Фейерверк

У Саши сердце норовит из-за рёбер выскочить, пока она стоит за сценой, поглощенная всеобщей суматохой. Куча народа слоняется между разнообразным оборудованием, крича что-то друг другу; стилисты бегают по павильону, таская за собой огромные вешалки, и из всех углов слышатся всевозможные распевы. Это уже полуфинальный концерт и Эсма почти уверена в том, что сегодня будет спать в своей кровати. Дома. С любимой кошкой под боком. Потому что до финала она не дотянет. Она это чувствует. Но сегодня она спокойна, как никогда. Наверное потому что готова к любому исходу. Ей не страшно уйти на этом этапе, ведь если быть честной, она даже не думала дойти до этой точки. Для девятнадцатилетней девочки Саши из спального района Москвы пару месяцев назад возможность просто увидеть Тимати и Фадеева казалась недосягаемой, а сейчас она поёт им свои песни и им, о Боже, нравится. И это поистине невероятно. Только вот одна мысль проносится по подкоркам сознания, оставляя зудящее ощущение недосказанности в организме и заставляя вдыхать и выдыхать воздух чуть чаще обыденного. А как же… все? Как она будет жить без Назимы, которая заменила Эсме старшую сестру, о которой та всегда мечтала? Как она без Свободы, который ничего не делает, а улыбка по лицу расходится лишь от его внешнего вида и маленькой косички в волосах? Как же Джей-сглаживатель-углов-Мар со своими шутками и готовностью творить в любое время дня и ночи? Саша будет скучать даже по Родиону с его злыми шутками, порой почти доводящими до слёз, и Хабибу с его чертовым Шантаем под гитару по ночам! Но главное… Что она будет делать без Олега? Кровь начинает ускоренно пульсировать по венам при упоминании этого имени даже, а мыслях. И из груди выходит никем не замеченный раздосадованный вздох. Потому что без Олега она не хочет. Последние 1,5 недели они были особенно близки. И Саше не нравится думать о том, что завтра он её не обнимет на ночь, не прошепчет этим своим до одури томным голосом «сладких снов», после которого сон приснится настолько сладкий, что даже вспомнить стыдно, не принесёт ей чай, пока она грустит у окна (а из окна она увидит не Москва-реку, а помойку, разваливающиеся Жигули и грязно-серых голубей). Эсма не хочет представлять, что он продолжит улыбаться зрителям на интервью, пока она будет смотреть телевизор в своей маленькой комнате, поедая что-то приторно сладкое и вредное, лишь бы заглушить ощущение отсутствия в организме. Заглушить острую Терновую недостаточность. Саша думает о том, что мыслит эгоистично, а потом думает, что ей плевать. Потому что ей девятнадцать и она влюблена. И пусть весь мир подождёт. И в голове появляется такая остро необходимая и необъяснимо правильная для Эсмы в данный момент идея. *** Концерт пролетает так быстро, что Саша даже не успевает нервничать. Она со счастливой улыбкой на лице громко хлопает в ладоши, когда Воля объявляет двух первых финалистов команд и в их число входит Терновой. Она наслаждается выступлениями друзей, отрабатывает свой сольник с авторской песней, получая громкие овации и одобрение продюсеров, смотрит восторженно на такого воодушевлённого Терри, поющего в дуэте с Егором Кридом. И ей так стыдно, что сегодня она не получает от этого столько удовольствия, сколько положено. Но Эсма оправдывает себя тем, что мысли улетают совсем в другую вселенную. И встают на место только тогда, когда в коротком перерыве перед оглашением оставшихся финалистов она хватает Олега за руку и уводит в какой-то богом забытый угол съемочного павильона, где их явно никто не потревожит. И Терновой понять не может, что случилось, когда видит столько стремительно меняющихся эмоций на лице девушки. Она то ли грустная, то ли наоборот радостная, то ли вообще испуганная. И это, кажется, все правда. — Ты чего? — Олег обеспокоено смотрит, пытаясь уловить хоть что-то. — Нам же на сцену выходить минут через 5. Они стоят в полумраке друг против друга на расстоянии согнутой руки. И Эсма ловит глазами каждую черту полюбившегося лица в попытках запомнить на подольше. — Я должна сказать тебе кое-что сейчас. — она сглатывает нервно, и берет руки парня в свои под его вопросительно напуганный взгляд. — Эй, всё хорошо? — Терри гладит её ладони пальцами, ощущая её пульс. — Да, просто, — Саша прикрывает глаза, собираясь с мыслями, когда осознает, как мало времени у неё осталось, — я не прощу себе, если уйду сейчас, не сказав тебе этого. Она видит, что Терновой уже открывает рот, чтобы сказать ей, что она несёт чушь и рано с ним прощается и у них ещё будет на это время. Но Эсма так не считает. — Не перебивай, — девушка говорит это резко, но голос слегка дрожит и звучит непривычно высоко, — я хочу, чтобы ты знал, что ты — потрясающий. — она произносит это на выдохе и сейчас, кажется, Олег начинает дышать с ней в такт, а его сердце начинает колотиться быстрее, чем на сцене, — Ты был рядом со мной в те моменты, когда я опускала руки, и не давал этого сделать. Ты поддерживал меня, помогал, направлял. Ты стал для меня тем человеком, на которого хочется равняться. Я искренне восхищаюсь тобой и твоей силой, мудростью. Ты, действительно, невероятный, Олег, — она произносит его имя так, что у Терри колени трясутся, а в голове призраком проносится отвратительно манящая мысль о том, что он хотел бы услышать это ещё раз, только в горизонтальном положении и без людей вокруг, — И порой мне казалось, что если бы не ты, я бы с ума сошла здесь. Хотя я и так это сделала, когда… Сашин монолог прерывается голосом одного из работников телепрограммы «на сцену через три минуты», и слова, которые готовы были сорваться с губ, тормозят в районе гортани, вставая разрушающим комом тишины и недосказанности. — Когда? — Терновой говорит едва различимым шепотом, боясь спугнуть эту атмосферу, воцарившуюся между ними. Только вот Эсма понимает, что сказать это вслух не может. До хрипа в горле и мурашек на спине. Но и оставлять всё вот так не хочет. Поэтому подходит к Терри непозволительно близко, закидывая руки на его шею. А потом проводит дрожащим пальцем по гладко выбритой щеке. И целует куда-то в уголок губ робко и опасливо, будто делает что-то противозаконное. А Терновому крышу сносит. Он ночами столько раз это в своей голове прокручивал. Только вот в жизни всё лучше в неисчислимое количество раз. Это даже поцелуем назвать сложно, но у него сейчас атомные бомбы взрываются где-то под рёбрами. Он думает что если Эсма его по-настоящему поцелует, то он действительно взорвется салютами похлеще, чем на Красной площади в Новый год. А потом думает, что хочет этого больше всего на свете. И плевать, что потом. Поэтому прижимает её, обхватывая одной рукой за шею, а другой за талию, и впивается в губы. И чувствует отдачу. Чувствует, как она водит руками по его спине, прижимаясь ещё ближе, хотя это уже невозможно. Они слышат, как их имена выкрикивает режиссёр концерта, и Саша в последний раз прикасается к губам Олега, а потом выбегает из закоулка, не оборачиваясь и оставляя Терри со взорванным нутром. *** Только когда Эсма начинает говорить свою прощальную речь на сцене, Терри еле сдерживается, чтобы не схватить её в охапку и не забрать с собой обратно в башню. Потому что теперь ещё сложнее будет жить без неё. Терновой губы неосознанно трогает рукой, вспоминая. Вспоминая всё, начиная с первого взгляда, заканчивая его руками на её шее. И сейчас эта невозможная девушка с улыбкой на лице благодарит всех за это шоу, прощаясь с ними. И потом идёт обниматься с ребятами из Мальфы поочерёдно под аплодисменты зала. И вот Саша идёт к финалистам своей команды. Она стискивает в объятиях Назиму, в чьих глазах начинают накапливаться слезы, подходит к Дэни, шепча ему на ухо, что у него всё получится, и только после идёт к Терновому. И тут сдержать эмоций не получается. Она чуть ли не прыгает на него, и стискивает так крепко, что, кажется, сейчас растворится в нём. Саша шепчет на ухо, что будет очень скучать, и что он должен победить. А Олег, в свою очередь, говорит ей, что она обязана поцеловать его ещё раз. И Саша знает, что это не закончилось. Потому что недосказанность всё ещё связывает их этой нитью. Потому что ответ на вопрос «когда?» всё ещё висит в воздухе. Потому что Эсма ещё должна закончить фразу: «Я уже сошла с ума, когда полюбила тебя.»