Нянька на месяц

Следующее утро у меня началось в двенадцать часов, когда на кухне начало что-то греметь. Открыв глаза, я усмехнулась. Дежавю какое-то, ведь точно так же я проснулась, когда увидела на своей кухне брюнета. Вставать, на самом деле, было лень, но, пересилив себя, всё же подняла пятую точку с кровати и направилась прямиком в душ. Почистив зубы и умыв лицо, вернулась обратно в комнату, чтоб переодеться из пижамы в домашнюю одежду. И только после этой сложной процедуры, я направилась на кухню. Там, за плитой, уже стоял Никита в спортивках и моём фартуке. — Доброе утро! — громко сказала я, от чего парень дёрнулся и чуть не уронил кастрюлю. — Ты чего так пугаешь-то? — Никита поставил на стол посуду. Сегодня он был свеж и бодр, как никогда, что не могло не радовать меня. Сама же я пребывала в странных чувствах доселе неизвестных мне. — Что это? — я открыла крышку и заглянула в кастрюльку, где находились макароны по флотски. — Значит, яичницу тебе не приготовить, а макароны легко? — Ну, вот такой я, — улыбнулся он, раскладывая в тарелки еду. Макароны оказались очень даже ничего, что я и сказала Никите. Он снова улыбнулся. Вот, нравится мне он таким: добрым, смешным и улыбчивым, прям затискать хочется или просто заключить в объятия. После макарон, я сделала нам кофе и достала печенье. — Какие планы на сегодня? — поинтересовался парень и сделал глоток из кружки. — Я ничего сегодня не планировала, но нужно немного прибраться в квартире, — ответила, пожав плечами. — Хорошо. После этого наступило неловкое молчание. На языке вертелось куча вопросов, на которые хотелось получить вразумительные ответы, поэтому начала с малого: — Почему Борис сказал: «Давно не видел тебя с нормальной девушкой»? Она у тебя была? — Я не могу тебе сказать, — он покачал головой и отвёл взгляд. — Прости. — Ладно, — я поняла, что это его личное, а я, как всегда, лезу, куда не стоит. — Тогда… кто этот дяденька, который не следит за модой? — Это Пётр Валерьевич, — усмехнулся парень и поставил полупустую кружку на стол. — Жуткий тип, управляющий этим жутким местом. Лучше держаться от него подальше. — Про какой бой он тебе напомнил? — А не слишком ли много вопросов за одно утро? — отпарировал Никита. Было заметно, что этот вопрос ему пришёлся не по душе. — Вспомни допрос с пристрастием про меня у моих друзей, а потом уже что-то говори, — надулась я, сложив руки на груди. — Ладно, — тяжело вздохнул, — я считаюсь самым лучшим в этом клубе идиотов из-за ловкости и грубой силы. Это знает каждый, кто приходил на мои бои, поэтому Пётр Валерьевич решил устроить бой с человеком, у которого такие же приоритеты. Но самое главное, если я одержу победу, то он получит кучу бабла и отпустит меня из-под своего крыла. — Ты хочешь уйти? Почему? — этот факт меня очень удивил. — Понимаешь… я устал, — в его нереально зелёных глазах появилась грусть. — Все эти бои бесполезны, они не приносят мне теперь удовольствие и веселья, а только отвращение. Конечно, это заглушает мою боль, но… я больше не хочу этим заниматься. Появилось больше трещинок в нашей стене. Он, наконец, понял, что мне можно довериться и рассказал, хоть и малую, историю своей жизни, поделился с чувствами и просто открылся. Это не могло не радовать меня, поэтому на эмоциях, я подошла к нему и крепко обняла. — Ты правильно поступаешь, — прошептала я ему на ухо. Секунд пять Никита находился в ступоре, а потом обнял меня в ответ, крепко прижав и усадив к себе на ноги. — Спасибо, малышка, — хоть я не видела его лица, но почувствовала, что он широко улыбнулся. Нашу идиллию прервала трель телефона Никиты. Я отстранилась от него, встав с его ног, и направилась в свою комнату. Лицо, да и всё тело, горело огнём. Сердце, давно опустившиеся в пятки, танцевало чечётку, а голова кружилась. И это всё только от того, что я по-дружески обняла его. Когда я пришла в свою комнату, то сразу села на кровать, чтоб успокоить бурю внутри себя. И это мне удалось только спустя пять минут. Затем я вернулась на кухню, где парня уже не оказалось на месте. Быстренько вымыв всю посуду, направилась к пылесосу. Кота сразу, как ветром сдуло. Когда я пропылесосила, вернулся обеспокоенный Никита. — Что-то случилось? — спросила. — Нет, всё в порядке, — беззаботно ответил он, хотя хмурое лицо выдавало его с потрохами. — Чем я могу помочь? — М-м-м, возьми тряпку из шкафчика и протри пыль. — Хорошо. Я же, взяв швабру и ведро, стала мыть полы. Спустя пять минут я услышала весёлый смех Никиты, доносящийся из его же комнаты. Стало жутко интересно, поэтому направилась прямиком к нему. — Ты чего смеёшься? — спросила я, смотря на валяющуюся и смеющуюся тушку. Он лишь показал пальцем наверх, от чего снова раздалась новая порция смеха. Посмотрев наверх, я увидела кота, который спрятался на люстре. Не удержавшись, тоже засмеялась. Успокоились мы только тогда, когда кот начал обеспокоено мяукать, как бы спрашивая: «Вам, случайно, не нужно пройти обследование у психиатра?». Никита снял кота с люстры и снова приступил к своей работе. Через пятнадцать минут мы всё убрали и были свободны. В это время мне позвонила Марго, которая предложила сходить в кафе вместе с Димой. — Давай, — согласилась я. — Можно Никита пойдёт вместе с нами? — Никита? — удивилась подруга. — Можно, но… — Всё в порядке, до встречи! — отключилась, пока Марго не устроила расспрос. — Никита! — Ась, — его голова тут же оказалась в проёме. — Карась, пойдёшь с Марго, Димой и со мной в кафе? — спросила, подняв одну бровь. — Двойное свидание? — он хитро улыбнулся и подвигал бровями. — Я согласен. — Эй! — но его, как ветром сдуло. — Вот же придурок… А сердце-то забилось от такого. Неужели, он бы согласился на свидание со мной? От таких мыслей хотелось кричать и смеяться одновременно. Что же это такое?.. Через пару часов все вместе мы сидели в нашем любимом кафе. Дима с Марго с интересом разглядывали меня и Никиту. Стало как-то не по себе, поэтому я позвала официантку, чтобы сделать заказ. Вместо того, чтобы записывать, она вовсю разглядывала Никиту и облизывала губы. Он же, будто не замечал этого, начиная разговор с Димой. — Вы запомнили, что я сказала? — язвительно произнесла, отвлекая её внимание от Никиты. На самом же деле, внутри меня бушевала злость, которая всеми силами просилась придушить эту сучку. — Что? — она оторвала вожделенный взгляд от Никиты, переводя на меня. И тут эта официантка ожесточилась. — Чего вам надо? — рявкнула. Вот тут мне реально захотелось врезать от такого обращения. Но меня спас Никита, который обратил внимание на нашу перепалку. — Светлана, — мягко сказал он, улыбаясь. — Принесите нам четыре стакана «Глясе»* и столько же шоколадных пирожных с глазурью. Она смущённо кивнула и удалилась, не забыв бросить на меня уничтожающий взгляд. Вот же… сучка крашеная! Хотелось прибить кого-нибудь, а желательно расчленить и сжечь. — У тебя сейчас такой кровожадный взгляд, — сказала подруга, еле сдерживая улыбку. — Неужели всё из-за этой официантки? — Она пялилась на Никиту, — ляпнула я и поспешила добавить: — И совсем не слушала меня. Три пары глаз уставились на меня, от чего щёки предательски покраснели. Я закрыла лицо руками и отвернулась. — Неужели, ты приревновала меня к ней? — услышала я шёпот над ухом. Ну, конечно, это был Никита. — Это так мило, малышка. — затем почувствовала, что он положил свою руку мне на талию. Я дёрнулась в сторону подальше от этого извращенца, но он придвинул меня к себе, и я чуть ли не лежала на нём. Пришла эта же официантка и всё расставила. На этот раз она не наградила меня злым взглядом, а сказала: «Сучка», и ушла. Я усмехнулась и принялась за еду, которая вовсе не лезла в меня, ведь настроение опустилось ниже плинтуса. — Не расстраивайся, — подал голос Дима. — Она положила глаз на парня, который уже занят. Я подняла удивлённый взгляд на него. Что-что, простите? Занят? Мной, что ли? Как можно такое вообще подумать?! — Ты что-то напутал, он свободен, как орёл, парящий в небе, — произнесла я. — А выглядите вы, как влюблённая парочка, — сказала Марго, улыбнувшись. Да они сговорились?! Я посмотрела на молчавшего Никиту, который еле сдерживал улыбку. — Как вы такое вообще могли подумать? — наигранно спросил он, прижав меня к себе ещё сильнее. — Она ж такая недотрога! Ну да, Никита как остался придурком, так и останется им навсегда. Покачала головой, кисло улыбнувшись, и начала кушать своё пирожное. Через минуту Никита нашёл на дне своего блюдца номер телефона с именем этой официантки. — Ух ты, какой подарочек! — брюнет перед моим носом покрутил бумажку. — Надо будет отдать его Женьке. — Нет, нет, нет, — ужаснулась я, представляя брата и эту стерву влюблённой парой. — Лучше себе оставь! — Что ты, я же орёл свободно парящий в небе, — усмехнувшись, передразнил он меня и щёлкнул по носу. — Ладно, у меня куча свободных друзей, найду, кому отдать. — я фыркнула. Интересно, когда он заделался в свахи? Мы сидели ещё около часа в кафе, разговаривая на разные темы. Рядом с нами постоянно крутилась эта Света, строя глазки Никите или крутя попой. Хотелось принести себе тазик и вывернуть весь свой обед и завтрак туда. Как можно быть такой дурой? Заплатив за всё это, мы вышли на улицу, где немного решили прогуляться. Марго взяла меня под руку, уводя чуть вперёд. — Как ты поживаешь с Никитой? — спросила она. — Нормально, — говорить, что он увлекается боями без правил, как-то не хотелось, ведь я не знаю, как на это она отреагирует. — Он ещё приходил с… девочками на ночь? — передёрнув плечами, задала следующий вопрос. — Удивительно, но нет, даже не пил, — ответила я. — Он стал ко мне более… добрее, и это очень радует. — Хорошо, — кивнула Марго. — Но ты всё равно держи меня в курсе событий. — Конечно! Дальше мне подруга рассказала, что у них с Димой тоже всё в порядке. Они гуляют каждый день, ходят в кино и кафе. Пару раз Дмитрий дарил ей цветы, хоть самые простые, но, по её словам, она ощущала себя самой счастливой на свете. Также она рассказала про их первый поцелуй, который получился самым неожиданным образом: Марго бежала на встречу к Диме, как всегда опаздывая, а потом, когда до него было всего два шага, споткнулась и прилетела в его объятия, тогда-то их губы коснулись друг друга. Слушая её рассказы, я даже начала завидовать. Потом я посмотрела на Никиту. Сейчас он выглядел, как мальчишка, играя с Димой в какую-то игру. Весь, казалось, светился изнутри, и в груди появилось такое щемящее чувство, от которого хотелось лезть на стену. — Как ты поняла, что влюбилась в Диму? — внезапно спросила я Марго. Она удивлённо посмотрела на меня, но потом всё поняла и тепло улыбнулась. — Ты сама поймёшь это, — она посмотрела на своего парня. — Я только лишь скажу, что ты должна всё обдумать и взвесить. Когда мы попрощались друг с другом и разошлись в разные стороны, я поспешила домой, чтобы всё обдумать, как сказала Марго. Через десять минут я уже сидела в своей комнате и думала. Думала о чувствах к Никите. Что я могу ощущать к этому безмозглому придурку, который сначала издевался надо мной? Абсолютно ничего, но после того, как открыл немного завесу своей истории, открылся, то стал… ещё лучше, чем был. Он, наверняка, много всего пережил, он много всего чувствует, он… просто хороший. Конечно, любит поиздеваться, но это только привлекает, делает его плохим парнем, о котором я всегда мечтала, думала и представляла. И вот он появился… Уже засыпая, в моей голове пронеслась мысль: «Мне нравится Никита, нет… кажется, я влюбилась в него…»