Нянька на месяц

Следующее утро началось у меня не самым лучшим образом. Голова раскалывалась на тысячи частей, глаза красные от вчерашних слёз, под глазами вечные мешки, а на голове хрен пойми что. В общем-то, ничего нового. Умывшись под холодным душем и почистив зубы, я вернулась в комнату и стала переодеваться из пижамы в школьную форму. Когда уже напялила свою огромную юбку, вспомнила про Марго и её наставления по поводу привлечения внимания парня. Я посмотрела на пакет, из которого торчала чёрная ткань, и, тяжело вздохнув, принялась переодеваться. Это оказалась юбка-клеш, которая села на мне, как влитая. Удивительно, ведь у нас с Марго разные размеры. Под юбку заправила полупрозрачную блузку, на которой не застегнула две верхние пуговицы, открывая вид на ложбинку между грудей. Волосы привела в порядок, расчесав и оставив их распущенными спереди. На лице сделала лёгкий марафет, накрасив ресницы и губы. Покрутившись перед зеркалом, я осталась вполне довольная своим внешним видом. После этого поползла на кухню, чтоб выпить спасительную таблетку от головы и хорошенько позавтракать. За плитой, как всегда, стоял полуголый брюнет и насвистывал какой-то мотивчик, жаря яичницу. Я усмехнулась и проглотила таблетку, запивая водой. — Доброе утро, — сладко протянула я, вставая рядом с плитой. Никита дёрнулся от испуга. — Да что ж ты творишь! Зачем так пу… — его тирада оборвалась на полуслове, как только он посмотрел на меня. Зелёные глаза расширились от удивления, а рот принял форму буквы «о». Весь его вид говорил о том, что парень, не привыкший видеть меня такой… красивой, наверно, был сейчас в шоке. Но через секунду всё это ушло, оставив место оценивающему и немного похотливому взгляду, от чего щёки немного налились румянцем. — Не смотри на меня так, — произнесла я и стремительно села за стол. Да уж, не готова я ещё, похоже, к такому. — Как? — хитро спросил Никита и сел рядом, не забыв выключить газ. Он разложил яичницу по тарелкам и уставился на меня, точнее на место где-то в районе груди. Его взгляд потяжелел, и он тяжело сглотнул. — Чёрт, — тихо сказал парень и поспешил сесть подальше, отводя взгляд. Мы молча принялись есть, каждый смотря с свою тарелку. План по привлечению внимания с треском провалился. А так всё хорошо начиналось… — Ты чего так сегодня разоделась? — внезапно спросил он, не отрывая взгляд от стола. — Захотелось, — вздохнув ответила я и доела последний кусочек яичницы. — Если бы захотелось, то ты давно бы это могла сделать, — усмехнулся парень. — Тут есть повод поважнее… Праздник в школе? — Нет. — У кого-то день рождение? — Нет. — Хм… Может… — Нет, нет и ещё раз нет, — перебила я его допрос и встала, чтобы налить себе кофе. — Ну, хорошо, — произнёс Никита и, как только я поставила кружку на стол, схватил за талию и прижал к себе. После этого, немного прифигевшую меня, он усадил на столешницу рядом с раковиной и поцеловал в губы. Этот поцелуй отличался от остальных только тем, что в нём чувствовалась страсть, целая буря страсти. Его губы болезненно сминали и кусали мои, от чего внизу живота разлилось тепло, вызывая бурное желание. Вскоре он отстранился от губ, переходя к шее, которую начал покрывать поцелуями, идя всё вниз и вниз. Внезапно Никита прикусил кожу где-то в районе ключицы, от чего у меня самопроизвольно вырвался стон. — Чёрт, — парень отстранился и посмотрел мне в глаза. — Ты просто издеваешься надо мной, малышка, — его руки обвили мою талию, а носом брюнет зарылся в волосы. — Не делай так больше, иначе в следующий раз я не сдержусь. — Не сдерживайся, — тихо шепнула, хотя понимала, что это полное безумие. Никита отстранился и в полном непонимании уставился на меня. — Что ты сейчас сказала? — Будто ты не услышал, — буркнула я, отводя взгляд, и прижалась к его плечу, стыдливо пряча лицо. Я услышала, как он усмехнулся в обычной своей манере. Было уютно и тепло, до такой степени, что хотелось растечься лужицей. Внезапно взгляд упал на настенные часы с цветочками. — Твою ж мать! — я отпихнула от себя парня и, спрыгнув, побежала в комнату за рюкзаком. — Пятнадцать минут до начала уроков! Наскоро собравшись, мы сели в машину и в рекордные сроки доехали до школы. На прощание Никита притянул к себе и легко поцеловал в губы, от чего мечтательная улыбка не сходила до начала первого урока, звонок на который должен был прозвенеть через минуту и пятнадцать секунд. Школьный день начался без контрольных и проверочных, что не могло не радовать! Марго с Димой всё так же ворковали друг с другом, но и не оставляли меня без внимания. На перемене после второго урока подруга отвела меня в туалет. — Ну и что это такое? — строго спросила она меня. — Что? — не поняла я. — Вот это, — пальцем она указала на место где-то у ключиц и подвела к зеркалу. И красовался там приличных размеров сиреневый засос. — Э-э-э, — только и вымолвила я, разглядывая сие творение парня. — Неужели, его поставил Никита? — хитро спросила Марго, на что получила утвердительный кивок. — Да ты что?! Серьёзно?! — кивок. — О-о-о, это так мило. — Не вижу здесь ничего милого, — сказала я, пытаясь как-нибудь спрятать его за блузкой. — Блин, ну и что мне с этим делать? — Ничего не делай, — пожала подруга плечами. — Издеваешься? Если это кто-нибудь увидит, в шоке будет. — Все итак в шоке из-за твоего прикида! Ты бы видела, как на тебя наши одноклассники заглядывались. Все два урока никто не смог оторвать взгляда. А про остальных я вообще молчу! Но ты где-то в облаках витаешь. В следующие часы я это сама поняла и ощутила. Каждый пытался прожечь во мне дыру взглядом, каждый норовил подойти и познакомится. Да ко мне даже тот парень подошёл, в которого я была влюблена! Пришлось беднягу послать на все четыре стороны. Мне было очень некомфортно, поэтому после всех уроков, я поспешила уйти незамеченной, чтоб никто, не дай Бог, не пригласил меня куда-нибудь погулять. Перед школой стоял автомобиль Никиты, а рядом и сам он. — Быстрее вези меня домой! — сказала я ему и быстро уселась на переднее сидение, захлопнув дверь. — Что случилось? — обеспокоенный парень быстро завёл мотор и выехал на оживлённую дорогу. — Сегодня был настоящий ужас! Все, как будто с ума сошли, увидев меня. Они ходили вокруг, смотрели, пытались познакомиться или пригласить погулять, — на одном дыхании описала то, что происходило весь школьный день. Парень за рулём весело рассмеялся. — Бедняжку весь день мучали, — произнёс он. — Но ты, правда, сегодня выглядишь прекрасно! Даже я не удержался. — Спасибо, — от него услышать комплимент, как получить сто одну розу — так же приятно и мило. — Кстати об этом… Какого хрена ты оставил на мне засос?! — А что такое? — его лицо от широкой улыбки готово было вот-вот разорваться. — Ничего, придурок, — буркнула я и отвернулась к окну. — Я всё слышу! Ничего не ответила, продолжая пялиться в окно. Продолжалось это, к сожалению, недолго, потому что через пять минут машина подъехала к дому. Только я отстегнула ремень и хотела выйти из машины, как меня схватили и прижали к тёплым губам. Вот же засранец! Сделав попытку освободиться из плена, пока рассудок не исчез, я потерпела поражение. Когда он, наконец, отпустил меня, то тихо произнёс: — Могу поставить ещё таких засосов, начиная от твоей прекрасной попки и заканчивая манящей грудью, — и под свой же весёлый хохот вышел из машины, оставляя красную меня одну. Уже в квартире я хорошенько дала ему смачный подзатыльник и ушла к себе в комнату, гордо подняв голову. Если он будет продолжать так искушать меня, то я не сдержусь и изнасилую его! А потом убью из-за совсем не смешных шуточек. За два часа сделала все уроки и пошла на кухню, чтоб наполнить свой пустующий желудок. И снова там был Никита, но уже не один, а с котом, который тут же побежал на встречу ко мне. — Привет, котик! — я погладила его густую спинку, на что получила короткое урчание и фырканье Никиты. Открыв холодильник, осмотрела его содержимое и поняла, что придётся варить макароны, ибо остались только сосиски и маленький кусочек сыра. — Надо будет сходить в магазин, — задумчиво произнесла я. — Потом сходим, — последовала незамедлительная реплика. — Ты же помнишь, что ты одна никуда не должна ходить? Утвердительно кивнула. Как такое можно забыть, если на кону стоит собственная жизнь? Полчаса — макароны готовы к употреблению. Себе натёрла сыра, а Никите положила сосиску. Уплетая сие блюдо, брюнет заговорил. — Через час нам надо будет съездить к одному человеку. — К кому? — поинтересовалась я. — Есть у меня один знакомый, которому будет интересно узнать о «дядечке, который не следит за модой», — взгляд Никиты ожесточился. — Этот придурок давно должен получить по заслугам!

***

Через час, как и говорил Никита, мы ехали по дороге к его знакомому. Я молча смотрела в окно, не пытаясь завести разговор, потому что было очень лень, да и не хотелось как-то мешать. Снаружи проносились разные высотки, где на нижних этажах уютно устроились многочисленные магазины, кафе, столовые и салоны. Уставшие люди с работы лениво шли по своим домам, иногда заглядывая в нужные им места, чтобы купить продуктов или покушать. Наблюдать за людьми интересно. У каждого своя история, своя тайна, которую ты никогда не узнаешь и можешь лишь догадываться. — Малышка, — позвал меня Никита. — Что? — сразу откликнулась, повернув голову. Его лицо было сильно напряжено, что меня насторожило. — Аккуратно посмотри назад, будто что-то хочешь достать, и опиши мне человека за рулём заднего автомобиля. Я его не могу разглядеть. — Х-хорошо, — я немного развернула корпус и начала вглядываться сквозь заднее стекло. — Светлые волосы, на глазах чёрные солнцезащитные очки, маленькие усы, синий костюм… — Твою ж мать! — перебил меня парень, ругнувшись. — Это один из приспешников Петра Валерьевича. Догадливый придурок! Поставил за нами слежку… Надо оторваться от него, поэтому, малышка, держись крепче. Я вжалась в кресло, после чего Никита резко вжал педаль газа в пол, переключая передачу, и машина с визгом сорвалась. Посмотрев в боковое зеркало, увидела машину, которая сделала так же, будто ожидая такого. Машина петляла между другими создавая помеху, за что получала кучу недовольных звуков вслед. Адреналин от страха, что мы можем разбиться, зашкаливал в крови, поэтому я закрыла глаза руками, чтобы ничего не видеть, когда мы случайно врежемся в какую-нибудь машину. Через некоторое время машина, наконец, сбросила скорость. — Оторвались, — довольно выдохнули рядом. — Малышка, ты в порядке? Я кивнула, так и не открыв глаза, потому что почувствовала, как скатываются неровными дорожками слёзы. Не каждый день тебя преследует машина и не каждый день ты едешь на всей скорости по оживлённым улицам на красный свет. В следующую секунду автомобиль вовсе остановился. Услышала щелчок, а потом почувствовала, как по мне поднимается ремень безопасности. Дальше усадили на ноги, прижав к себе. — Сильно испугалась? — мои руки мягко оторвали от, наверняка, заплаканного лица, которое тут же принялись вытирать рукавом свитера. — Всё хорошо, малышка. Теперь мы будем ехать медленно, хорошо? — всхлипнув, кивнула. Никита ободряюще улыбнулся и поцеловал меня куда-то в висок. Страх ещё не исчез, но немного начал уступать. Я пересела обратно на место и пристегнулась. Нельзя так много плакать, нельзя, иначе лицо опухнет и будет вечно красным. — Долго ещё? — хриплым голосом спросила. — Чуть-чуть, — был мне ответ. И, правда, через минут пять мы подъехали к самой окраине города, где начались частные дома. Подъехав к одному такому с высоким кирпичным забором и железными воротами, Никита два раза просигналил. Ворота открылись, впуская автомобиль. Как только мы въехали, мои глаза расширились до невозможных размеров. Дом был не просто красив, он был прекрасен. Сначала я разглядела гараж, который, казалось, был в самом доме. Над ним балкон с красивыми чёрными перилами и разными цветами. Дальше я увидела входную железную дверь, рядом окно с решёткой. Над всем этим ещё два окна, и тоже с решётками. Крыша была сделана из черепицы, из которой вылезла средних размеров труба. Сам дом был приглушённого желтого цвета с белой лепниной и он был средних размеров. Только выйдя из машины, я увидела мужчину сорока лет. Волосы были уже седые, глаза смотрели с прищуром, тонкие губы сложены в тонкую полоску, которую он ещё поджимал, и казалось, будто у него совсем нет губ. Ростом был с Никиту и телосложение, на удивление, такое же, как у парня. Одет он был в синий спортивный костюм. Никита подошёл к мужчине и протянул руку. — Здравствуйте, Виктор! — Привет, Никита, — мужчина тепло улыбнулся брюнету и посмотрел на меня. — Кто это? — Это сестра Женьки — Злата, — я подошла ближе и неловко улыбнулась. — Помнишь, он про неё тебе все уши прожужжал. — Как же, помню, — он взял мою руку и легонько поцеловал. — Ты очень похожа на своего брата. Я — Виктор. — Приятно познакомиться, — произнесла я, смутившись. Мужчина пригласил нас в дом. Внутри он оказался таким же великолепным, как и снаружи. Большая прихожая с ковром и шкафом, дальше следовало разветвление в гостиную, кухню и комнаты, так же тут присутствовала винтовая лестница, ведущая на верхний этаж. Везде были аккуратно поставлены вещи, статуэтки, на стенах фотографии или картины. Мы прошли в гостиную, где стоял уютный диванчик, два кресла, кофейный столик и телевизор. Минимально вещей и максимум уюта. Все расселись по местам. — Итак… для чего ты пришёл сюда? — спросил мужчина, глядя на Никиту. — Надо устроить облаву на Петра, — решительно ответил тот. — Есть причина? — Во-первых, я узнал, что это он убил мою девушку, — на этих словах сердце резануло, будто ножом. И это определённо была ревность. Так, не об этом сейчас! — Во-вторых, он начал торговать наркотиками. И, в-третьих, пока мы ехали к тебе, он установил слежку. На лице Виктора не дрогнул ни один мускул. Он только задумчиво разглядывал брюнета и сложил руки на груди. — Доказательства, — попросил мужчина. — Хорошо, — из рюкзака, который всё это время был на Никите, он достал пакетик с каким-то белым порошком. — На этом пакетике есть пальчики Петра, можешь проверить, — дальше парень достал кучу бумаг и разложил на столике, разворачивая к Виктору. — А это всевозможные экспертизы, которые доказывают, что именно он убил её. Мужчина взял всё в руки и стал внимательно рассматривать. Спустя время, за которое я успела прирезать своего брата, оставившего меня на няньку с полным пиздецом в жизни, Виктор отложил всё. — Хорошо, — согласился тот наконец, тяжело вздохнув. — Когда? — В эту субботу у меня будет бой, на котором он обязательно будет присутствовать, — на лице брюнета появился оскал. — В одиннадцать вечера. — Хорошо… А теперь выметайтесь отсюда. Меня удивила вся эта ситуация, но до того момента, как мы отдалились на приличное расстояние от того дома, я молчала, подбирая правильные вопросы. — Что это сейчас было? — наконец, задала вопрос, выдохнув. — Это мы сейчас заключили сделку с ФСБ-шником, — на его лице промелькнула улыбка. — Чтобы захватить всю эту контрабанду и сдать дядьку в тюрьму? — Именно. — Хорошо, — протянула я. — Мне показалось или он не хочет этого делать? — Ясен пень, это же его брат… — Брат?! — это был весьма неожиданный поворот событий, перевернувший мир с ног на голову. — Да, младший, — усмехнулся, кивнув, — старших в семье никто не любит, поэтому Пётр пошёл по наклонной дорожке, а Виктор постоянно разгребает это дерьмо, вытаскивая, ведь этот козёл любит старшенького, считает крутым и богатым. Пётр, кстати, ему этот дом и подарил, в знак благодарности. Но у меня с Виктором был заключён договор из-за этих грязных делишек. — Какой? — вырвалось у меня. — Если я поймаю Петра за очень плохими делами, то есть убийство, наркотики и их распространение, и предъявлю Виктору доказательства, то он посадит своего братца за решётку. На много лет. Минуту я переваривала, раскладывая её по полочкам, что было сложно и, наверно, невозможно. Это ж надо так скатиться… — А, разве, весь этот клуб и бои — они легальны? — Да, — кивнул Никита, не оторвав взгляда от дороги. — Здание куплено Петром, каждый участник заключает с ним сделку, получая каждый своё. Братец, выучившись, помог этому говну. — Как ты получил доказательства? — поинтересовалась, вглядываясь в его профиль. — Это было очень трудно, но у каждого свои лазейки, так ведь? — повернулся ко мне и подмигнул глазом. Ехать было ещё долго, а за окном темень, поэтому я решила немного вздремнуть, как в голове возникла ещё целая куча вопросов. Усевшись поудобней, продолжила свой расспрос: — Ты не боишься, что Виктор тебя может предать? — Боюсь, но если он меня предаст, снова спасая задницу брата, то на кону стоит его положение в обществе, ведь ему есть за что тоже можно сесть. Да и в кармане припасён план «Б», — машина остановилась на светофоре, и, пользуясь минуткой, он размял конечности. — Ещё вопросы? — Когда начнётся облава, тебя же тоже могут схватить, — я закусила губу, вспомнив весь ужас боёв. — Я всё продумал до мелочей, малышка, — снова подмигнул, когда машина уже тронулась. — У меня будет пара минут, чтобы скрыться. — В какое же ты дерьмо влез, — покачала я головой и положила свою руку на его, которая покоилась на рычаге коробки передач. Он тут же сжал мою руку, улыбнувшись. — Я знаю, малышка, знаю. Не могу без этого жить просто. Тоже улыбнулась, покачав головой. Так мы и ехали, держась за руки. Когда ему нужно было переключить передачу, Никита отпускал мою руку. И я чувствовала такую пустоту, что хотелось выть на луну. Потом я задремала и проснулась уже, заботливо укрытая, под своим одеялом, когда парень только-только хотел выйти из комнаты. — Не уходи, — прошептала я. Он вернулся и лёг рядом, даря тепло и защиту.