Отцветший Цветок

Шикамару поблагодарил Асуму за то, что тот подвез его. Генерал поклонился. - Я буду в чайном домике в районе Ханамачи. Если я тебе понадоблюсь, приходи туда, - наставил в завершение Сарутоби. «Чайный домик? У гейш?» - пронеслось в голове Шикамару, но в ответ майор только кивнул. Нара развернулся и быстрым шагом направился в сторону общины, в которой состояла Темари. Сердце молодого майора радостно забилось в груди при одном воспоминании о ней. Сейчас Темари была необходима ему, как воздух. Шикамару придется о многом рассказать ей, а затем он просто обнимет её крепко-крепко и поцелует в её сладкие губы. Община Темари была издевательски далеко, но он и не думал сбавлять шаг. Было три часа дня, и весенний день выдался довольно теплым. Шикамару вглядывался в лица гейш, которые встречались ему на пути, однако ожидание увидеть её глаза каждый раз сменялись колким разочарованием. Терпение Нара было на пределе. Наконец-то он добрался. Община гейш была прямо перед ним. Майор облегченно улыбнулся и подошел к раздвижной двери, которая оказалась заперта. Он позвонил в звоночек, и тот поднял в воздух приятную мелодию. Дверь открыла миниатюрная девушка с темными глазами. Она поклонилась ему, и Шикамару поклонился в ответ в знак приветствия. - Чем я могу вам помочь, господин? – тоненьким голосом произнесла девушка. Совсем молоденькой была. - Мне нужна Темари, - ответил Шикамару. – Могу я с ней увидеться? - Вы желаете принять участие в аукционе за мизуаге Темари-сан? – спросила девушка, спокойно глядя на майора. - В аукционе? – переспросил Шикамару, нахмурив брови. - Да. Сегодня ровно в пять вечера он закончится. Стартовая цена – десять тысяч йен. - Прошу прощения, но я не понимаю... Мизуаге это ведь.... - Её девственность, - кивнула девушка. - Мне бы просто увидится с ней, и... - Сожалею, но Темари-сан сейчас недоступна для обычного времяпрепровождения с клиентами. Только в рамках аукциона. Шикамару покивал. Похоже, теперь он оказался совершенно разбит. Ничего не ответив, он лишь поклонился служанке и покинул охае. Для него это был настоящий удар – из тех, что сбивают с ног. Парень бродил по городу, размышляя о том, что он будет делать дальше. Он время от времени вглядывался в лица других гейш, но по-прежнему Темари в них он не видел. Девушки лишь застенчиво хихикали и прикрывали свои лица веерами, когда он смотрел на них. Темари купит другой мужчина. Шикамару сжал кулак. В конце концов, она была живым человеком, девушкой. Неужели так просто можно продать себя другому? Законы гейш Шикамару исправить не мог, но единственное, что он мог это выкупить её у другого. Однако, где он возьмет такие деньги? В его карманах сейчас было не больше пятисот йен. Возможно, из своих сбережений он бы и смог насобирать десять тысяч, но все его деньги были в родном городе, а времени на поездку туда и обратно было не так уж и много. Парень и сам не заметил, как оказался в районе Ханамачи. В его голову вдруг пришла безумная идея. Несомненно, генерал Асума смог бы ему помочь. Шикамару вошел в первый попавшийся чайный домик и сразу же обнаружил его там. Асума сидел в компании гейши. Было странным, что они были наедине. Обычно гейши предпочитали развлекать клиентов по двое, со своими ученицами. Женщина, сидевшая возле генерала, была красива и смотрела на него как-то по-особенному. Шикамару подошел к ним и слегка поклонился. - О, Шикамару. Как неожиданно. Я думал, что ты не любитель чайных домиков, - произнес Асума немного растерянно. Да что это с ним? - Я прошу прощения за беспокойство, - ответил молодой майор. – Я бы хотел попросить вас оказать мне помощь. - Да, разумеется. Я постараюсь её выполнить. Возможно, это будет последняя помощь, которую я смогу оказать тебе, - слегка улыбнувшись, произнес Асума. Шикамару краем глаза заметил, как гейша, сидевшая с ними, опустила глаза и тихо вздохнула. - Мне нужно десять тысяч йен до пяти вечера. Сегодня. - Десять тысяч йен? – переспросил Асума, взяв в руки сигарету. Гейша, сидящая рядом с ним, поднесла огонь к сигарете, и генерал довольно затянулся. – Ты проиграл кому-то? – спросил Асума, одновременно выдыхая дым. - Нет, эти деньги необходимы для другого… - Для другого? – повторил Асума и затянулся. Перед Шикамару встал вопрос о том, стоит ли говорить настоящую причину или же солгать, назвав что-нибудь другое. Однако, поразмышляв пару секунд, парень понял, что врать не было смысла. Скоро они оба окажутся в мире войны, где даже ясное небо будет источать угрозу. Какая у кого правда, уже не имело значения. - Это для аукциона за мизуаге, - тихо произнес Нара, взглянув на Асуму. - Вот как, - Асума выдохнул дым. – Что ж. Весьма деликатное дело. Суммой, которую назвал ты, я обладаю. Я сумею дать тебе эти деньги. - Я не останусь в долгу, генерал Асума, - поклонившись, ответил Шикамару. - Я понимаю тебя, Шикамару. Нет ничего хуже того чувства, когда твоя женщина разделяет свое общество с другими, - ответил Асума, мельком взглянув на гейшу, сидящую с ними. Она тоже обратила взор на него, и в этот момент Шикамару почувствовал себя лишним. - Деньги в машине. Пойдем, - произнес Асума, потушив сигарету. Они с Шикамару поднялись. Нара поклонился гейше, и та ответила ему легким кивком. Всё это время она смотрела на генерала Асуму. В её глазах застыла тайна, которую Шикамару не хотел знать. Однако что-то подсказывало ему, что это, должно быть, любовь. Аукцион был окончен. Темари стояла в комнате и глядела на себя в зеркало. Служанки надевали на неё кимоно, крепко затягивали пояс. Закончив, они попросили гейшу присесть и стали завязывать её волосы. Темари наносила макияж - скрывалась за белой маской с красными губами. Она посмотрела на себя после завершения всех приготовлений. Выглядела она великолепно. Ей не сказали, кто победил в аукционе, но всё было очевидно. Гейша, придерживая своё кимоно, подошла к выходу из охае. Матушка и Чиё-сама стояли там и ожидали её. Они ободряюще улыбнулись. Куренай сегодня не было. Приблизившись, Цунаде-сама погладила девушку по плечу. - Сегодня ты станешь полноправной гейшей, - произнесла она, слегка улыбнувшись. – Твой долг оплачен, дорогая. Ты будешь свободной. Темари лишь медленно кивнула. Сердце в груди разрывалось на части. Шикамару не писал ей писем уже давно, а пару дней назад она слышала страшную новость о том, что императорская армия потерпела крупное поражение где-то в Китае. А её братья? Что с ними? Зачем она становится «настоящей гейшей», в то время как мир разрывает война? - Сегодня ты исполнишь свой долг, - тихо произнесла Чиё-сама. – Дорогая, ты в порядке? - Да, - немного хриплым голосом ответила Темари. – Я в порядке. Я готова. Долг. Он не потерпит промедлений или слабости. Кто-то исполнил свой долг на войне, а кто-то исполняет свой долг по-другому — вот так отдается другому мужчине ради того, чтобы стать свободной. Не так уж и плохо, верно? - Пора, - произнесла Цунаде, открыв двери. – Клиент будет ждать тебя в гостинице «Красная роза». Он заплатил за всю ночь. Номер комнаты: пятьсот двадцать шесть. Темари кивнула и надела свои туфли. Она вышла из охае и села в повозку, которая должна была доставить её в гостиницу. Вечер был теплым и приятным, на улицах было шумно. В воздухе витал запах вкусной еды, доносившийся из ресторанов и чайных домов. Ее везли, и она наблюдала за всем, что происходит на улицах. И думала о будущей ночи. Кем она проснется уже завтра? Будет ли себя уважать? Повозка остановилась, и девушка на какое-то время задержала дыхание. Вот и всё. К этому моменту её готовили год за годом. К этому она стремилась. Однако сейчас Темари совершенно этого не хотела. Несмотря ни на что, гейша покинула повозку и вступила на землю. Она взглянула на вывеску гостиницы и прошла вперёд. Номер находился на втором этаже. Темари медленно поднялась по ступенькам, ловя на себе взгляды посетителей. Ей казалось, что всем прекрасно известна причина посещения ею этой гостиницы в столь поздний час. Темари остановилась перед дверью. Заметив, что она открыта, гейша медленно отодвинула её и вошла внутрь с опущенной головой. Темари закрыла за собой дверь и опустилась на колени. Она элегантно поклонилась. Смотреть на своего клиента не было ни сил, ни желания. Всё, что гейша сейчас видела, это его стопы. Её клиент, в свою очередь, тоже встал на колени и вдруг прикоснулся к её подбородку. Он одним быстрым движением заставил Темари взглянуть на него. Когда гейша наконец-то увидела его лицо, её сердце забилось с удвоенной силой, а в глазах проступили слёзы. - О, Ками-сама, это ты, - прошептала девушка и прижалась к парню, обнимая его за плечи. – Это ты… - Да, Темари. Всё хорошо, я с тобой, - прошептал Шикамару, гладя девушку по спине. – Я очень скучал. Каждый день без тебя был гораздо хуже войны. - Не говори о войне, прошу, - произнесла гейша, прикрыв глаза. – Ты жив… - Жив, - произнес Нара, и в его сознании вдруг вспыхнуло воспоминание о Гааре. Нет, он не будет говорить ей об этом сейчас. – Я должен буду уйти утром, но я вернусь к тебе, Темари. Я обещаю. Девушка взглянула на него и застыла, внимательно вглядываясь в его глаза. В комнате повисла молчание, и было слышно только частое дыхание обоих. Темари потянулась к губам Шикамару, и он подался вперёд. Как же долго он мечтал об этом. Как же давно она хотела этого. Их губы встретились, и влюбленные провалились в забытье. Шикамару бережно уложил Темари на спину и прижал её своим телом к полу. Они не добрались до кровати, которая была приготовлена специально для этой ночи. Нара жадно целовал гейшу. В какой-то момент он вдруг прервался и открыл глаза. Лицо Темари было близко, её глаза были закрыты, а губы были немного приоткрыты. - Нет, - прошептал майор и решительно отстранился от девушки. – Я не ради этого купил твоё общество. Темари открыла глаза и приподнялась на локтях, удивленно глядя на парня. Она выглядела безумно красивой и манящей. Мысль, что до этого она не была с мужчиной, что ее цветок был не тронут и что они могут быть вместе, доводила Шикамару до безумия. Однако он точно знал, что это будет неправильно. Он не должен пользоваться тем, что купил её девственность. Он любит её и хочет, чтобы она была с ним дольше, чем одну ночь. Однако долг звал его, времени у них совсем не было, и Нара сходил с ума. - Шикамару, - тихо произнесла Темари. – Что тебя беспокоит? Скажи мне. - Все не должно быть так, - прошептал парень. – Ты не должна торговать своим телом и не обязана отдаваться мне, если ты того не желаешь. Ты сама должна решать, с кем тебе быть, и сегодня я дал тебе свободу. Ты можешь уйти, если хочешь. - Я этого не хочу, только, если ты этого пожелаешь, я… - Ты больше не должна прислуживать, - перебив девушку, напомнил Шикамару. – Ты свободна, Темари. Она поднялась на ноги и подошла ближе. Шикамару поднял на неё глаза - он всё ещё сидел на полу. Парень поднялся следом. Какое-то время Темари смотрела только на него. Затем её руки потянулись к поясу. Она ловко развязала его, и он с легким шелестом опустился на пол. - Любая гейша должна сделать это, чтобы стать свободной. Такова плата, или жертвоприношение, которое мы возносим на алтарь свободы. Мужчинам трудно понять душу женщины, а душа гейши им и вовсе чужда… Говоря это, Темари снимала с себя одно кимоно за другим, пока она не осталась в полупрозрачном, красном. Под ним не было ничего, лишь её обнаженное тело, однако Шикамару не смотрел вниз. Взгляд его был прикован к глазам Темари. - Ты сделал меня свободной и сказал, что я сама вправе выбирать, что мне делать и куда идти. Я не знаю, кем я проснусь завтра, и какие мысли будут гостить в моей голове. Но я знаю, что эту ночь я хочу провести… Последняя деталь одежды гейши, бесшумно скатившись по ее телу, упала на пол. – …с тобой. Она приблизилась к нему, уперлась ладонями ему в грудь и принялась расстегивать пуговицы на его кителе. Шикамару бесшумно выдохнул и помог Темари избавиться от этого элемента своей одежды. Она раздевала его медленно и элегантно. Каждое ее движение было невесомым и плавным. От одних её случайных прикосновений к его обнаженной коже по телу Нара пробегали электрические импульсы, а сердце выбивало свой, совершенно новый и быстрый ритм. Белая рубашка тоже в скором времени покинула Шикамару. Темари на момент замерла: смотрела на его раненую руку. Она бережно провела пальцами по ране и окинула взглядом обнаженное туловище парня. У Шикамару имелось несколько шрамов в районе плеч и груди. Все они были небольшие. Гейша подняла на него глаза и нежно погладила по лицу. Она прильнула к его обнаженной груди и склонила голову на бок. После этого Шикамару сошел с ума. Он поднял девушку на руки и понёс к кровати. Бережно уложив Темари, Шикамару мгновенно навис над ней. Он не спешил целовать её, а лишь глядел в глаза девушки. Темари тоже смотрела на него. Девушка манила Шикамару, сводила с ума и заставляла забыть обо всём. Всё это она делала одним лишь обжигающим нежностью взглядом. - Ты так чудесна, - тихо прошептал Шикамару, опускаясь к её губам. - Я буду твоей всегда, - ответила Темари, и он жадно впился в её губы. - Моей… всегда… - пробубнил Нара через поцелуй. Его рука опустилась к груди девушки, и парень бережно сжал ее. Темари тихо вздохнула, на её щеках заиграл румянец. Шикамару оторвался от её губ и перешел к подбородку. Он нежно целовал девушку, не задерживаясь на одном участке: спускался вниз. Его губы прошлись по шее девушки - Шикамару присвоил каждый сантиметр. Темари обнимала его за плечи, прижимая к себе. Она время от времени протяжно вздыхала и выгибалась. Неспешно, забыв обо всем, Шикамару тем временем оказался у её груди. Одновременно он стягивал с себя все то, что сейчас было ни к чему. Между этими мучительно-приятными ласками Темари вдруг ощутила, что что-то тёплое уперлось ей в живот. Она слегка вздрогнула и распахнула глаза. Шикамару оторвался от своего занятия и слегка приподнялся. Он взглянул на девушку и встретил немного взволнованный взгляд, обращенный к нему. - Тебе не стоит бояться, - прошептал Нара, аккуратно убрав пару выбившихся прядей с лица Темари. - Я и не боюсь, - хрипло произнесла девушка. - Моя, - Шикамару взял руку Темари в свою, и их пальцы сплелись. Какое-то время он смотрел на руку девушки, затем его взор перешёл на лицо гейши. – Я люблю тебя. В комнате стремительно темнело. На город быстро опустилась ночь, и лунное сияние сейчас пробивалось в окно, освещая двух обнаженных, влюбленных людей. Темари какое-то время смотрела на Шикамару, не веря своим ушам. Она много раз читала признания парня в письмах, однако услышанное всё равно было намного лучше. Темари мягко улыбнулась и быстро поцеловала парня. - Я тоже люблю тебя, Шикамару. Давай сделаем это, - тихим, но полным решимости голосом произнесла девушка. - Сделаем, - ответил Шикамару, поцеловав губы девушки. – Я буду нежен. После этих слов Нара аккуратно развел ноги Темари в стороны и устроился меж них. С небольшим нажимом он провел пальцами по ее лепесткам – она была готова и раскрыта. Темари откинула голову назад и слегка вздохнула, прикрыв глаза. Его прикосновения оставляли за собой расползающееся наслаждение на её коже. Но пальцы Шикамару быстро пропали, их место заняло что-то другое и это «другое» было ощутимо больше. «Время от времени змей, что дарован мужчине, желает отведать пещеру, которой обладает женщина, - вдруг вспомнила гейша слова матушки. – Нетронутая пещера манит мужчин, словно цветок – пчел». Шикамару довольно резко вошёл в девушку, отчего Темари инстинктивно прижала ноги, согнув их в коленях, пытаясь защититься, уберечь свою «пещеру». Она слегка поморщилась. Боль была неожиданной, но терпимой. Парень замер, позволяя ей привыкнуть к новым ощущениям. Какими странными были эти ощущения. Успокоив своё дыхание, Темари распахнула глаза и увидела лицо Шикамару. Он встревоженно глядел на неё, упираясь в кровать руками. - Слишком больно? – тихо спросил он погладил ее подбородок. - Нет, просто странно, - прошептала Темари, прикоснувшись своей ладонью к его лицу. – Я чувствую тебя в себе. И это… непривычно. - Мы можем остановиться, - ответил Нара, взяв руку Темари в свою и примкнул на миг к ней губами. - Нет, мы доведём дело до конца. Иди ко мне, - произнесла гейша, притянув лицо Шикамару к себе. Она страстно поцеловала его губы. Затем еще раз, и во время второго поцелуя так увлеклась, что проникла в его рот своим языком. Шикамару совершенно забыл о том, что говорил раннее. Он прижал девушку и стал медленно двигаться. С каждой новой фрикцией боль утихала, но появлялось нечто иное. Через пару мгновений, совсем свыкнувшись, Темари сама стала подстраиваться под его ритм. Она действовала, повинуясь своим инстинктам, должно быть, впервые в жизни. Позже ей стало трудно целовать парня, потому что каждое его движение вырывало стон из её груди. Она выгнулась дугой, в то время как Шикамару целовал её шею и грудь, не желая останавливаться. Минута растворялась за минутой, время сузилось в одну узкую полоску, перестало быть различимым. Лишь их движения становились быстрее. Парень прижимал её к кровати, быстро и ритмично входя в неё. Перестали быть различимы и каждый из них по отдельности, сейчас они были единым целым. Казалось, их чувство могло заполнить собой весь мир. Разные люди, разные судьбы, разное отведенное на жизнь время. Они оба были слишком разные, но это не мешало им сливаться воедино - в этот момент, когда правят чувства, и ничего кроме чувств. За окном царил шум большого города, и это был дивный вечер. Весёлые, на короткий миг забывшие о войне люди на улицах даже не подозревали о том, что происходит в этой комнате, освещаемой луной. Стоны Темари становились громче, движения Шикамару – более резкими. Апогей страсти настиг их обоих. Гейша почувствовала, как внутри разлилось что-то тёплое. Миг, и Шикамару, тяжело дыша, опустился на грудь гейши. Темари обняла его за голову. Ей захотелось провести рукой по его волосам. Она не открывала глаз и чувствовала легкую дрожь в ногах. Сейчас ей было как-никогда хорошо. Он вышел из неё и лёг рядом. Прижал девушку к себе. Темари опустила одну свою руку вниз, к своему бутону и аккуратно дотронулась до него. На её пальцах осталась кровь. - Будем считать, что мы принесли жертву богине Свободы, - тихо произнесла девушка и взглянула на Шикамару. – Спасибо. - Ты хорошо себя чувствуешь? – спросил Шикамару, нежно погладив волосы девушки. - Да, я в порядке. Я люблю тебя, - объявила девушка и прижалась к груди Нара. - И я люблю тебя. Сказав это, он нежно поцеловал девушку в лоб. - Когда закончится война? Шикамару замер, крепче прижав к себе Темари. Она вздохнула и стала медленно водить пальцами по его груди, создавая невидимые узоры. - Все эти дни я думала... – в горле Темари от чего-то пересохло, - …я думала, что ты погиб. Я давно не получала твоих писем, а новости по радио были ужасными. Мне было очень больно и холодно думать о том, что ты лежишь где-то там, на чужой земле, бездыханный и холодный. Я не могла представить, что твоё сердце больше не бьется. И тогда ты снова появился и сейчас обнимаешь меня и даришь мне самое ценное, то, о чём мечтает любая гейша. Должно быть, сам Ками-сама послал тебя. - Нет, я сам тебя нашел, - спокойно ответил Шикамару. – На войне, мой прекрасный цветок, нет Ками-самы. Он не будет помогать тебе в тот момент, когда ты обратишь свои мольбы к нему. Там, на поле боя, есть только смерть. Темари... Шикамару слегка приподнялся, и Темари вопросительно взглянула на него. Шикамару присел на кровати, достал простынь и накрыл им девушку. Он взял её руку в свою. - Я должен тебе кое-что сказать, Темари. Я надеюсь, что ты простишь меня. - В чём дело? – произнесла девушка, приподнявшись. - Там, на фронте, я встретил твоих братьев. Они смелые, гордые и отличные солдаты. Но, когда мы попали в засаду… Шикамару почувствовал, как Темари сжала его руку. Она неотрывно смотрела в его глаза. - Твой младший брат, Гаара. Его ранения были серьезны, и он погиб. Я не сумел его защитить, прости меня. Темари громко выдохнула и отпустила руку Шикамару. Она присела на кровати и повернулась к нему спиной. Парень посмотрел куда-то в сторону, ненавидя себя за свою слабость. Если бы он только успел… Гейша схватилась за голову и согнулась, прижав к себе колени. Её плечи стали вздрагивать, а из груди вырывался немой плачь. Слёзы мгновенно наполнили её глаза. - Что с Канкуро? – немного запинаясь, произнесла Темари. – Что с ним? - Он жив, - произнес Шикамару, взглянув на спину девушки. - Проклятая война, - пробубнила Темари, закрыв глаза. Нара медленно приблизился к девушке и аккуратно обнял её сзади, прижав к себе. Темари прикусила губу и опустила голову, вытерая свои слёзы. - Я приглядывала за ними, когда наши родители умерли. Гаара и Канкуро были мне словно сыновья, а не братья. Нас было трое, и мы были одни в этом мире. Позже я попала в дом гейш, а они жили у старого рыбака. Но я всё-равно время от времени убегала к ним, приносила деньги и еду. А потом они сказали, что хотят воевать за свою страну. В их глазах горело пламя, и я не смогла им помешать. А теперь… Теперь смерть забрала у меня моего младшего брата. Несомненно, она в скором времени придет и за Канкуро. Это разрывает моё сердце. И, более того, - Темари обернулась и Шикамару поднял на неё глаза. – Она в любую минуту может забрать тебя, и я ничего не смогу сделать. Парень крепче обнял Темари и аккуратно поцеловал девушку в плечо. - Она не забрет меня, - спокойно ответил Шикамару. – Я не сдамся. Я не покину тебя. - Шикамару, - девушка развернулась к нему и прильнула к его груди. Она больше не плакала и голос её не дрожал. – Я люблю тебя. Прошу, давай на пару часов, что дарованы нам, мы забудем про этот мир и вернемся в тот, который возник здесь пару мгновений назад. Я хочу забыть о боли. - Я знаю, - ответил парень и, взяв лицо Темари в свои ладони, поцеловал её. На рассвете птицы завели свои весенние серенады, а по улицам бродил легкий ветер, который время от времени пошатывал потухлые, бумажные фонари или ветки деревьев. В городе не было ни души, лишь машины изредка проезжали по улицам. Цветы сакуры потихоньку отцветали, поэтому розовые лепестки кружились в воздухе. В пруду плавали два прекрасных, гордых лебедя. Утренняя роса блестела на траве. Темари и Шикамару находились возле дерева сакуры. На нём была его форма, на ней – привычное кимоно. Он снова был майором, она снова была гейшей. И, пока никто не видел, между ними ютилась их безнадежная любовь. - Утро наступило так быстро, - прошептала Темари, прижимаясь к груди парня. - Слишком быстро, - ответил Шикамару, крепко обнимая её. - Я не хочу тебя отпускать. - Я не хочу уходить от тебя. - Почему мир так жесток к нам? - Потому, что сейчас в мире командует война. - Я люблю тебя. - Я тоже люблю тебя. Когда всё закончится, я вернусь за тобой, и мы уедем туда, куда ты только пожелаешь, слышишь? По главной дороге проехал транспорт. Он был военным и известил о сборе. Был дан сигнал, и каждый солдат должен был немедленно явиться. Шикамару, придерживая Темари за плечи, повернул голову в сторону проехавшей машины. Сердце парня болезненно сжалось. Пришло время расставания. Темари незамедлительно прижалась к парню и крепко обняла его. Она заплакала, сжимая ткань его одежды в своих руках. Было трудно дышать или говорить что-то. Шикамару тоже обнял её, чтобы в этот короткий момент они были максимально неразлучны. - Ты вернешься ко мне? – прошептала девушка. - Безусловно. Я обязан вернуться, Темари. - Я так люблю тебя… - Темари… Девушка подняла на него глаза и быстро дотянулась до губ парня. Шикамару ответил на её поцелуи, столь нежные и близкие. На них осыпались лепестки сакуры, которые мигом подхватил порыв ветра. Майор медленно оторвался от своей возлюбленной и прижался своим лбом к её. - Мне пора, - прошептал он. – Как же я не хочу, но… Мне нужно идти. Я дал клятву защищать родину. Дал слово. - Если ты сумеешь сдержать данное кому-то слово, значит, и обещанное мне выполнишь, - ответила Темари, вытирая слёзы. – Я буду ждать тебя. - Да, я знаю. Мы скоро увидимся, мой прекрасный цветок, - ответил Шикамару, взяв руку Темари в свою и аккуратно поцеловав её. – Я люблю тебя. Он отпустил ее и отступил на шаг назад. Сейчас надо было действовать быстро. Нара поклонился и стал отходить назад, не в силах повернуться к девушке спиной. Темари пыталась сдерживать слёзы, однако волнение и страх накрывали её с головой. На лице Шикамару вдруг появилась улыбка. Его карие глаза отражали маленькие лучики света и от этого казались ярче. Какое всё-таки странное сочетание – яркая темнота карих глаз. - Ты красива в лепестках сакуры, Темари. До свидания, - тихо произнес майор и развернулся. Он шёл медленно и размеренно, в сторону встающего солнца. Темари стояла на месте, наблюдая, как фигура Шикамару удаляется от неё. Девушка вдруг тоже улыбнулась, вытирая слёзы. - До свидания, любовь моя, - прошептала она прежде, чем покинуть ставшую их последним очагом поляну. Два лебедя вспорхнули в небо. Они поднимались всё выше и выше с каждым новым взмахом крыльев. Счастье птиц в том, что они умеют летать.