоился. - На тот момент их и так было предостаточно, - осторожно заметил омега. - А вот это решать не тебе! - грубо оборвал его мужчина. - Хорошо!- воскликнул Брайан, раздраженно махнув руками, - хорошо! В следующий раз я сразу выложу все как есть! - он тоже начинал злиться всерьез. - И это то, что ты можешь сказать?! Какой еще «следующий раз»? Ты действительно думаешь, что об этом можно просто взять и забыть? - Чед выглядел пораженным до глубины души. Слушая это, Брайан уже не смог сдержать эмоций: - А у меня, по-твоему, проблем мало, для того чтобы развести слезливую мыльную оперу еще из этого? - он скрестил руки на груди, с трудом заставляя себя цепляться за остатки терпения. - Может, ты думаешь, что это легко: пытаться наладить отношения с дочерью, работая с утра до ночи?! У нас проблемы, Чед! И я не в состоянии решить их в одиночку! А ты мало того, что пропадаешь в клинике, когда нужен мне здесь, так еще и теряешь контакт с реальностью всякий раз, когда что-нибудь происходит! С тобой и поговорить невозможно становится! Все у тебя «неважно» и «нормально», а если думаешь, что молчание недели напролет выглядит брутально, то нет, оно выглядит жалко! Ты становишься отстраненным, беспомощным и все из рук валится! А у меня нет времени ждать пока ты придешь в себя, как и сил смотреть на твои терзания! Мне требуется помощь! Реальная помощь! Я уже даже не прошу тебя уходить с работы! Я сдался! Просто откажись от командировки! Побудь со мной эти пять дней! Иначе я загнусь, и ты это отлично знаешь! Выплюнув свои обвинения (с таким непередаваемым удовлетворением...) омега впервые ощутил, сколько же злости скопилось у него на человека, стоящего сейчас напротив. - То есть от меня, оказывается, поддержки не дождаться? - оскорбился Чед. - Я такой слабый и немощный, по любому поводу лежу-стенаю, пока тебе приходится тащить все одному?! А ты, Брайан, сам не думал, что я не слышу твоих мыслей и не могу прочесть по твоему безмятежному лицу хорошо тебе или плохо?! - О, кто бы говорил, «мистер Я-все-держу-в-себе»! - мужчина разве что зубами не скрипнул от этого пусть местами и правдивого обвинения. - Да ты разницы не видишь! - возмущенно воскликнул бета, - если я, как только что выяснилось, притворяюсь паршиво, то ты за последние годы овладел этим искусством в совершенстве! Правда! Я восхищаюсь! Ни один дипломированный психолог тебя не раскусит! Не думал увлечься покером? - Мне не ясен твой сарказм! - огрызнулся Брайан, с силой впиваясь пальцами в плечи. - А мне не ясно, почему мой ребенок умер, а мой муж еще шесть месяцев делал вид, будто ничего не произошло! Брайан вздрогнул, словно от удара. Тонкие, плотно сжатые губы побелели. - ...Знаешь, а я подумал, что тебе плевать, - мужчина ядовито прищурился, в следующий миг упиваясь эффектом, который произвели на Чеда эти слова, - у тебя есть дочь, о которой ты не считаешь нужным вспоминать, и которая уже давно заявила, что не расстроится, если ты однажды просто сдохнешь... можешь дальше орать на меня, обвинять во всем чем угодно, но я хотя бы что-то делаю! Пытаюсь делать! А ты? Что делаешь ты? Пропадаешь на дурацкой бесполезной работе и думаешь, что нужен там! Интересно, кому? Собак глисты зажрут? Не кастрированные вовремя коты расплодятся? Сомневаюсь, что на них не найдется пара сотен ветеринаров вроде тебя! А кто займется твоей дочерью, пока ты спасаешь мир от кошачьего перенаселения и считаешь себя невероятно полезным? Может, ты просто вбил себе в голову какой-то тупой стереотип: мол, нельзя жить за счет омеги? Ну... молодец, не живешь, - Брайан презрительно фыркнул, продолжая в упор смотреть на так и застывшего Чеда, - только вот я зарабатываю за неделю вдвое больше чем ты за месяц и с твоих подачек мне ни горячо, ни холодно. Странно, что при всех своих высокоморальных принципах ты забываешь выполнять намного более важные обязанности! Воспитывать дочь, проводить время с семьей... думаешь, тебя не будут воспринимать, если перестанешь быть доктором Харрингтоном и будешь простым конюхом Чедом, с которого начинал? Я помню того беззаботного веселого мальчишку, мечтающего заниматься лошадьми вместе со мной; я еще дал обещание любить его и в горе и в радости. А в кого он превратился сейчас? Ты никто, Чед! Ты хочешь быть независимым, а на самом деле ты второсортный представитель офисного планктона! У тебя есть омега, у тебя есть ребенок! Не все альфы получают подобную роскошь! А ты, бета, еще боишься показаться обществу недостаточно состоятельным и выставляешь себя полным кретином, неспособным даже встать во главе семьи! Что молчишь, я угадал? Что на тебя снова нашло? Почему ты не можешь забыть про комплексы и просто быть мужчиной? Когда на конюшню приходят посетители, ты стараешься лишний раз не вставать со мной рядом, когда мы вдвоем идем по улице, ты смотришь в землю!.. ах да, мы вообще теперь по улице не ходим! Это просто воспоминание былых времен! Дерьмо в тебе изначально было, я в курсе, не сомневайся хотя бы в этом! Ты всегда боялся, что окружающие подумают не то! Что я пошел на это из-за денег, которых у тебя нет! Из-за того, что я старше, а ты красивее, или просто по залету! Я искренне верил, что ты изменился за эти двенадцать лет! А выясняется, что сколько бы я тебя ни переубеждал, ты продолжаешь думать, что слишком плох для меня! «О, Брайан, ты не сказал мне что-то важное! Значит ли это, что ты меня больше не любишь?!» Да ты сам постоянно ищешь причину, по которой мы все еще вместе и готов принять любую, но только не единственную правдивую! Если так смущаешься спать с омегой, и не веришь, что он может что-то к тебе испытывать, найди себе женщину или лучше сразу альфу, потому что постоянно доказывать пламенные чувства - их отличительная черта! Знаешь, я не собираюсь каждый день признаваться тебе в любви только за то, что ты по новой залез в свои заморочки, и превратил мою жизнь в реку непроходимого дерьма! Продолжай! Зарабатывай сам, поступай, как вздумается, ни в коем случае не вспоминай о единственной дочери! И, вот, еще что... вали в свою командировку, если так приспичило! Я не буду тебя ни к чему принуждать, чтобы ты не думал, будто я лишаю тебя какой-то там мнимой свободы! Лучше уж сдохнуть, чем подставлять зад неудачнику, застрявшему под каблуком у собственных гениальных суждений в попытках изображать независимого альфа-самца! - Брайан тяжело выдохнул, останавливаясь. - У меня все. - Отлично, - коротко ответил Чед, - браво! Он трижды размашисто хлопнул в ладоши и, не произнеся больше ни слова, подошел к комоду. Вытащил оттуда свои документы и карту банковского счета. Омега нервно следил за мужем, боясь сдвинуться с места. Только теперь, когда ярость, насытившись, отступила, он начал потихоньку осознавать прозвучавшее... это были не его слова... Вспышка безумия, порыв обидеть, задеть побольнее, выплеснуть то, что слишком долго держалось внутри. Непозволительно долго. - Точно все? - приподняв бровь, осведомился бета, - или еще напутствие какое-нибудь? - Я погорячился, - почти прошептал Брайан, стыдливо отводя взгляд, - не надо мне угрожать. - А я не угрожаю, - холодно сообщил Чед, и дверь захлопнулась за его спиной.